Теймур Байрамов
НА ВЫСЕЛКАХ

ОТ АВТОРА

И помотало же по белу свету... Сначала эвакуация второй мировой. Но это - на плечах моих беззаветных родителей. Мамы - Евгении Николаевны и папы Али Касумовича Байрамовых. Потом переезд в бегстве папы от навязываемых властями функций надзора и понуканий. Потом мои - сначала перебежка с Югов на Север, а затем - вынужденные жизненными коллизиями маршруты сначала на юга, потом снова на Север. И в конце жизни - натурализация, которая так и не завершилась, а всё длится, длится...На выселках. Без перспектив что-то изменить…

БАКУ

Здесь моё всё. И — через пропасть лет радугой-дугой — мостик в молодость, и терпкое хмельное послевкусие Первой Любви — видение-призрак девочки в пальто цвета какао.

Здесь отчий Дом. Он был и посейчас остаётся на Второй Нагорной. Сколько бы её, неухоженную улочку, не переименовывали — на Второй Нагорной.

Как и прежде, возвышается, белокаменный, над разливом деревенских домишек. Поглядывает на них чуть свысока. Улыбается ясными глазами-окнами.

С верхних этажей Дома открывается море, нет -- океан кипящих жизнью дворов.

Мой Арменикенд*. Мой Баку.

…………………………………...

Не жарко. Пробегаю серпантином лестницы. На ступенях первого этажа компания аборигенов. Непривычно тихая сегодня. Что-то странное в их остановившихся глазах. Они и здесь, и в то же время где-то, где-то. Бормочут онемелые губы, дымится самодельная хитро приправленная папироска.

Миную липкие взгляды, выхожу наружу. И сразу обвалом -- солнце и пестрящая вечнозелёная гуща.

……………………………….

На углу Второй Нагорной торчит соседский паренёк.

- Привет, Размик. Кого ждём?

- Брата… Опаздывает, да…

И — движение растопыренной пятерни...

Трезвонит проходящий трамвай. Не успеваю и я. А по другой стороне улицы идёт девушка-девочка. Знакомое пальто цвета какао. Ёкнуло в груди. Она...

Свернула в магазин, и улица пустеет…

……………………..

Еду в раскачивающемся на стыках рельсов вагоне вниз по проспекту. Сабунчинка, Сабунчинский вокзал. Конечная. И, кто куда.

Здесь меня ждёт закадычный друг-товарищ:

- Ну, что ж, двинулись?..

И — и мимо индустриального института — на Телефонную.

Знаковые места. Вот здесь когда-то повстречалась нам красавица Наташа М.

Первоквашка. Так самоопределилась. Ибо только-только принята в нашу alma mater** — индустриальный институт. Ох, и кокетливая… Остановились. Пощебетали...

А по правую руку -- католический Собор. Увы, теперь здесь склад. Ворота нараспашку, и во двор время от времени вползают грузовики.

Сказывают старожилы, что в былом из стрельчатых окон нередко просачивались тягучие аккорды, и один из лучших в Европе органов одаривал случайных прохожих минутами высокого искусства…

В военные годы в Соборе разместили госпиталь, и выздоравливающие потихоньку разобрали Инструмент на сувениры… И вот — склад… Sic transit gloria mundi...***

Перемахнув проспект Кирова, поток гуляк поворачивает направо — на Торговую:

- Хил пошатаемся на Бродвей****

…………………………...

А дома… Дома красоты неописуемой. На стене ближайшего, что с луковкой вычурной башни — памятная плита. Здесь жил знаменитый физик…

Постоим…

…………………...

Перед самым выходом на приморский проспект справа в полуподвале — кафе. Здесь нас ожидает ещё один из участников вечеринки.

Три ступени, и мы — в уютном зале. Негромкая музыка. Опахала потолочных вентиляторов.

Нынче знаменательный день: примериваем славу чемпионов ВУЗ-ов республики, и под укоризненными взглядами официантки -- с собою нельзя — припрятываем руки, разливаем.