# Искра богов. Не люби меня

Мара Вульф

Каждые сто лет Прометей состязается за право быть смертным.

Афина, богиня мудрости, выбирает девушку, за которую Прометей должен сражаться.

Если в течение шестидесяти дней избранная полюбит Прометея – он проиграет, но если отвергнет бога, Зевс дарует ему жизнь обычного человека.

Посреди Скалистых гор Джесс прокладывает путь к запрятанному в глуши лагерю, в надежде провести там незабываемое лето. Но одна случайная встреча с Кейденом, юношей с изумрудными глазами, перевернет представление девушки о мире. Кейден – сын богов, от чьих рук Джесс встретит свою погибель. По договору с Зевсом, Кейден должен найти ту, которая будет способна противостоять его обольщению. Однако он не предполагал, что сам окажется в ловушке собственных чувств. Но у жестоких игр печальный конец, и раз уж Джесс не позволено любить бога… она научится его ненавидеть.

Marah Woolf

Götterfunke 1. Liebe mich nicht

First published in German under the title «Götterfunke 1. Liebe mich nicht» by Marah Woolf

© Dressler Verlag, Hamburg 2017 Published by agreement with Dressler Verlag, Hamburg, Germany.

© Офицерова И., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

> Срази меня и огнем, и метелью,

> и молнией, если желаешь,

> столкни меня в пропасть

> или в морскую пучину.

> Того, кого страсти тоска измотала,

> кого Эроса сила уже подчинила,

> тому и молнии Зевса не сделают больней.

> Древнегреческое стихотворение о любви, неизвестный поэт.


## Правила божественного спора

Следующие правила приняты, закреплены и неизменны на все времена.


Настоящим Зевс дарует свою милость Прометею и дозволяет ему каждые сто лет состязаться за свою смертность.


Место состязания определяет верховный бог.


Афина, богиня мудрости, выбирает девушку, за которую Прометей должен сражаться, как будто по-настоящему хочет завоевать ее расположение.


Если в течение шестидесяти дней эта девушка отдастся Прометею, он проиграет спор и останется бессмертным.


Если же она отвергнет Прометея, Зевс превратит его в обычного человека.


Каждое столетие Зевс дарует Прометею три попытки.


Все участники спора клянутся соблюдать правила, бороться честно, не лгать и не обманывать.

## Глава I


Записки Гермеса

Прометей выбрал себе такое нелепое человеческое имя. Кейден. Оно, видите ли, означает «боевой дух». Но в одном этому парню надо отдать должное: боевой дух у него есть.

Все олимпийские боги собрались в Большом зале Митикаса, чтобы вновь стать свидетелями зрелища. Прометей настоял на своем праве, и Зевс даровал ему дозволение. Так сотни лет назад и было заключено это пари. Впрочем, Прометей, как всегда, проиграет. Зевс обманул его. Он знал это, но тем не менее не сдался.

Щелчком пальцев отец богов вызвал изображение, явившееся на белоснежной стене дворца. Здесь боги, которым запрещалось покидать Митикас, будут следить за спектаклем.

Моей же обязанностью, начиная с завтрашнего дня, будет сообщать богам обо всех событиях, и в моем случае щелчком пальцев уже не обойтись. Придется постоянно летать туда-сюда, чтобы убедиться, что я не упустил ничего важного. Эти игры для меня – чистейший стресс, потому что каждый вечер боги ожидали подробный отчет о том, что творилось среди людей.

Взяв тарелку с апельсиновыми дольками, я пристроил ее на своем лежаке. Сегодня мои крылатые сандалии еще стояли возле кушетки. Ближайшие недели и так будут довольно утомительными.

– Да начнутся игры, – громко объявил мой отец Зевс и возлег рядом со своей женой Герой.


Нет ничего, что я ненавидела бы сильнее, чем грозы, особенно если среди деревьев при этом завывал ветер, словно дикий зверь, который только и вожделел сорваться с поводка и сожрать меня. Если честно, я не просто ненавидела грозы, но и до смерти боялась их. Глупо бояться молний и грома. Но я ничего не могла с этим поделать. Страх – мое второе имя. Я боялась гроз, боялась летать, боялась змей и других животных. Страдала от самых разных фобий со странными латинскими названиями. Боязнь гроз называлась астрафобией. И именно я, из всех людей, сидела в машине посреди Скалистых гор, когда на нас словно из ниоткуда обрушился жуткий ливень и опустилась непроглядная тьма. Еще секунду назад небо было ярко-голубым с пушистыми белыми облачками, и тут ни с того ни с сего солнце спряталось. Происходящее напоминало сцену с концом света из какого-нибудь фильма про катастрофы. Чтобы как раз таки избежать подобных ситуаций, я обычно очень тщательно проверяла приложение прогноза погоды. Но оно, очевидно, дало сбой. Нужно подать в суд на программистов, которые создают эту ерунду. Даже Робин, моя лучшая подруга с первого дня в средней школе, которую, как правило, не так-то просто выбить из колеи, крепче стиснула руль пальцами с аккуратным маникюром, а я между тем заставляла себя не обкусывать до самой кожи свои и без того чересчур короткие ногти. Довольно скверная привычка, вечно одерживавшая надо мной верх, когда я нервничала.

Завывания раздались вновь. На этот раз гораздо ближе. Это был не ветер. Мне следовало уделить больше внимания фауне Скалистых гор, а не погоде, прежде чем уговаривать Робин поехать со мной в лагерь «Маунт» за пределы всяческой цивилизации. Дождь барабанил по лобовому стеклу, как пулеметные очереди. Невзирая на непогоду, Робин ехала по узкой, вьющейся посреди леса дороге, будто участвовала в гонках. Если я слишком труслива, то она чрезмерно смелая. Слово «осторожность» в ее словарном запасе отсутствовало.

Я протерла ладонью запотевшее окно. Вода на стекле оказалась просто ледяной. Мой взгляд метнулся к индикаторам температуры. Если верить им, то температура на улице опустилась до нуля градусов. Похоже, эта штука сломалась, хотя машина была совершенно новой. Месяц назад, на семнадцатилетие, отец Робин подарил ее, и подруга настояла, чтобы мы поехали в летний лагерь одни. Иначе нас отвез бы шофер, хотя так я бы чувствовала себя намного комфортнее. Оставалось надеяться, что навигатор работал исправно. Сквозь отверстия кондиционера в салон начал проникать холод. У меня по рукам поползли мурашки, а Робин завозилась с панелью управления. Едва мне удалось убедить себя, что жуткий вой – всего лишь игра моего воображения, как он послышался вновь, на этот раз еще ближе, и зловеще устремился к пурпурным тучам, распоротым молнией. Страх когтями вонзился в меня, и легкие сжались до размеров горошины. За молнией последовал мощный раскат грома. Я хватала ртом воздух, словно выброшенная на сушу рыба. Во мраке проступил какой-то силуэт, и я мельком увидела молодого человека. Он неподвижно стоял на обочине дороги, подняв лицо к небу и не обращая внимания на бурю. Несмотря на то что он промок до нитки, дождь его, казалось, совсем не беспокоил. Наоборот. Он явно наслаждался созданным хаосом. Я надеялась, что это не он так выл. Но ведь вероятность повстречать оборотня куда меньше, чем настоящего волка, верно? Ветер трепал его одежду. Белоснежные волосы и светлая кожа выделялись в темноте. Словно в замедленной съемке, наш автомобиль проехал мимо него. Молодой человек продолжал стоять на месте с благоговейным видом, пока капли дождя ручейками стекали по его лицу. Он медленно склонил голову и открыл глаза. На меня уставились два рубина. Его глаза соперничали с молниями в небе, отчего волоски у меня на руках встали дыбом. Никогда раньше не видела человека-альбиноса. Губы парня сжались в тонкую линию. Я оторвала взгляд, и тьма позади нас поглотила его, сомкнувшись столь плотно, что не осталось даже очертаний.

