# Варлорд

Евгений Астахов

Приключения приключаются, чудовища чудовищничают, а Егерь никак не заткнётся.

© Евгений Астахов, 2026

## Глава 1

Аркана на дне, даже Спурт автоматически не включается, поэтому начать уклоняться я успеваю только из-за моего детектора угрозы. За миг до убийства оборотня Ехидну окутывают вспыхнувшие багровые мошки.

Костяное сверло прошивает мой заметно опустошённый кинетический барьер, как мокрую бумагу. Тело выгибается, пытаясь разорвать дистанцию, и закручивающийся снаряд вскользь бьёт по броне. С пронзительным дребезгом рвётся металл. Трескаются рёбра, и мучительный спазм простреливает меня от макушки до пяток.

То, что я прорываюсь сквозь него и не позволяю болевому шоку замедлить себя, нарушить координацию, иначе как чудом и результатом прокачанного Хладнокровия назвать нельзя.

Ещё когда тело только начало смещаться, правая рука уже молниеносно нырнула к кобуре и выдернула револьвер. Практически в упор я опустошаю половину барабана в Метаморфа.

Она закручивается с хищной грацией, частично уворачиваясь, частично принимая пули на собственный кинетический щит. Когтистая рука тянется к Таю, но тот реагирует вовремя и парирует её катаной. А в это время хвост Ехидны наносит стремительный удар. Ловкий и точный, как укол рапиры. Мария рефлекторно пытается избежать атаки, но безуспешно. Жало втыкается в плечо испанки.

Где её защитный барьер? Неужели поглощение энергии от упавшего панциря просадило его в ноль?!

Санта Муэрте охает и заваливается на подгибающихся ногах. Секунда, и на её губах выступает алая пена. Вторая, и пятки испанки начинают стучать по земле, выплясывая адскую чечётку.

Ещё несколько мгновений, и аркана перевалит за 215 единиц, я смогу включить Спурт. Этой передышки у меня нет. Амелиа выбрасывает мне в лицо жало хвоста и длинный костяной клинок. Второй занят Таем, который вынужден юлой крутиться, лишь бы не превратиться в кебаб. Из-за параметров разница в их скорости видна невооружённым взглядом. Мечник выживает лишь за счёт техничности, а не голой прыти. Он предугадывает направления вражеской атаки и умело ускользает.

Свободной рукой я выхватываю из-за пояса топор и принимаю чёртову лапу богомола на жёсткий блок. Металл томагавка к моему удивлению, чуть не ставшему смертельным, на поверку оказывается мягче костяного клинка. Тот погружается в лезвие и вязнет лишь на середине во всполохах искр.

Впервые жалею о том, что не прокачал Мощность. Мне не хватает силы, чтобы выдержать натиск её лапы. Аж колени подгибаются.

В это время хвост Метаморфа пытается проделать во мне новое отверстие. Глаза хищника вполне успешно отслеживают резкий укол, и я скорее инстинктивно, чем сознательно, подставляю на его пути дуло Десницы. Со скрежещущим звуком жало входит в ствол револьвера и застревает.

– Не стоит совать свой болт в странные дырки, – с трудом сопротивляясь давлению костяного клинка, говорю я.

И спускаю курок Усиленным выстрелом.

Громыхает так, что закладывает в ушах. Десница взрывается, забрав с собой весь конец хвоста Ехидны. Она рычит от боли, дёргая кровоточащим обрубком, и разрывает дистанцию. Тай лишь на миг не успевает вскрыть ей глотку.

Мне детонация решетит предплечье осколками раскалённого металла, благо, что броня принимает удар на себя. А вот Карнианская перчатка повреждена, и на руке не хватает нескольких фаланг. Обрубки обильно кровят и заставляют меня скрипеть зубами.

Ещё и на правой. Мразь!

Не спуская глаз с противника, выхватываю из кольца Регенеративный инъектор ступени D и всаживаю иглу в ладонь. Сейчас не до экономии, мне нужна полноценно работающая кисть.

Амелиа парит в воздухе, поддерживаемая хлопающими крыльями. Смотрит на нас, полыхая огоньками глаз в провалах маски. Из-за неё невозможно сказать, какие эмоции обуревают женщину.

Мерно тикает аркана. Постепенно восстанавливается Массив туманности. Ещё пятнадцать-двадцать секунд, и он вновь заработает. Краем глаза справа вдали вижу открывшийся провал портала. На другой его стороне виднеется знакомый пляж. От него исходит слабый запах цветов и леса.

– Убийство союзника исподтишка, – с отвращением произносит Тай. – Чего ещё ожидать от чудовища?

– Ваша мораль сейчас имеет столько же смысла, как представления первобытных дикарей об источниках грома, – отзывается Амелиа. – К чему это лицемерие? Сколько крови вы пролили до нашей встречи? Все мы идём по трупам. Все мы – чудовища.

– Да-да, – сплёвываю я. – Вовремя предать – это не предать, а предвидеть.

– Мне нужны ваши биологические образцы, и я получу их. Любой ценой.

– Есть у меня для тебя образец белка́, – ощерившись, изображаю покалеченной рукой характерный жест. – Могла бы просто попросить.

Тай совершает скользящее движение правой ногой, выводя её вперёд. Обеими руками держа рукоять меча у самого лица, он направляет его остриё на врага.

– Атакуй в открытую, если хватит духу.

Его фигуру закрывает Отражающий покров.

– Может, завтра схлестнёмся? – делаю я собеседнице безотказное предложение, вытаскивая левой рукой вторую Десницу из кобуры. – В полдень на главной улице?

Ехидна с хлопком швыряет себя в атаку.

– Нет? Вот ты, сука!

Мысленно слежу за арканой: 213, 214, 215…

Спурт.

Реальность тормозится на целых десять секунд.

Зелёная полоска вновь падает в ноль, но внезапно так же резко прыгает к семистам единицам. Полное опустошение ядра имеет шансы на его форсаж от Укреплённого ядра! Вернулось десять процентов арканы.

Мне нужно время, и я использую единственное, что может его дать.

Кокон иллюзий.

Вновь центр лабиринта заполняют десятки копий моей великолепной фигуры. Что примечательно, все сверкают теми же ранами и повреждениями экипировки, что и оригинал. Егери разбегаются в стороны, принимаясь за работу. Поливают Метаморфа шквальным огнём и кричат что-то боевитое.

Ну разве не чудесная компания?

Пользуясь образовавшейся суматохой, я двигаюсь ломанной линией вокруг противника, бросаю заготовку в одной из точек, после чего всаживаю остатки разрывных патронов в тушку убийцы. По крайней мере, пытаюсь. Кинетический барьер отражает их все, и тогда я прячу револьвер, чтобы достать кое-что покрупнее.

В это время Тай ожесточённо рубится с Ехидной. Из-за моего ускорения их движения выглядят неспешными, почти вялыми. Катана грациозно пластает пространство, лишь чуть-чуть не касаясь противника. Успевает параллельно и парировать, и перенаправлять в сторону чудовищные лапы богомола. Николай пропускает мимо себя две когтистые ладони, что должны вырвать ему кадык. Отбивает клинки. Ускользает от крутящегося сверла.

Тем обиднее следующий шаг Амелии.

Одна из её рук утолщается и, пока мечник занят лезвиями и сверлом, распыляет аэрозоль. Тай реагирует на угрозу, смещаясь, но тёмно-зелёная струя оказывается куда мощнее, чем можно было ожидать. Она накрывает его даже на дистанции.

Отражающий покров, похоже, не фиксирует спрей в качестве материальной угрозы, или же Ехидне удаётся его обмануть. В любом случае, Николай хрипит и припадает на колено. Клинки крест-накрест рассекают воздух и с двух сторон бьются о его шею.

А вот на это защитная способность уже срабатывает чётко. Костяные лезвия с силой отскакивают назад. Метаморфа даже закручивает на месте. А я с остервенением ловлю её голову в прицел, положив ствол винтовки на сгиб искалеченной руки.

Каждый патрон Серого Веретена несёт солидный запас кинетической энергии. Тем лучше, что я могу их размножить.

Усиленный выстрел. Дуплет.

Усиленный выстрел. Дуплет.

Аркана вновь почти обнуляется, но шесть бронебойных пуль гремят о барьер Ехидны. Уже третья разносит его в клочья. Я готов с наслаждением смотреть, как мои гостинцы перфорируют грёбаную маску крылатой суки. Однако она исчезает. Без предупреждения просто исчезает в один миг, чтобы появиться в десяти метрах слева от меня.

И хотя я не вижу выражения её лица, феромоны Ехидны, её запах и то, как она застывает на долю секунды, говорят мне одно: гадина в шоке. Она не телепортировалась. Её телепортировало.

Пальцем в небо, но это пассивная способность, возможно, что-то похожее на аспект моего собственного Спурта. Защита последнего шанса, которая должна отвести летальный удар, дав её обладателю шанс на выживание перед лицом смертельной угрозы.

Итак, у вселенной для меня есть новости плохие и хорошие. Метаморф ещё сильнее, чем мне казалось. Зато она всё же смертна.

Десять секунд ускорения истекают. Хорошо, хоть мои копии до сих носятся вокруг.

– У тебя был один шанс прикончить нас, – говорю я. – А теперь твоя голова принадлежит мне.

Зная о реальной силе Ехидны, не могу даже отвлечься, чтобы посмотреть на Тая. Остаётся только верить в него. Верить, что он выкарабкается. Потому что он силён, и никакая двуличная мразь не сможет оборвать нить его жизни.

– Я действительно недооценила тебя, Егерь, – склонив голову набок, произносит Амелиа.

Её хвост довольно шустро отрастает, впрочем, как и мои пальцы.

– Ты реально думаешь, что все эти двойники смогут спрятать тебя? – с усмешкой спрашивает она.

И разворачивается в мою сторону.

– А кто сказал, что я от тебя прячусь, сука?

Ехидна рывком мчится навстречу мне. Скорость моего изначального Глайда, не меньше. Она стелется над землёй стремительной тенью. Все четыре руки нацелены мне в голову. Костяные клинки с шелестом рассекают воздух.

А я разрываю дистанцию. Спиной вперёд бросаю себя прочь и держу в поле зрения оппонентку. Она летит по кратчайшей дистанции. А как ещё?

Пронзительный писк.

И взрыв.

Три заготовленные мины выстреливают вверх целой россыпью тонких металлических игл. Француженка пытается увернуться, и, если бы все мои заготовки находились в одной точке, ей бы удалось. Однако я выложил их треугольником, и куда бы она не бросилась в момент срабатывания, ей не избежать моих подарков.

Иглы шпигуют надменную тварь, доставляя ей массу незабываемых ощущений. Смысл не в том, чтобы убить её минами. У них всего лишь ступень Е. Этого не хватит. Смысл в том, чтобы занять её на секунду, рассеять внимание, и мне это удаётся.

Управляемая пуля.

Я стреляю от бёдра, не целясь.

Разгоняю пулю до предела и вывожу её на нужную траекторию. Ту, что заканчивается прямо по центру маски учёной. Она хоть и пытается уклониться, но Таран ступени D быстрее. Он настигает беглянку и… Та исчезает, а через долю секунды материализуется в иной точке. В оцепенении, осознавая, что снова едва не умерла.

Метаморф, истыканный иглами, даже не успевает найти меня и начать двигаться.

Потому что она вновь растворяется в воздухе и вновь появляется в новом месте.

– Теперь ты – моя, – обнажаю клыки в улыбке.

Управляемая пуля преследует Ехидну по всей площадке. Ту бросает из конца в конец, от края до края, но непреклонно, упорно кусочек инопланетного металла гонится за ней по пятам. Мне всё сложнее так долго поддерживать концентрацию, так быстро реагировать на смену местоположения моей добычи, но и Амелиа начинает сдавать.

Каждая телепортация просаживает её аркану. По-другому просто быть не может. А насекомоподобную тварь мотает вокруг меня, как колибри на спидах. На невозможных скоростях она бежит от смерти, а та упрямо дышит ей в затылок.

У кого раньше сдадут нервы? У той, кто привык пользоваться окружающими, как инструментами, убивая людей украдкой и в спину? Или у того, кто танцует с безносой с самого первого дня?

Лично я знаю, на кого бы поставил.

Да.

Вот оно.

С диким воплем Ехидна несётся к порталу, выжимая из себя всё до последней капли. Она настолько сконцентрирована на своей цели, что уже не способна воспринимать картинку на периферии. Тоннельное зрение во всей красе.

– ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА С РОЗОЙ?! – как банши, орёт Мария, замахиваясь косой.

Её длинное изогнутое лезвие рассекает воздух в мощном вертикальном взмахе.

Метаморф пугливо виляет в сторону, но испанка забирает свой фунт плоти. Обе ноги, отрезанные у колена, вместе с хвостом падают на землю. Пурпурное пламя медленно распространяется от кровоточащих обрубков вверх.

Ехидна ныряет в портал.

– Ну уж нет! – выплёвываю я.

Управляемая пуля преследует её.

Крылатая фигура стремительно набирает высоту, оставляя позади кровавую дорожку. Всё выше к небесам. Всё дальше от портала.

Я чувствую, как с каждым метром мой контроль слабеет. Как всё быстрее рассеивается аркана, вложенная в пулю. Та дёргается из стороны в сторону, пытаясь сбросить мою хватку. Эта норовистая лошадка больше не хочет ходить под седлом.

Амелиа тоже сделана не из железа. Она слабеет, теряет кровь и драгоценную аркану. Мне не нужно быть там, чтобы слышать её шумное паникующее дыхание. Кожистые крылья хлопают отчаянно.

Я вижу только свою добычу. Она бежит, она пытается скрыться, но, хлебнув её крови, я не собьюсь со следа.

Голова раскалывается от боли. Никогда не уводил пулю так далеко от себя, никогда не держал её так долго.

В абсолютный цифрах с того момента, как учёная решила бежать, прошло всего несколько секунд. А, кажется, часы.

Уязвимый затылок Ехидны всего в метре от меня. Пулю штормит из стороны в сторону. Дикий разброс.

Кристально чётко я понимаю, что ещё одно-два мгновения, и связь с пулей разорвётся. Поэтому я принимаю единственное возможное решение – оставить беглянке напоминание о сегодняшнем дне.

Управляемая пуля резко виляет и прошивает позвоночник Метаморфа, а следом и сердце.

## Глава 2

Только что я находился в облаках в километрах отсюда, а сейчас меня вышвыривает обратно в подводные Катакомбы. Сознание рывком возвращается в собственное тело. Я стою посреди просторной площадки, усеянной тушами мёртвых монстров. В руках подрагивает опущенная винтовка. Усталость и физическая, и ментальная сдавливает виски.

Чуть-чуть восстановившаяся аркана позволяет мне активировать Второе дыхание. По телу пробегает освежающий бриз, а за ним следует такая приятная волна бодрости. Мышцы на миг покалывает, а потом их вновь наполняет энергия. Даже сознание проясняется.

Ехидна, скорее всего, жива. Не верю, что её так просто убить. Особенно для человека, который может перестраивать собственное тело. Инстинкты охотника не успели отработать, так что в её анатомии мало что понимаю, но, думается мне, там вполне может быть резервное сердце, как у горбатого нальтея.

Бежать за ней сейчас нет никакого смысла, увы. Ещё за время погони она уже отлетела от портала на несколько километров. Если не упала, не найду и не догоню. А если упала не пойми где, попробуй её отыщи. Закопается под землю и будет спокойно регенерировать.

