# Красная черта

Елена Кудлаева

Доминик Купер- пилот Формулы-1, привыкший жить на пределе скорости и эмоций. Эмили Хилтон- талантливый стратег команды Феррари скрывающая собственные амбиции за маской профессиснализма. Когда их пути пересекаются в мире больших денег и высоких скоростей, вспыхивает страсть способная разрушить карьеру обоих. Но на трассе нет места личным чувствам, особенно когда каждая ошибка может стать последней чертой.

## Глава1. Приглашение на танец

Кабинет в Маранелло пах старым кофе, озоном от серверов и неминуемым поражением. Эмили Хилтон закрыла крышку ноутбука с тихим, но окончательным щелчком. На погасшем экране всё ещё стоял график- красная линия, безжалостно ползла вниз, унося с собой рыночную стоимость акций и наследие целой эпохи.

" Это безумие"- проскрипел Марк Росси " Маэстро", как его звали за глаза, даже не пытался скрыть своего скепсиса. Он был архитектором последних побед Феррари, и теперь сидя в этом кресле, выглядел как памятник собственному прошлому. - Вы хотите доверить руль нашей последней надежде человеку, которого выгнали из Мерседес за то, что он назвал их тактику " Трусливой игрой в шашки"?.

Эмили не повернула головы. Она смотрела в окно на тестовый трек, где уныло, словно катафалк, полз старый болид. Его Красная краска казалось выцветившей и тусклой.

- А что предлагаете вы, Марко? - её голос был ровным, как стекло. - Продолжать в том же духе? Мы не теряем душу. Обычный пилот нас не спасёт. Нам нужен шторм.

Слово взял Лука Бьянки, молодой инженер по шасси, чьё лицо всегда было испачкано следами от карандаша. Он положил на стол тонкую папку с досье.

-Он и есть шторм, синьора Хилтон. Доминик Купер. Посмотрите на его телеметрию в младших сериях. - Вот! Каждый миллиметр трассы у него в работе. Никакой траектории- он её перекраивает. И делает это так, будто танцует на пределе.

- Он псих, - отрезал Росси. - Он гений, - парировал Лука.

Эмили взяла папку. На первой странице была фотография: парень в потертой кожаной куртке сидел на капоте гоночного симулятора с абсолютно скучающим видом, словно ребёнок, которого заставили делать уроки. Эмили приняла решение.