# Просто няня – 6

Ольга Риви, Лиа Таур

Всего один солнечный день на масленичной ярмарке, и обычная прогулка с семьей превратилась в настоящее детективное приключение. Все началось с досадной мелочи, но мое упрямство не позволило спустить дело на тормозах. Неожиданно для самих себя мы с Андреем оказались в центре запутанного расследования, где его холодный расчет и моя южная настойчивость стали главным оружием. Это были несколько сумасшедших дней, когда наш дом превратился в штаб, а мы – в самую необычную команду сыщиков.

# Ольга Риви, Лиа Таур. Просто няня 6

## Глава 1

Солнце светило так ярко, что приходилось жмуриться. Для марта погода стояла просто отличная, настоящая весна. Мы гуляли по большой ярмарочной площади уже часа два, и всё вокруг наполнялось атмосферой праздника. Везде стояли деревянные палатки с разноцветными крышами, громко играла задорная музыка, а в воздухе вкусно пахло жареными блинами.

Ребятня радовались от души, как обычные нормальные дети. Алина умудрилась вся перемазаться шоколадом, но даже не думала вытираться. Она упорно тянула Киру за руку к высоким дяденькам на ходулях, которые жонглировали мячиками. И знаете, что самое удивительное? Наша серьёзная Кира, которая обычно смотрела на всех исподлобья и пряталась за своими длинными волосами, сейчас улыбалась! Она даже достала из кармана маленький блокнот и пыталась быстро нарисовать этих скоморохов. Я прямо не верила своим глазам.

А Марк вообще забыл про свои заумные книжки. Он стоял в тире, смешно наморщив лоб, и старался попасть из пневматической винтовки по жестяным банкам. Ему до жути хотелось выиграть огромного плюшевого енота, который висел на самом видном месте.

– Давай, Марк! Ещё чуть-чуть влево возьми! – громко крикнула я, болея за него.

– Дарья Ивановна, не мешайте мне концентрироваться на цели! – серьёзно ответил он, поправляя свои очки. – Тут нужно рассчитать траекторию полёта пули с учётом бокового ветра!

Но я-то видела, что ему приятно моё внимание. Он даже заулыбался краешком губ.

Рядом со мной шёл Андрей. Он был в своём шикарном пальто и выглядел тут… ну, как инопланетянин. Или как дорогая спортивная машина на просёлочной дороге. Серьёзный бизнесмен среди скоморохов, медведей и продавцов сладкой ваты. Но лицо у него было такое спокойное и счастливое, что у меня внутри всё замирало. Когда он случайно задевал мою руку своей, я вообще забывала, как дышать. Мы шли все вместе, смеялись, болтали, и это было похоже на настоящую семью. От этой мысли у меня немного кружилась голова.

– Так, банда, кто проголодался? – громко спросил Андрей, оглядывая нашу весёлую компанию. – Я бы с удовольствием съел блинчик с грибами и сыром. Тут где-то очень вкусно пахло.

– А я хочу с клубничным вареньем! И побольше! – тут же закричала Алина и запрыгала на месте в своих розовых колготках.

– Мне всё равно, – пробурчал Марк. Он снова не попал по банке, отдал ружьё продавцу и расстроенно вздохнул. – Но организму нужны калории. Желательно быстрые углеводы, чтобы восстановить энергию после стресса в тире.

Я тихонько хихикнула. Вот он, наш маленький профессор, снова включил умника.

– Отлично, тогда идём за блинами, – сказал Андрей с улыбкой.

Он полез во внутренний карман пальто, чтобы достать бумажник. И тут улыбка медленно пропала с его лица. Он похлопал по карману. Потом по другому. Нахмурился так, будто решал сложную математическую задачу. Быстро проверил боковые карманы, потом снова внутренние. Движения стали какими-то резкими.

– Что-то случилось? – осторожно спросила я. У меня внутри почему-то ёкнуло от нехорошего предчувствия.

– Кошелька нет, – просто и коротко сказал он.

Он ещё раз ощупал пальто. Дети сразу замолчали и уставились на него. Алина перестала прыгать и удивлённо открыла рот. Кира перестала рисовать.

– Как это нет? – я не поняла, хлопая ресницами. – Может, вы его в машине забыли? Или дома на тумбочке оставили?

