Ведическая сказка о Матсья-аватаре и царе Сатьяврате
Видья Ананта

© Видья Ананта, 2026

ISBN 978-5-0070-7767-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сказание о Матсья-аватаре и царе Сатьяврате

Царь-отшельник

В те далёкие времена, когда мир ещё не знал нынешних имён, а боги ходили по земле среди смертных, правил великой страной Дравида царь по имени Сатьяврата. Имя его означало «Тот, кто всегда предан истине», и народ любил его за мудрость и справедливость. Но не пышные дворцы и богатства были дороги сердцу царя — душою он стремился к постижению Высшей Истины и потому, сложив с себя бремя царской власти, удалился на берег священной реки Критамалы, чтобы посвятить себя аскезе и молитве.

Там, в уединении, проводил Сатьяврата дни и ночи в суровом подвижничестве, питаясь лишь одною водой и воссылая хвалы Верховному Господу. Он знал: только тот, кто усмирил своё сердце и отринул мирские желания, способен узреть лик Божественного. И Господь, видя чистоту помыслов царя, готовился явить ему величайшее чудо, какое только видел мир.

Рыбка в пригоршне

Однажды на заре, когда розовый свет только начинал золотить воды Критамалы, Сатьяврата совершал утреннее омовение. Зачерпнув в ладони прозрачной речной воды для священного подношения, он вдруг почувствовал в пригоршне слабое движение. Опустив взгляд, царь увидел крошечную рыбку — шафари, маленького карпа, что трепетал в его руках.

— О великий царь! — раздался вдруг тоненький, но отчётливый голос. — Не бросай меня обратно в реку! Там живут огромные хищные рыбы, и они тотчас проглотят меня. Спаси меня, и я спасу мир!

Изумился Сатьяврата — рыбы не говорят человеческим языком! Но в голосе рыбки было столько мольбы и вместе с тем столько достоинства, что царь не мог остаться равнодушным. Он перенёс спасённую в свой глиняный кувшин, наполненный чистой водой.

— Живи здесь, маленькая, — молвил царь. — Никто не обидит тебя.

Чудесный рост

Но каково же было изумление Сатьявраты, когда на следующее утро он увидел, что рыбка выросла и едва помещается в кувшине.

— О царь, — произнесла рыбка, — тесен мне этот кувшин. Перемести меня в водоём побольше.