Кирилл Подоляк
«Белли: Путь к Солнцу»

Глава 1. Мальчик и его Тень на Скале

«Если бы у тебя в голове были мозги, а не облака, ты бы не прыгал со скал, летун».

— Брендон

Туман в Камнедоле был густым, как овечья шерсть. Он клубился глубоко внизу, скрывая дно ущелья, где вечно стучали молотки, гудели печи и суетились люди. Но здесь, на Утёсе Ветров, куда редко забирались взрослые, воздух был другим — колючим, разреженным и пахнущим свободой.

Двенадцатилетний Белли стоял на самом краю обрыва, раскинув руки в стороны. К его плечам и предплечьям плотными кожаными ремнями был примотан каркас из гибких ивовых прутьев, туго обтянутый старой, выцветшей парусиной. Крылья. Грубые, тяжёлые, пахнущие сосновой смолой и

пылью, но для Белли они были настоящим чудом.

«Ветер должен подхватить снизу», — твердил он про себя, вспоминая свои тайные зарисовки в «Тетради Крыльев». — «Главное — поймать поток и не сопротивляться ему».

Ветер завыл, ударив в грудь. Белли закрыл глаза, сделал глубокий вдох и оттолкнулся от холодного камня.

На секунду — одну крошечную, сумасшедшую секунду — ему показалось, что он не падает. Воздух туго ударил в парусину, скрипнули прутья, и невидимая рука подбросила его вверх. Сердце ухнуло куда-то в горло от чистого, невыносимого восторга. Он летел!

А затем правое крыло с сухим треском лопнуло. Парусина хлопнула, вырвавшись из креплений, и Белли кубарем полетел вниз, на каменистый склон. Он проехался по

жесткому горному мху, больно ударившись плечом и в кровь ободрав колено.

— Если отец увидит эту твою конструкцию, он не только крылья тебе обломает, — раздался сверху знакомый голос.

Белли со стоном сел, выпутываясь из обрывков ткани, и поднял голову. На краю утёса, скрестив руки на груди, стоял Брендон. Старший брат казался огромным в своей плотной куртке из дублёной кожи, перепачканной каменной пылью. На его лице играла снисходительная ухмылка, но в глазах не было ни капли злости.

— Я почти поймал восходящий поток, Брен! — упрямо буркнул Белли, пряча ободранное колено. — Если бы прутья были из железного дерева, я бы перелетел ущелье!

— Если бы у тебя в голове были мозги, а не облака, ты бы не прыгал со скал, летун, — Брендон легко спрыгнул с валуна и подошёл

к брату, протягивая широкую мозолистую руку. — Вставай давай. Лили уже накрыла на стол.

Он одним рывком поднял Белли на ноги и, оглядев сломанные крылья, понизил голос:

— Спрячь этот мусор за камнями. И умойся в ручье, пока не пришли домой. Дрейк сегодня чернее тучи — в восточной шахте заклинило подъёмник, так что он будет рад любому поводу сорвать злость.

Белли кивнул, торопливо отвязывая ремни. Его колено пульсировало от боли, но внутри, несмотря на падение, всё ещё горело то самое чувство. Секунда абсолютной невесомости.

Дом семьи встретил их запахом густого горного супа и горячего хлеба. Но в воздухе вместе с паром висело тяжелое напряжение — Дрейк уже сидел во главе стола. Отец молча протирал ветошью свои камнерезные

зубила, и по его суровому, потемневшему от угольной пыли лицу было понятно: день в шахте выдался скверным.

— Где вас носит? — не подподымая глаз, спросил Дрейк. Его голос звучал как хруст гравия под тяжелым сапогом.

— Я забирался на дальний склад за канатами, отец, — не моргнув глазом соврал Брендон, загораживая Белли своей широкой спиной. — А Белли помогал мне донести связки.

Дрейк лишь коротко хмыкнул, но Белли не успел выдохнуть.

Когда они прошли в кухню, Лили тут же подскочила к младшему сыну. Едва взглянув на него, она охнула и схватила Белли за руку. Рукав куртки был порван, а на колене сквозь ткань проступало темное пятно.