– Да нет же, Даша. Я точно помню, что положил его сюда. Я же проверял карточки и деньги перед выходом, – он досадливо вздохнул. – Вытащили. Точно вытащили в толпе.

Он сказал это так спокойно! Как будто у него шнурок на ботинке развязался, а не кошелёк украли.

– Ну, бывает. Неприятно, конечно, но не конец света, – Андрей достал из другого кармана телефон. – Оплачу блины переводом через приложение. А карточки вечером заблокирую. Там налички почти не было. Пойдёмте есть.

Я просто открыла рот от возмущения. Что значит «бывает»?! У меня внутри словно граната взорвалась. Моя ростовская натура просто не могла стерпеть такую наглую несправедливость.

– Неприятно?! – громко возмутилась я. Моё лицо, наверное, стало красным от злости. – Андрей Игоревич, средь бела дня! У детей на глазах! Какой-то гад залез к вам в карман, а вы говорите «пойдёмте есть»?!

Люди вокруг начали оборачиваться на мой крик. Андрей посмотрел на меня большими глазами, явно испугавшись моего напора.

– Даша, тише, пожалуйста, – он попытался взять меня за локоть и увести в сторону. – Ну что мы сейчас сделаем? Будем бегать по площади и кричать «держи вора»? Он уже давно ушёл. Давай просто забудем.

– Ещё чего! – я упёрла руки в боки и нахмурилась. – Это дело принципа! Нельзя просто так спускать воровство с рук! Иначе они так и будут безнаказанно воровать у честных людей!

Я стала хищно оглядываться по сторонам. Где-то тут, среди людей с блинами, точно ходил этот воришка. Я выросла в Ростове, и у нас за такое быстро бы по рукам надавали.

– Так, дети, слушайте мою команду! – я хлопнула в ладоши, как на уроке физкультуры. – Вспоминайте! Кто рядом с папой тёрся? Кто толкался? Может, кто-то время спрашивал или просил дорогу показать?

Марк тут же поправил очки на носу и сделал умное лицо.

– Дарья Ивановна, по статистике, вероятность найти преступника в такой толпе стремится к нулю. Плотность людей слишком высокая для визуальной идентификации.

– Отставить статистику, Соколов! – скомандовала я. – Просто крутите головами и смотрите по сторонам. Ищите того, кто быстро бежит или нервно прячет лицо!

Андрей смотрел на меня в шоке. Кажется, он меня такой боевой ещё не видел.

– Даша, я куплю тебе десять таких кошельков, только успокойся, – прошептал он, оглядываясь на людей. – На нас же смотрят.

– Да мне не нужен кошелёк! – я чуть ли не кричала. – Мне нужна справедливость!

И тут прямо из толпы к нам вышли три человека. Они выглядели очень странно, как будто сбежали из какого-то комедийного кино.

Впереди шла полноватая женщина лет сорока пяти. На ней был широкий тёмный балахон и простые спортивные штаны. Выглядела она так, будто не спала неделю и очень устала от жизни. Лицо хмурое, но глаза очень цепкие и строгие.

За ней шла молодая девушка. Она смотрела на всё с таким щенячьим восторгом, будто приехала в парк аттракционов. В руках она крепко сжимала блокнот и ручку.

А третьим был парень. Он вообще не смотрел по сторонам, а шёл, ссутулившись, и только тыкал пальцем в экран телефона.

– Что за шум, а драки нет? – хрипловатым голосом спросила женщина. – Майор Истомина. Уголовный розыск.

Она достала из кармана удостоверение и махнула им перед нами.

Девушка с блокнотом тут же выскочила вперёд и засияла.

– А мы стажёры! Елизавета Сафонова и Николай Лебедев! – радостно пискнула она.

Я обрадовалась им так, будто увидела родных.

– Ой, как хорошо, что вы здесь! – затараторила я, показывая пальцем на Андрея. – У гражданина кошелёк украли! Прямо тут на площади! В наглую залезли в карман!

Андрей тяжело вздохнул и закатил глаза. Ему явно было некомфортно.

– Извините, товарищ майор. Это какое-то недоразумение. Всё в порядке, – он натянул вежливую улыбку. – Ущерб копеечный. Не нужно ничего оформлять, не будем тратить ваше время.

