Ирина Одарчук Паули
О, поэт!

1.

О, поэт чудесный!

Век твой - правдив,

слово красноречиво,

и столь стойко, и столь мило.

Строки твои - волшебные нити,

ты кудесник мира,

и да не умолкнет лира.

Звуки её ложатся, как карта,

где каждая нота - путь,

каждый слог - ориентир.

Певуче и красиво,

даже когда больно.

Что скажет рыцарь слова,

чей светел ум и голова?

Его не зря зовут пилою -

он пилит дрова, но пилит так,

что щепки летят стихами.

Что же иссушит его уста?

Как снова пьёт он из колодца речи -

с Богом говорит,

верует, любит,

далеко смотрит поверх линии горизонта,

где ещё не родились строки,

но уже брезжит смысл.

Он не ищет лёгких рифм,

он ищет правды,

которая тяжелее золота.

И каждый стих - исповедь,

каждая пауза - дыхание вечности.

Но вечность не терпит суеты,

поэтому поэт медлителен,

как ход луны над строкою,

и точен, как взгляд ребенка.

2.

Глянь - вот правда,

и слов много,

был бы смысл -

да пил бы кумыс.

А вот оно, стадо,

и запах ириса в летнем зное,

и ветер с поля,

где травы ещё не скошены,

где время течёт по-другому:

не часами, а колосьями.

Что важно в этом мире?

Слова, диалоги,

молчание между ними.

Поэт слишком строг к себе,

и потому путь его долог,

далёк, как тропа до медвежьей берлоги,

что прячется в чаще,

где зверобой цветёт жёлтой звездой,

а земля пахнет прелью и мёдом.

А поэт пишет душой -

не чернилами, не кровью,

а той субстанцией,

что не видна глазу,

но чувствуется сердцем.

В душе сгрудились мысли,

как овцы перед грозой.

Думать, конечно, нужно головой,