– Ты его видела? – поинтересовалась я у Робин. – Псих, не иначе.

Робин не сводила глаз с дороги.

– О чем ты?

– Там, на обочине, стоял альбинос. – У меня чуть не сорвался голос.

– Никого там не было. – Она раздраженно помотала головой. – Тебе просто померещилось. Не своди меня с ума. Дождь с этим вполне справляется. Возьми себя в руки.

«Не психуй!» – велела я себе. Даже если здесь водятся волки, они точно не нападают на людей. И никто по доброй воле не станет гулять по улице в бурю. Тот парень – плод моего воображения. По-другому не объяснить. Расшатанные нервы сыграли со мной злую шутку. Я замолчала, чтобы не сердить Робин еще больше.

Опять раздался оглушительный треск. Это оказался не раскат грома: в свете фар я увидела рухнувшее на дорогу дерево. Ударив по тормозам, Робин прокричала мое имя. Ее «Джесс!» звенело у меня в ушах, когда машину занесло. Она неумолимо неслась к громадине, перегородившей нам путь своими ветками, похожими на щупальца кракена. Робин закрыла лицо руками, напрочь забыв про управление автомобилем. Я хотела было дотянуться до руля, но меня швырнуло вперед. Ремень безопасности врезался в грудь. От боли у меня вырвался стон. Все вокруг начало вращаться с головокружительной скоростью. Голова ударилась обо что-то твердое. Казалось, что она вот-вот расколется надвое. В лицо и на голые руки брызнули осколки стекла. Раздался металлический лязг, грозивший разорвать мое тело на части. Лопнул от силы удара ремень. Я пыталась удержаться, но руки хватали одну пустоту. Послышался треск, и кости моей ноги сломались. Это должно было причинить боль, но я вообще ничего не почувствовала. Сознание затопила паника. Танатофобия – боязнь смерти. Один из моих многочисленных страхов. Он воплотился в жизнь? Я умирала? Просто так, без предупреждения? Ни яркого света, ни длинного туннеля. Все во мне запротестовало. Я столько всего хотела сделать. Столько всего уладить. Я нужна своей младшей сестре Фиби. Мама не сможет заботиться о ней в одиночку. Я еще даже ни разу не целовалась. По крайней мере, по-настоящему. Но сейчас для этого, вероятно, было уже слишком поздно. Мир вокруг меня взорвался. Я взлетела в воздух. Меня окутали тьма и тишина. Бесконечная тишина. Я парила. Все стало таким легким, а я поплыла по бескрайнему океану. Это было прекрасно – так спокойно.

Возле моего уха раздалось рычание.


## Глава II


Записки Гермеса

Боже, как захватывающе получилось! Только вот картинка обязательно должна была замигать и сжаться в решающий момент! Из-за этого мы пропустили аварию! Силы у Зевса уже не такие, как раньше. Ему следовало бы знать, что Аполлон все испортит. Люди боятся волков.

Люди в наши дни не особенно хорошо ладят с дикими животными и ураганами, что уж говорить о двух девчонках, которые проезжали на машине через лес одни.

Всего два часа в человеческом мире, а уже два трупа! Вероятно, Прометей опять начал ныть о том, что боги творят с его созданиями. Сам виноват, что не сделал их более выносливыми.

Хотя Зевс действительно перестарался с грозой. Вот зачем нужно было валить деревья?

Вечно эта шумиха. Я покосился на верховного бога. Тот и сам выглядел озадаченным. Скорее всего, его мучила совесть. Но эти сожаления долго не продлятся. В мире куча других девушек. Уверен, он без проблем выберет новую.


Воспоминания складывались воедино по кусочку, словно пазл. Какие-то силуэты около автомобиля, потом удар и безумная боль. Я потерла руки и ощупала ноги. Все на месте, и даже боль исчезла. Осторожно выпрямившись, я встала на колени, прежде чем трясущиеся ноги позволили мне подняться. Затем сделала первый шаг, и это было все равно что идти по желе. Туман обволакивал меня и мешал дышать. Я помахала руками. Белая дымка поднималась и опускалась, словно подчинялась моим движениям, как дирижеру. Я находилась в своего рода паровой сауне, где не хватало лишь жары. Потом провела пальцами по телу. Мои футболка и штаны пропали. Тем не менее голой я не была, но и одежды на мне не оказалось. Свет окутывал меня, подобно мерцающей ткани. Льнул к телу, точно вторая кожа.

– Это было обязательно? – Чей-то голос прорезал тишину, эхом отразившись у меня в голове. Он звучал встревоженно, однако туман не позволял мне разглядеть говорящего. Я хотела позвать его, но из горла вырвался лишь хрип.

– Моей вины тут нет, – защищался второй голос. – Здесь пошутил кто-то другой.

– Это не шутки! – хмыкнул первый. Теперь я слышала его отчетливей, и звук его голоса успокаивал. Страх испарился. Он мне поможет. Где бы я ни находилась и что бы ни произошло, он все исправит.

Моей ноги коснулось что-то пушистое. Посмотрев вниз, я увидела серые волчьи глаза. В излишне человеческом взгляде белоснежного создания светилось нечто неизведанное. Вообще-то мне бы испугаться его, но я не ощущала никакого страха. Казалось абсолютно правильным, что он здесь, со мной. Присев на колени перед зверем, я обняла его обеими руками за шею. Уткнулась лицом в шелковистый мех. Успокаивающее ворчание прокатилось по телу волка и передалось мне.

Перед внутренним взором замигали образы. Я услышала скрежет металла, увидела упавшее дерево и почувствовала удар. И, перепугавшись, снова выпрямилась. Виски пронзила колющая боль. Волк предупреждающе зарычал и поддержал меня, когда я пошатнулась.

– Где-то тут должна быть Робин, – сказала ему, зарываясь ладонью в шерсть. – Можешь отвести меня к ней?

Зверь склонил голову набок, наблюдая за мной. Туман вокруг нас рассеялся, и я вскрикнула. У моих ног лежало тело со странно вывернутыми конечностями. Я уставилась на него, не в состоянии поверить в это. Из груди вырвался всхлип, и звук отразился на морде безжизненного существа. Меня охватила неконтролируемая дрожь. Это же я! Невзирая на запрокинутую назад голову, несмотря на всю грязь, покрывающую щеки, я узнала собственное бледное лицо и рыжие волосы. Они оплели мою шею, подобно лианам. После я заметила кровь. Она была повсюду и пугающе быстро впитывалась в поросшую мхом почву. Я непроизвольно погладила по щекам свое невредимое «Я» и осмотрела свои руки. Чистые, прозрачные. Я отпрянула. А когда ахнула, другая моя версия дернулась, как будто тоже испытывая шок. Нужно убираться отсюда. Как можно дальше. Но из сна было не сбежать. Оставалось только проснуться.

На лоб моего израненного тела опустилась ладонь.