– Как это не нужно?! – ахнула девушка-стажёрка Лиза. Кажется, она искренне расстроилась. – Это же ужас! Кража на таком светлом весеннем празднике! Покушение на радость! Да ещё и при детях! Это травма на всю жизнь!

Парень с телефоном, Коля, даже не поднял голову.

– Обычная карманная кража в толпе, – лениво сказал он. – Шанс найти – ноль целых, ноль десятых. Глухарь чистой воды. Вероятность успеха стремится к статистической погрешности.

Майор Истомина посмотрела на него так тяжело, что мне стало немного страшно.

– Лебедев, если ты сейчас же не уберёшь свой смартфон, я заставлю тебя писать отчёты до самой пенсии, – устало сказала она. Потом она поднесла к лицу свои умные часы. – Митя, сделай пометку: стажёр Лебедев опять умничает и ленится на выезде.

Из часов раздался механический, но очень ехидный голос искусственного интеллекта:

– Зафиксировано, Светлана Игоревна. Рекомендую лишить стажёра Лебедева доступа к служебному вай-фаю. Это нанесёт ему максимальный моральный урон.

Я удивлённо моргнула. Говорящие часы? До чего техника дошла!

– Сафонова, – майор повернулась к девушке, – хватит вздыхать, как актриса погорелого театра. Готовь ручку и пиши. А вы, мужчина, рассказывайте подробно, что пропало.

– Я же говорю, ничего страшного не произошло, – Андрей стоял на своём, как скала. – Я не буду писать заявление. У вас и так дел много, преступников настоящих ловить надо, а тут я со своим кошельком.

– Вот видите! – я снова не выдержала и всплеснула руками. – Он вообще не хочет бороться за свои права! Потому у нас всякие негодяи и чувствуют свою безнаказанность!

Майор Истомина посмотрела на меня с лёгким интересом.

– А вы, простите, кто будете? Жена потерпевшего? Или просто неравнодушная гражданка?

– Я… – я немного замялась, а потом гордо выпрямила спину и сказала: – Я работаю у них няней! И я за справедливость!

– Понятно. Ростовская школа, судя по бойкому говору? – усмехнулась Истомина, явно вспомнив свои старые годы службы. Потом она снова посмотрела на Андрея. – Ну так что, гражданин Соколов? Будем искать вашего вора по всей форме или отпустим с миром и забудем?

Андрей открыл рот, чтобы вежливо сказать «отпустим». Он посмотрел на меня умоляющим взглядом. Его серые глаза так и просили: «Даша, ради всего святого, давай пойдём есть блины и закончим этот цирк».

Но я скрестила руки на груди и посмотрела на него так строго, как только умела.

Дети, кстати, тоже смотрели на папу, затаив дыхание. Алина даже забыла про блины, Марк с интересом ждал решения, а Кира крепко сжала кулачки, болея за меня.

Андрей замер. Он посмотрел на меня и тяжело вздохнул, расправил свои широкие плечи и твёрдо сказал:

– Хорошо. Давайте оформлять. Пишем заявление по всем правилам.

Майор Истомина как-то даже повеселела. Кажется, она зауважала Андрея за этот поступок.

– Вот и славненько, – бодро сказала она. – Сафонова, пиши. Дата, время, место преступления. Лебедев!

Коля наконец-то убрал телефон в карман и поднял глаза.

– Я слушаю, Светлана Игоревна.

– Подключайся к городским камерам на площади. Ищи всех подозрительных, кто крутился возле потерпевшего. И чтоб через десять минут у меня был результат. Покажи, на что ты способен, компьютерный гений.

Коля вдруг улыбнулся, и в его глазах появился настоящий, живой азарт профессионала.

– Сделаем в лучшем виде, товарищ майор, – хмыкнул он, доставая из рюкзака небольшой ноутбук.

А я стояла и довольно улыбалась во весь рот. Вот так-то! Никто не смеет обижать нашу семью. И порядок должен быть везде, даже на веселой Масленице.

– А блины мы всё равно съедим, – вдруг тепло и с улыбкой сказал Андрей, глядя прямо мне в глаза. – Только после допроса.

## Глава 2

Лиза подскочила к Андрею, как пружинка. В руках она сжимала блокнот и ручку.

– Уважаемый потерпевший, опишите ваши эмоции в момент пропажи кошелька! – затараторила она, глядя на Андрея огромными восторженными глазами. – Чувствовали ли вы внутреннюю пустоту? Страх от столкновения с жестоким миром криминала?