Так что остаётся только ждать нашего следующего танца. Ждать и готовиться.

Отряхнувшись, оглядываюсь и быстрым шагом приближаюсь к Таю. Он сидит, сгорбившись, и рассматривает собственные ладони, покрытые кровью и въевшейся грязью. Не знаю, что именно Николай в них видит, но изучает въедливо, не моргая.

Рядом с ним на земле, упав на колени, примостилась Мария. Она смотрит пустым взглядом на безголовое тело Алехандро. Опираясь на древко косы, девушка выглядит одновременно настолько хрупкой, что с неё можно рисовать Алёнушку Васнецова. В то же время глубоко внутри неё я ощущаю непоколебимую решимость. Ту, что позволила ей не сломаться, даже потеряв всю свою семью. Ту, что помогла хладнокровно добиваться отмщения для павших. Ту, что даст ей силы идти вперёд, пока в жилах ещё течёт кровь. Эта темпераментная испанка способна ждать и не умеет прощать.

– Вы в порядке? – выдаю я настоящий оксюморон в текущих обстоятельствах.

Тай кивает. Санта Муэрте, будто только проснувшись, мотает головой.

– Вас же обоих отравили? – мой вопрос повисает в воздухе. – Как выкарабкались?

– Она помогла, – кивает на девушку Николай. – Вколола антидот.

– У меня свой уговор со смертью, – медленно роняет слова Мария. – Моё время ещё не пришло.

Больше она ничего не поясняет, и я не могу винить её в скрытности. Предательство Ехидны встряхнуло всех.

Чтобы отвлечься, заглядываю в лог сообщений от Сопряжения

Испытание пройдено успешно.

Вклад Егеря: 22%

Вклад Тая: 23%

Вклад Санта Муэрте 20%

Вклад Эль Лобо 14%

Вклад Ехидны 21%

Затраченное время: 1 час 56 минут.

Награда снижена в связи с потерей 17% отряда.

1 000 000 единиц арканы распределено в соответствие с индивидуальным вкладом.

Подтвердите готовность получить дополнительную персональную награду.

Итак, несмотря на убийство Алехандро, ему выдали награду, поскольку он был ещё жив к моменту подведения итогов. Любопытно, что сказать. А вот долю Бена автоматически перераспределили на всех остальных участников Испытания.

Хотя, нет, его долю вычли из общей суммы. Так будет точнее. Поскольку нас было шестеро, если бы все выжили и отработали абсолютно равноценно, получили бы 1.2 миллиона – каждый по двести штук. Просто догадка, но всё же.

Сам результат меня не удивляет. Тай – действительно MVP[1] сегодняшнего вечера. И это у него РБМ ещё только-только перевалил за 500. Его Гидрокинез серьёзно помог в бою с нальтеем и позволил прикончить Левиафана. Оглянувшись, всматриваюсь в выросший из креветки кристалл и получаю подтверждение собственным мыслям. Убийство засчитали именно мечнику.

Трофей Николая «Тая» Морозова

Содержит:

215 076 единиц арканы

Способность «Кипящий гейзер».

Требует: Стойкость (C), Восприятие (C), Регенерация (C), Резонанс (С), Интенсивность (С)

Активная

Расходует: 2 500 (825) единиц арканы за десять секунд

Ступень: C

Шанс отторжения: 36%

Позволяет вам выстрелить изо рта смертоносным гейзером из уплотнённой воды и раскалённого пара, способным пробить даже самую прочную защиту. С умеренной вероятностью способность приобретает аспект эскалации, усиливающий атаку с каждой прошедшей секундой.

Немного прогулявшись, нахожу акульи ноги нальтея с торчащим из них кристаллом.

Содержит:

105 941 единицу арканы

Способность «Динамическая регенерация».

Требует: Стойкость (C), Выносливость (C), Регенерация (C), Резонанс (С), Интенсивность (С)

Пассивная

Ступень: C

Шанс отторжения: 18%

Способность наделяет организм усиленным темпом самоисцеления. Ваши регенеративные способности обладают повышенной устойчивостью, позволяя самоисцелению продолжаться даже при нарушении процесса, например, при среднеинтенсивной физической активности или получении умеренного урона. Регенеративные возможности организма испытывают периодические всплески через равные промежутки времени, что даёт повышенную регенерацию на короткое время.

Собираю аркану и, переставив запасные батарейки в Экстрактор, высасываю способность. Если даже откинуть в сторону моральный аспект спасения Сан Агустина, урожай получился отличный. Вся эта мясорубка была не напрасно.

Подтверждаю готовность забрать награды в меню, и на песке материализуется жетон, содержащий мою долю – 220к арканы, а рядом с ним появляется вытянутая пластина из отливающего синевой металла. Оценка доносит до меня информацию в весьма лаконичной форме.

Пайцза[2] лидера клана

Позволяет основать клан во время второго этапа.

Так…

Прежде всего, меня интересует, получили ли остальные такие же таблички? Проверить это легко.

– Тай, – окликаю друга, – забрал уже дополнительную персональную награду?

– Да, – отзывается он.

– Что выпало?

– Мотоцикл.

– Серьёзно?

– Да.

– Какой модели? – просыпается во мне лёгкое раздражение.

Был первым парнем на деревне с уникальным транспортом, а теперь придётся потесниться.

– Шива.

– Ясно. Мария, получила дополнительную персональную награду?

Испанка переводит на меня рассеянный взгляд и кивает.

– Жетон для создания клана.

– Ага. Мне вот тоже выдали. Неслучайно это всё, неслучайно.

Кроме того, встаёт вопрос, когда начнётся этот самый второй этап? Есть ли тут какой-то намёк, что ждать осталось недолго? И устроители этого блядского цирка заранее готовят своих призовых лошадок, наряжая их в самые красочные попоны?

О себе напоминает Сопряжение.

Вы заслужили право задать один вопрос. У вас есть три попытки.

Заранее зная ответ, я не могу вновь не попытаться.

– Когда завершится первый этап?

Информация заблокирована. У вас есть две попытки.

Ожидаемо. А что если… Если моя теория верна.

– Какой процент территории Земли на данный момент взят под контроль Претендентов?

Сопряжение молчит, а я мысленно готовлюсь к очередному отказу и размышляю о новом вопросе.

Однако алые буквы проявляются перед моими глазами.

13.92%

Так.

Так-так-так.

Если я прав, и второй этап начнётся по достижении порогового значения, значит, земляне уже неплохо продвинулись. Вопрос лишь, сколько нужно набрать? Пятнадцать процентов? Двадцать? Двадцать пять? Или вообще какое-то случайное число вроде двадцати одного? Цифра семь же имеет особое значение в Сопряжении. Дважды семь, например, или трижды? Почему нет?

До четырнадцати и пятнадцати рукой подать. Если вручение пайцзы имеет к этому отношение, стоит поторопиться с основанием фактории. Я бы не отказался от второго союзника по защите нашего дома.

Осталось вытащить энергию из рядовой фауны, а здесь её до сих пор валяется полно, и можно покидать Испытание. Принимаюсь за дело, растормошив Тая. Тут и его трофеев куча.

В итоге мой кошелёк тяжелеет ещё на 119 366 единиц. Охота на морских гадов – занятие прибыльное.

– Все закончили? Все готовы? – окликаю я спутников.

– Да, – с мрачной миной отвечает Санта Муэрте. – Помогите, пожалуйста, забрать тела. Мои товарищи не будут лежать в этой выгребной яме, – девушка скрипит зубами.

Тай подхватывает Эль Лобо, а я нахожу несколько кусков закопчённой изломанной брони Титана в останках Левиафана. Аркану с Алехандро собирает девушка, но никто и не протестует. Её по праву.

Окинув последним взглядом Катакомбы, я морщусь и захожу в портал.

В лицо бьёт свежий солёный ветер. Замечательное чувство после подводной затхлости. Высоко над головой стоит солнце, хотя по ощущениям должна быть глубокая ночь. За нашей спиной провал в царство вечной темноты закрывается и исчезает.

Путь до Сан Агустина с телами убитых навевает мрачные мысли. О бренности нашего существования. О том, как быстро гаснет этот неуловимый огонёк, что горит внутри каждого. О том, что Сопряжение превращает всех нас в чудовищ, как и сказала Ехидна. Превращает ли? Или просто раскрывает истинную суть человека?

Как и любое испытание, и речь не о сраных конкурсах, рождённых неведомым воспалённым разумом, любой катаклизм всего лишь отсекает лишнее. Убирает наносное. Любое искушение, а нет искушения сильнее, чем сила и власть, приоткрывает дверцу в самые тёмные чертоги души каждого из нас. Любое несчастье позволяет человеку проявить свою настоящую природу. Будет ли он тем, кто умножает зло, кто пользуется моментом для собственной выгоды, или тем, кто сохранит человечность, когда от неё нет никакой практической пользы?

Крутятся в моей голове и другие мысли, более приземлённые. Нам удалось спасти Сан Агустин от уничтожения в результате Всплеска, но город потерял сразу двух защитников-Квазаров. Заменить их, а тем более заменить быстро, будет невероятно сложно. Город можно брать голыми руками. Здесь почти не осталось сильных воинов. Не получится ли так, что наша победа окажется Пирровой?

Достигнув здания фактории, мы передаём тело оборотня и фрагменты доспехов товарищам Марии. Можно возвращаться домой, но испанка просит нас задержаться ещё на одну ночь. Да я и сам чувствую желание хотя бы на 12 часов отложить решение новых проблем. А они вечно имеют свойство появляться непрошеными.

Выхожу на связь с Уайтклэй. Там всё спокойно, и это чертовски радует.

До вечера я занимаюсь мелкими бытовыми вопросами. Навожу чистоту, благо, что у них здесь имеется горячая вода. Осматриваю сломанный револьвер с его разорванным стволом и покорёженным барабаном. Ремонту он уже не подлежит. Тут даже мнение оружейника не требуется. Только в утиль. Невольно размышляю о следующих шагах.

Несильно удивляюсь, когда нас приглашают на траурное торжество в честь павших. Хотя на обыкновенные мрачные посиделки это походит мало. Местные традиционно верят, что убитых не обрадуют кислые мины живых. Нужно танцевать и петь, вкусно есть и наслаждаться жизнью на всю катушку.

Сидя за большим столом, я открываю доставшийся мне шестнадцатилетний Лагавулин и щедро разливаю его окружающим. Мария опрокидывает бокал, на щеках прямо сквозь грим проступает румянец.

В тарелке лежит вкусное мясо с дымком. Кто-то играет на гитаре. Тай задумчиво грызёт кукурузный початок. В стороне женщина с пышной юбкой кружится в гипнотизирующем танце. Заметив мой взгляд, Санта Муэрте бахает перед моим лицом новую порцию выпивки.

Опрокидываю и смотрю, как испанка встаёт из-за стола, качнув бедром. Она манит меня пальцем, и после мимолётных раздумий я следую за ней по путаным коридорам фактории.

Наконец, она отпирает дверь и входит внутрь, сверкнув смуглыми щиколотками. Вижу средних размеров комнату, но рассмотреть её толком не успеваю.

– Я уже чувствую, как abuela[3] поднимается из могилы, чтобы задушить меня, – хрипловатый голос Марии резонирует в ушах.

Горячее дыхание обдаёт моё лицо.

Я чувствую сладковатый вкус мягких губ.

## Глава 3

Целовать человека, чьё лицо разукрашено под скелета-мертвеца, то ещё удовольствие, но я справляюсь. Не посрамлю честь Стрелков Гилеада, так сказать. А то не смогу потом купаться в фонтанах с кровью монстров и ломать о голову револьверы.

Действует Мария страстно и с полной самоотдачей. По телу бегут мурашки, биение сердца учащается. Я запускаю ладонь в иссиня-чёрные волосы испанки и прижимаю её к себе. Миг, и она запрыгивает на меня, обхватив ногами поясницу.

Мы перемещаемся на кровать. Одежда летит на пол, и тишину комнаты вскоре нарушают хриплые стоны Владычицы Смерти. Она знает, чего хочет, и не испытывает стеснения.

Из четырёх партнёрш, с кем мне довелось исполнять горизонтальное танго за последний месяц, эта самая шумная и самая же говорливая. Предпочтения Накомис довольно… ванильны. Драгана наоборот ходит по краю, предпочитает доставлять и испытывать боль, сражаться за контроль и право вести. Хейли по сравнению с ней девочка-цветочек. Ей нужны нежность, зрительный контакт и ласка.

Мария же… Мария хочет подчиняться. Жаждет, чтобы у неё отобрали контроль, чтобы мокрое лицо вдавили в подушку, чтобы стальная хватка сжала горло, перекрывая кислород. Она получает удовольствие не от жестокости партнёра, а от самоощущения игрушки в чужих руках. Довольно забавно, учитывая её позицию одного из лидеров этого города.

Мне нравится разгадывать подобные головоломки. Это придаёт сексу остроту.

Девушка в последний раз вскрикивает, надеюсь, стены здесь достаточно толстые, и полностью расслабляется. Обнажённое смуглое тело поблёскивает от пота. Глаз не оторвать. Эти бёдра сведут с ума любого.

Испанка лежит неподвижно. Если бы не мерное дыхание, полез бы проверять пульс.

В очередной раз порадовавшись удобству, я вытаскиваю из кольца сигареты и зажигалку. Щёлкает колёсико. Медленно выдыхаю дым и смотрю на Марию. В голове идеальная пустота. Ни одной лишней мысли.

Так и не оторвав лица от подушки, она начинает плакать. Практически беззвучно. Этот контраст на фоне страстных криков минутой ранее удивляет до глубины души.

Растерявшись, я пытаюсь решить, что мне делать. Если отбросить секс, мы друг другу чужие. Она не знает меня, а я не знаю её. Не просто не знаю, а не понимаю, что ею движет и что ей нужно. Слова сочувствия? Молчаливый собеседник, который выслушает, не задавая лишних вопросов? Физическое проявление привязанности – обнять и прижать к себе?

Пока я ломаю голову, испанка умолкает и протягивает в мою сторону руку, раздвинув указательный и средний палец. Уловив неозвученную просьбу, вкладываю туда тлеющую сигарету. Санта Муэрте переворачивается на спину и, опёршись на подушку, закидывает лицо к потолку. Полуприкрытые глаза блестят от слёз, но на лице покой.

Только сейчас могу нормально рассмотреть её шею, больше неприкрытую банданой. На тёмной коже выделяется заживший рубец. Иная пигментация сразу бросается в глаза. Тонкая полоса ничем иным, кроме следа от верёвки или, скорее, шнура, быть не может. Сдаётся мне, Марию пытались задушить, оставив на память этот след. Немудрено, что в обычной жизни она прячет подобный сувенир.

– Мне была нужна разрядка, – мелодично говорит она. – Хорошо, что ты оказался рядом.

– Не думаю, что у тебя возникли бы сложности с поиском замены для меня, – отвечаю с улыбкой.

Она пожимает плечами, затягивается и произносит:

– Ты мне нравишься, mijo, а самое главное, завтра ты уедешь, и нам не придётся вести неприятных разговоров.

Я чувствую себя ходячей секс-игрушкой. Иронично, если посмотреть на историю моих недавних взаимоотношений. Обижаюсь ли я? Пожалуй, нет. По-своему даже ценю её прямоту и честность. Девушка, которая знает, чего хочет, и может это сформулировать, прекрасна.

– Спасибо, что спасла Тая, – принимая обратно сигарету, говорю я.

