Юки Нэдзуми
Обородзуки

Глава 1

Терпеть не могу пьяных людей. Как и трезвых. Но в первых есть плюс, хоть и малый: их можно "вырубить". Но трезвые - другое дело.

Вот и сейчас, после нескольких уговоров выпроводить своего сильно бунтующего друга, я пытаюсь высвободить руку с цепкой хватки не пьющего мужчины. Лучше бы он пил.

- Хорошо, я проведу с вами время, только не сегодня, - выдыхаю от усталости и продолжаю гнуть своё - у меня сегодня был тяжёлый день, который даже не закончился. Сможете простить и позволить самой выбрать дату нашей встречи?

Хватка ослабла и мужчина выпустил мою руку. Благородно.

- Чтож, если вы настаиваете, - вообще-то я настаивала на другом - то мне ничего не остаётся, кроме как послушать вас.

Слушает он, кстати, с раза третьего. Люди думают, если человек трезв - он автоматически адекватен и нормален. И наоборот. Но оставлю это для более философских личностей.

- Отлично, значит, дайте подумать.. Есть куда записать? - спрашиваю ради приличия.

- Я так запомню - ухмыляется он.

Вот как, чудно! Значит, запомнит.

- В январе 31 день? - получив одобрительный кивок, продолжаю скороговоркой - Значит, встречаемся возле станции "Тиба" вечером 30 февраля, - Тут же слышу крики хозяина рёкана - Всё, меня уже зовут. Обязательно приходите!

Быстро разворачиваюсь как могу и бегу, пока он переваривает услышанное. Знаете, некоторые девушки имеют двуличное отношение к упёртым парням. Вроде она говорит, что он ей противен, но проолжает позволять ему вести себя напористо. Это говорит либо о том, что у него есть шанс либо о том, что ей нравится внимание мужского пола. Что по поводу тех, кому не нравится? Я сама не разобралась. Всё под властью характера, нежели здравого смысла.

Забегая в рёкан, в котором живу около года, лавирую между последними посетителями и направляюсь к комнате хозяина. Мы сблизились как отец и дочь. Его жена погибла при родах, а плод не успел увидеть и каплю света. Хозяин морально сильный и мудрый человек. Мне невероятно повезло встретить его в незнакомом городе. За это время он многому меня научил. И сейчас я иду сообщить ему, что со мной всё в порядке, хоть и знаю, что его окна находятся над входом и он наблюдал.

Не успев постучать, дверь открывается и меня встречает Исао с довольной ухмылкой.

- Значит, 30 дней.

И слышал.

- Ложь во благо - говорю и отворачиваюсь. Я не сторонник правды во всём и во всех случаях. Иногда ложь может спасти тебе жизнь. Нужно только понять, когда её применить.

- Хана, ты умница.

Никогда не слышала этих слов. Отец был скуп на самые простые фразы и не разбрасывался ими, будто у него ограниченный запас. Но охотно делился бранью. Смешивая иногда с рукоприкладством. В тайне от него я училась как постоять за себя у мальчишек с соседнего двора, чей статус был ниже моего. Статус.. тяжёлая ноша. Не в моих интересах оказалось быть озабоченной им. Поэтому я здесь. Я люблю это место и считаю его своим домом.

- Пойду спать, спокойной ночи, Исао.

- Спокойной ночи, Хана - он гладит меня по голове и ждёт моего ухода.

Всегда провожает меня взглядом, куда бы я не пошла. Нужно выспаться. На завтра какие-то влиятельные люди забронировали на следующую ночь комнаты. Меня ждёт тщательная уборка.

Ложусь в кровать и начинаю думать об этих людях. Совру, если скажу, что меня не одолевает страх увидеть среди них отца. Он директор фирмы Kyomei Group. И частые поездки в ближние города Токио не редкость. После моего бегства он вряд ли стал искать меня. Сложно сказать, любил ли он мать, которая не смогла подарить ему желаемого им сына. Знаю лишь, что она не справилась с его агрессией и покончила с собой. Очень драматичная и трагичная история моей семьи. Некоторым от услышанного становилось жаль. Я же ни к кому жалось не испытываю. Ни к матери, ни к отцу. Потому что нашла выход. Потому что выбралась из ада. Драматично качаться на верёвке не в моём вкусе. Лучше на качелях, которые Исао одним прохладным летним днём поставил для меня на заднем дворе гостиницы. Говорят, не всем хватает "духу". Мне кажется, не всем хватает "желания". Мотивации, возможности. Благодаря этому набору - я живу в спокойном районе Тиба, не считая, конечно, особых посетителей, но такое на самом деле редкость. Всё здесь настоящее, кроме меня. Моё имя - Киёми. А зовут меня Хана.