# ЭФФЕКТ ОТРАЖЕНИЯ

Анна Лайт

Она — капитан контрабандного корабля, он — генерал Империи, поклявшийся её уничтожить. После крушения на заброшенной планете им остаётся либо убить друг друга, либо выжить вместе. Древний артефакт «Янус» связывает их сознания: теперь они чувствуют каждую эмоцию и не могут солгать. Между дерзкой Кирой и холодным Маркусом — ненависть и презрение, но связь срывает маски, обнажая их боль и одиночество. Впереди — погоня за артефактами, охота и противостояние армий Синдиката и Империи. Смогут ли враги стать союзниками? Или страсть, рождённая в огне ненависти, станет их спасением — и проклятием? Любовно-фантастический роман с острыми эмоциями и динамичным сюжетом.

## Глава 1

Часть 1: КРАХ И СВЯЗЬ

Глава 1: Тактика выжженного космоса.

Приборная панель «Бродяги» истекала кроваво-красным светом. Сирена выла так надрывно, будто у корабля осталась последняя минута жизни. Впрочем, так оно и было.

— Капитан! Щиты кормы на нуле! Правый маршевый двигатель... всё, сдох! — перекрывая рев компьютера, прокричал штурман Тим, судорожно вбивая команды в мерцающую голограмму.

Кира Ардова крепче сжала штурвал, чувствуя, как пот заливает глаза. Кожаная куртка липла к спине. На обзорном экране, занимая половину космоса, висел «Железный центурион» — исполинский имперский крейсер. Его орудийные порты светились зловещим фиолетовым огнем готовящегося залпа.

— Он не хочет нас уничтожать, — сквозь зубы процедила Кира, закладывая крутой вираж. Корабль содрогнулся от очередного близкого разрыва, швырнув её на ремни безопасности. — Ему нужен груз в трюме. Живым. Этот имперский цепной пес, генерал Вэйн, лично ведет охоту.

В трюме «Бродяги» в защитном контуре лежал «Янус» — странный черный октаэдр, покрытый пульсирующими синими линиями. Кира не знала, что это, но Синдикат заплатил за него столько, что хватило бы на покупку небольшой планеты. И Империя явно была готова развязать войну, лишь бы вернуть его.

— Мы входим в атмосферу Кербера-7! — крикнул Тим. — Кира, там магнитный шторм десятого уровня! Нас разорвет! — Или разорвет в тумане, или генерал сделает из нас решето прямо здесь. Пикируем! — скомандовала она, увлекая штурвал на себя.

«Бродяга» клюнул носом, устремляясь в грязно-желтое, бурлящее облако атмосферы заброшенной планеты. Кира мельком глянула на радар: имперский крейсер, нарушая все инструкции космического флота, пошел следом за ними в эту дыру. Маркус Вэйн был безумцем. Одержимым, хладнокровным безумцем.

В ту же секунду, как туман поглотил обшивку, электроника «Бродяги» сошла с ума. Голограммы схлопнулись. Корабль затрясло так, словно его зажали в тиски титаны. Из вентиляции повалил едкий дым.

— Отказ систем! — это было последнее, что успел крикнуть Тим перед тем, как лопнул главный экран.

Сквозь пробитый бронепластик Кира увидела, как огромная тень «Железного центуриона» теряет управление чуть выше них. Имперский гигант, попав в жерло магнитной аномалии, накренился. Его левое крыло задело скалистый пик планеты, породив гигантскую вспышку взрыва. На огромной скорости крейсер понесся к земле.

— Держитесь! — закричала Кира, когда «Бродяга» брюхом зацепил каменистое плато.

Мир перевернулся. Металл скрежетал о камни с оглушительным визгом. Киру швырнуло вперед, ремни врезались в тело, вышибая воздух из легких. Тьма накрыла её сознание прежде, чем корабль окончательно затих в ядовитых туманах Кербера-7.

## Глава 2

Глава 2: Вкус чужой крови

Запах гари и едкого пластика вернул Киру в сознание. Голова раскалывалась, во рту стоял отчетливый металлический привкус крови. Она судорожно вздохнула, закашлявшись от серого дыма, заполнявшего рубку «Бродяги».

— Тим? — хрипло позвала она штурмана.

Ответа не последовало. Кресло штурмана было пустым, ремни безопасности срезаны. Кира с трудом отстегнула собственный замок и едва не упала на накренившийся пол. Под ногами хрустело разбитое стекло голографических панелей. Корабль был мертв. Аварийное освещение едва заметно пульсировало тусклым багровым светом.

Кира проверила кобуру на бедре — тяжелый бластер «Коршун» был на месте. Это вернуло ей каплю уверенности. Шатаясь, она побрела через деформированный коридор к грузовому отсеку. Главное — проверить груз.

В трюме пахло озоном. Защитный контур, который должен был сдерживать артефакт, разлетелся на куски. Но сам «Янус» — черный матовый октаэдр — лежал на помятом стальном полу абсолютно невредимым. Более того, синие линии на его гранях больше не пульсировали. Они горели ровным, глубоким, почти живым светом. От артефакта исходило едва слышное гудение, от которого закладывало уши.

— Цел... — прошептала Кира.

Внезапно со стороны шлюзового отсека раздался тяжелый скрежет. Кто-то снаружи пытался вскрыть гидравлическую дверь вручную. Кира мгновенно присела за ящик с инструментами, сняла бластер с предохранителя и затаила дыхание.