– Пустое. Ты же спас Алехандро от Левиафана. Если бы не эта сука!.. – её ногти впиваются в ладони.

– Мир тесен. Мы с ней ещё столкнёмся, будь уверена.

– И в следующий раз она не уйдёт.

Её тон не оставляет сомнений: иначе как клятву это трактовать нельзя.

Подумав, я принимаю решение и добавляю:

– Гарм, Одиссей, Шелкопряд. Запомни эти имена и, повстречав, будь начеку.

– Кто они такие? – склоняет голову набок Мария.

– Люди, равные по силе Ехидне.

– Ты уже сталкивался с ними? Чем они опасны?

– Нет, и не знаю.

– Тогда откуда?.. – хлопает ресницами девушка.

– У тебя свои секреты. У меня – свои.

– Хорошо. Я поняла и запомнила. Спасибо, mijo, за всё! Будь уверен, если тебе понадобится помощь, Сан Агустин откликнется.

Киваю, подтверждая, что услышал её, и прячу окурок в кольцо. Думаю о том, стоит ли мне отправиться обратно в собственную комнату или остаться тут. Испанка накручивает на палец длинную прядь волос и лукаво щурится. В её голосе озорство смешивается с ехидством:

– Это же не всё, на что способен могучий Егерь? Такой большой и грозный pistolero уже выдохся? Как жаль…

– Ах ты, паршивка! – рычу я, оставив мысли о сне.

– Ну и что ты мне сделаешь? – насмешливо передразнивает Санта Муэрте, проводя ногтями по губам к подбородку.

* * *

Наутро я морщусь от яркого солнечного света, бьющего в окно, и пью крепкий кофе. Поспать так и не удалось, но… ничуть не жалею.

Тай в задумчивости заходит в общую столовую, замечает меня и удивлённо вскидывает брови. Через минуту, набрав еды, он подсаживается и внимательно изучает моё лицо.

– Ага, – кивает Николай каким-то своим мыслям и отправляет в рот полоску бекона.

– Это было плохое «ага» или хорошее?

– Это было просто «ага».

– Я тебя уже достаточно хорошо знаю, чтобы понимать, что это было не просто «ага».

Тай вздыхает.

– За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь.

– Что поделать, некоторые зайцы, особенно такие симпатичные, сами в руки прыгают.

– Любая женщина кажется красивой в темноте, издалека или под бумажным зонтиком, – не поднимая глаз от еды, парирует Николай.

– Там и без зонтика всё прекрасно.

– Видом – богиня, сердцем – ведьма, – наставительно замечает он.

– Признайся, тебя в детстве били сборником пословиц и поговорок?

– Мальчик, живущий у буддийского храма, не учась, читает су́тры, – с косой ухмылкой заявляет эта кладезь народной мудрости.

– Я слишком трезв для всего этого, – очерчиваю рукой физиономию Таю.

Стоит нам покончить с завтраком, как появляется знакомая возрастная дамочка и приглашает нас последовать за ней к Телепортариуму. Находится он не очень далеко от центральной базы Сан Агустина, буквально через дом. В прямоугольном внутреннем дворе старинного двухэтажного здания располагается что-то вроде юрты. Просторной, сделанной из неизвестного белёсого камня, но всё же юрты.

Её интерьер характеризуется гладкими металлическими стенами, которые плавно изгибаются, образуя замкнутое пространство. Мягкий свет, не имеющий видимых источников, освещает всю комнату и создаёт тёплую, уютную атмосферу.

В центре помещения располагается круглая платформа из полированного материала. Она кажется весьма прочной, способной выдерживать энергию телепортации. Эта платформа слегка приподнята над полом, что делает её более заметной.

Рядом с возвышением нас дожидается Мария, имеющая собранный, но доброжелательный вид. Не скажешь, что всего несколько часов назад это она вздрагивала и в ступоре мотала головой: «Хватит-хватит…».

– Как это работает? – уточняю я, ткнув пальцем в платформу.

– Просто поднимитесь на неё, назовите точку назначения вслух или мысленно и подтвердите списание арканы.

– Звучит просто. Что ж, был рад нашему знакомству, – наклонившись, целую её руку.

Мария еле заметно краснеет и озорно улыбается.

– Это взаимно, Егерь. ¡Vaya con Dios[4]!

Поднявшись вместе с Таем на платформу, фокусируюсь на картинке родного «дома».

Сектор № 377, форпост Уайтклэй. Стоимость телепортации: 20 000 единиц арканы. Подтвердите.

Мысленно соглашаюсь. Воздух на мгновение мерцает, словно заряженный предвкушением, после чего картинка смазывается. Удар сердца, и мы стоим рядом со Стелой.

Чуть в стороне замерло несколько удивлённых жителей, явно пришедших, чтобы решить свои бытовые проблемы. В Магазин там заглянуть или класс сменить.

Вежливо киваю им и получаю в ответ дежурные улыбки. Несколько шагов, и мы выходим на мороз. Из золотой осени обратно в зиму. Отвратительно.

– Ты платил за прыжок? – повернув голову, спрашиваю у товарища.

– Да. Двадцать.

– Ясно.

Значит, ошибся. Решил, что это я за всю группу отбашлял.

Занятная, конечно, штука – этот Телепортариум. Место, где границы пространства стираются. Средство передвижения, которое бросает вызов традиционным ограничениям. Телепортариум обещает приключения, а также исследование новых территорий, если, конечно, когда-нибудь он сможет отправить человека на иную планету.

Тай, махнув рукой, уходит по своим делам, а я отправляюсь на поиски Ваалиса. Дальше надо бы переговорить с Такадой и Ко – решить всю накопившуюся бытовуху.

Осьминожка при виде меня отрывается на миг от Трансивера и скупо кивает.

– Егерь, с чем пожаловал?

– За время моего отсутствия не удалось отыскать приоритетную цель?

– Увы. Не могу сказать, что мои бойцы усиленно её искали, но она нам не попадалась.

– А её вообще можно распознать-то? Или только убив, поймёшь, что это она?

– Не переживай. Встретив приоритетную цель, её ни с кем не перепутаешь.

– Ну-ну. Как дела у нашей любимой Вальторы?

– Обошлось без инцидентов.

– И то хлеб. А скажи-ка, ты у нас мастер порталов. Что-нибудь слышал про способность к телепортации на короткие дистанции? Скорее всего, пассивную. Срабатывает при угрозе жизни, причём многократно.

Осьминожка собирает пальцы у подбородка и отрицательно качает головой.

– Не доводилось. А кто ею владеет?

– Одна сука, с которой столкнулся в Сан Ангустине.

– Исходя из озвученных тобой характеристик, это должна быть довольно сильная способность. Полагаю, с серебряной эволюцией. Возможно, с золотой.

– Чего? – так и хочется похлопать глазами, но я борюсь с собой.

– К настоящему моменту ты уже мог бы купить всю доступную информацию в Магазине.

– Чтобы что-то купить, вначале об этом надо узнать. Так о чём речь?

– Ты уже сталкивался с тем, что некоторые способности можно развивать только до ступени D?

– Да.

Как Чутьё ксарида.

– Это называется железной эволюцией. Выше неё стоят способности с бронзовой эволюцией, их можно развивать до ступени C. Ещё выше – серебряная эволюция – до ступени A. На самой вершине – золотая эволюция – до ступени S.

– Чувствую, есть ещё какой-то нюанс, верно?

– Да. Редкость класса определяет, какой эволюцией будут обладать твои классовые способности. У железных классов – железная, у бронзовых – бронзовая. Думаю, ты уловил суть.

– Но при этом ты можешь спокойно добыть с монстра способность с золотой эволюцией даже будучи железным неудачником? Или нет?

– Безусловно. Если каким-то чудом ему удастся, он может заработать такую способность. Речь идёт лишь о врождённых ограничениях на эволюцию классовых способностей.

– И ты считаешь, что такая телепортация или самая крутая, или лишь на ступеньку хуже?

– Всё так.

– Но понятия не имеешь, откуда она её взяла?

– Нет. Одно могу сказать, чем выше ранг монстра, тем выше шанс, что его способности будут обладать более сильной эволюцией. Полагаю, та, о ком ты говоришь, лишь убила достаточно сильного Квазара.

Поблагодарив его, я вновь выхожу на улицу, вдыхаю свежий морозный воздух и иду искать Нако, Мэтта и Ракету. Я по ним соскучился, а бытовуха может и подождать.

## Глава 4

Ракету я нахожу по традиции в компании Принцессы Единорогов. Не знаю, где она её взяла, но Шелли пытается нацепить на пса розовую пачку[5]. Тот явно не в восторге от этой идеи, но мужественно терпит. Кряхтит, пыхтит, выворачивает мордаху, не давая продеть её в юбку из тюля.

– Ты зачем над бедолагой издеваешься? – спрашиваю я, глядя на это непотребство.

– Да нет, Дядя Егерь, ему пойдёт, – не отрываясь от занятия, отвечает девочка.

Формулирую следующий вопрос как можно мягче.

– Шелли, Ракета – мальчик. Зачем ему пачка?

– Ну как же? Чтобы играть со мной в принцесс, – Провидица старательно тянет юбку на голову собаке. Я буду Принцессой Единорогов, а он – Принцессой Фей.

Тридцатикилограммовая «Принцесса Фей» косится на меня грустным глазом и нервно пыхтит. В этом взгляде читается: «Спаси меня, братан!».

– А он не может быть рыцарем там или верным конём?

– Хмммм, – Шелли останавливается и, наклонив голову, усердно думает. – Может. Наверное.

Восторг Ракеты не поддаётся описанию. Ему словно отменили смертный приговор, не меньше.

– Я возьму его, а ты пока подумай над образом ещё, хорошо?

– Ладно, – радостно кивает девочка.

Уводя пса, слышу приглушённые рассуждения:

– Может быть, эльф? Нет. Слишком пушистый. Тролль? Нет, слишком добрый. Сатир! Ракета будет сатиром!

– Могло быть и хуже, – замечаю я, глянув на топающего рядом лабрадора.

Тот негромко воет, жалуясь на жизнь: «Куда уж хуже?! Я час с куклами чаепитием занимался!»

– С меня яблоко за моральный ущерб.

Ракета приглушённо гавкает.

– Два яблока.

Мою ногу толкает лобастая голова, и я понимаю, что мы пришли к компромиссу.

Накомис сама наталкивается на меня на перекрёстке, вывернув с перпендикулярной улицы.

– Вернулся, герой! – улыбается полицейская. – Гроза лобстеров и морских огурцов!

– Тая видела? – понятливо киваю.

– Ага.

– Как вы тут?

– Плодотворно. Мы с Мэттом и Бекшно заглянули в старый лагерь Пастыря, вычистили там очередную пакость.

– Я вижу, красотка, – присвистнув, сканирую её Оценкой.

РБМ с момента нашей встречи вырос до 358 единиц.

– До Кваза всего пара шагов осталась.

– А то! – хвастливо отвечает Иктоми, наставив на меня пальцы пистолетом.

– Как Мэтт себя показал?

– Знаешь, поначалу я думала, что ты дуростью маешься, когда решил взять его под крыло, – индианка смущённо чешет щёку, – но, признаю, я ошибалась. Парнишка смелый и неглупый. Только ему не говори, чтобы нос не задирал.

– Рад это слышать.

– А ещё он мне жизнь спас, – внезапно добавляет она, опустив взгляд.

– Чего?! Рассказывай.

– В общем, мы когда тот лагерь зачищали, я подставилась, и один из монстров мне кинетический щит просадил. Добили гадов, а дальше послышалось мне, что в сгоревшей церкви кто-то возится. Потом уже анализируя, поняла, что имела кучу опций и ни одной не додумалась воспользоваться. Могла по Картографу проверить, есть ли вокруг монстры. Могла Телекинезом все брёвна растащить. Могла гранату туда закинуть… Короче, полезла я туда сама зачем-то и закономерно нарвалась.

Она морщится и вздыхает.

– Мне в лицо прыгнула тварь, чуть башку не отгрызла. А Мэтт среагировал, подстрелил её прям в полёте. Аккурат, как ты умеешь. Бекшно не успел, а он успел. Можешь им гордиться.

И, чёрт, я действительно горжусь.

Улыбка сама собой выползает на лицо.

– Не злишься? – исподлобья смотрит на меня Накомис.

– На тебя? С чего бы? Думаешь, мы с Таем в командировке не косячили? Нам там одна сука в доверие втёрлась и обоих чуть не прибила. Так что я – последний человек, который будет тебя отчитывать за неосторожность. Главное – в будущем будь аккуратнее.

– Какие планы? – обрадованно уточняет девушка.

– Сделать вас обоих Квазами, найти и прикопать приоритетную цель, повысить форпост до фактории.

– Однако…

Ракета выдаёт негромкий: «Буф».

– И купить яблок, – со смешком добавляю я.

– С последним не затягивай, – улыбается полицейская.

– Угу. Ладно, у меня ещё остались дела. После обеда предлагаю сходить на охоту. Посмотрим, как вы тут справлялись без нас.

Гидеона мне удаётся разыскать на улочке, ставшей импровизированным фермерским рынком. Тут добытчики продают съедобную монстрятину и всякие бытовые мелочи, найденные в результате вылазок в заброшенные города. Пиромант стоит, облокотившись на прилавок, и болтает с какой-то девицей примерно одного с ним возраста. Хотя, точнее будет сказать, болтает она, а Мэтт краснеет, поддакивает и вставляет односложные реплики.

– …Группа отца притащила эту тушу. Совсем свежая. На вкус, как баранина, почти не отличишь. Только костей больно много. А правду говорят, что вы с теми индейцами целое логово недавно извели? – с придыханием спрашивает веснушчатая шатенка.

– Кхм. Да там не очень большое. Десятка два, – чешет кончик носа белобрысый.

– Два десятка?!! – округляет глаза собеседница.

Усмехнувшись, подхожу и обхватываю Пироманта за плечо.

– Мэтт у нас скромняга, а на самом деле – настоящий орёл, – говорю уверенно и громко. – Без него наш отряд давно бы передох.

– Егерь?! – удивлённо вскидывается парнишка.

– Правда? – глаза продавщицы начинают блестеть ещё больше.

– Чистая правда. Или ты думаешь, я таскал бы с собой балласт?

Девушка мотает головой, а я на прощание хлопаю Гидеона по плечу и неспешно иду прочь. Искоса вижу, как подростки обмениваются ещё парой фраз, и вскоре амиш догоняет меня с блаженной улыбкой на лице.

– Поздравляю.

– С чем?

– Свидание? Или я ошибаюсь?

– А… Да… Договорились вместе вечером на танцы пойти.

– У нас в форпосте проводятся танцы? – искренне удивляюсь я.

– Ага. Зак открыл бар. «Конечная остановка» называется.

Задумавшись, припоминаю вояку, который во время осады форпоста сидел на пулемёте. Похоже, охотничья жизнь его доконала, и он решил сменить её на нечто более безопасное и предсказуемое.

– Спасибо, что помог, – неуверенно произносит Мэтт.

– Ерунда. У тебя и так всё было схвачено, нужно лишь вести себя чуть поувереннее.

– Как ты! – он стискивает руку в кулак и улыбается.

– Не думаю, что во всём стоит брать с меня пример.

Пытаюсь перевести тему.

– Нако говорит, ты хорошо себя показал во время последней вылазки?

