Сказки Теплого Леса

Как Топтыжка искал свой сон.

"Во сне каждый из нас — гениальный

художник и поэт".

Марк Твен

В Тёплом Лесу наступила глубокая осень. Листья почти все облетели, ветер стал холодным, а по утрам трава покрывалась серебристым инеем.

Все звери готовились к зиме. Заяц Косой сменил свою серую шубку на белую (и очень этим гордился). Ёжик Фырка утеплил свою норку сухими листьями и мхом. Белочка Стрелка закончила последние запасы и теперь только проверяла, все ли орешки на месте. Мышка Пискля уже неделю не выходила из норки — ей было слишком холодно.

А Топтыжка...

Топтыжка должен был спать. Самое время. Все медведи уже давно улеглись в свои берлоги и видели сладкие сны про мёд и малину.

Но Топтыжка не спал.

Он лежал в своей берлоге на мягкой подстилке из сухой травы и мха, смотрел в потолок и ворочался.

Налево ляжет — неудобно. Направо повернётся — лапа затекла. На спину перевернётся — кто-то будто щекочет живот. Встанет, выйдет из берлоги, пройдётся туда-сюда, ляжет снова — и опять не спится.

— А-а-а! — застонал он на третью ночь. — Я не могу уснуть! Я всё перепробовал! Я считал листья, я считал шишки, я даже считал муравьёв! А сон всё не идёт!

Он вылез из берлоги и уселся на пенёк, злой и несчастный. Вокруг было тихо. Даже птицы уже улетели на юг.

— Может, мне вообще не спать в этом году? — думал он вслух. — Буду гулять по лесу всю зиму. Буду есть снег. Буду...

— Будешь замёрзшим и голодным, — раздался вдруг спокойный голос.

Топтыжка подпрыгнул от неожиданности. Из темноты, как всегда бесшумно, появилась черепаха Августина. Она не спала — черепахи спят всю зиму, но она всегда ложилась чуть позже всех, чтобы убедиться, что в лесу всё спокойно.

— Августина! — обрадовался Топтыжка. — Вы как раз вовремя! Я не могу уснуть! Что мне делать? Я перепробовал всё!

Черепаха медленно подползла к нему и села рядом.

— А ты пробовал не пытаться уснуть? — спросила она.

— Как это? — удивился Топтыжка.

— Очень просто. Когда мы слишком сильно хотим чего-то, оно убегает от нас. Сон не любит, когда его ловят. Он любит, когда его ждут.

Топтыжка вздохнул.

— Я жду уже три ночи! Он не идёт!

Августина улыбнулась.

— Пойдём со мной. Я научу тебя одному секрету. Его мне рассказала моя бабушка, а ей — её бабушка. Это старый-престарый медвежий способ засыпать.

— Медвежий? — Топтыжка навострил уши. — Но я же медведь! Почему я его не знаю?

— Потому что его не учат в школе, — загадочно сказала Августина. — Его узнают только тогда, когда сон уходит. Пойдём.

Они медленно пошли по лесу. Августина двигалась своим обычным неторопливым шагом, а Топтыжка шёл рядом, стараясь не наступать ей на хвост.

— Смотри, — сказала черепаха, останавливаясь на поляне. — Видишь звёзды?

Топтыжка поднял голову. Небо было усыпано тысячами звёзд. Они мерцали, переливались, словно кто-то рассыпал по чёрному бархату бриллиантовую крошку.

— Вижу, — сказал он.

— А теперь закрой глаза, — попросила Августина.

Топтыжка закрыл.

— А теперь послушай своё сердце.

— Сердце? — переспросил он. — Но оно же просто стучит. Тук-тук-тук.

— Вот именно, — кивнула черепаха. — Тук-тук-тук. Это и есть твой собственный ритм. Ты — часть леса. Лес спит, и ты должен спать вместе с ним. Но чтобы уснуть, нужно перестать думать о том, что не спится. Нужно просто слушать.

— Слушать что?

— Слушать себя, — сказала Августина. — А теперь открывай глаза и смотри на звёзды. Но не считай их. Просто смотри. Как будто ты смотришь на мёд в банке.

Топтыжка открыл глаза и посмотрел на звёзды. На этот раз он не пытался их считать. Он просто смотрел. И ему показалось, что звёзды стали чуть ближе.

— А теперь медленно вдохни, — продолжала Августина. — Вдохни запах ночного леса. Чувствуешь? Холодный воздух пахнет хвоей и землёй.

Топтыжка вдохнул. Воздух и правда пах по-особенному. Свежо и чисто.

— А теперь выдохни, — сказала черепаха. — И представь, что вместе с выдохом из тебя уходит всё беспокойство. Все эти мысли: "Я не сплю", "Мне надо уснуть", "Почему я не сплю". Пусть они уходят вместе с твоим дыханием.

Топтыжка выдохнул. И ему стало легче. Прямо на несколько килограммов легче.

— Теперь слушай лес, — сказала Августина. — Что ты слышишь?

Топтыжка прислушался.

— Тишину, — сказал он.

— А в тишине?

— Ветер. Чуть-чуть шелестит где-то далеко. И... и моё сердце. Тук-тук-тук.

— А теперь снова посмотри на звёзды, — сказала черепаха. — И представь, что каждая звёздочка — это твой друг. Все они здесь, с тобой. Ты не один. Ты в безопасности. Лес охраняет твой сон.

Топтыжка смотрел на звёзды, и они казались ему добрыми. Большая Медведица сияла особенно ярко.

— Когда будешь готов, — тихо сказала Августина, — закрой глаза и ляг прямо здесь, на траву. Лес не даст тебе замёрзнуть. Ты — медведь. Земля помнит тепло твоих предков.

Топтыжка закрыл глаза. Он лёг прямо на поляну, на мягкую, чуть влажную траву. Где-то рядом пахло мхом и соснами. Ветер тихонько касался его шерсти. А звёзды, хоть он их и не видел, продолжали светить где-то в вышине.

Он слушал своё сердце. Тук-тук-тук. Вдох-выдох. Вдох-выдох.

И вдруг ему показалось, что он лежит не на траве, а в своей уютной берлоге. Что его окружают не звёзды, а мягкий мох и тёплые листья. Что рядом нет ветра, только тишина.

И он провалился в сон. Мягко, как в пуховое облако.

Августина посидела рядом ещё немного, убедилась, что Топтыжка спит крепко и ровно, и медленно поползла домой. Она улыбалась.