Андрей уставился на неё так, будто она заговорила на инопланетном языке. Его бровь поползла вверх. Я еле сдержала смешок, прикрыв рот варежкой. Бедный олигарх! Он привык общаться с банкирами и министрами, а тут такие философские вопросы от девочки-стажёра.

– Девушка, я почувствовал, что у меня украли кошелёк. Всё, – сухо ответил он.

Пока взрослые разбирались, дети откровенно заскучали. Марк стоял у автомата с игрушками и злился.

– Вероятность захвата этого дурацкого енота стремится к нулю, – бубнил он, поправляя очки. – Клешня специально ослаблена! Это мошенничество в чистом виде!

Кира вообще отвернулась от всех. Она достала из кармана блокнотик и быстро что-то рисовала. Кажется, набрасывала портрет убегающего вора. А вот Алина, наше маленькое стихийное бедствие в розовых колготках, нашла занятие повеселее. Она ковыряла носком сапожка грязный сугроб возле палатки с блинами.

– Даша, смотри! – вдруг она дёрнула меня за край куртки.

Я как раз смотрела, как Лиза пытается выпытать у Андрея хоть какие-то приметы.

– Алиночка, подожди секунду. Взрослые делом заняты, – отмахнулась я.

– Ну Даша, посмотри! – Алина потянула сильнее. – Я фантик нашла! Смотри, как блестит!

Я со вздохом опустила глаза. В своей мокрой варежке девочка сжимала какую-то бумажку. Та и правда красиво переливалась на весеннем солнышке.

– Умница, очень красивый фантик, – улыбнулась я. – Только не тяни в рот грязное со снега, ладно? Выброси в урну.

Но Алина уже потеряла ко мне интерес. Она увидела майора Истомину и побежала к ней.

– Тётя полицейская! Смотрите, что у меня есть! – гордо крикнула малышка, протягивая находку. – Самый лучший фантик на свете!

Светлана машинально взяла бумажку. Наверное, хотела сунуть в карман, чтобы не расстраивать ребёнка. Но её пальцы вдруг замерли. Лицо майора изменилось в одну секунду. Усталая тётка исчезла, и появилась настоящая ищейка, которая взяла след.

– Откуда это у тебя, красавица? – тихо спросила она. Голос аж звенел от напряжения.

– Вон там, в снегу валялось! – Алина радостно ткнула пальцем в расковырянный сугроб.

Светлана осторожно, двумя пальцами развернула бумажку. Я присмотрелась. Это была пятитысячная купюра. Новенькая, гладкая, просто идеальная. Майор подняла её к свету, пощупала края.

– Лебедев! Сафонова! Бегом сюда! – рявкнула Истомина так громко, что стажёры примчались в ту же секунду. Мы с Андреем тоже подошли поближе.

– Что опять случилось? – с тоской в голосе спросил Андрей. – Только не говорите, что это ещё одно преступление. С меня на сегодня хватит.

Светлана молча сунула ему купюру.

– Ваша?

Андрей взял деньги, покрутил в руках и нахмурился.

– Нет. У меня в кошельке таких новых не было. И вообще… странная она. Будто её только что напечатали. Слишком гладкая.

Светлана усмехнулась. Но улыбка у неё получилась хищной, как у волка из сказки.

– Ещё бы она была нормальной. Это фальшивка, гражданин Соколов. Причём очень крутая фальшивка. На простом принтере такую не сделаешь. Тут работали профессионалы на серьёзном оборудовании.

Мы все замолчали, уставившись на красивую бумажку.

– Погодите, – Андрей потёр лоб. – Вы хотите сказать, что тот парень, который украл мой кошелёк…

– Именно, – кивнула майор, и глаза у неё загорелись азартом. – Ваш воришка – никакой не карманник. Это «бегунок». Мелкая пешка в большой игре. У них простая задача: сбрасывать фальшивые деньги в толпе на праздниках. Покупаешь блин за пять тысяч, а на сдачу получаешь четыре с половиной тысячи настоящими рублями. Вот и всё. Грязные деньги отмыли.

Коля тут же забыл про свою лень. Он выхватил купюру у Андрея и начал разглядывать её с таким интересом, будто это был новый айфон. Лиза громко ахнула и начала строчить в блокноте с удвоенной скоростью.

