Рузанна Шахназарян
Роберт, который мечтал стать Роботом

Глава

Рузанна Шахназарян

Роберт, который мечтал стать Роботом

История о настоящей суперсиле

2026

Роберту четыре года, и он ищет свою суперсилу. Носит маску Робота в садик, ходит с зонтом в солнечную погоду и верит, что где-то внутри спрятана особая сила — как у настоящих супергероев.

Но однажды всё идёт не так. И маска кажется просто куском пластика. Это реальная история мальчика, который искал суперсилу — и нашёл её там, где не ожидал.

Возрастное ограничение: 0+

© Рузанна Шахназарян, 2026

Самому чувствительному и глубоко мыслящему мальчику — Роберту-Роботу, который нашёл свою суперсилу. Она была внутри. Всегда!

Мой сладкий мальчик.

С любовью, мама

Пролог: «Я ищу суперсилу»

Меня зовут Роберт, мне четыре года, и у меня есть секрет, который пока не знают даже мама с папой.

Видите мою маску на моей тумбочке? Она не простая. Когда я её надеваю, я превращаюсь из Роберта в настоящего Робота-супергероя!

Знаете, у каждого супергероя есть своя суперсила. Супермен умеет летать высоко в небе, Человек-паук плетёт липкую паутину, а у меня… Ну, я пока точно не знаю, какая моя суперсила, но я её ищу!

У всех супергероев есть принцесса, которую они защищают. У меня тоже есть принцесса — моя младшая сестра Элиза. Раньше, когда её не было, мне было скучно. А теперь я счастливый.

Хотите узнать мою историю? Историю о том, как я искал свою суперсилу и что я нашёл?

Тогда устраивайтесь поудобнее и слушайте…

Меня зовут Роберт.

Но иногда я — Робот.

И я ищу свою суперсилу…

Часть 1: «В поисках суперсилы»

Глава 1: «Маска»

Сегодня утром я решил — пойду в садик в маске Робота и плаще супергероя! Я долго стоял перед зеркалом, надевая сначала маску, потом застёгивал плащ, смотрел на своё отражение и очень волновался. Неужели это правда я? Неужели сегодня все увидят настоящего супергероя?

В гостиной папа сидел за ноутбуком, как всегда, погружённый в работу, но, когда услышал мои шаги, поднял глаза и застыл на секунду.

— А ты что, прямо так пойдёшь? — спросил папа удивлённо.

Я что-то хотел сказать, уже открыл было рот — может, даже согласиться снять маску, — но тут вошла мама. Она посмотрела так, как бывает, когда она «за меня», и я сразу понял — «можно». Расправил плечи и вышел.

Я вышел на улицу, и плащ развевался за моей спиной от лёгкого ветерка. Прохожие оборачивались, кто-то улыбался, кто-то показывал на меня пальцем, но мне было всё равно! Супергерои ведь не боятся, они просто идут. Хотя, если честно, внутри я всё-таки немножко волновался — а вдруг в садике засмеют? Но маска помогала мне чувствовать себя сильнее, и я шёл дальше, шаг за шагом, навстречу своему первому испытанию.

В садике все сразу заметили мою маску, и весь день то и дело кто-нибудь подбегал с вопросом: «Роберт, ты теперь супергерой? А какая у тебя суперсила?» И каждый раз я не знал, что ответить, потому что сам пока не понимал, в чём же моя настоящая суперсила.

Во время обеда произошло что-то странное. Обычно я очень люблю разговаривать за столом: рассказывать истории, задавать вопросы, делиться новостями и даже, если нет темы для разговоров, я могу просто сказать: «Ребятки, то-то-то не знаю что!» И все просто хохочут от этой фразы. Но сегодня я сидел тихо. Смотрел по сторонам, наблюдал за всеми детьми вокруг. Воспитательница читала нам книжку, все слушали, кто-то ёрзал на стуле, кто-то тихонько жевал, а я вдруг заметил Луну.

Она сидела у окна совсем одна и смотрела на облака. В её глазах было что-то грустное. Воспитательница продолжала читать, другие дети слушали или шептались между собой, но никто не обращал внимания на Луну.

Только я видел, что она грустная. После обеда я подошёл к ней и тихонько спросил:

— Луна, почему ты грустная?

Она быстро посмотрела на меня и покачала головой:

— Я не грустная!

Но я-то знал: она грустит. Может быть, моя суперсила — замечать? Не знаю. Но что-то такое… Ведь я замечаю вещи, которые взрослые иногда пропускают. Например, когда мама пришла забирать меня, я сразу заметил: от неё вкусно пахло духами. И пальчики красивые.

— Мам, у тебя новый маникюр?

Мама удивилась:

— Роб, откуда ты знаешь? Ты же в садике был!

— Ну, я заметил сейчас! И ещё у тебя духи вкусно пахнут!