– Да ладно, – отмахивается Гидеон. – Просто повезло. Она бы и сама справилась. Это ж Накомис. С луком нет никого смертоноснее неё.

– Повезло, ну-ну. Удача возникает там, где подготовленность встречается с возможностью. Не помню, кто это сказал, но мужик был умный. Поэтому не прибедняйся. Ты тренируешься достаточно, чтобы успех стал следствием твоих навыков, а не слепой удачи.

Пиромант молчит несколько секунд и кивает.

– После обеда пойдём на охоту. Будь готов.

– Без проблем. Стой, а как же ваша поездка? С чем вы там столкнулись?

– Вот в процессе и расскажу.

Добравшись до дома, я решаю изучить те способности, что повышал, не глядя во время Испытания.

Укреплённое ядро

Требует: Резонанс (C), Интенсивность (С)

Пассивная

Ступень: C

Усиливает ваше энергетическое ядро, что ускоряет выработку арканы на 225%. Полное опустошение ядра с умеренной вероятностью может вызвать его кратковременный форсаж, что мгновенно восполнит вам 10% арканы. При падении запаса вашей арканы ниже 75% и 25% выработка арканы ускоряется на 20% на 10 секунд.


Контроль арканы

Требует: Интеллект (C), Выносливость (C), Резонанс (C), Интенсивность (С)

Пассивная

Ступень: C

Повышает ваш контроль над арканой, что снижает стоимость активации способностей на 67%. С вероятностью 8% активация способности может вызвать кратковременный форсаж энергетического ядра, что вернёт вам 50% затраченной на неё арканы. С вероятностью 5% активация способности не потребует затрат арканы.


Меткий стрелок

Требует: Хладнокровие(C), Ловкость (C), Интеллект (C), Резонанс (C)

Пассивная

Ступень: C

Единоразово наполнив арканой механизм выбранного оружия, вы навсегда повышаете его дальнобойность и поражающие свойства на 221%. Настильность траектории боеприпасов повышается на 168%. Внешние факторы, такие как атмосферное давление, температура окружающей среды, влажность, высота над уровнем моря, ветер или другие погодные эффекты, влияют на траекторию выпущенной пули на 50% меньше.

Нужно будет проверить на примере двух одинаковых экземпляров оружия, применяется ли автоматически обновлённый эффект, или его нужно перенакладывать после повышения ступени способности. Как раз куплю второй револьвер и сравню.

Смертельная физика

Требует: Ловкость (C), Интеллект (C), Резонанс (C), Интенсивность (С)

Пассивная

Ступень: C

Создаёт особое поле арканы вокруг ваших рук, которое повышает эффективность гидродинамического и гидростатического удара в теле цели от попадания боеприпасов на 168%. Эффекты гидродинамического и гидростатического удара лучше адаптируются к анатомии различных, в том числе не углеродных, форм жизни.


Дуплет

Требует: Интеллект (C), Восприятие (C), Резонанс (C), Интенсивность (С)

Активная

Расходует: 750 (248) единиц арканы

Ступень: C

Наполняет следующий выстрел арканой, что позволяет создать две его полуматериальные копии, которые движутся позади основной пули, обладают всеми свойствами оригинала и затрудняют своё обнаружение. Кинетическая энергия каждой копии увеличена на 25% относительно оригинальной пули.

Улучшения мне достались весьма неплохие. Ничуть не жалею, что потратил на них аркану. Самое любопытное, пожалуй, это новое свойство Дуплета.

Если правильно понимаю, оно отлично сработает в комбинации с Усиленным выстрелом. Тот увеличивает поражающую и пробивную способность пули, то есть её кинетическую энергию, а Дуплет набросит сверху дополнительный модификатор на все пули-копии, что ещё сильнее подстегнёт их убойность.

На руках у меня остаётся 437к арканы, и я решаю закрыть последний пробел в собственных параметрах. Драка с Ехидной показала, что голая физическая сила важна даже для того, кто предпочитает сражаться на дистанции. Эта монструозная гадина едва не продавила своим костяным клинком мой топор.

Минус 45 340 единиц арканы и два часа чистого времени. Завершив эту болезненную манипуляцию, я ощущаю, как под кожей прокатывается чистая мощь. Тело готово выбросить её в секундном рывке, только дай приказ. Кулаки так и чешутся протестировать новые возможности на каком-нибудь крепком засранце.

Однако, стоит навестить старого доброго Такирама.

Шагнув в Магазин, я замечаю, как шестирукий торговец занимается какой-то фигнёй. В каждом кулаке зажато по ракетке для настольного тенниса, только какой-то странной. Из их центра идёт шнур, на конце которого прикреплён пластиковый мячик. Коммерсант занимается тем, что стучит ракетками по мячам, пытаясь поддерживать все шесть в воздухе одновременно.

– Мистер Егерь, – не отрываясь от дела, приветствует он меня. – Рад вас видеть в добром здравии.

– Взаимно. Бездельем маешься? – с улыбкой спрашиваю я.

– Отнюдь! Эти земные игрушки неплохо развивают координацию и глазомер.

Спрятав свой спортивный инвентарь в кольцо, он подходит к стойке и забирается на высокий стул.

– Чем наш Магазин сегодня может быть вам полезен?

– Хочу интегрировать две способности. Ступени D и C, соответственно. Мне нужна будет капсула поддержания жизненных функций для них обеих, а также добавки ступени D – две штуки.

Этим я срежу по 17.5% угрозы с обеих способностей. Текущие шансы отторжения по ним составляют 19% и 18%, соответственно. Риск станет минимальным.

– Безусловно. С вас 65 840 единиц арканы.

Расплатившись, я залезаю внутрь знакомой мне капсулы. Процесс проходит гладко и без сюрпризов.

Динамическая регенерация

Требует: Стойкость (C), Выносливость (C), Регенерация (C), Резонанс (С), Интенсивность (С)

Пассивная

Ступень: C

Способность наделяет организм усиленным темпом самоисцеления. Ваши регенеративные способности обладают повышенной устойчивостью, позволяя самоисцелению продолжаться даже при нарушении процесса, например, при среднеинтенсивной физической активности или получении умеренного урона. Регенеративные возможности организма испытывают периодические всплески через равные промежутки времени, что даёт повышенную регенерацию на короткое время.

Любопытно, конечно, как эта способность будет взаимодействовать с одноимённым параметром? Полагаю, усилит его. Иначе в чём смысл?

Электрическая изоляция

Требует: Стойкость (D), Выносливость (D), Регенерация (D), Резонанс (D), Интенсивность (D)

Пассивная

Ступень: D

Перманентно перестраивает ионные каналы и клетки кожного покрова, обеспечивая более эффективную изоляцию от электричества. Ваше тело может пережить умеренные удары током без серьёзных травм за счёт перенаправления электрических зарядов от жизненно важных органов и уменьшения наносимого ими урона.

Покончив с этим, возвращаюсь к прилавку.

– Друг мой, Таки, мне нужно два килограмма яблок.

– Какой именно сорт?

Мой мозг погребает под дюжиной странных терминов вроде «Айдаред», «Гала» и тому подобное.

– Полагаюсь на твой вкус, – вынырнув, отвечаю я.

– Ценю ваше доверие, – пришелец изображает полупоклон. – Яблоки обойдутся вам в 4 000 единиц арканы.

Дороговато, однако. Рацион ступени F на день стоит всего 840. Хочешь хрумкать сладкие земные яблочки, а не непонятную бурду, плати.

– Ага. Дальше, я возьму ещё одну Десницу ступени D.

– Ваша пострадала в бою?

– Ты очень проницателен.

Выкладываю на стойку обломок револьвера.

– Боюсь, он уже не поддаётся ремонту. Вам действительно лучше приобрести новый. Он обойдётся вам в 15 400 единиц арканы.

– И патроны. Мне нужно много патронов.

– Мы закроем все ваши нужды, будьте уверены.

– Возьми блокнот.

– У меня отменная память.

– Хорошо. Все патроны ступени D. Револьвер: 10 пачек Шершней, 5 пачек Такифугу. Дробовик: 10 пачек Шершней, 5 пачек Такифугу, 5 пачек Скарабеев, 5 пачек… Зажигательные же «Саламандры»?

– Да.

– Тогда 5 пачек Саламандр. Винтовка: 10 пачек Шершней, 5 пачек Саламандр, 5 пачек Такифугу, 5 пачек Таранов. Автомат: 5 пачек Шершней.

– Солидный заказ, – щёлкает языком Такирам. – С вас 339 570 единиц арканы.

Я подзависаю. Конечно, не надеялся, что отдам пять копеек, но это прямо жёстко. Мне уже не хватает тридцати двух тысяч, а у меня были ещё иные планы на аркану.

– Боюсь, ваших средств не хватит, чтобы покрыть весь заказ. Желаете что-то убрать?

– Да. Давай сократим все боеприпасы. Вместо десяти пачек – пять, вместо пяти – три.

– Безусловно. С вас 190 806 единиц арканы.

– Ага. Докинь ещё 4 кумулятивные гранаты ступени D.

– Как скажете, 36 960 единиц арканы.

Упаковывая все свои покупки в кольцо, думаю о том, что без боеприпасов я всё равно не смогу эффективно сражаться. А крохоборство, из-за которого мне не хватило патронов в Катакомбах, едва не стоило нам победы. Поэтому как бы ни было жаль аркану, нужно душить этот порыв.

Более того, я планирую набить энергии в ближайшие дни и выкупить остальную часть боеприпасов. Главное, найти хороший источник денег – сильных монстров.

Попрощавшись с Такирамом, я покидаю Магазин и, присев на диван, вливаю 67 000 единиц арканы в две способности.

Я уже некоторое время размышлял о том, что стоит повысить в первую очередь. Выбор пал именно на эти опции. Одна нужна мне в долгосрочной перспективе, но нужна непременно, а вторая сильно урезана в своей эффективности за счёт того, что действует только на землян. Надеюсь, апгрейд снимет это ограничение.

Электрическая изоляция

Требует: Стойкость (C), Выносливость (C), Регенерация (C), Резонанс (C), Интенсивность (C)

Пассивная

Ступень: C

Перманентно перестраивает ионные каналы и клетки кожного покрова, обеспечивая более эффективную изоляцию от электричества. Ваше тело может пережить без серьёзных травм высокое напряжение, а также потенциально удары молнии за счёт перенаправления электрических зарядов от жизненно важных органов и уменьшения наносимого ими урона.


Эмпатическая проницательность

Требует: Интеллект (C), Проницательность (C), Восприятие (D), Интуиция (C)

Пассивная

Ступень: C

Перманентно перестраивает зеркальные нейроны, островок и переднюю поясную кору головного мозга, позволяя вам великолепно улавливать микровыражения, феромоны, а также чувствовать и понимать эмоции других существ. Вы приобретаете возможность распознавать ложь, если собеседник является представителем вашего вида или углеродной формой жизни.

На счету снова грустно, но я чувствую уверенность в собственных силах. РБМ демонстрирует приятную глазу цифру. Очень уж она близка к круглой.


Следующие три дня проходят в привычной суете. Наш отряд устраивает вылазки ближние и дальние.

Я смотрю за тем, как сражаются Иктоми и Гидедон. Испытываю только удовлетворение, потому что из дурной полицейской, стрелявшей на эмоциях по мне, а также из зажатого амиша вышли компетентные и сильные бойцы. Не без огрехов, безусловно, но, сделав ошибку, они учатся на ней, а не повторяют снова и снова.

Так Накомис прекрасно усвоила свой урок. Во время зачистки торгового центра в Пайн-Ридж она постоянно держит свой Телекинез наготове и отбрасывает приближающихся врагов, чтобы тут же вбить в них стрелу.

Не знаю, как там поплясал с той девицей Мэтт, но бдительность он не теряет, даже набравшись опыта. Прекрасно комбинирует пистолет со своими огненными атаками. А те уже жгут весьма убийственно. В его арсенале появилась небольшая волна пламени, а также жидкая сфера, разбрасывающая липкий огонь на всех, кто оказался рядом. Это позволяет контролировать ближайшее пространство.

Под конец третьего дня пиликает Трансивер, и, увидев адресата, я вскидываю в удивлении бровь.

Это Вальтора.

«Приветствую, Егерь. Приглашаю тебя посетить Фритаун. Я получила доступ к информации, которая может быть тебе интересной».

«А конкретнее?»

«Моим бойцам удалось отследить приоритетную цель».

## Глава 5

На минуту я погружаюсь в мысли о том, не стоит ли провести встречу где-то на нейтральной территории. Отказываюсь от этой идеи. Не собираюсь давать Вальторе повод думать, что я её боюсь. Тем более, что это не так.

«Завтра загляну к тебе в гости».

«Буду ждать».

Интересно-интересно. Намечаются весёленькие деньки.

Стоит, как минимум, переговорить с Ваалисом и Драганой, узнать их мысли на этот счёт.

Полчаса спустя я выхожу из кабинета лидера Пульсаров. Тот убеждён, что сестрица Драганы хочет что-то поиметь с этой беседы. Либо аркану, либо снижение налогов, либо что-то ещё. Я и сам не ждал от Вальтора благотворительности, но сейчас только укрепился в этом мнении.

– Я поеду с тобой, – безапелляционно заявляет вышедшая следом Драгана.

– Соскучилась по родне? – сверкаю улыбкой.

– До смерти, – отвечает мне не менее широким оскалом дроккальфар.

– Тогда, как я могу отказаться от такой чудесной компании? Выезжаем завтра в 9 утра.

– Хорошо.

Распрощавшись с Драганой, иду к мастеру-оружейнику Хаску забирать свой заказ. Немногословный ящер попросил сутки на то, чтобы починить мой топор. Кроме того, он обещал укрепить металл каким-то дополнительным напылением. С его слов это должно исключить дальнейшее повреждение режущей кромки при столкновении со сравнимым по мощи объектом. Всё это счастье обошлось мне в 6 000 единиц арканы.

Забрав свой верный томагавк, спускаюсь в подвал – в стрелковый тир. Руки только сейчас дошли всё-таки проверить способность Меткий стрелок, а именно применяется ли автоматически обновлённый эффект, или его нужно перенакладывать после повышения ступени способности.

Самый простой способ протестировать это – замерить поражающие свойства патронов, выпущенных из двух одинаковых револьверов. Для этой цели у Хаска имеется какой-то сложный прибор, подключённый к мишени. Он должен показать, сколько кинетической энергии заключено в патроне в момент поражения цели.

Первый выстрел совершаю из новой Десницы: 7 130 Дж. Следом из револьвера, на которой когда-то давно уже наложил эффект Меткого стрелка ступени D: 14 403 Дж. А под конец активирую свежеусиленную способность ступени С на новом револьвере: 22 887 Дж. Страшные цифры, если задуматься. Энергия пули из ручного оружия получается сравнимой с патроном крупнокалиберной снайперской винтовкой вроде.50 BMG. А если добавить в уравнение Усиленный выстрел? Вливаю базовое количество грязной арканы в способность: 53 261 Дж.

Самый крупнокалиберный патрон, который мне известен – это.950 JDJ, так называемый «Убийца тиранозавров». Его энергия составляет 52 450 Дж при скорости 670 м/с, и по классификации калибров он относится, скорее, к малокалиберным снарядам, нежели к пулям. Стреляют им из винтовки массой под 50 кг, закреплённой на станке для пристрелки или с очень крепких сошек. Поэтому тот факт, что сопоставимамя убойная сила при гораздо более высокой скорости скрывается в крупном, но всё же ручном револьвере напрочь взрывает мне мозг. Да и не только мне, но уже в чуть менее метафорическом смысле.