– Она жива, – удивленно произнес женский голос, словно его обладательница считала невероятным то, что в этом изувеченном нечто до сих пор теплилась жизнь. Черты ее лица расплывались у меня перед глазами. – Но ненадолго, – добавила она с сожалением.

Силы, или что еще удерживало меня возле собственного тела, покинули меня, и я рухнула на колени на землю. По щекам заструились слезы. Я дотронулась до своей неподвижной руки. Еще теплой, но холод, исходящий, казалось, от кожи, превращал кровь в моих венах в лед. Один палец слабо шевельнулся.

– Исцели ее! – потребовал мужской голос у меня за спиной. Рядом согласно заворчал волк. Он не отходил от меня. Его горячее дыхание согревало мою шею.

– Она обречена. Ее душа уже покинула тело. Я не могу ей помочь, – отозвался другой мужчина. Что это за люди и почему они ничего не делали, чтобы спасти нас с Робин?

Настолько странных снов мне еще никогда не снилось. Моя душа покинула тело? О чем говорил этот парень?

– У нас мало времени. Ты им поможешь! – заявила теперь девушка.

Я убрала волосы с лица своего тела, стерла кровь и грязь со щек. А когда подняла взгляд, встретилась с зелеными глазами, смотрящими на меня сбоку. Рядом сидел юноша. Однако, хотя он находился очень близко, мне не удавалось рассмотреть его лицо. Лишь смазанные очертания.

– Твое время еще не пришло, – сказал он, и у меня перехватило дыхание. – Не бойся. Я с тобой.

Он видел меня. Меня, в смысле, не мое искалеченное тело, а эту отделившуюся от него часть. Мою душу?! Теплые пальцы погладили мою сияющую кожу, которую от этого прикосновения начало покалывать. Пусть не смотрит на меня так. Его глаза и беспокойство в них практически парализовали меня. А ведь я могла о себе позаботиться. И не нуждалась для этого в зеленоглазом парне. Я попыталась оторвать от него взгляд.

– Можешь доверять мне. Все будет хорошо. – Его уверенность обернулась вокруг меня, как согревающее одеяло. Интересно, откуда в нем столько оптимизма?

Я медленно кивнула, и он так ослепительно улыбнулся, что у него на щеках проявились ямочки. Удивительно, что я заметила их, хотя рассмотреть его лицо по-прежнему не могла нормально. «Но это же сон», – напомнила себе. Во снах существовали другие правила, так что можно позволить себе маленькую слабость и полюбоваться ямочками этого парня. Тем не менее улыбка не должна была оказывать на меня подобного эффекта, обычно я невосприимчива к такому.

– Обе могут быть кандидатками, – в этот момент произнесла девушка. Очевидно, во время чрезмерно интенсивного зрительного контакта я пропустила половину дискуссии. О чем они говорят? – Они идеально подходят.

Молодой человек с зелеными глазами помотал головой, как будто сам не понимал, что они обсуждают. То есть нас таких двое.

– Прости, – прошептал он, прежде чем бережно положил мое тело себе на колени. Даже бестелесная часть меня почувствовала охватившую конечности боль. Она отражалась в каждой клеточке. Голова запрокинулась назад, и он аккуратно устроил ее у себя на плече. Как бы безумно это ни звучало, но я позавидовала собственному телу. – Тш-ш-ш, – выдохнул юноша в мои перепачканные волосы. – Все будет хорошо. Ты должна хотеть вернуться. Вы все еще связаны. – Его глаза вновь поймали мой взгляд. – Не сдавайся.

Он сжал ладонь моей души. Теперь это было не безобидное покалывание, от прикосновения меня словно пронзило током. Парень шокированно уставился на меня.

– Исполняй свой долг! – велел он кому-то, кто, судя по всему, стоял где-то позади меня. Я, плененная зелеными глазами, не могла повернуться посмотреть.

Раздался задорный смех.

– Твое желание для меня закон. Если Аиду она не нужна, то пусть живет дальше. Одной больше, одной меньше, какая разница? В конце концов, твои создания размножаются как сорняки.

Этот нахал обошел меня и приложил пальцы к вискам на моем теле. Меня затопило приятное тепло. Оно распространялось внутри, пока кровь не загорелась огнем, неистово пульсируя в жилах. Когда он отпустил руки и отошел, мое тело выгнулось дугой. Руки моего защитника крепче сжались вокруг меня. Он бормотал в мои мокрые волосы какие-то слова, которые я не могла разобрать, но они успокаивали. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем боль стихла. Моя душа становилась все светлее и прозрачнее. Я буквально таяла и ничего не могла с этим поделать.

– Не пугайся. Все будет хорошо, – прозвучал его голос в моей голове. – Тебе нечего бояться. Я рядом.

Носа коснулся пряный, дурманящий аромат. Я уткнулась в футболку своего спасителя и услышала тихий смех. Как бы ужасно ни начался этот сон, сейчас мне хотелось, чтобы он длился подольше.


Я испуганно дернулась. По радио звучала кантри-музыка. Робин никак не могла выбрать подобную станцию. Затылок болел, мышцы ныли, словно я пробежала марафон.

Рядом со мной спала Робин. Аккуратно завязанные в хвост волосы практически пшеничного цвета были перекинуты через плечо. Я с облегчением моргнула. Слава богу! Ночной кошмар закончился. Автомобиль невредимый стоял на одном из бесчисленных карманов вдоль пустынной дороги. По крайней мере, дождь больше не лил. Распахнув дверцу, я сделала глоток прохладного воздуха. Ветер успокоился. Когда я выбралась из машины, под ногами захрустели сухие листья и сосновые иголки. В подлеске что-то зашевелилось, и я вздрогнула. Из зарослей выскочил кролик и поскакал в лес. Я обняла себя руками, потому что внезапно стало зябко. Сон казался таким реальным. Мне никогда не забыть те зеленые глаза. Под ладонью что-то зашуршало, и я сняла со свитера засохший листик. Откуда он взялся? Странно. Робин очень щепетильно относилась к своей машине. Невообразимо, чтобы в ее автомобиль попало что-то не из пластика или промышленного производства. Растерев листик между пальцами в крошку, я выудила с заднего сиденья свое черное худи и укуталась в него. В голове эхом продолжали звучать голоса. Я посмотрела на свои облаченные в черные джинсы ноги и пошевелила пальцами. Все так, как и должно было быть. Успокоившись, я села обратно в машину.

– Эй, просыпайся, соня. Пора ехать дальше. – Я пощекотала щеку Робин кончиком ее хвоста.

Та сонно потерла лицо руками, размазав при этом тушь.

– Извини, мне пришлось остановиться. Я вдруг так устала.

– Почему меня не разбудила? Я бы повела.

– Как будто я доверила бы тебе свою малышку. – Она похлопала ладонью по приборной панели. – Кроме того, ты спала как убитая.

– Мне снился странный сон.

Робин завела двигатель.

– Надеюсь, в нем участвовала пара горяченьких парней.

– Скорее голосов.

– Голосов? – Робин покачала головой. – Никому не снятся голоса.

Я не ответила, стараясь проникнуть взглядом в полумрак между деревьями. Внезапно возникло ощущение, что из затененных стволов за мной кто-то наблюдает. Из-за туч выглянуло солнце, и сверкнуло что-то алое. Я вспомнила альбиноса. Он в самом деле стоял на обочине или просто являлся частью сна? Меня испугали не столько красные глаза, сколько их выражение, от которого даже сейчас по спине моей побежали мурашки. Сегодня явно не мой день.