– А кошелёк он ваш дёрнул просто так, для прикрытия, – добавила Светлана. – Хотел поднять шум, чтобы все подумали на обычного вора. А сам под шумок скинул фальшивку в снег, когда понял, что за ним гонятся. Старая схема.

Мне стало как-то не по себе. Обычная прогулка на Масленицу превратилась в криминальный сериал. И мы с детьми оказались в самом центре.

– Ну, отлично погуляли, – довольно хмыкнула Истомина, оглядывая шумную ярмарку. – А я-то думала, дежурство пройдёт скучно. Кажется, праздник у нас будет с огоньком.

Как мы оказались в доме Соколовых, я до сих пор толком не поняла. Кажется, Светлана решила, что на улице холодно, а в отделении у них вечный ремонт и не ловит интернет. Андрей из вежливости предложил довезти их до участка, а Истомина каким-то хитрым образом перевернула всё так, что мы поехали к нам. Точнее, к нему.

И вот наша тихая, огромная гостиная, где обычно только старинные часы тикают, превратилась в полицейский штаб.

Майор Истомина стянула свою необъятную куртку и бросила её прямо на спинку дорогого антикварного кресла. Она встала посреди комнаты и начала командовать, как генерал на поле боя.

– Лебедев! – крикнула она стажёру. – Цепляйся к их вай-фаю. Шерсти все базы по фальшивомонетчикам за последние полгода. Ищи похожий стиль работы.

Коля аж подпрыгнул. Его сонные глаза заблестели. Он по-хозяйски оглядел роскошную гостиную и плюхнулся в самое удобное кресло у камина. Там обычно Андрей сидел по вечерам с планшетом. Парень достал из рюкзака ноутбук и начал быстро стучать по клавишам.

– Сафонова! – не унималась Светлана. – Звони по всем отделам. Узнай, где ещё всплывали такие же гладкие бумажки. Только давай по своим девичьим каналам, без официальных запросов. Ты же умеешь болтать с секретаршами?

Лиза радостно закивала. Она сияла так, словно ей доверили спасти мир.

– Есть, товарищ майор! Всё сделаю! – звонко ответила она.

А Андрей просто стоял посреди этого дурдома и хлопал глазами. В его идеальный мир ворвался ураган по имени «российская полиция», и он не знал, что с этим делать.

– Извините, – Андрей попытался сделать голос строгим. – Но обязательно устраивать всё это прямо здесь? У вас же есть своё отделение. Там компьютеры, базы данных…

Светлана посмотрела на него с усмешкой. Так смотрит мудрая сова на суетливую мышку.

– Уважаемый Андрей Игоревич, – протянула она. – У вас в доме есть три плюса, которых нет у нас в отделе. Во-первых, интернет тут летает, а не ползает. Во-вторых, тут можно выпить нормальный кофе, а не ту кислую жижу из автомата. И в-третьих, тут нет моего начальника, полковника Сидорчука. Он не стоит над душой и не ноет, что мы плохо работаем. Так что посидим пока у вас. Считайте это помощью следствию от доброго гражданина.

Тут двери открылись, и в гостиную вкатился повар Аркадий. Он нёс огромный серебряный поднос. На нём дымились чашки с ароматным кофе, лежали красивые бутерброды с рыбкой и домашнее печенье. Аркадий так улыбался, словно всю жизнь мечтал кормить оперов.

– Подкрепление для сыщиков! – радостно объявил он и поставил поднос на низкий столик. – Чтобы мозги работали быстрее! А если надо, могу и борща наварить. С чесночными пампушками!

Я тихо хихикнула в кулак. Лиза тут же схватила бутерброд и благодарно кивнула. А Коля, даже не отрываясь от экрана, потянул руку за чашкой кофе.

Но тут случилось страшное. За спиной доброго повара выросла Валентина Ивановна. Экономка всегда любила появляться, как привидение. Лицо у неё было такое, будто она увидела грязную свинью на королевском столе. В руках она крепко сжимала подставки под кружки.

– Аркадий Петрович! Вы в своём уме?! – зашипела она, как рассерженная гусыня. – Это же столик восемнадцатого века! Ручная работа французских мастеров! Капли останутся!

