Марина Островская
Феномен счастья

Глава 1

Самое тёмное время — перед

рассветом.

Английская пословица

Пролог. Лайнер

Я никогда не любил море. Точнее, любил, но как-то абстрактно — на картинках, в чужих рассказах, в кино, где герои красиво стоят на носу яхты, а ветер развевает их волосы. В реальности море всегда ассоциировалось у меня с бесконечной вознёй: билеты, отели, очереди на паспортном контроле, обгоревшие плечи и желудок, который первые три дня объявляет тебе бойкот в ответ на любую попытку отдохнуть. Отдых по-моему — это когда ты никуда не едешь, выключаешь телефон и спишь трое суток. Но обстоятельства сложились так, что спать трое суток у себя в квартире я больше не мог. А ехать куда-то — мог. Точнее, это было единственное, что мне оставалось.

Мой бизнес рухнул не в один день. Он рушился медленно, с оттяжкой, как старый дом, который сначала даёт трещину по фундаменту, потом перекашивает дверные проёмы, а потом, в одно не самое прекрасное утро, просто складывается внутрь себя, поднимая столб пыли. Так случилось, что один крупный чиновник положил глаз на мой бизнес — просто потому, что мог. Я не захотел ему продавать за три копейки то, что строил годами. Да и, впрочем, за большие деньги я этому стервятнику тоже своё дело продавать не хотел. А когда он, в качестве «жеста доброй воли», предложил оставить меня генеральным директором, — отказался наотрез. Я не для того вкалывал, чтобы стать мальчиком на побегушках у человека, который меня пытался уничтожить. Сразу после моего отказа начались «чудеса»: сначала «временные трудности», потом «кассовый разрыв», потом «мы немного оптимизируем штат», а потом — тишина в трубке. Партнёры, с которыми я десять лет ел из одной тарелки, вдруг перестали узнавать мой номер.