Эксперимент подтверждает гипотезу: повысив ступень способности, её нужно активировать повторно на всём моём вооружении. Чем я и занимаюсь, добравшись до дома.

За прошедшие три дня, к сожалению, мне удалось заработать всего 61 779 единиц арканы. Треть от суммы, необходимой, чтобы выкупить оставшуюся половину боеприпасов. И это мы исколесили всё вокруг в поисках враждебных существ.

Хорошо уже то, что мои расходы в этой части получились нулевыми. Я исчерпал все патроны ступени Е, которые у меня оставались к этому моменту: от револьвера, дробовика и автомата.

Зато РБМ Накомис вплотную приблизился к необходимой отметке в 400 единиц. Правда, пускать её в бой с Квазом один на один я пока не хочу. Вначале стоит по максимуму повысить её шансы на победу: развить до упора оставшиеся параметры и способности, а заодно найти ещё парочку полезных, разобраться с экипировкой и, наконец, отточить её навыки в бою. Чтобы весь свой арсенал Иктоми использовала, не задумываясь, и как можно эффективнее.

С этими мыслями о синергии отряда я и ложусь на боковую. В комнате холодно, приходится засыпать в одежде. В который раз делаю мысленную пометку поставить ещё одну постройку Сопряжения и перебраться в неё. Хоть смогу подключить модульное здание к коммуникациям. Желанные свет, вода и тепло. Если бы проводил больше времени дома, давно бы занялся этим вопросом. А так, прихожу сюда только ночевать, да и то не каждый день, поэтому вопрос вечно выпадает из фокуса моего внимания.

Наутро Драгана уже бьёт копытом, когда я выхожу на укрытую свежим снегом улицу.

– Вот же нерасторопный землянин! – ворчит она.

– Гиперактивный ушастик, – позёвывая, парирую я.

– Что ты сказал, Кройц тебя задери?! – она мгновенно наливается кровью.

– А где я соврал, моя фиалковая Венера? Ты чертовски активна и чертовски ушаста.

– Кто? Как ты меня назвал?.. – девушка даже перестаёт злиться на миг и останавливается, как вкопанная.

– Будешь себя хорошо вести, расскажу, – призывая мотоцикл, отвечаю я.

Драгана хмурится, но любопытство, нет-нет, да и прорывается в ней. Стреляет в мою сторону глазками и всё порывается что-то сказать, но сдерживает себя. Вместо этого активирует пульт, материализуя свой собственный транспорт.

По пути захватываем Тая, и я в который раз любуюсь его трофеем из Испытания. Белоснежный мотоцикл[6] сверкает хромом, латунью и стеклом. По крайней мере, их инопланетными аналогами. В отличие от моего Бахамута, где ездок лишь слегка наклоняется вперёд, на Шиву нужно практически ложиться грудной клеткой.


Модифицированный Галарский мотоцикл

Модель: Ши́ва

Вооружение: спаренные пулемёты

Защита: кинетическо-энергетический барьер

Количество поглощаемого вреда: 285 000 Дж

Аспект: Комфорт

Ступень: D

Зато у него есть одна приятная мелочь

Аспект Комфорта – поддерживает постоянный приятный микроклимат вокруг ездока без дополнительных затрат арканы.

Пока я, за Драгану говорить не буду, морщусь от бьющего в лицо пронзительного ветра и того сорта влажного холода, когда даже не очень низкая температура пробирает до костей, Тай восседает в седле с еле заметной довольной улыбкой.

В общем, поездка до Фритауна довольно быстрая по сути оборачивается множеством неприятных ощущений. Хоть иди в Магазин и покупай грелку.

Уже на подъезде к городу, злорадно скалюсь при виде четвёрки недовольных темнокожих дрокков, стоящих по колено в сугробе. Холодно, поганцы? А вот нехрен было соваться на мою планету. Вас сюда никто не звал. Давай-давай, мороз-батюшка, покажи ублюдкам всё наше гостеприимство.

Газуя мимо постовых, я почти улавливаю бессловесный мотив в скрипе снега и свисте ветра:

♪ Кто приносит печали в ледяные дали,

Забери их к себе, Зима-мама[7] ♪

Примечательно, что в прошлый раз, на этом месте дежурство несли ребята в шипастой броне, которых холод не брал. Возможно, более продвинутых бойцов перевели на иное направление, а сюда поставили молодняк. Эта теория подтверждается тем фактом, что все охранники – Войды.

Поездка по главной улице наглядно демонстрирует наступивший прогресс по сравнению с нашим самым первым визитом. Местные жители не выглядят шуганными, вокруг не валяются неубранные трупы и мусор.

Через две минуты мы останавливаемся у трёхэтажного модульного здания, окружённого россыпью таких же модульных малоэтажных построек. Делаю знак своим следовать за мной и решительно топаю сквозь КПП к главному ходу.

Новая поездка на лифте с управляемой гравитацией, и я выхожу к знакомой обители Вальторы. Дежурство несёт всё тот же обмудок, что в прошлый раз тыкал мне в грудь пальцем. Широко и дружелюбно улыбаюсь ему. У него аж скулы сводит от радости.

Дверь в комнату местного лидера Дома Архарц открывается, и она сама застывает на пороге.

– Ты захватил с собой так много друзей? – взгляд Вальторы пробегается по моим спутникам. – Ты, что, мне не доверяешь?

– Я?! Как тебе вообще могло такое в голову прийти? – замечаю с укоризной.

– Сестрёнка, – холодно улыбается дамочка.

– Вальтора, – цедит Драгана столь тёплым тоном, что можно напитки остужать, просто поднеся их к её рту.

Проследовав внутрь, осматриваю комнату, где мы уже когда-то вели переговоры. В декоре ничего не поменялось. Она всё так же разделена на две части массивной деревянной перегородкой, обтянутой узорчатой тканью. До сих пор в «рабочей» зоне стоит лишь пара кресел вокруг небольшого столика. Сесть сможем только я да хозяйка комнаты.

– Боюсь, я не была готова к такому количеству гостей, – невинно хлопает ресницами Вальтора.

Ну да, ещё один способ унизить моих спутников. Хотя на Тая-то ей плевать, а вот утереть нос Драгане – это всегда в удовольствие.

– Никаких проблем, – отвечаю я и шагаю к её личной половине комнаты.

– Что ты?..

Вопрос повисает в воздухе, потому что я легко отодвигаю прочь перегородку, делаю ещё два шага и подхватываю диван. Тот, обтянутый какой-то пятнистой шкурой, весит немало, что ничуть не мешает мне держать его одной рукой. Мог бы просто поднять его, но где в этом веселье? Поэтому я просто тащу его через всю комнату, а этот «шедевр» инопланетного дизайна отчаянно скребёт ножками по металлическому полу. Звук такой, что зубные коронки пытаются вывалиться изо рта.

Драгана заливисто хохочет.

– Очень… Очень находчиво, – шипит Вальтора.

– Ерунда. Просто мне не хочется стеснять тебя.

– Как это заботливо с твоей стороны.

– Да, я такой, – киваю, как можно самодовольнее, чтоб её аж Кондратий хватил.

Драгана уже не смеётся, а просто хватает воздух ртом. Ну, хоть кому-то здесь весело.

Наконец, все рассаживаются, и я поворачиваюсь к хозяйке дома.

– Что именно ты хотела мне предложить?

– Информацию, – после паузы отзывается она. – Информацию о приоритетной цели.

– Как вы её нашли?

– Случайно, – пожимается плечами Вальтора. – Мои воины охотились в окрестных землях и наткнулись на существо, которое представляет значительный интерес. Для тебя, – добавляет она.

– С чего ты взяла?

– Полноте, Егерь, не стоит играть в эти игры. Мы оба понимаем, что тебе нужна фактория, а пока Сектор не будет полностью взят под контроль, её основание будет невозможно.

– Хорошо, – со вздохом говорю я, – что именно ты хочешь в обмен на информацию?

– Всё просто. Ты отдашь Фритаун нам.

Она умолкает и делает медленный глоток из красивого бокала.

## Глава 6

– А спину тебе сгущёнкой не намазать? – по традиции спрашиваю я, откинувшись в кресле.

Доброжелательная улыбка не сходит с моего лица.

Вальтора еле заметно сужает глаза и с шумом ставит бокал на столик.

– Исходя из тона твоего ответа, я буду трактовать его, как отказ.

– Умная девочка.

– То есть тебя не интересует имеющаяся у меня информация?

– Интересует, но она даже близко не стоит столько, сколько ты запросила.

– Отчего же? Эта информация имеет «скоропортящийся» характер. Иными словами, по прошествии времени она станет бесполезна для тебя.

– Вот именно. Мы и сами способны отыскать ту тварь.

– Боюсь, ты не понял меня, Егерь, – вновь отпивает из бокала Вальтора. – Если ты не превратишь свой форпост в факторию в ближайшее время, его сметут, когда закончится первый этап. Тебе нужен союз со вторым кланом, способным встать на его защиту, а без фактории это невозможно.

– Раздробленные Пульсары способны позаботиться о своих союзниках, – вмешивается Драгана с недовольной гримасой на лице.

Её сестрица снисходительно улыбается и молчит.

– Сметут, не сметут – это мы ещё посмотрим. В любом случае, форпост вы не получите. Если это всё, не буду отнимать у тебя время.

Начинаю вставать, когда дрокк останавливает меня взмахом руки.

– Не торопись, так дела не делаются.

– Тебе очень нужен этот форпост? – чуть склонив голову, спрашиваю я.

– Да.

Интересно.

Опускаю свой зад обратно в кресло.

– Однако, – продолжает Вальтора, – я готова рассмотреть иное средство оплаты.

– Слушаю тебя.

– Мы пересмотрим связывающий нас договор. Выплачиваемый налог снизится до одного символического процента, а кроме того, через три месяца мы выкупим у тебя Фритаун по справедливой цене.

– Подмётки рвёте на лету, – с ухмылкой замечаю я.

– Не слушай её, – касается моей руки Драгана. – Эта информация столько не стоит. Мы найдём приоритетную цель и без неё.

– Нет, не найдёте, – уверенно заявляет Вальтора.

Хмм.

– Налог опускаем до 12%, а форпост я продам вам через год.

– Егерь, не смеши меня, 3%, не больше. Выкуп – через полгода.

– Я серьёзен, зато ты, кажется, шутишь. Последнее предложение: 10% и девять месяцев.

Дроккальфар задумчиво трёт подбородок.

– Будь разумен, Егерь, это не похоже на компромисс. Итак, 7.5% и 6 месяцев.

Открываю рот, но она поднимает раскрытую ладонь, морщится и неохотно добавляет:

– В качестве бонуса: я лично помогу тебе убить приоритетную цель.

Тут уже приходит мой черёд думать, а Вальтора веско произносит:

– Ты знаешь, что я слов на ветер не бросаю. С моей помощью от Квазара не останется даже пепла.

Для убийства твари рекомендовано взять пятерых Квазов, поэтому ещё один сильный боец может склонить чашу весов.

Поймав её взгляд, говорю:

– С тобой я буду чувствовать себя гораздо спокойнее.

Коготки Драганы впиваются мне в ладонь. Её сестра одобрительно кивает:

– Вот именно. Не переживай, я пригляжу за тобой. С учётом заключаемого договора, твоя безопасность в наших интересах.

Я улыбаюсь.

– Это очень мило с твоей стороны.

– Дом Архарц заботится о своих партнёрах.

После её слов Тай с шипением открывает очередную банку пива и делает глоток. Все, кажется, забыли о его существовании.

– Егерь, мы договорились?

– По рукам.

Она присылает проект соглашения через интерфейс. Ознакомившись с ним, подтверждаю.

– Тогда сделай все необходимые приготовления и встретимся завтра здесь же около полудня.

– Как скажешь. Увидимся.

Покинув кабинет, выходим на улицу. Пронзительный ветер пробирает до костей.

– Егерь, – окликает меня Драгана, – это что был за балаган?! Зачем ты пошёл на её условия?

– Не здесь, – кратко отзываюсь я и материализую мотоцикл.

Обратную дорогу скрашивает беззлобная ругань ушастой. Один Тай не пьёт из меня кровь, он предпочитает хмельное да пенное.

По возвращении сразу иду к Ваалису и обсуждаю с ним заключённую договорённость. Хорошо, что наши мысли сходятся. Этот хладнокровный и здравомыслящий пришелец из тех, с кем приятно иметь дело. Выбери наш форпост клан каких-нибудь истеричных баранов, пришлось бы куда сложнее.

В Чадроне и Денби всё спокойно, и это радует. У Марии тоже ситуация постепенно выравнивается. Жители Сан Агустина приводят в порядок свой город. Кроме того, два бойца вскоре пройдут крещение огнём в схватке с Квазарами. Если всё пройдёт успешно, боевая мощь фактории восполнится.

Перекусив, вновь отправляемся на охоту. Леса вокруг бывшей деревни амишей кишат всякой живностью. Я почти не вмешиваюсь, только контролирую обстановку, наблюдая, как Иктоми и Гидеон справляются с угрозами. Время яселек прошло. Мы с Таем не можем находится рядом постоянно. Им нужно наработать недостающие умения и уверенность, которые однажды спасут им жизнь.

Глядя, как Накомис грамотно расстреливает дальние цели, как Мэтт её прикрывает, беря на себя ближние угрозы, удовлетворённо киваю. Даже без меня они не пропадут.

Редкое махание топором приносит мне 7 956 единиц арканы. Лучше, чем ничего.

Вернувшись ближе к вечеру обратно в Уайтклэй, строю на свободном куске земли одноэтажный модульный дом. Выглядит он, конечно, чужеродно, но не суть. Жить можно, а это главное. Доступ по личному жетону. Внутри тепло, светло, вдобавок имеется встроенная санитарно-гигиеническая комнатка. Перетащив свой немногочисленный скарб, устраиваюсь на ранний отдых.

Планам на безмятежный сон не суждено сбыться. Негромкий стук отвлекает меня от клубящихся мыслей. За порогом стоит Драгана собственной персоной. Не дожидаясь приглашения, она входит внутрь и оглядывается.

– Уютненько, – сарказма в её голосе хоть ложкой черпай. – В Магазине полно мелочей, которые превратят эту берлогу в пригодное для жизни место.

– Ты пришла критиковать мой вкус в дизайне интерьера?

– Нельзя критиковать то, чего нет, – ворчит она и бросает на пол рядом с кроватью диковинный коврик.

Формой он не является ни квадратным, ни круглым, а представляет собой органичное слияние кривых и асимметричных линий, которые, кажется, плавно перетекают друг в друга.

Яркие цвета танцуют на его поверхности. Волны люминесцентного синего, электризующего пурпурного и эфирно-зелёного каскадом струятся по ковру, меняясь и смешиваясь в завораживающей демонстрации инопланетных пигментов. Оттенки обладают сверхъестественной яркостью, словно сама ткань излучает едва уловимое сияние. При этом цвета не бьют по глазам и переплетаются довольно органично, не вызывая ощущения кислотной галлюцинации.

При ближайшем рассмотрении текстура ковра кажется пушистой. Волокна невероятно тонкие и обладают сверхъестественной гладкостью. С земными материалами не сравнить. При касании от него исходит мягкое тепло, как будто ткань содержит скрытый источник энергии.

– Подарок на новоселье, как это у вас принято.