Она подлетела к столику и начала быстро подсовывать подставки под каждую чашку. Даже Коле под руку сунула, когда тот уже поднял кружку. Потом экономка выпрямилась и посмотрела на майора Истомину ледяным взглядом.

– И я хочу напомнить, – сказала она суровым тоном школьной директрисы. – В этом доме не сидят на антикварной мебели в верхней одежде. Курткам место в шкафу.

Она выразительно кивнула на бесформенную куртку Светланы, которая всё ещё лежала на дорогом кресле.

Светлана медленно повернула голову. Она посмотрела на Валентину Ивановну, потом на свою куртку. И вдруг в глазах майора появилось самое искреннее уважение.

– Вот это я понимаю дисциплина! – протянула Истомина. – Мне бы вас к нам в отдел, хотя бы на пару дней. Вы бы там всех стажёров выстроили по струнке. Никто бы бумажки мимо урны не кидал.

Валентина Ивановна растерялась. Она явно ждала скандала, а тут такая похвала. Экономка гордо выпятила грудь, поправила воротничок и, бросив на нас последний строгий взгляд, молча ушла.

– Нашёл! – вдруг заорал Коля от камина. Он так резко дернулся, что чуть не пролил кофе на французский столик. – Точно говорю, нашёл!

Все сразу повернулись к нему.

– Полгода назад в Питере была похожая серия фальшивок, – быстро заговорил стажёр. – Тоже ярмарки, тоже «бегунки», качество подделки просто один в один. Эксперты тогда в шоке были. Но дело повисло глухарём. Парня упустили. Но есть одна зацепка!

Коля сделал долгую паузу, как актёр в театре.

– Свидетели тогда составили фоторобот. Сейчас покажу.

Он повернул ноутбук экраном к нам. Там было нарисовано лицо мужчины. Немного мутное, собранное из разных кусочков, но черты лица разобрать было можно.

Светлана улыбнулась и хитро посмотрела на Андрея.

– Ну что, гражданин Соколов, – сказала она с очень довольным видом. – Поздравляю вас. Ваша прекрасная гостиная официально становится нашим штабом. Вы ведь не против послужить на благо Родины?

Я посмотрела на вытянутое лицо Андрея и поняла, что скучать нам точно не придётся.

## Глава 3

Солнце медленно катилось за крыши домов, раскрашивая небо в ядерные оранжевые и фиолетовые цвета. Пока ещё не поздно, мы решили вернуться, вдруг что-то найдём по горячим следам. Андрей упирался, но со мной было бесполезно спорить. И вот мы тут.

Наша весенняя ярмарка понемногу сворачивалась и затихала. Уставшие торговцы со вздохами складывали свои яркие свистульки, платки и пряники в картонные коробки. Музыка из хрипящих колонок становилась тише, а людей на площади оставалось всё меньше. Мы стояли небольшой и очень замёрзшей кучкой у пустой карусели с облупленными лошадками. Противный мартовский ветер пробирал прямо до костей. Я переступала с ноги на ногу, пытаясь согреться. Андрей зябко поёжился в своём безумно дорогом чёрном пальто, которое явно не спасало от ростовского сквозняка. Дети, совсем уже вымотанные долгим днём и всеми этими приключениями, жались ко мне поближе, как цыплята. Алина уткнулась носом мне в куртку и тихонько сопела.

– Ладно, молодёжь, хватит сопли морозить, пора за дело, – хрипловатым голосом нарушила тишину майор Истомина.

Выглядела Светлана так, будто эта весёлая ярмарочная суета измотала её куда больше, чем трое суток дежурства в отделении. Она поправила свой безразмерный балахон и устало потёрла переносицу.

– Пока наш непризнанный компьютерный гений роется в своих секретных файлах, займёмся настоящей полицейской работой, ручками и ножками.

Она резко повернулась к своим стажёрам. Те мгновенно вытянулись по струнке, словно на параде.

– Сафонова! Твоё задание – обойти всех, кто ещё не сбежал и торгует. Ищи продавцов шашлыков, блинчиков, сладкой ваты, матрёшек. Узнавай, не пытался ли кто-нибудь сегодня расплатиться новенькой и очень подозрительной пятитысячной купюрой. Глаза шире раскрывай, на каждую мелочь внимание обращай, включай свою эту знаменитую чуткость и эмпатию. Лебедев! Как только закончишь стучать по клавишам, пойдёшь и поможешь ей. Притворитесь влюблённой парочкой идиотов, которая ищет, где бы спустить последние деньги. С такими простофилями люди охотнее болтают.