Металл взвыл. Створка шлюза поддалась, и в проеме, окутанном желтым туманом Кербера-7, выросла массивная фигура.

Это был не её штурман.

На визитере был обгоревший, исцарапанный китель высшего офицерского состава Империи. На плече тускло поблескивал шеврон с изображением пикирующего сокола — личный знак генерала Маркуса Вэйна. В руке он сжимал тяжелый армейский излучатель. Его лицо было испачкано сажей, на левом виске запеклась кровь, но серые глаза смотрели холодно и расчетливо. Он дышал тяжело, но уверенно.

Генерал имперского флота выжил при крушении огромного крейсера и пришел за ней пешком сквозь ядовитую бурю.

— Выходи, капитан Ардова, — его голос прозвучал низко, ровно, без капли страха или сомнения.

— Твой корабль не взлетит. Мой тоже. Бегать больше негде. Сдай артефакт, и я гарантирую тебе справедливый суд.

— Справедливый суд в Империи? Не смеши мои радары, генерал, — крикнула Кира, резко выходя из-за укрытия и наводя бластер прямо ему в грудь.

Маркус среагировал мгновенно. Ствол его излучателя замер в сантиметре от её лица. Они стояли на расстоянии двух шагов друг от друга. Два хищника, готовые спустить курок при малейшем движении.

— Ты украла технологию, которая принадлежит государству, — процедил Маркус, сужая глаза. — Из-за твоей глупости погибли мои люди.

— Из-за твоей одержимости мы торчим на этой помойке! — огрызнулась Кира. — Опусти пушку, или я выжгу в твоем пиджаке очень неаккуратную дыру.

Они замерли. Напряжение между ними было настолько осязаемым, что казалось, воздух вокруг начал искрить. И в этот момент «Янус» за их спинами издал резкий, пронзительный звук, похожий на удар колокола.

Черный октаэдр резко взмыл в воздух на метр от пола. Синие линии на нем вспыхнули ослепительным, режущим глаза светом. Кира и Маркус одновременно обернулись на вспышку. Две невидимые волны чистой энергии сорвались с граней артефакта и ударили обоим точно в грудь.

Кира вскрикнула, чувствуя, как её прошибает мощнейший разряд электричества. Бластер вывалился из ослабевших пальцев. Рядом глухо застонал Маркус, падая на одно колено. Его излучатель с грохотом покатился по полу.

Свет погас так же внезапно, как и появился. «Янус» с тихим стуком опустился обратно на металл, снова став безжизненным куском камня.

Кира лежала на полу, хватая ртом воздух. Сердце колотилось в бешеном ритме. Но странно — ей казалось, что оно бьется не только в её груди. В её голове стоял странный, чужой гул.

Она попыталась подняться, оперлась на руку и поморщилась: ладонь сильно порезало осколком стекла при падении. Из раны капала кровь.

— Черт... — прошипела Кира от резкой боли.

— Проклятье! — одновременно с ней вскрикнул Маркус.

Кира обернулась и застыла. Генерал сидел на полу, судорожно сжимая свою левую ладонь. На его руке не было никаких ран, кожа была абсолютно целой, но его лицо исказилось от острой боли — точно такой же, какую сейчас чувствовала Кира.

— Что... что ты сделала? — Маркус поднял на неё яростный взгляд. Его дыхание было прерывистым. — Почему у меня горит рука?

Кира посмотрела на свою порезанную ладонь, затем на него. В её сознании вдруг четко, яркой вспышкой пронеслась чужая мысль: «Она отравила меня? Оружие Синдиката? Надо задушить её, пока я контролирую тело...»

Кира вздрогнула и отшатнулась.

— Я не травила тебя! И я не собираюсь тебя душить! — крикнула она.

Маркус замер. Его глаза округлились от шока.

— Я не говорил этого вслух.

— Ты... я слышала это. В твоей голове.

Генерал медленно поднялся, тяжело дыша. Кира чувствовала, как внутри него нарастает холодный, липкий ураган паники, который он отчаянно пытался подавить армейской дисциплиной. Но этот чужой страх транслировался прямо ей в мозг, смешиваясь с её собственным испугом.

— Артефакт, — Маркус посмотрел на черную пирамиду. — Он связал нас.

Он сделал шаг к Кире. С каждым его приближением гул в её голове становился громче. Ей казалось, что её мысли выставили на витрину. Она попыталась подумать о том, как незаметно дотянуться до упавшего бластера, но Маркус тут же резко перевел взгляд на оружие у её ног и пнул его ногой в дальний угол трюма.

— Даже не думай, капитан, — хмуро сказал он. — Я чувствую каждое твое намерение.

— Это кошмар, — Кира закрыла лицо руками. — Убирайся из моей головы, имперец!

— С удовольствием, если бы знал как, — отрезал Маркус. Он поморщился, когда Кира случайно задела раненую руку о край ящика — волна тупой боли мгновенно отразилась в его собственном теле. — Хватит вертеться. Ты делаешь мне больно.

Вдруг внешняя обшивка корабля содрогнулась от мощного удара. Снаружи раздался пронзительный, ни на что не похожий вой, от которого кровь стыла в жилах. Это был не ветер бури. Это был рев голодного хищника.

Маркус и Кира переглянулись. Теперь они оба точно знали, о чем думает партнер: мы заперты в мертвой консервной банке, оружия нет, а снаружи на