– Как много ты знаешь о наших обычаях! – ухмыляюсь я.

– Прочла от скуки пару текстов в Трансивере, – дёрнув щекой, отвечает Драгана. – Надо же знать, какие первобытные порядки царят в этой дыре.

– Ну, само собой. И в гости ты зашла, чтобы подарить мне коврик, – одновременно со своими словами я вытаскиваю из кольца стаканы и разливаю по ним алкоголь, взятый из ресторана в Золотом Вигваме.

Дроккальфар принимает напиток, опрокидывает, не почувствовав вкуса, и нажимает на крепления брони. Та с грохотом падает на пол, оставляя её в облегающей ткани термобелья.

Следующий час оставляет на моей коже больше шрамов, чем все три зачистки Испытаний вместе взятых. Драгана пытается не то убить меня, не то вытрахать вытрясти душу. Будь я человеком более мнительным, сказал бы, что она отрывается, как в последний раз. Или же банально пытается забыться.

Наутро я плотно завтракаю, проверяю и чищу всё своё оружие и экипировку. После чего захожу к Шелли проведать Ракету и, попрощавшись, двигаю к выходу из города. Здесь меня уже ждут Николай, Драгана, Накомис и Мэтт. Последний выглядит насупленным. До сих пор не понимает, почему я не беру его с собой. Индианка просто волнуется и напряжённо улыбается.

– Что за траур? Кого хороним? – громко и насмешливо спрашиваю я.

Накомис моргает и медленно выдыхает.

– Удачи. Надери там всем зад!

– Ну, естественно. Без пиздюлей, как без пряников.

До Фритауна втроём мы доезжаем без приключений. Пролетаем по главной улице и тормозим напротив резиденции Вальторы. Та с важным видом вышагивает в нашу сторону. Окидывает внимательным взглядом Драгану и Тая, кивает и взлетает.

– Следуйте за мной, – бросает она и ускоряется.

Повелительница Бури несётся в воздухе быстро, но не пытается от нас оторваться. Направляемся мы на юг и вскоре достигаем знакомого мне перекрёстка. Свернув на запад, двигаемся холмами, но, не доезжая до леска, где меня пытался грохнуть прошлый шериф, поворачиваем на юг.

Где-то в той стороне находится Хей Спрингс. Куда-то туда ездили ушастые мрази, так говорил Стэнли Пирсон. Теперь все встаёт на свои места. Жаль, что я задвинул эту информацию в дальний угол своего мозга и не исследовал ту территорию повнимательнее. Не до того, конечно, было, но это не отговорка.

Впереди постепенно вырисовывается сам городок, но мы вновь сворачиваем и следуем за Вальторой на запад. Двухполосная дорога ведёт по плоским заснеженным лугам, пока впереди не вырастает не очень высокий холм.

По мере приближения к нему мы замечаем остатки старой добычи полезных ископаемых, которая когда-то процветала в этом районе. Рядом с темнеющим провалом находятся полусгнившая деревянная постройка и такая же покосившаяся от времени вывеска «Рудник Айрон-Крик». Только потому что её защищает навес, всё ещё можно с трудом прочитать буквы.

Вальтора медленно приземляется на нетронутый снег

– Наша цель скрывается там. Секунду, я выманю её наружу.

– Не стоит, мы идём внутрь. Наши шансы повысятся, если сможем застать врага врасплох.

– Боишься, сестрёнка? – ехидно спрашивает Драгана.

– Никогда, – каркает Повелительница Бури. – Егерь, в твоих словах есть логика. Идём.

Когда мы заходим внутрь, воздух становится тяжёлым и влажным, с сильным запахом земли и железа. Просторная штольня уходит глубоко в землю, исчезая во тьме. Её стены сделаны из грубой породы. Покосившиеся крепи выглядят столь древними, что могли застать ещё Линкольна.

Со временем вода смогла просочиться через потолок, образуя маленькие лужи на неровной земле. Её бег создаёт действующий на нервы звук падающих капель, который эхом разносится по тоннелю.

Тусклые лучи света проникают сквозь небольшие щели в потолке. Они подсвечивают остатки старого горнодобывающего оборудования, беспорядочно разбросанного внутри рудника: ржавые металлические тележки, проржавевшие механизмы и трескающиеся крепи. Мрачное напоминание о некогда бурной деятельности.

Вальтора смотрит на часы.

– Куда-то торопишься?

– Разведчики донесли, что Квазар покидает своё логово в одно и то же время, чтобы раздобыть себе пропитание. Если хотим застать его врасплох, стоит поспешить.

По мере того, как мы углубляемся в рудник, температура заметно падает, а на стенах всё чаще виднеются глубокие следы. Порезы. С каждым метром неприятный запах усиливается, и он уже ничуть не напоминает железо или землю.

Эхо здесь распространяется только в путь, поэтому чтобы скрыть его, я включаю Пелену тишины. Минуем несколько проходов, ведущих в неизвестном направлении. Все они слишком узкие.

Мы проходим развилку, один конец которой уходит влево узким тоннелем. Тот, что справа, ведёт в центральную часть рудника. Оттуда и доносится смрад.

– Вот оно, – говорю я.

Тай кивает, положив ладонь на рукоять меча. Его примеру следует Драгана.

При входе в большой зал нас встречает пещера с высоким потолком. Комната тускло освещена, сквозь трещины просачиваются блики солнечного света.

Наши чувства атакует резкое зловоние, тошнотворная смесь разложения и сырости, которая тяжело висит в воздухе. Пол неровный, усеян мусором, что делает каждый шаг ненадёжным.

В центре пространства находится большая куча щебня, след обвала, который, возможно, произошёл давным-давно. Но это не всё, что там есть.

Зал усеян остатками ужасных пиршеств: разорванными в клочья одеждой и вещами, а также набором трупов самой разной целостности и на самых разных стадиях разложения. Кости человеческие, животные и инопланетные беспорядочно разбросаны по полу. Изломанные грудные клетки, разбитые черепа и оторванные конечности валяются щедрым мясным ковром. Засохшая кровь – брызги по стенам и по полу – пятнает окружающие поверхности.

В самом тёмном углу комнаты вырисовывается большая гротескная фигура. Её массивное шишковатое тело обагрено кровью многочисленных жертв. Шипы на спине украшают сгнившие тела. Длинные конечности сложены извивами.

Мой старый знакомый.

Бета-Крайтакс.


С момента нашей прошлой встречи он активно кормился и развивался, поэтому Оценка демонстрирует следующую картину:

Бета-Кра́йтакс[8]

Ранг: Квазар

РБМ: 933 единицы

Статус: Видит сны

Содержит: 112 976 единиц арканы

Какие именно картины могут сниться подобной твари, я совсем не хочу себе представлять. Перед глазами бежит послание от Сопряжения.

Вы столкнулись с приоритетной целью Сектора № 377. Рекомендация: группа из пяти Претендентов рангом не ниже Квазара.

– Как и обещала, – замечает Вальтора. – Это он.

– Верно. Осталось исполнить вторую часть. Поджаришь его хорошенько?

Дрокк скрипит зубами. Её фигура наливается ослепительной белизной, на что тут же реагирует Крайтакс. Миг, и его многочисленные провалы глаз распахиваются, сверкая безудержным голодом. Второй, и он прыгает с места, вытягивая в нашу сторону острейшие когти.

Разряд электричества толщиной с фонарный столб прошивает чудовище. Его шкура пузырится и тлеет. Вонючий дым поднимается кверху. А из бездонной пасти рвётся оглушающий рёв.

Противнику больно, но он совсем ещё не выбыл из игры. Отлетев, ублюдок приземляется на лапы и вновь бросается в бой на свою обидчицу. Вот только Вальтора взлетает к самому потолку, оставляя чудовище внизу.

Тай и Драгана пускаются в пляс. Их клинки врубаются в крепкую шкуру. А я всаживаю пули из винтовки в угловатую башку Кваза. Параллельно держу в поле зрения и его, и Вальтору.

Поэтому одновременно с алым текстом, бегущим перед глазами, замечаю, как она фокусирует новую мощнейшую молнию и бросает её с разъярённым криком.

Правда, не в Крайтакса.

А в меня.

## Глава 7

Глайд вовремя уносит меня прочь, пока позади поток электричества заставляет камень с грохотом дробиться и трескаться. Он взрывается и обдаёт окружающее пространство осколками, как шрапнелью. Самым краем глаза вижу оплавленные дочерна плиты. Какой же мощи должен быть ток, чтобы камень спёкся и поплыл?!

Вальтора парит под потолком, окружённая закручивающимся вихрем и слепящими вспышками молний. Больше она не поддерживает искусственный фасад спокойствия и деловитости. На лице кожа натянута, как поверхность барабана. По ней пробегают целые ручейки искр. В распахнутой пасти блестят клыки. Короткая стрижка растрёпана от статического электричества. Чтобы почувствовать дикую животную ненависть, которая исходит от девушки, мне не требуется Эмпатическая проницательность.

– Егерь, я предупреждала тебя, теперь поздно молить о пощаде! Дом Архарц умеет ждать, и мы были терпеливы. О, да! Время платить за каждую дерзость! – рычит она. – За каждое оскорбление! За каждое унижение! За каждое неосторожное слово!!

– Божечки, какие мы обидчивые, – бросаю я, пролетая сквозь пещеру.

– Давай, потешайся и зубоскаль, как ты это любишь, – глумится Вальтора с кривой улыбкой. – Посмотрим, насколько тебе будет весело, когда ты прозреешь. В эту минуту мои бойцы уничтожают твой жалкий форпост и вырезают всех, кто тебе дорог. Они не возьмут пленных, они не дадут пощады. Перед тем, как я залью Ионную вспышку прямо тебе в глотку, мы промчимся над оплавленными руинами твоего дома, и ты сполна насладишься зрелищем. Частокол, украшенный головами всех, кто тебе доверился, станет последним, что ты увидишь в этой жизни. В этом я тебе клянусь!

С другого края пещеры доносится лязг стали, утробное рычание и крики ярости. Длинные когти пластают камень, как пластилин. Клинки Тая и Драганы оставляют на шкуре Кваза глубокие, но быстро заживающие раны.

– Чувствую, ты опять заучила речь, – хмыкнув, говорю я, – но вот какая штука. Всё будет немножечко не так. Прямо сейчас твои бравые недоумки обнаруживают, что попали в засаду. И весёлая непринуждённая резня застигнутых врасплох гражданских идёт слегка не по плану.

– Ты знал, – шипит ушастая сука.

– Знал, – констатирую я.

А в голове всплывает вчерашний диалог.

«Тебе очень нужен этот форпост?»

«Да».

Ложь.

Первое, что заставило меня насторожиться. Если форпост ей не нужен, почему она так старательно пытается убедить меня в обратном? Быть может, чтобы отвести подозрение от того, что ей надо на самом деле?

«Вот именно. Не переживай, я пригляжу за тобой. С учётом заключаемого договора, твоя безопасность в наших интересах».

Ложь.

Куда более простая и понятная. Вальтора задумала недоброе и жаждет мести. Эмпатическая проницательность считала враньё, а также глубоко запрятанную агрессию и ненависть.

«В качестве бонуса: я лично помогу тебе убить приоритетную цель».

Вот она – истинная цель. Весь этот фарс с охотой на Кваза был задуман, чтобы увести меня подальше от форпоста и лично разобраться со мной.

– Не пойму только одного, на что ты рассчитываешь? Атакуя меня, Дом Архарц нарушает не только заключённый между нами союз, но и правила Сопряжения. Даже в случае победы вас загонят в такие минуса, что вовек не выберетесь.

Повелительница Бури щерится.

– А тебя атакует не Дом Архарц, полудурок самоуверенный, и ситуация изменилась.

Реагируя на слова, я всматриваюсь в неё Оценкой. Знаки вопроса трансформируются в понятный текст.

Вальто́ра «Шёпот на Ветру» А́рхарц

Вид: Дро́ккальфа́р

Класс: Повелительница Бури

Редкость: Золото

Ранг: Квазар

РБМ: 912 единиц

Клан: Отсутствует

Должность: Отсутствует

Статус: Просчитывает варианты

Эта полоумная вышла из клана!.. И все её бойцы тоже? Умно, ничего не скажешь. Как обойти запрет на применение силы к союзнику? Не состоять с ним в союзе.

Насколько же велико её эго. Ушастой нужно, чтобы я понял, что она смогла обхитрить меня в чём-то и как она этого добилась. Даже информацию о себе приоткрыла. Идиотка.

А что ещё изменилось?

Быстро пробегаю глазами по ушедшему логу.

Первый этап завершён.

В этот судьбоносный день ваш жалкий захолустный мирок смог сделать шаг прочь от забвения. Выжившие доказали, что среди изнеженных слизняков есть настоящие хищники. Те, кто готов убивать и умирать в борьбе за могущество. Продолжайте в том же духе и помните: в Сопряжении есть место только сильному. Ибо он возьмёт всё сам.

Второй этап начинается прямо сейчас.

Разблокирован доступ к:

– Всемирному рейтингу боевой мощи;

– Глобальному чату;

– Кланам.

Дроккальфар вскидывает к потолку кулаки, окутанные вспышками молний:

– Время разговоров прошло.

* * *

Накомис сидит спиной к парапету на крыше одного из новых модульных домов. Её рука машинально поглаживает рукоять технологичного лука. Не того, что когда-то купила в Магазине в первые дни катастрофы, а верного друга, который прошёл с ней и битву за Уайтклэй, и схватку в подвале казино, и даже столкновение с ПервоЦветом, едва не ставшее фатальным.

Ей пришлось потратить значительную сумму, чтобы приобрести лучшее из того, что предлагал Магазин на ступени D. Время показало, что траты были обоснованы. Звёздный Ветер[9] использует технологию «твёрдого света,» которая до сих пор взрывает Иктоми мозги. Что это такое и как это вообще возможно, она всё ещё не понимает в полной мере.

Факты заключаются в том, что стоит только взять в руки лук, как его рога – концы плечей – генерируют тетиву. Тонкий стержень изумрудного света, идеально ровный и полупрозрачный, при этом на ощупь твёрдый и достаточно эластичный, чтобы с огромной силой метать стрелы. Подобные свойства нарушают все известные ей законы физики.

Главной же причиной высокой стоимости этого лука является колчан, идущий в комплекте. Плоский контейнер около сорока сантиметров в длину. Он сочетает и функцию «твёрдого света», чтобы создавать древко стрелы, и функцию Экстрамерного хранилища, чтобы прятать в себе сами наконечники. Правда, предварительно загруженные туда. Накомис достаточно лишь потянуться за стрелой, подумав о той или иной её разновидности, и колчан выщёлкивает готовый боеприпас с накрученным наконечником нужного вида.


Сейчас колчан загружен по полной. Наконечники разрывные, бронебойные, зажигательные, кислотные, отравляющие и, конечно, самые простые ждут своего часа. А он всё ближе и ближе.

– Всё будет нормально, – успокаивающе говорит Мэтт.

Белобрысый парень держит на коленях винтовку с оптическим прицелом. Выглядит он в меру уверенно для того, кто вскоре схлестнётся с сильнейшей армией, которая когда-либо нападала на Уайтклэй.

Накомис окидывает его внимательным взглядом и качает головой. Ну ни хрена себе. Пацан пытается подбодрить её и утешить. А это ведь прямая обязанность девушки по отношению к тому, кто годится ей в младшие братья.

