Алекс Родионов
Ведьма

Глава

Двери вагонов метро закрываются с мягким пневматическим шипением, похожим на вздох огромного кита или шелест крыльев ночной птицы. Они никогда не ударяют резко — они бережно обнимают пространство, отрезая промозглую платформу от вагонного тепла. Если зазеваешься и попытаешься проскочить в последний миг, резиновая кромка лишь мягко, по-отечески подтолкнет тебя в плечо или бок: «Не торопись, всему свое время». Молодые парни знают этот секрет. Прыгая между смыкающихся створок – упругих, как паруса, они громко смеются, толкаются плечами, озорно поглядывая на стайку девушек у дальней двери. Их веселье абсолютно искреннее, оно звенит в воздухе хрустальными колокольчиками. Позитивное настроение передается окружающим невидимым теплом. Еще немного, еще чуть-чуть, кажется, погаснет люминесцентный свет, заиграет тихий вальс, двери разъедутся, и внутрь войдет Дед Мороз в расшитом серебром тулупе с огромным мешком подарков наперевес.

Я стою в самом центре вагона, держась за теплый поручень, и чувствую себя внутри музыкальной шкатулки. А душевное тепло окружающих проникает в мое сознание сквозь плотную ткань куртки. Как здорово, — подумалось мне, глядя на лица попутчиков, что частицы этого внутреннего света еще остались в людях при такой непростой ситуации в нашей стране. Мы все спешим, считаем копейки, устаем на работе, но вот она — магия момента, когда чужая радость становится твоей собственной.

На следующей станции вошла девушка со сломанной ногой. На ней было теплое зимнее пальто небесно-голубого цвета, из-под ворота которого выглядывал пушистый белый шарф. На голове красовалась аккуратная вязаная шапочка. Она тяжело приволакивала правую ногу, закованную в глухой белый гипс.

Каждый шаг давался ей с видимым усилием: она переносила вес тела на костыли, подтягивала непослушную, тяжелую от гипса конечность и морщилась от боли, которую пыталась скрыть. Настоящая городская Снегурочка, попавшая в беду посреди шумного мегаполиса. Парни мгновенно стихли, их смех сменился уважительным шепотом. Двое тут же вскочили, уступая место.