Мама обняла меня:

— Какой же ты внимательный, Робушка!

А ещё я заметил, что мама сегодня особенно красивая. Она надела своё любимое платье.

— Мам, — сказал я, остановившись и серьёзно глядя на неё, — ты знаешь что?

— Что, Робушка?

— Ты как настоящая принцесса!

Мама засмеялась и смутилась:

— Роб, что ты такое говоришь!

— Правда! — настаивал я.

— Ты красивая, как принцесса из сказки!

Мама наклонилась, поцеловала меня в лобик

— Спасибо, мой рыцарь. Если я принцесса, то ты — мой супергерой-защитник!

— Точно! — я важно кивнул. — Я же Робот!

И мы пошли домой, держась за руки. Принцесса и супергерой.

Глава 2: «Волшебные доспехи»

Каждое утро одно и то же — я просыпаюсь полный энергии и совершенно не хочу одеваться в садик. Гораздо интереснее играть, бегать, строить что-нибудь из LEGO! И начинаются догонялки: мама пытается меня поймать, а я смеюсь и прячусь за диваном.

Но сегодня мама придумала что-то особенное.

— Роберт! — позвала она таинственным голосом. — Ты же знаешь, что ты не просто мальчик?

Я выглянул из-за дивана:

— Не просто?

— Ты — волшебник! Настоящий! Но чтобы это проверить, тебе нужно примерить волшебные доспехи. Если они подойдут — значит, ты истинный волшебник! Вот это носки-скороходы! Они помогут тебе бегать быстрее ветра!

Я натянул, попрыгал — точно, кажется, быстрее!

— Щит-майка! От всех неприятностей!

Надел, почувствовал себя защищённым.

— Куртка-невидимка!

Застегнул молнию. Ух ты!

— Шапка-шлем!

Теперь я точно был готов!

— И последнее, — мама торжественно вручила мне… зонтик! — Супер-жезл! Он защитит тебя от капель дождя и любых других опасностей!

Я взял зонтик-жезл и вышел из дома. На улице не было ни капли дождя, солнце ярко светило, но я шёл под открытым зонтом, и мне было всё равно на удивлённые взгляды прохожих. Я же волшебник! А волшебники делают то, что хотят.

А на следующее утро я снова взял зонт. Мама сказала:

— Роб, сегодня тоже дождя нет…

Я пожал плечами:

— И что? Мне нравится.

Папа рассмеялся:

— Весь путь вчера до садика он шёл под зонтом! В солнечную погоду!

Мама улыбнулась:

— Так-то лучше! Иди, мой волшебник.

И знаете что? Когда я шёл с зонтом и в маске по улице, одна женщина испугалась! Она подумала, что маска — это гипс на моей голове! Я хохотал очень сильно!

Глава 3: «Уезжают»

После садика случилось то, чего я так боялся. Луну забрал её папа, они сели в машину. Я стоял на крыльце и смотрел, как машина медленно отъезжает, становится всё меньше и меньше, пока не исчезает за поворотом. И в тот момент мне стало очень грустно.

— Мама! — закричал я, и слёзы сами потекли по щекам. — Я хочу, чтобы Луна жила с нами! Совсем! Со мной!

Мама обняла меня, прижала к себе, гладила по голове, но я не мог успокоиться. Почему все уезжают? Сначала Оливия уехала, и я так плакал тогда, хотя сейчас почти не помню её лицо. Теперь Луна. Бабушки и дедушки живут далеко и приезжают только иногда. А совсем недавно папа уезжал на два дня по работе. Два дня без папы! Это так долго!

В тот день я попросил маму:

— Мам, покажи фотку папы на телефоне.

Мама открыла фотографию, где папа улыбается. Я взял телефон в руки и начал гладить экран, как будто гладил папу по лицу.

— Пап, — шептал я фотографии, — когда ты приедешь?

Слёзы снова потекли. Мама обняла меня:

— Скоро, Робушка, совсем скоро.

— Можно ему позвонить? — всхлипывал я. — По видеосвязи? Чтобы он со мной уснул?

Мама позвонила папе. Его лицо появилось на экране.

— Пап! — я прижал телефон к груди.

— Привет, Роб! — папа улыбался, но я видел, что он тоже скучает. — Как дела?

— Когда ты приедешь? Я без тебя скучаю!

— Завтра вечером, обещаю. А сейчас давай вместе засыпать?

Я лёг с телефоном, смотрел на папу на экране, и постепенно глаза закрывались…

На следующий день папа вернулся, и я бросился к нему так, как будто не видел целый год!

Я снова чувствовал эту грусть. Все уезжают. Все, кого я люблю, всё время где-то там, а не здесь, рядом со мной.

И я подумал: может, моя суперсила — скучать? Хотя… Нет. Наверное, нет.