– Петарда, – хмыкает индианка, – ты, главное, вперёд не лезь. Наше дело маленькое. Ерунда, в общем. Работаем по дальним целям и не отсвечиваем. Самое сложное, вон, ковбою досталось и ходячей пивоварне.

Гидеон кивает и выдыхает, смотря вдаль:

– Как он там?

– Зная этого кобелину, наверное, уже схватил ушастую гадину и… – она осекается. – Это Егерь. Он справится.

Ведь справится?

Шум с юга постепенно нарастает.

– Началось. Ждём и не высовываемся.

Накомис вытаскивает из кольца толстый диск размером с тарелку и ставит между собой и Мэттом. Касание, и вокруг них пробегает рябь. Со слов Такирама, подобное одноразовое устройство способно создать аудиовизуальную маскировку для группы из трёх человек, находящихся поблизости, на период не больше десяти минут.

По заснеженной дороге приближаются два внедорожника, вспарывая белый настил. Сфокусировавшись, полицейская масштабирует изображение. Глаза отрабатывают не хуже бинокля, спасибо способности с одного из вриллов.

Громоздкий шестиколёсный транспорт на высокой подвеске шустро катит в сторону форпоста. В кабине непринуждённо сидят четыре дроккальфара и ещё столько же в высоком кузове с открытыми бортами.


У ворот дежурство несёт тройка бойцов из Раздробленных Пульсаров. На приближающиеся внедорожники они смотрят со скучающей миной. Медленно махнув рукой, один из них постовых подаёт машинам сигнал затормозить. Те въезжают на территорию форпоста и замирают.

Со своей позиции Иктоми не слышит, о чём говорят Пульсары и дрокки, но примерно может угадать.

– Чё надо?

– Припасы хотим пополнить.

– А чё толпой такой?

– А эти, – кивок в багажник, – в увольнительной. Бескорыстной и пылкой любви ищут. Есть у вас такие самочки в форпосте?

Перед глазами индианки бегут багровые буквы, чей смысл вызывает у неё внутреннюю дрожь. А только и ждущие этого дрокки сбрасывают маски.

Две четвёрки вылетают из кузова машин одним натренированным движением. Их клинки строчат постовых, как иголка нитку. Оставшиеся в кабине стреляют короткой приглушённой очередью из ручных пистолетов-пулемётов.

Пульсары вполне убедительно дёргаются. Их кинетические щиты лопаются через несколько секунд под градом ударом. А потом защитники просто валятся наземь, лишённые иллюзорного мясного покрова. Вместо реальных пришельцев – дистанционно управляемые болванчики-роботы работы шестирукого мастера-механика Зиги.

Со свистом, оставляя за собой шлейфы, ракеты бьют по машинам Дома Архарц. Два попадания их щиты выдерживают, а на третье крепкий транспорт подбрасывает, преломляя, и с грохотом бьёт о металлическую стену.

Тишина сменяется торопливыми выстрелами снайперов, включая и юного Мэтта. Растерявшихся на миг дрокков убивают безжалостно, не давая ни единого шанса перегруппироваться или отступить.

Накомис ловит одного из лиловокожих ублюдков и с хлопком спускает тетиву. Стрела разрывает пространство, пробивает исчезающий персональный барьер и с влажным треском клюёт оппонента в глазницу. Тот заваливается на спину вяло и даже как-то лениво.

– Адские колокола! Это было просто, – хмыкает Гидеон, меняя магазин.

– Петарда, ну твою-то матушку.

Реальность словно реагирует на слова пироманта.

Форпост содрогается от синхронных залпов артиллерии.

На расстоянии пятидесяти метров от форпоста на дороге полукругом возникает фронт из боевой техники, набитой дрокками. Второй такой же материализуется на западе, третий – на востоке. Маскировочное поле спало.

– Что ты там говорил? – косится на амиша Нако и тянется за новой стрелой.

Ревут движки, и многочисленный транспорт ускоряется по направлению к городу. Внедорожники, похожие на только что уничтоженные, парочка БТРов, а также автономные четырёхлапые шагоходы[10], по-паучьи смещающиеся вбок. Приземистые, объёмистые они вооружены длинной пушкой с серьёзным калибром. Её питание даже вынесено назад, чтобы уравновесить технику.


Иктоми держит на прицеле одну из таких самоходных пушек, активируя Стрелу лунного света. С каждым прошедшим мгновением та увеличивается в размерах, вбирая в себя мерцание далёкого спутника. А кинетический щит артиллерии рябит от частых попаданий, проседая.

Хлопок, и стрела пронзает пространство, дырявит тающий барьер и впивается в источник питания. Кислотный контейнер, заключённый в наконечнике, взрывается, усиленный в несколько раз активной способностью. Едкая жижа заливает генератор, и шагоход замирает неподвижной грудой металлолома.

– Это считается за одного, – ехидничает Гидеон.

Его винтовка выплёвывает раскалённую до красноты пулю, личная разработка Пироманта, и один из пехотинцев вскрикивает, зажимая края сквозной раны на шее.

– Выпорю! – клятвенно произносит полицейская. – Где этот грёбаный осьминог?!

Она фиксирует, как позади артиллерии один за другим появляются порталы, из которых вылетают тройки Пульсаров. Сапёр, боец прикрытия с мощным защитным барьером и штурмовик. Мелькнув, они подбегают к ближайшей самоходке, и подрывник принимается за дело. Под шквальным огнём неприятеля он прикрепляет взрывчатку к борту железного паука.

Секунда, и прямо под тройкой появляется портал, забирающий их из самой гущи боя. Несколько пехотинцев Дома Архарц на полном ходу приближаются к заминированной технике и исчезают в потоках огня.

– Самонадеянные ребята, – еле слышно цедит Иктоми.

– Оптимисты, – не отрываясь от прицела, отвечает Гидеон.

Несмотря на успешно выполненную акцию, вражеское кольцо всё туже стягивается вокруг форпоста. Ревут БТРы и внедорожники. Колёса срывают снег вместе с дёрном. Бесконечные потоки пуль, ракет и снарядов заставляют громадный барьер над городом выгибаться и рябить. Исчезнет в любую секунду.

Индианка вбирает в себя картину неравного отчаянного боя. Всматривается до рези в глазах, ожидая…

Земля содрогается.

Цепочка направленных взрывов бежит по заснеженной земле, расчерчивая её на две части. Она делит территорию пополам. Разрывает и отбрасывает машины. Испепеляет тех, кому не повезло оказаться в эпицентре детонации.

– Поехали! – радостно щерится индианка.

Любую проблему можно решить правильным применением взрывчатых веществ, а у ребяток генерала Данна их на базе накопилось даже слишком много. Проблема заключалась лишь в детонаторах, но её помог решить Магазин.

– Хорошо горят, – отмечает Мэтт, и в его зрачках отражается далёкое яростное пламя.

Накомис выцеливает выживших, а их, несмотря на взрывы, существенно сократившие парк вражеской техники, осталось прилично. Замечает солдат из Чадрона, которые бьются за чужой для них форпост, как за свой собственный. Среди них огромная мускулистая баба, никак иначе её индианка назвать не может, с хлопками опустошает барабан массивного гранатомёта.

Лишь краем глаза Иктоми улавливает, как на главной улице форпоста вспучивается земля, разбрасывая комья смёрзшейся породы. Из отверстия лезут чёртовы дрокки.

И судя по рангам, сплошь Квазы, в диверсанты записали сильнейших представителей Дома Архарц.

## Глава 8

– Мэтти, на девять часов! – бросает Накомис, накладывая на тетиву стрелу с бронебойным наконечником.

Щёлк, и плюгавый дрокк, вылезший из ямы, дёргается от выстрела, ударившего по его кинетическому щиту. Пока он ищет глазами источник угрозы, над группой раздаётся взрыв. Слишком слабый, чтобы пробить защиту, но достаточный, чтобы привлечь внимание к диверсантам.

Саманта Армстронг стреляет на бегу из гранатомёта. Огромная мускулистая фигура, закованная в броню, топает, как слон, и с каждым шагом она ускоряется и увеличивается в размерах. Махнувший топором в её сторону дрокк с удивлением фиксирует, как багровый серп энергии разбивается о волнолом арканы, защищающий девушку. А та с рёвом сносит его и тащит дальше по улице, стирая об асфальт.

– Никак вы, скоты, не научитесь, – шипит сбоку Гидеон.

Выстрел, щелчок затвора, выстрел, щелчок затвора. Пули стучат о барьеры, взрываясь огненно-свинцовыми вспышками.

Враги разбегаются в стороны, принося с собой разрушение и хаос. Один громила взмахом двуручного молота создаёт вспышку плазмы, которая буквально испепеляет ближайший дом. Сидящий на его крыше стрелок падает на улицу невредимым, но подскочивший к нему дрокк с кинжалами за секунду наносит десяток ударов. Его короткие клинки оставляют за собой зелёные миазмы. Барьер защитника форпоста исчезает, и через миг он булькает распоротым горлом.

Кинжальщик ищет новую цель, но женский крик, потусторонний, как удар погребального колокола, и пронзительный, как вой пожарной сирены, отбрасывает его прочь. Дроккальфар с силой врезается в стену, только ноги торчат наружу.

Железная Мэгги отступает назад, пропуская Пульсаров. Их ведёт ящер Джеск с энергетическим тесаком. В рядах защитников мелькают его брат-оружейник Хаск и шестирукий Зигима, сжимающий технологичную пушку с тремя спаренными стволами.

Накомис продолжает пускать одну стрелу за другой, выбрав единственную цель – длинноволосого смазливого гада, и её упрямство оказывается вознаграждено. На очередном выстреле кинетический щит пропадает, а не ожидавший такой подлянки ушастик ловит разрывную стрелу. Он успевает подставить предплечье, но через миг багровый фонтан мяса с грохотом орошает улицу.

Покалеченный враг орёт от боли и шустро вкалывает себе регенеративный инъектор в культю. Потеря концентрации не проходит даром. Подскочивший к нему Джеск одним взмахом сносит бедолаге голову.

Плазменные вспышки, ледовые и огненные копья, ядовитые сферы и каменные диски, луч переливчатой, как калейдоскоп, энергии. Всё это проносится из одного конца улицы в другой, разбиваясь о защитные барьеры, отрывая и сжигая конечности, дезинтегрируя целые куски тел.

А где-то за периметром остатки вражеской техники утюжат Уайтклэй, чей барьер исчез, заставляя землю дрожать, постройки взрываться, а их защитников пригибаться.

Индианка становится свидетелем потрясающего героизма и невероятной трусости.

На её глазах амиш Исайя выпрыгивает из теней с дробовиком в руках, чтобы прикрыть собой целительницу Мириам. Та отказалась уходить с детьми и стариками в Чадрон, куда Ваалис перебросил всех гражданских порталом. Женщина пыталась вытащить из-под обломков раненого, когда на неё налетел крепкий дрокк с кулаками, окутанными магмой.

Исайя отталкивает целительницу в сторону, подлетает в воздух от мощного апперкота, прожигающего его корпус до самых ломающихся рёбер, и орёт от боли. Оскалившийся Кваз вскидывает кулак и отшатывается. По нему стучит настоящий ураган из серебристых всполохов. На другой стороне улицы шестирукий Зиги поливает врага огнём, с силой упёршись ногами в землю. Здоровая трёхствольная пушка едва не отбрасывает механика прочь своей отдачей.

Гудение тетивы, новый выстрел, и стрела с дымовым наконечником создаёт заградительное облако, закрывающее троих раненых людей на дальнем перекрёстке. В их сторону смотрит безоружный дрокк, вокруг которого дрожит ледяное марево. Прямо из него материализуются длинные и тонкие морозные иглы.

Нескольких секунд, которые купил раненым дым, должно хватить, чтобы они скрылись прочь. Однако один из них даёт дёру, бросив товарищей. В беглеце полицейская узнает индейца Билла.

Гнида!

– Нако, у нас проблема! – окликает её Гидеон.

– Что такое? – прицеливаясь, реагирует она.

– Маскировка! Адские колокола! Маскировка спала!

Толстый диск, лежащий на крыше, слегка вибрирует и еле заметно потрескивает.

Неужели прошло десять минут?

– Вот же срань, – бурчит под нос Иктоми и спускает тетиву.

Намеченный в качестве цели здоровяк с двуручным молотом резко крутится на месте по направлению к выстрелу и буквально выдёргивает стрелу из воздуха. Зажатая в кулаке она жалобно хрустит и переламывается. А сам дрокк поднимает глаза на крышу, находит индианку и щерится. Слегка окрашенная кровью улыбка придаёт ему дикий вид.

– Попалась!

– Мэтти, вали! – орёт девушка, активируя Стрелу лунного света.

Противник одним мощным прыжком бросает себя в воздух и с хохотом отбивает стрелу бойком молота. В ту же секунду сфера огня разбивается о его защитный барьер и липнет к нему, как напалм. Окутанный пламенем дрокк врезается в крышу. Разминувшись с головой полицейской лишь на сантиметр, его оружие проносится мимо. Она уворачивается, но только благодаря помощи Пироманта. Слишком уж враг проворен.

– Эй, ублюдок! – кричит ему Гидеон. – Ты такой уродливый, что твоя мамаша вместо свидетельства о рождении получила письмо с извинениями от фабрики презервативов!

Иктоми даже моргает от удивления, насколько подросток в этот момент напоминает ей одного болтливого ковбоя.

Пришелец приподнимает верхнюю губу, обнажая клыки. Проводит длинным языком по зубам и вслушивается. Устройство на его поясе послушно переводит земную речь, а через миг конвертирует лающие звуки в понятные слова:

– Детёныш, играя в защитника, будь готов подкрепить дерзость реальной силой.

Ушастый громила размазывается в рывке. Его молот рассекает воздух в горизонтальном взмахе. Боёк с шумом впечатывается в рёбра Пироманта. Кинетический щит лопается от одного удара. Падая на крышу, Мэтт поливает огнём врага, но раскалённый поток лишь омывает защиту дрокка.

Иктоми посылает первую стрелу, стоит оппоненту только сорваться с места, та бесполезно стучит о барьер. Вторая стрела находит затылок амбала и снова рикошетит прочь.

Молоток уходит вверх в могучем вертикальном взмахе. Его траектория должна пересечься с лицом Гидеона, превратив симпатичную мордаху белобрысого в кровавый паштет.

Полицейская реагирует, не задумываясь. Она давала клятву защищать невинных, и это были не пустые слова.

Накомис активирует вызов на поединок.

* * *

– А мне так нравятся наши пикировки, – цокнув языком, отвечаю я.

В сумрачной пещере становится светло, как днём. Электричество волной заливает пол, пронизывает воздух, змеится по стенам. Спурт тормозит окружающую реальность. Я скольжу Глайдом прочь и ловлю раскрытое в яростном вопле лицо Вальторы в прицел своей винтовки.

Вокруг девушки бушует кокон из молний. Та самая элементальная защита, как у Тая. Хорошо, что у меня есть свой болт с резьбой на каждую хитрую гайку.

Противофазный выстрел.

Бронебойная пуля с хлопком чертит пещеру и со всей дури бьёт в барьер Вальторы. Та игнорирует атаку. Напрасно. Потому что мой не совсем свинцовый гостинец проламывает клубящиеся молнии и гремит о персональный кинетический щит девицы. При контакте пуля взрывается, нагружая её защиту ещё сильнее.