Робин с визгом шин свернула на федеральную автомагистраль, что должна была привести нас в лагерь. Я с облегчением откинулась на спинку сиденья. Мне требовались горячий душ и холодная кола, после которых я наверняка вновь стану самой собой.


К администрации лагеря вела извилистая тропинка. Вечернее небо окрасилось всевозможными оттенками синевы. О прошедшей буре напоминало лишь несколько луж. Я с любопытством огляделась. Повсюду бродили ребята школьного возраста и взрослые. Робин припарковалась прямо перед входом в административное здание, хотя огромная табличка сообщала, что место предназначено для инвалидов. Я уже давно перестала читать ей нотации. Робин только в очень редких случаях следовала правилам, но обычно ей это и не требовалось. Сунув ноги в свои ботинки «Доктор Мартинс», которые снимала на время поездки, я вышла из машины. Свежий ветер растрепал мои непослушные рыжие волосы, тут же начавшие завиваться из-за влажности. Здесь пахло мхом, грибами и лесом. Эти ароматы напомнили мне о походах с папой, мамой и Фиби. С тех пор прошла, казалось, сотня лет. Тогда мой мир еще был нормальным. Так же быстро, как появилась эта мысль, я отмахнулась от нее и потянулась.

Среди деревьев стояли бревенчатые домики разной величины. Они выглядели такими ветхими, будто их строили первые поселенцы. Однако лагерь основали лет десять назад, и если переселенцы жили по-спартански, то здесь условия для комфортной жизни вышли на уровень роскоши. Шарм старины должен был лишь создавать подходящую атмосферу для избалованных городских деток. Уговорить Робин на что-то другое у меня просто-напросто не получилось бы. О кемпинге она и думать бы не стала. На больших окнах домиков висели разноцветные занавески. Из двухэтажного здания, возведенного из натурального камня, доносилась музыка. Вслед за Робин я медленно поднялась по скользким деревянным ступенькам и вошла в административный корпус.

Пухленькая женщина, сидящая за стойкой регистрации, широко нам улыбнулась. Наполовину с упреком, наполовину с сожалением покачала головой с копной седых волос с перманентной завивкой.

– Я уже начала за вас волноваться! – воскликнула она, посмотрев на нас. – Я Рози. Рози Хейл. – Сотрудница протянула нам бланки регистрации. – А вы, должно быть, Робин Ченнинг и Джессика Харпер.

– Просто Джесс, – попросила я.

– Как пожелаешь, детка. Хотя Джессика очень красивое имя. Оно означает, что Бог видит тебя. А это никогда не помешает. Но ты и сама наверняка знаешь об этом.

Я с удивлением взглянула на нее. Нет, я не знала.

– Вы последние. Не хватает только детей босса. Возникли какие-то сложности?

– Нам пришлось остановиться. В такой дождь невозможно было ехать. Знай мы, что тут льет как из ведра, прихватили бы с собой лодку, – немного высокомерно отозвалась Робин. – В остальном полный порядок.

Подруга лишь впустую потратила иронию на Рози.

– Да всего-то пара капель упала, – поразилась та, и я расслышала, как она пробормотала что-то в духе «Ох уж эти городские детишки», пошевелив своими виднеющимися над губой усиками.

Если тот библейский потоп – «пара капель», то мне бы не хотелось пережить то, что Рози понимала под настоящим дождем. Женщина терпеливо пыталась объяснить дорогу к нашему домику. Однако, столкнувшись с нашими непонимающими лицами, положила на отполированную деревянную стойку карту и нарисовала путь на ней.

– Не торопитесь, но будьте в корпусе для общих собраний к половине восьмого. Мы устраиваем барбекю с дискотекой. Там вы все сможете познакомиться. – Она вильнула крупными бедрами, чем заставила нас с Робин захихикать. – Желаю вам прекрасно провести время. Если появятся какие-нибудь вопросы, обращайтесь ко мне. Я с моим мужем Генри присматриваю за тем, чтобы тут все работало как часы. Так что никакой излишней скромности… и в следующий раз паркуйтесь должным образом. – Рози с улыбкой подмигнула Робин, явно делая непрозрачный намек. – У нас здесь тоже имеются блокираторы колес.

– В каком домике живут Кэмерон Шелби и Джошуа Эрскин? – спросила Робин, не обращая внимания на предупреждение.

– Вы знакомы с этими симпатичными мальчиками? – Рози потерла ладони. – Такие милые ребята. Они определенно доставят нам неприятности. Надо не забыть заказать партию носовых платочков.

Я спрятала усмешку, когда Робин кашлянула.

– Кэмерон Шелби – мой парень. Уже больше года, – просветила она Рози.

– А ты выиграла суперприз. Хорошенько за ним приглядывай, – ответила Рози. Затем ткнула пальцем в домик, расположенный не так далеко от нашего.

Закинув на плечо свою дорогущую сумочку, Робин быстрым шагом вышла на улицу. Мы очень-очень медленно поехали к своему новому жилью. Подруга надулась, и я воздержалась от комментариев. Небольшого замечания Рози оказалось достаточно, чтобы разозлить ее. Как будто Кэмерон глянет на другую девчонку. Думать об этом – чистейшей воды абсурд, и она это знала. Но одной мысли хватило, чтобы у нее испортилось настроение. А когда подруга пребывала в таком расположении духа, я предпочитала молчать. Как правило, она успокаивалась быстрее, если ее оставить в покое.


Мы перетащили свои чемоданы в домик и осмотрелись. Несмотря на деревенский шарм снаружи, интерьер был просто шикарным. Перед нами предстала гостиная с удобными диванами и разложенными на них яркими подушками. На одной из стен висел телевизор с плоским экраном. В кухонном уголке стоял холодильник, щедро наполненный шоколадом и безалкогольными напитками. Кроме того, здесь обнаружились две ванные и три спальни. Робин не мешкая заняла самую большую комнату, откуда открывался вид на сверкающее вдали среди деревьев озеро, находившееся на территории лагеря. Не то чтобы я жаловалась.

– Мне не хочется на вечеринку. Я устала. – Кровать Робин протестующе заскрипела под весом моего тела, когда я плюхнулась на нее и завалилась на спину. Проигнорировав скрип, я уставилась на обшитый деревянными панелями из светлого дерева потолок. В отличие от Робин, которая не упускала шанса выгулять свои дизайнерские шмотки на танцполе, я относила себя скорее к категории домоседов. Но уже сейчас понимала, что отвертеться мне не удастся.

– Не будь такой занудой. Ты проспала полдня. – Робин как сумасшедшая тыкала в экран своего смартфона, после чего подняла его и тихо выругалась про себя. Сигнал сотовой связи оставлял желать лучшего, хотя, впрочем, ничего другого я в такой глуши и не ожидала.

– Ты могла бы выйти и поговорить с Кэмероном. Он живет недалеко от нас.

Она бросила подушку мне в лицо.

– Сначала мне нужно распаковать обувь и решить, какую можно испортить ходьбой по лесу.

Я недоверчиво рассмеялась.

– Ты же с собой не только шпильки привезла? – Ее раздраженный взгляд доказал, что я ошибалась. – Шлепанцы? – не сдавалась я.

Лицо подруги просветлело.

– Мама сунула одну пару. Должно сойти. Хотя в них мои ноги не так хорошо смотрятся.