Лиза Сафонова засияла так ярко, что могла бы осветить всю площадь вместо фонарей.

– Так точно, товарищ майор! – звонко отрапортовала она, прижимая к груди свой пухлый блокнот. – Следственные действия будут выполнены безупречно и в кратчайшие сроки!

Коля Лебедев только скептически хмыкнул. Он даже не оторвался от ноутбука, который как-то умудрился пристроить на коленях, сидя верхом на краешке пластиковой карусельной лошади.

– Ага, применим, – буркнул он себе под нос. – Главное, чтобы нас санитары не забрали.

Мы с Андреем и Светланой благоразумно отошли подальше, к палатке с горячим чаем. Я купила три стаканчика, и горячий картон приятно обжёг замёрзшие пальцы. Отсюда нам было отлично видно, как работают юные сыщики. То, что началось потом, напоминало очень плохой детективный сериал по телевизору.

Лиза, пригнувшись, словно крадущаяся пантера, подкралась к усталой полноватой тётеньке. Тётенька торговала тульскими пряниками и выглядела так, будто сейчас упадёт прямо на свой товар. Лиза напустила на себя вид секретного агента под прикрытием. Вместо стандартных вопросов она устроила театральное представление.

– Добрый вечер, гражданочка, – зашептала Лиза жутким, загадочным голосом, чуть ли не ложась на прилавок. – Я служу закону. Посмотрите мне прямо в глаза. Только честно! Не видели ли вы сегодня среди своих покупателей личность с явными преступными намерениями? Человека с бегающим, беспокойным взглядом, чьи холодные руки нервно что-то перебирали в глубоких карманах плаща?

Продавщица, которая явно мечтала только об одном, поскорее стянуть сапоги, добраться до дома и плюхнуться в мягкое кресло перед телевизором, очень удивлённо заморгала.

– Девонька, милая, ты чего? – протянула она растерянно. – Я с самого раннего утра на ногах тут стою, поясницу ломит. Сотни людей мимо прошло, как в метро. Я им в душу не заглядываю и в карманы не смотрю, я им пряники медовые продаю. Бери вон с повидлом, скидку сделаю.

– Но вы попробуйте припомнить! Покопайтесь в памяти! – никак не сдавалась Лиза, театрально всплёскивая руками, отчего чуть не снесла стопку пряников. – Вспомните его глаза! Что в них читалось в тот момент? Горькое отчаяние или холодный, циничный расчёт? Может, его голос предательски дрожал, когда он заказывал у вас полкилограмма пряников?

Женщина посмотрела на неё, как на ненормальную, перекрестилась и тяжело вздохнула.

Светлана, стоявшая рядом с нами и попивавшая дешёвый чай из картонного стаканчика, тихо застонала и закрыла лицо рукой.

– Боже мой правый, за что мне это наказание… Откуда их только берут на мою голову? Поколение дешёвых криминальных сериалов. Сейчас она у этой бедолаги ещё про детские травмы подозреваемого и его психотип спросит.

Андрей, который всё это время наблюдал за этой комедией положений лишь слегка улыбнулся. Видимо, полная абсурдность ситуации наконец-то пробила его броню раздражения и ледяного спокойствия. Я посмотрела на него и тоже не смогла сдержать смешок.

Где-то через полчаса Лиза прибежала обратно. Она прижимала к себе свой толстенный блокнот, а на лице у неё было написано выражение вселенского сочувствия ко всему роду человеческому.

– Товарищ майор! Данные собраны, но они весьма противоречивые! – громко и часто дыша, отрапортовала она. – Я составила развёрнутый психологический анализ всей ярмарки! У тёти Зины из медовой лавки единственный внук в армию ушёл служить, нервы у женщины на пределе, плачет. У шашлычника Арсена кредиты горят, банк звонит, он на всех покупателей косо смотрит. А продавщица сладкой ваты вообще с женихом с утра поругалась, у неё глаза красные от слёз и руки дрожат! Никто конкретно про наши фальшивые деньги ничего не помнит, так как погружены собственной драмой!

Светлана Истомина медленно прикрыла веки, словно мысленно считала до десяти, чтобы не сорваться.

