Муллина Валерия
Карманное чудо

Глава

Дело было вечером. Над маленьким, зажатым между холмами городком стремительно сгущались синие сумерки. Воздух становился прохладным, пахнущим сухой осенней листвой и дымом из печных труб. Наступало то самое время, когда тени удлиняются, а углы домов кажутся незнакомыми и чужими. В этот час на мощёные улочки выходил старый дед Пётр. Одетый в свой неизменный, потёртый на локтях синий кафтан и потемневшую от времени фуражку, он нёс в руке длинный бамбуковый шест с горящим фитилем на конце.

Пётр был городским фонарщиком — пожалуй, последним в этих краях, кто занимался этим делом вручную. Каждую деталь своей работы он знал назубок. Медленным, но уверенным шагом он ходил от одного чугунного столба к другому, аккуратно зажигая огни в масляных фонарях. Старик делал это не просто ради заработка. Он искренне верил, что его скромный труд приносит людям покой. Стоило живому жёлтому пламени весело затрепетать за стеклом очередного фонаря, как мрак отступал, улочки становились уютными, и горожане могли возвращаться домой спокойно, без страха перед ночной темнотой.

Город засыпал, окна в домах гасли одно за другим, и только фонари Петра оставались бодрствовать, выстраиваясь в ровные светящиеся цепочки. Работа близилась к концу, когда Пётр дошёл до старого городского парка на окраине.

Вдруг вдалеке, в глубине густых, диких кустов сирени, зажёгся яркий и удивительно странный свет. Он совсем не был похож на привычный тёплый блеск газового рожка или масляной лампы. Этот свет переливался холодными серебряными, лазурными и алмазными искрами, пробиваясь сквозь тёмные переплетения веток. Дед с опаской подошёл ближе, на мгновение совершенно позабыв про свою работу и тяжёлый шест. Сердце старика забилось чуть быстрее от любопытства и лёгкого волнения. Заглянув в густую листву и аккуратно раздвинув колючие ветки, он замер от изумления.