Застонав, я зарылась лицом в ее подушку.

– Кэмерону известно, какие у тебя ноги.

– Именно поэтому важно показать ему, что они не утратили свою красоту.

– Ты меня убиваешь.

– Тебе бы тоже пошел сарафан, – поучающим тоном объявила Робин. – У меня скоро депрессия разовьется от того, что ты постоянно одеваешься во все черное. Никто ведь не умер. Твой отец ушел от вас, но прошло уже два года. Сколько лет этим джинсам?

– Черный стройнит, – напомнила я ей ее же любимую поговорку, не клюнув на замечание о моем отце. – И джинсам всего полгода. Они до сих пор идеально сидят. Мне нравится черный. Этим я выражаю свое мнение по поводу обстановки в мире. Ну знаешь, войны, голод, катастрофы.

Робин наморщила вздернутый носик.

– Так ты ничего не изменишь. А черный делает тебя еще более худой, чем есть на самом деле. Меня мучает вопрос, куда вообще деваются все бургеры и чипсы, которые ты постоянно уплетаешь?

– Если бы ты попробовала бургер с картошкой фри и майонезом, то знала бы ответ на вопрос. – Откровенно говоря, я носила так много черного только потому, что этот цвет гармонично сочетался с моими рыжими волосами.

– Быстрее мир рухнет. – Робин кинула мне светло-зеленый топ. – Наденешь его сегодня вечером, и никаких возражений! Он хорошо смотрится с твоими волосами, которые, кстати, обязательно надо выпрямить. В таком виде я с тобой никуда не пойду.

У меня вырвался стон, однако Робин проигнорировала и его.

– Поможешь мне застелить постель? – Она та еще заноза, но все равно самый близкий для меня человек после Фиби. Правда, за прошедший год я не раз спрашивала себя: подходим ли мы теперь друг другу так же, как прежде? Причем Робин совсем не виновата в переменах. Это я изменилась, а если быть точнее, изменилась моя жизнь. Подруга осталась прежней, в то время как я стала смотреть на мир другими глазами.

– Конечно. – Подхватив подушку, я натянула на нее наволочку, пахнущую лавандой.

– Мы выжмем из проведенного здесь времени максимум, – решила Робин, крутясь перед зеркалом, пока я расправляла ее простыню. – Хотя, стоит напомнить, я хотела на пляж в Калифорнии. Но не важно. Тебе пойдет на пользу любая смена обстановки. Нужно было срочно вырвать тебя из того дурдома. Я бы ни дня не выдержала с твоей мамой. Не забывай, что твоя жизнь заключается не только в учебе и работе. Пора начинать снова вести себя как настоящий подросток. Тут, конечно, не самое идеальное для этого место, но куда лучше, чем дома.

Робин стянула с хвоста резинку, встряхнула своей светлой гривой и скрылась в ванной. Чуть погодя послышался шум воды из душа. Разобравшись с ее пододеяльником, я отправилась к себе в комнату, чтобы распаковать вещи. А пока застилала постель, мысли вернулись к тому сну, державшим меня рукам и голосу, что утихомирил мой страх. В животе запорхали бабочки. Это уже казалось странным. Робин была права. Я должна веселиться и развлекаться с настоящими парнями. Но я все равно сожалела, что не получалось вспомнить его лицо. Он, несомненно, был возмутительно красив. Я тихо хихикнула. Теперь мне уже никогда этого не узнать. Нельзя увидеть один и тот же сон дважды.


После пары капель, как это называла Рози, все выглядело свежевымытым. Хотя, когда мы покинули наш домик, уже начали сгущаться сумерки, на улице до сих пор стояло приятное тепло. Я надела джинсы и топ. Хотела еще накинуть сверху свой черный вязаный кардиган, но Робин выступила категорически против. Сама она выбрала узкое светлое платье и балетки, которые в итоге отыскала в недрах своего чемодана.

Я с интересом крутила по сторонам головой, пока мы направлялись к главному корпусу. На дорожках между домиками кипела бурная деятельность. Нам то и дело приходилось уворачиваться от небольших электрокаров с персоналом лагеря и школьниками. Из огромного здания доносились громкие возгласы и удары мячиков для пинг-понга.

– Господи, какой крутой подъем, – проворчала Робин.

– Ты в горах, – не удержалась от подколки я.

– Нам каждый раз придется ходить на завтраки, обеды и ужины в главный дом или здесь есть доставка?

– Естественно, тебе будут приносить еду лично.

– Ну лагерь довольно дорогой, это меньшее, что они могли бы сделать.

– Ты же читала, что написано на сайте. «Познайте единение с первозданной природой Дикого Запада в сочетании с многообразной программой мероприятий». Думаешь, первым переселенцам приносили еду на серебряных подносах?

Робин испуганно уставилась на меня.

– Надеюсь, мне не придется охотиться с ружьем или собирать грибы и ягоды в лесу.

Я усмехнулась.

– Об этом там не писали, но кто знает?

– И на что я только подписалась? – Она отважно зашагала дальше.

Во мне взыграла совесть. Этот запрятанный в глуши лагерь был моей идеей. Обычно Робин решала, куда мы отправимся. Но только не в этот раз, хотя ее родители оплатили лагерь за нас обеих. Моя мама никогда не смогла бы себе такое позволить.

– По крайней мере, ты уговорила Кэмерона и Джоша составить нам компанию. Хотя в Европе явно гораздо увлекательнее.

– Пусть Кэмерон скажет мне спасибо за то, что ему не пришлось лететь с родителями в Италию. Ему нужно отдохнуть от своего отца. Я его практически спасла. Просто он еще этого не знает. К тому же мне было бы невыносимо думать о том, как он флиртует с какими-нибудь брюнетками.

– Он бы никогда так не поступил, – встала я на защиту ее молодого человека.

Мой взгляд с тоской бродил по кронам высоких сосен. Вполне вероятно, что это наше последнее лето вместе. Поэтому парни решили поехать с нами. В следующем году мы окончим школу и разъедемся по разным университетам. Меня заранее ужасали времена, когда я перестану видеть своих друзей каждый день. Робин собиралась в Гарвард, а мне необходимо было попытаться поступить в колледж в Сан-Франциско. Туда я смогу ездить из родного Монтерея. И тогда сохраню работу в пиццерии и останусь с мамой и младшей сестрой. Робин умоляла меня отправиться в Бостон с ней. Она закатывала самые настоящие истерики со слезными мольбами, но в этот раз я настояла на своем. Хотя в действительности у меня просто не было выбора. Робин справится одна, а Фиби – нет.

Так что этим последним летом в кругу друзей я желала насладиться по полной. Ведь кто знает, когда нам удастся провести вместе столько свободного времени снова? Всего один учебный год, и они втроем отправятся в большой, бескрайний мир, а я останусь прикована к своей семье. Отец бросил нас, и я не могла так же сбежать от ответственности за них двоих. И по-прежнему старалась убедить себя в том, что меня это не волнует.


Когда мы, запыхавшись, добрались до главного корпуса, у меня зазвонил телефон.

– Это Фиби, – сказала я, бросив взгляд на дисплей. – Иди внутрь.

– Закажу нам выпить. – Робин исчезла за распахнутой дверью.

– Фиби? Что-то стряслось?

Младшая сестра засмеялась.

– Ничего плохого. Не обязательно всегда так переживать.