– Сафонова… – тихо и угрожающе начала майор. – Мне нужны были голые факты. А не готовый сценарий для слезливого ток-шоу на втором канале. Молодец, садись, забирай свою воображаемую четвёрку. За усердие и сострадание.

Как раз в этот момент к нам подошёл Коля. Действовал он весь день как настоящий невидимый компьютерный ниндзя. Пока впечатлительная Лиза собирала слезливые жизненные истории торговцев, он просто уютно устроился на деревянной скамейке рядом с фургоном организаторов ярмарки. Там, по его умным словам, ловился самый сильный и стабильный сигнал интернета.

– Готово. Я внутри системы, – коротко и самодовольно бросил он, даже не поднимая головы от светящегося экрана. – Взломал их хвалёный Wi-Fi через дыру в дешёвой программе роутера. Сейчас качаю все данные по всем онлайн-кассам за сегодняшний день.

Светлана заметно встрепенулась, сонливость как рукой сняло.

– Ну же? Не томи, хакер. Что-нибудь есть интересное?

Коля минут пять напряжённо молчал. Он пялился в экран, быстро листая бесконечные, скучные столбцы цифр. Потом разочарованно покачал головой и захлопнул крышку.

– Пусто, товарищ майор. Прогнал через все свои фильтры. Никаких странностей и аномалий. Ни одной покупки на пять тысяч в подозрительных местах. Варианта два. Либо наш неуловимый курьер сегодня только разведку на местности вёл и успел подсунуть всего одну-единственную бумажку, ту самую, которую эта мелкая девочка нашла. Либо он куда умнее нас всех вместе взятых и действует по какой-то другой, более хитрой схеме.

На площадь спустились густые сумерки. Над головой зажглись гирлянды цветных лампочек, но веселья и уюта они не прибавили. Наоборот, их тусклый свет только подчёркивал пустоту и холод закрывающейся ярмарки.

– И что мы будем делать дальше? – спросил Андрей. Он с откровенной тоской поглядывал на Марка, Киру и Алину, которые уже еле стояли на ногах.

Светлана метко швырнула окурок в урну и усмехнулась своей фирменной усмешкой.

– А дальше, уважаемый гражданин Соколов, начинается самое весёлое и увлекательное в нашей работе. Бумажная бюрократическая волокита. Возвращаемся в ваш роскошный штаб. Ночка нам предстоит очень долгая.

Я посмотрела на экран телефона, было уже почти восемь часов вечера. Дети откровенно клевали носом, Марк тёр глаза под очками, а Алина уже просто висела на моей руке. Да и сама я чувствовала себя так, будто разгрузила вагон с углем. Но было понятно, что настоящее расследование только-только начинается. И, судя по упрямому и решительному выражению лица майора Истоминой, в свои тёплые постели мы попадём ещё очень не скоро.

– Андрей Игоревич, может, детей всё-таки лучше отвезти домой? – осторожно, чтобы не лезть под руку, предложила я. – Они же совсем измученные, вон, еле стоят на ногах. Им спать пора.

Андрей посмотрел на них, и его строгое лицо смягчилось. Он кивнул, соглашаясь.

– Вы правы, Дарья Ивановна. Мучить их дальше бессмысленно. Григорий сейчас же отвезёт их в дом, уложит спать. А мы с вами останемся здесь и будем помогать следствию, чем сможем.

На ярмарке больше ловить нечего. Продавцы медленно расползались. Площадь постепенно опустела. Вместе с детьми вернулась и вся группа.

Лиза Сафонова свернулась уютным калачиком в огромном кожаном кресле. Она всё ещё что-то усердно строчила в своём блокноте, но глаза у неё то и дело слипались. Коля Лебедев бесцеремонно развалился на дорогущем диване. Он угрюмо и зло пялился в экран ноутбука, где продолжали бегать бесконечные столбцы цифр, теперь уже совершенно бесполезных, пустых цифр. Майор Истомина мерила шагами комнату, ходя из угла в угол, как разъярённая тигрица в тесной клетке. С каждой прошедшей минутой её круглое лицо становилось всё мрачнее и злее.

А я тихонечко сидела на самом краешке дивана, поджав ноги и смотрела на них и думала, что мы сейчас похожи на глупых, заблудившихся в лесу туристов, которые упорно и до дыр изучают карту другой страны.