Позади меня центральная камера рудника полыхает от света. Цепляет и Крайтакса, и Драгану, и Тая. Последний окружён своим собственным Ионным барьером, поэтому защиту Николая не то что не повреждает, а наоборот, даже укрепляет. Ушастая мечница, в противовес землянину, прыгает к потолку и вгоняет клинок в камень, зависнув, как муха на стекле, вверх ногами.

Сам же хозяин пещеры орёт от боли, рычит, капая едкой слюной, и мгновенно находит источник своих неприятных ощущений. Рассадник глаз наводится на летающую вдали Повелительницу Бури, после чего из грудной клетки Кваза выступают десятки острых костяных шипов.

Удар сердца, и они распарывают воздух в попытке нашпиговать Вальтору. Она молниеносно смещается, приняв пяток снарядов на щит. Острейшие пики дырявят камень, как бумагу.

– Крайтакс! Крайтакс! – скандирую я, подбадривая чудовищную массу бугристой плоти.

Ушастая сука, крутанувшись в мою сторону, шипит от ненависти, заряжает новую молнию, но я аккуратно тыкаю пальцем ей за спину. Вальтору сносит и вбивает в каменный потолок. Щит кинетический прогибается под ударом, но держит, а щит электрический поджаривает Кваза.

Однако, чем сильнее его боль, тем яростнее он вколачивает женское тело в камень и пытается разорвать дрокка огромной пастью. Мало того, поры каждой клеточки его туши испускают удушливое бурое облако. Гладкий камень при контакте с ним буквально корёжит, как пролежавшую на солнце доску. А добыча в его лапах хрипит и харкает кровью.

Присоединяюсь к веселью и шустро опустошаю остатки магазина Противофазными выстрелами. Сбоку замирает Тай. Ноги полусогнуты в коленях, меч убран в ножны, а сами они отведены назад.

По чехлу пробегает волна алой энергии, она потрескивает, нарастает с каждым вздохом и… Мечник взрывается целым шквалом стремительных хлёстких ударов. Если бы не Глаза хищника, не уверен, что смог бы за ними уследить. Клинок пластает воздух на ломти, а с него срываются изящные полумесяцы.

Крайтакса вместе с Вальторой накрывает алым ураганом. Гремит и трескается потолок. Вековая пыль застилает глаза. Шматки бугристого мяса и вонючая кровь летят с потолка.

С хлопком в стороне приземляется Драгана, забрасывает за голову клинок и одним махом посылает вперёд высокую волну, раздирающую всё на своём пути.

Пещеру сотрясает, как бы обвал не накрыл.

А из бурого облака на пол рушится отсечённая лапа Кваза. Толстая и шишковатая, настолько уродливая, что может отогнать мух с мусоровоза.

Сгустившаяся хмарь разгорается изнутри белизной, чья интенсивность нарастает всё быстрее и быстрее. Вначале мощный костёр, через миг маяк, ещё один, полыхающее солнце.

– Если это всё, что вы можете, – вкрадчиво шелестит Вальтора, – этого не хватит.

Бурое облако испаряется сожжённое дотла, открывая нам зависшую в воздухе женскую фигуру. Сквозь слезящиеся глаза я вижу лишь приблизительные очертания посреди ослепительной белизны.

Она сжимает одной рукой горло Крайтакса, чья искалеченная туша болтается, словно перекрученная и подпалённая тряпка. Электричество, перешедшее в плазму, омывает его тело, слизывая с костей шкуру и плоть.

Не очень длинные волосы девушки стоят дыбом, рассыпавшись, как нимб, вокруг её головы. Ионное марево собралось за спиной на манер крыльев. Она напоминает существо, целиком состоящее из потусторонней энергии, а не плоти и крови.

– Неужели любимая сестрёнка тебе не говорила, – судя по голосу, скалится Владычица Бури. – Я – та, кого посылают усмирять вражеские армии. Я – та, после которой остаётся только шёпот на ветру.

С каждым словом её голос звучит громче. Сам воздух резонирует в ответ на её слова.

– Приготовься, насекомое, ибо вы пробудили гнев существа за пределами вашего понимания. Трепещи… Умоляй… Пади на колени. Я есть воплощение бури, и сегодня ты познаешь истинное отчаяние!

Возможно, лишь возможно, что я не до конца всё продумал.

## Глава 9

Накомис моргает, а вместе с ней это делает сама реальность.

Только что она находилась на крыше в Уайтклэй, а сейчас стоит посреди каменной равнины. Под её ногами скрипит что-то, похожее на спёкшийся и растрескавшийся обсидиан. Окружающая земля выглядит так, словно её долго и планомерно утюжили ракетами и бомбами, не жалея сил.

Холодный сухой ветер бьёт в лицо, а над головой закручиваются тёмные грозовые тучи. Однако в их недрах не видно ни всполохов молний, ни каких-либо следов начинающегося ливня. Иссохшая равнина с жадностью впитала бы любую влагу, но в этом ей давно не везёт.

Царящий вокруг сумрак придаёт и без того безрадостному месту по-настоящему мрачную атмосферу. Впрочем, в этом есть и свои плюсы. В темноте и при свете далёкой звезды все параметры индианки возрастают благодаря Лунному благословению.

На расстоянии пары-тройки метров от неё возвышается здоровый мускулистый дроккальфар. Белёсые волосы сбриты до короткого солдатского ёжика. Через правый глаз тянется острая вязь татуировки. На бойце угрожающе топорщатся шипастые металлические доспехи. Бронированные кулаки сжимают рукоять боевого молота[11] с острым клином на обухе.


Активируя очки-визоры, полицейская сканирует противника.

Дагара́н «Кувалда»

Класс: Увриксиа́рский Крушитель

Редкость: Серебро

Ранг: Квазар

РБМ: 538 единиц

Результат оставляет желать лучшего. Разрыв в РБМ между ними не внушает уверенности – 114 единиц, но ведь и тот Кваз в деревне амишей намного превосходил всех их по силе. Однако они смогли его прикончить. Так пытается воодушевить себя Иктоми, гоня прочь мысли о том, что тогда с ними был Егерь.

– Ха, – громыхает Переводчик на поясе дрокка, – а самочка-то оказалась с норовом. Думаешь, это что-то изменит? Вначале разберусь с тобой, а потом вернусь за твоим дружком-сосунком.

Накомис опускает руку к колчану у пояса и обхватывает оперение выступившей стрелы.

– Как говорит мой товарищ: пустая бочка сильнее гремит. Большой и тупой утырок меня не пугает.

– Зря, самочка, зря. Здесь мы совсем одни, и никто тебе не поможет. Я ведь могу и не убивать тебя сразу. Вначале придётся потрудиться. Улавливаешь?

Сальная улыбочка расцветает на лице дрокка.

Сексуальное насилие было любимой угрозой в арсенале всевозможных ублюдков при столкновении с ней в роли полицейской. Чтобы защитить себя и справиться с тем, кто превосходит её в физической силе, Накомис нужно было оттачивать своё мастерство, тактику и самоконтроль. Об этом ей когда-то настойчиво талдычил напарник Акандо. Похоже, его советы никогда не потеряют свою актуальность.

Не тратя лишних слов, Дагаран наносит удар. Резкий вертикальный взмах, и молот опускается на землю. Боёк вспыхивает янтарным светом, и удар сотрясает засыпанную осколками поверхность неизвестной планеты. Трещины мгновенно змеятся по земле по направлению к Иктоми. Та разрывает дистанцию и спускает тетиву. Противник играючи уворачивается и рвётся за ней.

Расщелины расползаются широким конусом, вниз осыпается земля. Девушка скачет горной козой, чтобы не навернуться в провалы. Иначе на этом её борьба за выживание и завершится.

На бегу она формирует из воздуха Звериный тотем с головой пумы и рывком засовывает за ремень. Пока находится в поле его действия, её скорость и рефлексы значительно возрастут.

Дагаран настойчиво преследует её. Уходит от нового выстрела, отмахивается оружием от второго. С усмешкой ловит и ломает голой рукой третью стрелу. Он настигает её и весьма резво, поэтому индианка решает изменить правила игры.

Каждый прошедший день она уделяла тренировкам с Телекинезом. Потому что, в отличие от остальных способностей в её арсенале, эта обладала самым широким спектром применений, хоть и требовала недюжинного ментального контроля.

Прыгая через трещины на полном ходу, осыпая врага градом стрел, Накомис раскидывает невидимые сети во все стороны. Первыми начинают левитировать ближайшие к ней осколки. Постепенно, как волна, её воздействие распространяется всё дальше. Взлетают и зависают чёрные искорёженные фрагменты спёкшейся почвы. Их острые отполированные ветром грани улавливают тусклый свет далёкой звезды.

– Хороший фокус, – хохочет Дагаран.

Его смех обрывается, когда импровизированные снаряды один за другим начинают биться о его защитный барьер. Первые три-четыре выстрела мощностью не превосходят пистолетные, но с каждым мигом скорость осколков нарастает, и вот противника уже захлёстывает настоящий каменный шторм.

Дрокк рычит, отмахивается молотом, но снаряды грохочут о его кинетический щит, как настоящий горный обвал.

– Щекотно, – гулко выдаёт здоровяк.

Сжав кулак, он делает размашистый жест, будто что-то бросает, и из его руки действительно вылетает мелкоячеистая сеть. Сформированная из арканы она полыхает огнём. Жар от неё Иктоми ощущает даже на расстоянии.

Сеть проносится сквозь воздух и едва не накрывает беглянку. Та прыгает вперёд, поджимая под себя ноги. Спину опаляет диким жаром. Волосы начинают тлеть. Броня прижигает кожу.

Полицейская кричит от боли и уходит в кувырок. Позади способность Дагарана оплавляет почву и исчезает в темноте. Концентрация девушки ломается, и все осколки падают. А дрокк уже стреляет от бедра из чего-то похожего на обрез.

Рывком сместившись, Накомис всё равно не успевает. Её задевает самым краем гроздью мелких плазменных сфер размером с виноград. Они игнорируют её кинетический барьер, будто его и нет. Логично, потому что на ступени D он не способен защищать от энергетических атак. Несколько сфер вскользь бороздят её бедро, плечо и бок. В броне и в плоти под ней остаются глубокие прижжённые канавки.

Боль такая, что индианка захлёбывается криком. Ей хочется отключиться, хочется сдаться и потерять сознание. Она прикусывает язык и заставляет себя ответить ударом на удар.

Почему Телекинезом нельзя вырвать чужое сердце? Этим вопросом она задавалась очень долго и пришла к единственному убедительному ответу. Потому что аркана защищает неприкосновенность чужого тела.

Иначе Иктоми тренировалась бы не метать камни, а устраивать инсульты и инфаркты своим врагам. Хирургически обрывала бы артерии и сдувала лёгкие, а заодно научила бы Тая замораживать чужую кровь прямо в теле ублюдочных пришельцев.

Подхваченные Телекинезом обломки чего-то похожего на обсидиан с силой бьют в подбегающего солдата Дома Архарц. Полицейская вкладывает всю свою ненависть, разгоняя их до предела. Несмотря на всю силу амбала, его тащит назад, и в какой-то миг его защита исчезает.

Обсидиан бьётся о его тело.

Прикрыв лицо, Дагаран упрямо приближается. Скрипит зубами, сглатывает выступившую кровь, но идёт, шаг за шагом сокращая расстояние. Свист тетивы, и он вновь выхватывает стрелу из воздуха. Сжав, дробит её и отбрасывает.

– Неплохо, самочка. Азарт охоты делает последующее удовольствие слаще.

Ударив кулаком о кулак перед собой, дрокк взрывается волной необузданного ветра. Тот сносит ближайшие осколки, позволяя ему рывком сократить дистанцию до беглянки. Стрела почти клюёт его в глаз, но оппонент дёргает головой, уворачиваясь. Лезвие лишь распарывает щеку, оставляя тонкий порез.

Накомис рвётся прочь, но Дагаран уже замахивается. Молоток в его руках крутится, и клиновидное лезвие на обухе внезапно рассекает воздух. Индианка пытается отпрыгнуть и рефлекторно заслоняется правой рукой.

С тошнотворным хрустом чужое оружие отрывает её конечность в локте.

Вместо крика из её рта рвётся сдавленный хрип. Она не чувствует, ни как падает, ни как бьётся затылком о камни. Всё, что она ощущает, это раскалённое ядро, сжигающее её локоть.

– Так гораздо лучше, – откуда-то издалека доносится голос Кувалды. – Ты там, где и должна быть. У меня под ногами.

Иктоми распахивает глаза, пытаясь сфокусироваться. Её последний шанс что-то изменить или опустить руки и сдохнуть на чужой планете.

Она переводит взгляд ему за спину и сжигает аркану.

Дагаран ступает медленно, наслаждаясь каждой секундой своего превосходства. Самодовольная улыбка украшает покрытую шрамами физиономию. Ему нужно пройти всего несколько шагов, чтобы добраться до своей награды.

– Фас, – выплюнув кровь, хрипит девушка.

Дрокк реагирует, но Дух зверя на удар сердца быстрее. Свою фору Смилодон – огромный саблезубый кот, сотканный из просвечивающей насквозь арканы, тратит на все сто. Он встаёт на дыбы и вцепляется в холку врага. Тот, наконец, потерял кинетический щит и стал уязвим.

Крушитель ревёт от боли, когда длинные клыки вонзаются в его плоть, и наносит мощный удар молотом в бок зверя. Смилодон почти рассеивается. Вложенной в него энергии осталось на один косой взгляд.

А Накомис дрожащими пальцами вытаскивает из колчана стрелу и кладёт её на специальное углубление в корпусе лука. Вцепившись левой рукой в тетиву, она изнутри упирается ногами в плечи лука и выдаёт максимальное усилие.

Гудит тетива. Еле заметно скрипит растягиваемый Звёздный Ветер.

Иктоми улыбается, активирует сразу две способности и молча отпускает оперение.

На шум реагирует Дагаран, занятый зверем. Крутанувшись, он с уханьем ловит стрелу в кулак. Возвращает девушке улыбку и застывает.

Потому что Телескопическая стрела рывком удлиняется в размерах и с чавканьем прошивает его щёку. Наконечник взрывается кислотой, и густая зелёная жидкость покрывает рот дрокка изнутри. Стрела лунного света усиливает эффект, делая смесь особенно едкой. Она прожигает челюсти, язык и гортань, ухает в желудок, разъедая стенки горла.

Кувалда хрипит от боли, падая на неровную землю. Его руки истерично мечутся по броне, пытаясь отыскать заветный шприц. Подошедший смилодон прекращает агонию. Клыкастая пасть вгрызается в горло врага и с усилием переламывает хребет.

Накомис откидывается на острые обломки и еле слышно выдыхает:

– Ты тоже там, где и должен быть. В аду.

Глаза наливаются тяжестью, кровопотеря заставляет её дрожать, но она тянется к кольцу и вытаскивает Регенеративный инъектор. Укол в пульсирующий от боли локоть. По руке прокатывается тепло.

# Примечания

1

MVP (от англ. most valuable player) – наиболее ценный игрок.

2

Па́йцза – верительная бирка, пластина с надписью, выдававшаяся правителями разным лицам как символ делегирования власти, наделения особыми полномочиями.

3

Abuela (исп.) – бабушка.

4

Vaya con dios – Счастливого пути.

5

Па́чка – женский балетный костюм.

6

Художник – Alex Pavlov.

7

25/17 – Зима-мама.

8

Художник – Halycon450.

9

Художник – Livius Rejman.

10

Художник – Livius Rejman.

11

Художник – Cheyenne Malfait.