– Тогда почему ты звонишь? Мы договорились созваниваться только в экстренных случаях. У меня чуть инфаркт не случился.

– Это экстренный случай.

Я присела на пенек.

– Ну ты меня заинтриговала.

– Мне дали главную роль, – взволнованно прошептала Фиби. – В летнем театре.

– Нет! – Как же мне хотелось сейчас обнять ее.

– Да, – пропищала она. – Я буду исполнять роль Одетт. С ума сойти, правда?

Ради роли в «Лебедином озере» Фиби занималась почти целый год. Летний театр – это важное ежегодное представление в ее балетной школе.

– Я так тобой горжусь.

– Вы же вернетесь к финальному выступлению, да? – встревоженно поинтересовалась сестра.

– Само собой. Думаешь, мы пропустим подобное? Забронируй нам четыре билета. В первом ряду.

– Завтра поговорю с мадам Беретон. Родители Робин тоже придут.

– Ты уже рассказала ее маме?

– Она меня подвезла, – сокрушенно призналась Фиби. – Я бы и на велосипеде доехала, но она настояла, что это слишком опасно.

– Все в порядке, – успокоила ее. Фиби было так же неудобно принимать помощь, как и мне. Однако я порадовалась, что она в надежных руках. Одной заботой меньше.

– Мне пора, – сказала Фиби. – Хочу еще позаниматься. Люблю тебя.

– А я тебя сильнее.

Какое-то время я сверлила взглядом потухший экран. Я не спросила у нее, как дела у мамы. Меня в мгновение начала грызть совесть, но я быстро избавилась от этих мыслей. Моя сестра впервые будет исполнять главную роль. Поверить не могу. В ее маленьком, худеньком теле скрывался настоящий боец. Если она ставила перед собой какую-то цель, то добивалась ее, как бы сильно ни кровоточили стопы. Она станет лучшей Одетт всех времен. Раздувшись от гордости, я уже собиралась последовать за Робин, как вдруг на меня обрушился поток ледяной воды. Я застыла как вкопанная. По единственной большой луже, образовавшейся в яме на дороге, промчался белый «Вольво». Водитель невозмутимо продолжил свой путь. Ошарашенная, я провожала автомобиль взглядом. Машина затормозила перед административным корпусом и осталась стоять прямо посреди тропинки. Этот идиот не в состоянии припарковаться как нормальный человек? Ему понадобилось еще и дорогу перегородить? Это даже хуже, чем замашки Робин. Водитель вышел из машины и огляделся.

– Ты нормальный? – издалека прокричала я. Промокший топ прилип к коже. Волосы свисали на лицо. Выглядела я наверняка как настоящая фурия.

Парень, сидевший за рулем, повернулся в мою сторону. Зеленые глаза внимательно изучили меня. Не может быть. Я замерла, уставившись на него. Те самые глаза. Его глаза. Глаза из моего сна, а теперь я узнала, как выглядел и он сам. Мое предположение, что парень «возмутительно красив», оказалось однозначным преуменьшением.

– Ты? – прохрипела я и тут же прикусила язык. Он точно сочтет меня чокнутой, если я спрошу у него, что он забыл в моем сне, и его даже нельзя будет за это осуждать. Звучало как самый тупейший подкат в истории.

Парень склонил голову набок и положил руку на крышу автомобиля. Он выжидающе посмотрел на меня. Я не ошиблась. Эти глаза ни с чем не спутать. Он уговаривал кого-то воссоединить мою душу с телом. «Кошмарная мысль, а прежде всего абсолютно дурацкая», – осадила себя. Нужно собраться. Я отчаянно старалась вернуть себе самообладание и не думать о том, как покалывало мою кожу от его прикосновений. Нельзя обвинять незнакомцев в том, что они разгуливают по моим снам.

– Ты меня окатил из лужи, – вместо этого неуверенно заявила я. – Своей пафосной тачкой. Полюбуйся, что ты натворил.

Его взгляд прошелся по моему телу. Время словно остановилось. Предполагалось, что он будет не так пристально меня разглядывать. Я сделала глубокий вдох. Наверное, в будущем стоит надевать под майку лифчик, хотя мне там, к сожалению, особо нечего поддерживать. Но кто мог подумать, что этот кусочек ткани так облепит мое тело? Со злобным видом я скрестила руки на груди.

– Обычно люди останавливаются и извиняются.

– Извини. Ты не видела, что едет машина? – нежным голосом поинтересовался он.

Тот самый голос. Ошибка исключена. Во что, кстати, был одет тот юноша из моего сна? Я не обратила внимания на одежду. Не видела ничего, кроме его глаз и рук. На этом парне была надета темная рубашка, свободно висевшая над черными джинсами и плохо скрывавшая его мускулистое тело и плоский живот. Но, что самое главное, – чистая и без следов крови или слюны. Этот тип определенно не стоял в грязи на коленях и не держал на руках окровавленный труп.

И все же я могла поклясться, что это был один и тот же человек. Если бы мне удалось его понюхать, то у меня появилась бы стопроцентная уверенность в этом. Я помотала головой в надежде развеять запутанные мысли. Понюхать парня – вот до чего я докатилась! Видимо, мне мозги размыло грязевой водой.

Я прочистила горло.

– У меня нет глаз на затылке! – Этот тип просто придурок. Полная противоположность парню из моего сна. И все-таки его глаза сбивали меня с толку и вызывали идиотское желание броситься к нему в объятия, чтобы он меня защитил. Пф-ф-ф! Как будто мне требовалась защита какого-нибудь парня. Вместо этого я уставилась на верхнюю пуговицу его рубашки. Впрочем, вышло ничуть не лучше, потому что я начала рассматривать ямочку у него на шее, переходящей в гладкую грудь.

– В следующий раз не болтай по телефону посреди дороги, – заявил он. – А то случится чего похуже. Ты можешь умереть.

Не поверив собственным ушам, я раскрыла рот. Он сейчас говорил о смерти? Наверняка совпадение. ЭТО НЕ ОН! Я уперла руки в бока.

– То есть теперь я виновата?

– Это не я сказал, а ты. Я просто прошу тебя впредь быть осторожнее. – Он вытащил что-то из машины, подошел ко мне и накинул мне на плечи куртку. – Оденься, а то простудишься.

Вот она – уверенность. Куртка пахла так же, как молодой человек из моего сна. Когда я от удивления пошатнулась, он схватил меня за руку чуть выше локтя, чтобы удержать. Ошибка исключена. Мне до сих пор снился сон? Я подняла на него взгляд. Его лицо с правильными чертами оказалось прямо перед моим. На щеках показались маленькие ямочки. Незнакомец наклонился ко мне, и его дыхание коснулось моих губ.

– Я тебя знаю, – прошептала я, хотя мне больше всего на свете хотелось кричать. Даже не сомневалась, что вот-вот потеряю сознание.

Он отпустил меня, будто обжегся. Затем покачал головой, но я заметила, как в его взгляде промелькнула нерешительность. Ни сказав ни слова, парень отвернулся и направился вверх по лестнице к административному корпусу.

Мне оставалось лишь смотреть ему вслед с раскрытым ртом.

– Он правда тебя не увидел, – произнес женский голос с ноткой веселья.

Я захлопнула рот. Рядом с автомобилем стояли два человека, которые молча следили за нашим обменом колкостями. Откуда они взялись? Очевидно, мое внимание сосредоточилось исключительно на том, другом парне. Щеки вспыхнули.

