Дара Вейн
«То самое желание»

«То самое желание»

Аглая любила ночь. Не ту, что прячется за шторами и тиканьем будильника, а настоящую — глубокую, бархатную, усыпанную звёздами, будто кто-то щедро рассыпал по небу горсть бриллиантов.

Она выходила на балкон, когда город наконец затихал, укутывалась в старый вязаный плед — тот самый, что бабушка связала прошлой зимой, — и поднимала голову вверх. Где-то там, среди мириад огоньков, жила её маленькая тайна. Каждую ночь Аглая загадывала одно и то же:

— Хочу быть счастливой. И чтобы меня кто-нибудь по-настоящему любил.

Она шептала это тихо, почти беззвучно, будто боялась спугнуть звёзды. И каждый раз, произнося эти слова, Аглая чувствовала лёгкую грусть — как будто счастье было где-то далеко, в другой жизни, с другим человеком, в другом городе.

А рядом, совсем близко, жили те, кто уже любил её. Просто она этого не замечала.

Мама каждое утро ставила на стол её любимые блинчики с вишней, даже если сама спешила на работу. Папа, возвращаясь поздно вечером, всегда заглядывал к ней в комнату, чтобы сказать: «Спокойной ночи, солнышко», и поправить одеяло, будто ей всё ещё было пять лет. Бабушка звонила по воскресеньям ровно в полдень, чтобы спросить: «Ты поела? Ты тепло оделась?» — и в этом вопросе было столько заботы, что его можно было носить с собой, как тёплый шарф.