# Кости первых

Анна Бондарева

Обычная студенческая практика в северных лесах превращается для Ани Ланской и её товарищей в путешествие за пределы известной истории человечества. Огромные кости, таинственные знаки на старых картах и неизвестное существо, наблюдающее за группой из темноты, заставляют героев усомниться во всём, что они считали правдой. Чем глубже они проникают в запретную долину, тем яснее понимают: здесь скрыто не просто забытое поселение, а след древнего эксперимента, способного изменить представление о происхождении людей. Но главная опасность исходит не от обитателей леса, а от безжалостного Наблюдателя, для которого разумные существа — лишь материал для испытаний. Чтобы выбраться и сохранить тайну Первых, героям придётся научиться доверять друг другу, расшифровать чужой язык и доказать машине, что свободу невозможно измерить отчётами. «Кости Первых» — напряжённый научно-фантастический роман о памяти, ответственности и праве каждого разумного существа самостоятельно определять своё будущее.

## ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

МАРШРУТ

ГЛАВА 1

ПОСЛЕДНЯЯ ПРАКТИКА

Аня Ланская узнала о новом маршруте в понедельник утром, когда до выезда оставалось трое суток.

На доске в учебном классе висела увеличенная топографическая карта. Красная линия начиналась у лесного кордона, пересекала две реки, уходила к северному кряжу и возвращалась к старой лесовозной дороге. В нижнем углу преподаватель мелом написал: «Семь дней. Автономная группа. Итоговая практика».

Студенты столпились у карты ещё до звонка. Кто-то считал километры, кто-то спорил о перепадах высот, а Марсель Веденин уже снимал карту на телефон, медленно ведя камерой вдоль красной линии.

— Только не говори, что собираешься вести прямой эфир из каждой лужи, — сказала Ника Эльцова.

— Из каждой не буду. Выберу самые выразительные.

— Лужи или наши лица?

— Лица в лужах.

Ника закатила глаза и отошла к окну. Она всегда двигалась так, будто заранее знала, где через секунду окажутся остальные. Невысокая, коротко стриженная, с привычкой держать руки в карманах, она выглядела спокойной даже тогда, когда злилась.

Аня поставила рюкзак у первой парты и снова посмотрела на карту. Северный участок показался ей странным. Красная линия там делала широкий изгиб вокруг ничем не обозначенной низины, хотя прямой путь выглядел проще.

— Почему здесь обход? — спросила она.

Демид Северин, стоявший рядом, наклонился к карте.

— Болото, наверное.

— На карте нет условного знака.

— Значит, карта старая.

Он сказал это без раздражения, просто как наиболее вероятное объяснение. Демид вообще не любил усложнять то, что можно было проверить на месте. Высокий, широкоплечий, он лучше всех в группе работал со страховочными системами и почти никогда не повышал голос. Поэтому, когда преподаватели назначали старшего, никто не спорил.

В класс вошёл Леонард Арденов. Разговоры сразу стихли.

Арденову было чуть больше пятидесяти, но на занятиях он двигался быстрее многих студентов. Он преподавал организацию туристических маршрутов и аварийно-спасательную подготовку, требовал точности в мелочах и терпеть не мог фразу «как-нибудь разберёмся».

Он положил на стол папку и обвёл группу взглядом.

— Садитесь. Сегодня проверяем снаряжение, распределяем обязанности и разбираем маршрут. В четверг в шесть утра автобус у главного корпуса. Опоздавших никто ждать не будет.

Марсель опустил телефон, но запись не выключил.

— Веденин.

— Да, Леонард Павлович?

— Если камера будет мешать работе, она поедет в гермомешке до конца практики.

— Она не будет мешать.

— Это решите не вы.

По классу прошёл тихий смех. Марсель спрятал телефон.

Арденов раскрыл папку. В группе было шесть студентов: Аня, Ника, Демид, Марсель, Ренат Вельский и Элина Ратова. Все учились на последнем курсе, но специализации у них различались. Демид готовился работать инструктором и спасателем. Ника лучше остальных ориентировалась без навигатора. Элина разбиралась в первой помощи и полевой биологии. Ренат хорошо обращался с верёвками и инструментами, хотя на контрольных часто терялся. Марсель умел быстро находить общий язык с людьми и столь же быстро выводить их из себя. Аня собирала сведения, вела маршрутные журналы и замечала несоответствия, которые другие считали неважными.

— Задача практики, — начал Арденов, — пройти маршрут без внешнего сопровождения, организовать три разных типа лагеря, провести переправу, выполнить дневное и ночное ориентирование. Связь — два спутниковых маяка и радиостанции. Телефоны можете взять, но большую часть пути сети не будет.

Он распределил обязанности. Демида назначил старшим группы, Нику — штурманом, Элину — ответственной за аптечку, Рената — за техническое снаряжение, Марселя — за фотофиксацию и связь. Аня должна была вести журнал маршрута и работать с резервной картой.

— А вы? — спросил Ренат.

— Я наблюдаю, вмешиваюсь только при угрозе безопасности и оцениваю ваши решения.

— То есть всё делаем мы, а вы ставите оценки, — подытожил Марсель.

— Вы удивительно быстро поняли устройство образования.

На этот раз засмеялся даже Ренат.

После разбора Арденов раздал листы с координатами контрольных точек. Аня сравнила их с картой и снова задержалась на северной низине.

— Леонард Павлович, здесь действительно болото?

Преподаватель подошёл.

— Почему вы решили?

— Маршрут огибает участок, хотя рельеф там ровный. И обозначений нет.

Арденов провёл пальцем по линии.

— На старых картах отмечалась заболоченная пойма. Сейчас она почти высохла, но грунт после дождей нестабилен. Обход безопаснее.

Ответ был разумным. И всё же Аня заметила, что он не посмотрел на условные знаки, словно и без карты знал, о каком месте идёт речь.

После занятий группа спустилась в складское помещение. До вечера они проверяли палатки, горелки, карабины, аптечку, запасные батареи и рации. Элина отбраковала два просроченных перевязочных пакета. Ренат обнаружил трещину на одном из пластиковых фиксаторов. Ника заставила Марселя вынуть из рюкзака вторую камеру, складной штатив и большой внешний аккумулятор.

— Ты несёшь лишних четыре килограмма, — сказала она.

— Это не лишнее. Это оборудование.

— На подъёме оборудование станет лишним.

— На подъёме я стану сильнее.

— Нет. На подъёме ты станешь громче жаловаться.

Аня улыбнулась и вернулась к списку. Ей нрави