– Просто немного отвлекся. – Девушка не отрывала от меня взгляда. Это его подружка? Повезло ей!

– Он впервые сел за руль, – заверил меня черноволосый юноша, который стоял рядом с ней, скрещенными руками облокотившись на крышу машины. Он подмигнул мне. – Я бы справился лучше, но ни один из них не доверил мне этот вонючий кусок металла. А ведь никто не водит машину лучше меня.

Мой взгляд метался между ними.

– Э-э-э, да, я, пожалуй, пойду. – Я запустила руки в мокрые волосы. – Увидимся.

– Можешь на это рассчитывать, – отозвался парень. Отвернувшись, я плотнее запахнула куртку и внезапно споткнулась на ходу. Двое парней и одна девушка. Прямо как в моем сне. Могло ли это быть случайностью?


## Глава III


Записки Гермеса

Кто бы мог подумать? Афина заставила своего брата Аполлона спасти девушек. Ну блондинка и правда лакомый кусочек. А теперь все они собрались в одном лагере. Зевс сделал странный выбор, затеяв игру в такой глухомани. Однако он принимал и более странные решения. Может, ему надоело торчать в человеческих городах. Современные мегаполисы такие шумные и вонючие. Опять же, в прошлый раз, сотню лет назад, мы попали в самый разгар войны, и ничего веселого в этом не было. Греческий огонь – шутка по сравнению с оружием, которым тогда сражались.

Зевс запретил нам вмешиваться. Но Прометей, разумеется, его не послушал. Он никогда не мог спокойно наблюдать за тем, как его творения сносили друг другу головы. Вероятно, именно поэтому Зевс выбрал этот отдаленный лагерь. Максимум, что нам здесь грозило, – это заскучать до смерти.

Маленькую рыженькую Прометей завоюет на раз-два. На нее я бы ни драхмы[1] не поставил. У нее сразу слюнки потекли, стоило ему с ней заговорить. С блондинкой ему придется постараться сильнее. Она какое-то время поломается и заставит его за ней побегать. Но Афина, возможно, не выберет ни одну из них. Я предпочел немного подождать и пока не делать ставку.


Отправив Робин короткое сообщение, я направилась к нашему домику переодеться. Несмотря на согревающую меня куртку, холод уже расползся по рукам и ногам. Я плотнее запахнула куртку. От нее пахло им. Чем-то необузданным и пряным. Это розмарин или тимьян? Отперев трясущимися пальцами дверь, я бросилась в ванную. Неохотно повесила на крючок куртку, сдернула с себя одежду и вытерлась насухо. За это время мобильник пиликнул трижды. «Куда ты пропала?» – высветилось на дисплее сообщение. Робин ненавидела ожидание, однако в данный момент я не могла придавать этому значение. Нельзя в свой первый вечер в лагере выглядеть как пугало. Это негласный закон. Я высушила волосы феном, но они все равно торчали во все стороны, будто я сунула пальцы в розетку. А ведь рыжий цвет и так был достаточным наказанием. Я походила на Мериду[2] из диснеевского мультика. Разозлившись, я зарычала на свое отражение в зеркале. У меня не оставалось времени снова выпрямлять эти кудри.

Когда я вышла из ванной, в нашей гостиной находилась девушка из «Вольво». Одна.

– Я Афина. – Она протянула мне ладонь. – Кажется, мы будем жить вместе…

Афина, богиня мудрости. Прошу прощения, но кто называет свою дочь подобным именем? Мне почти стало ее жаль. Джессика, конечно, тоже звучало довольно старомодно, но куда лучше, чем Афина.

– А сокращенное имя у тебя есть? – спросила я и тут же стукнула себя по лбу. – Прости, это было невежливо.

Афина лишь рассмеялась.

– Ничего страшного, я привыкла к проблемам с именем.

Я с раскаянием взглянула на нее.

– Не хочешь сказать мне свое?

– Да, конечно. Я Джесс. Моя комната вон там, а в этой живет моя подруга Робин. Она ждет меня и наверняка взбесится, если я прокопаюсь тут еще дольше.

– Иди, не волнуйся. Я разберусь. – Афина ловко закрутила волосы, достающие до ягодиц, в узел и подняла свою сумку. – Кстати, Кейдену в самом деле очень жаль, – добавила она, прежде чем шагнуть к себе в комнату.

– Кейдену? – Заинтересовавшись, я пошла за ней. Немного времени у меня еще оставалось.

Афина кивнула.

– Моему кузену.

«Не его девушка», – смекнула я, стараясь не расплыться в улыбке.

– Да все нормально. Я явно из тех, кого легко не заметить.

Она взглянула на меня, и ее губы изогнулись в усмешке.

– Я так не думаю.

Пожав плечами, я спрятала ладони в карманах джинсов.

– Всего лишь немножко воды. Я просто психанула.

– Выглядит очень мило. – Афина указала на мою простую черную футболку, на что я мысленно закатила глаза. Робин меня казнит, если я появлюсь в таком виде на вечеринке, но сейчас уже ничего не исправить. Афина была одета в обтягивающие белые джинсы и блестящий топ такого же голубого оттенка, как и ее глаза. К простым черным вещам она, скорее всего, и пальцем бы не притронулась.

– Спасибо. Тогда я пошла, – сказала я. Похоже, она была хорошей девчонкой. Не всегда так везет, когда делишь один домик с совершенно чужими людьми. В этом плане прошлые года оказались для нас с Робин неудачными.

Дойдя до двери, я еще раз оглянулась на нее.

– Ты ведь придешь на барбекю? Сможешь сразу познакомиться с Робин.

– Почему бы и нет. – Она улыбнулась, и я заметила в ее взгляде облегчение. – Я скоро подойду.

Надеюсь, Робин не будет возражать, если мы окружим вниманием Афину. Я подхватила куртку Кейдена и выскочила за дверь. А после быстро зашагала по той же дорожке в третий раз подряд. Тем временем уже сильно стемнело. Окончательно запыхавшись, я добралась до главного корпуса и толкнула тяжелую деревянную дверь. Потребовалось некоторое время, чтобы глаза привыкли к мелькавшим разноцветным огням в зале, который был набит битком. Из потрескивающих динамиков раздавался голос Джастина Бибера, и, как я и опасалась, большинство девушек принарядились и теперь возбужденно о чем-то болтали. Очевидно, многие из них приехали в этот лагерь не впервые и уже были знакомы друг с другом. Хотелось верить, что это не превратит нас с Робин в аутсайдеров. Впрочем, за Робин не стоило беспокоиться. Она всегда быстро находила друзей, а от этого автоматически выигрывала и я.