Глава 4: «Робототехник-артист»

Я ещё не решил, кем стану, когда вырасту. Иногда кажется — знаю точно. А потом снова не знаю.

Сегодня я решил построить космический звездолёт с роботизированными крыльями. Щёлк-щёлк-щёлк! Синие блоки стали корпусом, красные — двигателями, а из маленьких шестерёнок я собрал настоящий механизм, который мог складывать и раскладывать крылья!

Мама зашла посмотреть и ахнула:

— Роб, это же невероятно! Ты настоящий робототехник!

Я гордо кивнул и нажал на рычажок — крылья медленно раскрылись, как у настоящего космического корабля.

Ночью мне приснился мой звездолёт — огромный, настоящий. Я управлял им и летел к планете, где живут все, кого я люблю. А утром, когда проснулся, одна шестерёнка лежала не на своём месте. Может, корабль правда летал этой ночью? Я так думаю. Да, точно летал.

А вечером дома у нас проходит настоящий концерт, и я — главная звезда!

— Внимание! Начинается концерт! — объявляю я.

Торжественно открываю занавески, потом закрываю — это мой театральный занавес. Потом снова открываю, и я уже стою на своей импровизированной сцене — маленьком столике у окна. Надеваю маску:

— Я Робот! И сейчас спою вам песню!

Элиза на стульчике хлопает ручками и хохочет. Я пою песни, которые сам придумываю. Танцую. Иногда показываю фокусы — правда, они не всегда получаются, но это неважно!

После каждого номера кричу:

— Аплодисменты!

Концерт заканчивается, когда папа говорит:

— Роб, пора спать, завтра рано вставать.

Я кланяюсь публике:

— Спасибо! До следующего концерта!

И схожу со своей сцены-столика, счастливый и довольный.

Лежу в кровати. Утром я был уверен — буду робототехником. Вечером — артистом. Артистом-робототехником? Робототехником-артистом-супергероем? Не знаю. Может, всё сразу? Лааадно, завтра разберусь.

Глава 5: «Элиза и шутки»

Перед сном, когда я уже лежал в кровати, но спать ещё не хотелось, я вдруг вспомнил про Элизу. Она спала в своей кроватке в соседней комнате, но мне вдруг очень захотелось её увидеть.

— Мам, — позвал я тихо, — покажи мне фотку Элизы перед сном.

Мама удивилась:

— Робушка, она же рядом, в соседней комнате. Хочешь, сходим посмотрим на неё?

— Нет, — покачал я головой, — на телефоне покажи.

Мама открыла галерею и показала фотографию, где Элиза улыбается широкой беззубой улыбкой. Я взял телефон и начал целовать экран — раз, два, три, много-много раз!

— Принцесса моя, — шептал я, целуя каждый раз, — моя маленькая принцесса.

Мама смотрела на меня с такой нежностью:

— Роб, почему ты целуешь фотографию? Она же рядом.

Я подумал и честно ответил:

— Я знаю. Но хочу ещё раз посмотреть. И поцеловать. Просто так.

Мама обняла меня:

— Ты так её любишь, правда?

— Очень-очень, — кивнул я.

Лежу, улыбаюсь. Хорошо, когда есть Элиза. А ещё хорошо, когда можно пошутить. Я очень люблю шутить! Серьёзно!

Например, моя бабушка всегда удивляется, что в садике я ем только гречку. Каждый раз, когда она приезжает, спрашивает воспитательницу:

— Ну что, Роберт опять только гречку ест?

И воспитательница каждый раз кивает:

— Да, только гречку!

Бабушка вздыхает, качает головой. Я давно понял, что она всё время удивляется и даже переживает, сразу так бровки домиком делает. И вот однажды я решил подшутить.

Еду из садика с бабушкой, и она, как обычно, начинает:

— Ну что, Робушка, что ты сегодня ел?

Я делаю серьёзное лицо и говорю:

— Бабушка, я сегодня опять гречку ел!

Бабушка всплёскивает руками:

— Опять?! Только гречку?!

А я не выдерживаю и начинаю смеяться! Хохочу так, что даже за животик держусь! Бабушка смотрит на меня, потом сама начинает улыбаться:

— Ах ты шутник! Специально меня разыграл!

А ещё я иногда говорю смешные слова, которые почему-то всегда вызывают хохот: «попа», «пиписька», «какашка». Мне кажется, они звучат очень забавно!

Мама пыталась по-разному объяснить мне, что это такие же части тела, как ухо, рука или нога, и почему мы не смеёмся, когда говорим «рука»? Но мне всё равно кажется, что «попа» — это смешно!

Хотя знаете что? Наверное, так делают все дети. Даже очень умные. Как я!

Дома за ужином я рассказал историю про бабушку маме и папе. Папа засмеялся:

— Надо же, комик растёт!