Парни стояли, облокотившись на стены, и изучали потенциальную добычу. Я вытянула шею, пытаясь разглядеть Робин. А если быть честной с собой, надеялась еще обнаружить Кейдена. Мне необходимо убедиться, что он никак не мог быть парнем из моего сна. В толпе его нигде не было видно. Возможно, он вообще не пришел. Я снова накинула на плечи его куртку. Раз его здесь не было, то подержать ее у себя еще немного казалось хорошей причиной. Она дарила мне ощущение безопасности. Я незаметно понюхала воротник. Тимьян. По задней стороне шеи промчались мурашки. Я запустила одну руку под волосы. Надеюсь, туда не забрался паук: в этом торжестве природы всякое могло случиться. Однако покалывание не прекращалось. За мной как будто кто-то наблюдал. Я обернулась. В нескольких метрах от меня к одной из деревянных опорных колонн прислонился Кейден и не сводил с меня глаз, хотя вокруг него взволнованно перешептывались другие девушки. Его широкие плечи прикрывала белая льняная рубашка. Покалывание с шеи сместилось в живот, усилившись. Кейден улыбнулся, продемонстрировав свои ямочки, и я почувствовала, как мои щеки заливаются румянцем. Он определенно видел, как я втянула носом аромат его куртки. Неловко. Его взгляд стал напористей, как будто он хотел им что-то сказать. Объяснение, как он попал в мой сон, пришлось бы весьма кстати. Когда он оторвался от колонны и направился в мою сторону, я постаралась придать своему лицу безучастное выражение. Однако пульс тут же участился. Кейден резко остановился, нахмурился и сунул руки в карманы джинсов. А затем, словно передумав, поменял направление и растворился среди щебечущих девчонок. Вдохнув полной грудью, я разозлилась на саму себя. Мне не хотелось, чтобы он выбивал меня из колеи. И все же мой взгляд провожал мускулистую фигуру Кейдена, целенаправленно пробирающегося к бару. Было в нем что-то от хищника, настолько он плавно двигался сквозь толпу. Изящный, но в то же время опасный. Еще раз оглянувшись, он так пристально посмотрел на меня, что мои щеки запылали огнем. В его взгляде таилось предупреждение.

С трудом верилось, но за последние минуты в зале стало еще больше народу. Я по-прежнему пыталась протиснуться к бару. Увы, в моем исполнении это выходило и вполовину не так элегантно, как у Кейдена. С ростом в метр шестьдесят пять выжить можно, только толкаясь и пихаясь локтями.

– Мы все хотим попасть к бару, малышка, – послышалось позади меня. – Так что давай-ка в очередь.

Я развернулась с широкой улыбкой на лице.

– Джош! – При виде лучшего друга меня затопила волна облегчения.

Он приобнял меня одной рукой, а мне пришлось сдержаться, чтобы не задушить его в своих объятиях от радости. Без малейших усилий парень поднял меня и прижал к себе.

– Мне нечем дышать, – захрипел он, и я хихикнула.

– Это ты меня сейчас раздавишь. – Прильнув к нему, я наслаждалась крепкими объятиями.

Джош осторожно поставил меня на ноги.

– Прости. Забыл, какая ты хрупкая.

– И вовсе не хрупкая. – Я ткнула его кулаком в живот, за что незамедлительно последовала расплата. – Ауч. Чем ты занимался? – Вообще-то, Джош всегда был скорее нескладным, чем накачанным.

– Поработал над кубиками со своим кузеном Филом. Ты бы его видела. У него вот такие плечи. – Джош, рассмеявшись, широко развел руки в стороны и улыбнулся после. Он провел две недели у бабушки с дедушкой и кузенов во Флориде. Мне же казалось, что я не видела его больше двух месяцев. – Я по тебе соскучился, – произнес он, щелкнув меня по носу. – У тебя появились как минимум две новые веснушки, а еще ты подросла. – Он схватил меня за руку и заставил покрутиться вокруг своей оси. – Чуть не забыл, какая у меня прелестная лучшая подруга.

– А ты как был бессовестным, так и остался, – поддразнила его. – С глаз долой – из сердца вон. Пара сообщений тебя бы не убила.

– Я был очень занят. Ты же знаешь. – Вероятно, разбивал девичьи сердца одно за другим.

Джош подмигнул, крепко сжал мою ладонь и начал пробираться сквозь толпу. Моисей наверняка чувствовал себя так же, когда перед ним расступалось море. Рядом с Джошем мне стало гораздо спокойнее среди всех этих незнакомцев.

Я, Робин, Кэмерон и Джош дружили еще со средней школы. И если мы с Робин казались совершенно разными, то в случае с ребятами разница проявлялась еще отчетливей. Кэмерон был лучшим учеником и старостой класса, а Джош – типичным «плохим парнем». Кэмерон блистал в дискуссионном клубе и планировал пойти по стопам своего отца, сенатора Конгресса. Джош, с другой стороны, играл в школьной группе и разбивал девушкам сердца направо и налево. Кэмерон уже очень давно был влюблен в Робин, пусть та и ответила ему взаимностью лишь в прошлом году. Он всегда появлялся на людях аккуратно причесанным и в идеально выглаженной одежде, в то время как Джош разгуливал в грязных джинсах и рваных футболках. Я понятия не имела, что эти двое нашли друг в друге. Должно быть, в качестве исключения здесь сработала дурацкая поговорка «Противоположности притягиваются».

Робин подняла на Джоша сияющие глаза, когда мы наконец-то протолкнулись к ней.

– Эй, вот вы где. Я уж думала, что придется провести вечер в одиночестве. – Она надула губы, пока Джош ее не обнял. – А где Кэмерон?

– Разговаривает по телефону с отцом. – Джош взглянул на нее с притворным сочувствием. – Он обязан звонить ему каждый день в определенное время и обо всем рассказывать. Если хотите знать мое мнение, то это странно.

– Пока он делает это с удовольствием, мы должны это принимать, – пожала плечами Робин. – У них с отцом особые отношения.

– Да, не тебе же приходится жить с ним в одном доме, – парировал Джош. – Эти двое постоянно обсуждают политику. – Из его уст это прозвучало так, будто Кэмерон болтал с отцом о нашествии насекомых.

Робин разразилась громким смехом.

– Держу пари, ты вечно не согласен с этими убежденными республиканцами.

– Можешь смело ставить на это свою жизнь.

Я краем уха следила за их разговором и осматривалась вокруг. Женские взгляды метались с Кейдена на Джоша и обратно. Судя по всему, в этот момент формировались две фракции. Одна включала в себя девушек, предпочитавших неряшливых долговязых артистов, способных рассмешить кого угодно, а вторая – тех, кому нравились красивые альфа-самцы.

Девушка с длинными светлыми волосами направилась прямиком к Кейдену. В помещении было слишком шумно, чтобы расслышать ее слова, однако язык тела говорил сам за себя. Кейден махнул бармену и заказал два напитка.

– С самого начала было ясно, что Мелисса начнет на него вешаться! – Я с удивлением взглянула на девушку, которая стояла за прилавком и протирала стакан. Та виновато улыбнулась. – Привет, я Леа.

– Джесс, – представилась я. – Ты ее знаешь?

Леа кивнула.

– Мелисса Пратт. Самопровозглашенная королева красоты этого лагеря. Она приезжает сюда много лет подряд и всегда в первый же день цепляет самого красивого парня.

– И у нее получается? – поинтересовалась я, с одной стороны, пораженно, а с другой – с невольным восхищением.

– Да ты сама посмотри. – Леа совершенно спокойно наблюдала за парочкой. Мелисса и Кейден между тем склонили друг к другу головы.

– Наверняка он полный придурок, – не очень убедительно сказала я.

– Ну тогда они нашли друг друга. Хотя лучше им об этом не говорить. – Леа заговорщически подмигнула. – На самом деле ее хочется только пожалеть: стоит каникулам закончиться, и парни бросают ее, как горячую картошку. Но эта бестолковая никак не усвоит урок. Хочешь чего-нибудь выпить? За счет заведения.

# Примечания

1

Драхма – древнегреческая монета. (Здесь и далее прим. переводчика.)

2

Мерида – главная героиня мультфильма «Храбрая сердцем».