Пустота
Город который ходит часть 1

Глава 1 (часть 1)

Скрип который не слышат все

Кира стояла на краю платформы, где заканчивались перила и начинался край города. Внизу, под решётками мостовой, тянулись толстые стальные рельсы, уходящие в туман. Урбис двигался плавно, почти незаметно, но Кира чувствовала этот ход всем телом — лёгкую вибрацию, которая пробиралась сквозь подошвы сапог и отдавалась в груди.Она любила это место: здесь шум города становился тише, и можно было услышать то, что обычно заглушали голоса, крики разносчиков и лязг механизмов. Сегодня она услышала кое-что странное.Не привычный ровный гул, а короткий, резкий скрип — будто огромная шестерня зацепилась за что-то и на мгновение замерла. Потом снова пошла, но уже с другим ритмом.— Ты это слышала? — рядом появился Торис, её старший брат. Он всегда знал, когда Кира уходит на край.— Слышала, — кивнула она. — Не так, как обычно.Торис нахмурился. Он работал помощником мастера на нижнем ярусе, где управляли движением. Там знали всё о ритме города.— Сегодня не должно быть поворота, — пробормотал он. — Рельсы дальше идут прямо.И в этот момент Урбис дёрнулся.Это был не плавный шаг, к которому все привыкли. Это был рывок. Люди на улице схватились за фонарные столбы, кто-то упал. По мостовой пробежала дрожь, и из вентиляционных решёток вырвался пар.Город сделал шаг. Но не туда.Кира вцепилась в перила. Её взгляд метнулся к башне с часами — единственному неподвижному ориентиру в этом движущемся мире. Стрелки замерли на 11:59. И не двигались.— Он сбился с маршрута, — шёпотом произнёс Торис. — Никто не давал команду на поворот.Внизу, в глубине города, где прятались главные механизмы, раздался новый звук — не скрип, а стон металла, будто Урбис впервые за сотни лет почувствовал боль.

Глава 2. Тайные карты и запретные лестницы

После рывка город снова пошёл ровно, но все знали: что-то сломалось. На улицах шептались, что мастера проверяют шестерни, что рельсы впереди повреждены, что это просто сбой. Но Кира видела, как торопливо закрывали люки на главной площади и как стражники перекрыли доступ к нижним ярусам.Торис вернулся поздно, с тёмными кругами под глазами.

Там внизу творится что-то странное, — сказал он, наливая себе кружку горячего чая. — Шестерни крутятся не по плану. И самое странное — на главной панели кто-то переставил рычаги. Как будто кто-то дал городу команду идти другим путём. — Но кто может управлять Урбисом, кроме мастеров? Торис посмотрел на неё так, будто собирался сказать что-то важное, но потом покачал головой:

— Есть легенды. Старые записи. Говорят, когда-то Урбис мог выбирать дорогу сам. Что в его сердце есть механизм, который чувствует, куда нужно идти. Но его давно отключили. Или спрятали. Кира почувствовала, как по спине пробежал холодок. — А если его снова включили? Торис не ответил. Вместо этого он достал из-за пазухи свёрнутый лист бумаги. Это была карта — но не обычная. На ней были нарисованы не улицы, а внутренние ярусы, потайные лестницы и тоннели, которых не было на городских планах.— Это черновик старого мастера, — тихо сказал Торис. — Он говорил, что где-то в центре, под башней с часами, есть комната, которую никто не видел уже сто лет. Комната, где Урбис «думает».— И ты хочешь туда пойти?— Я должен. Если город действительно начал двигаться сам, мы должны понять, как его остановить. Иначе он пойдёт туда, куда ему хочется, — а мы не знаем, что там.Кира встала.

Я с тобой.Торис хотел возразить, но увидел упрямство в её глазах и кивнул.Они вышли в ночь, когда город шагал вперёд, и каждый его шаг отдавался в земле, как сердцебиение огромного зверя.

Торис схватил Киру за руку, и они рванули дальше по узкому коридору. Под ногами вибрировал пол — город будто предупреждал: «Не лезь». В конце прохода мелькнул тусклый свет аварийной лампы.— Там спуск к нижним шестерням! — крикнул Торис.Кира кивнула, сжимая в кармане обрывок старой схемы. Если легенда не врёт, именно там, в самом сердце механизма, прячется рычаг, способный вернуть Урбис на верный путь. Ещё один шаг города мог всё решить — или всё разрушить.

Глава 3. Сердце механизма

Аварийная лампа мигала, выхватывая из темноты то ржавые болты, то масляные потёки на стенах. Спуск в нижние ярусы оказался круче, чем помнила Кира: ступени шли винтом, будто спираль гигантского ключа. — Держи фонарь ниже! — крикнул Торис, перекрывая нарастающий гул. — Тут на каждом шагу ловушки — если ступишь не туда, люк уйдёт изпод ног. Кира кивнула, хотя брат её не видел. В горле пересохло, а пальцы до бела сжимали обрывок схемы. Знак «свободного пути», который она разглядела у решётки, теперь казался не подсказкой, а насмешкой: на этой схеме не было ни одного безопасного маршрута. Они добрались до площадки, где сходились три коридора. В центре висел огромный маховик — он вращался рывками, то замирал, то дёргался, словно задыхался. — Это главный регулятор курса, — прошептал Торис, прижимаясь к стене. — Если ось заклинит окончательно, город попытается сделать шаг и переломится пополам. Кира посмотрела на маховик. Между спицами мелькнуло чтото знакомое — маленькая медная табличка с тем же знаком, что и у решётки. — Он не сломан, — тихо сказала она. — Он сопротивляется. Как будто не хочет идти по старым рельсам. Торис вскинул голову: — О чём ты? — Легенды не врут. Урбис действительно может выбирать путь. И сейчас он его выбирает. В этот момент маховик дёрнулся и встал. На секунду всё затихло — даже вибрация пропала. А потом снизу, из самой глубины, поднялся низкий, протяжный стон, будто город вздохнул перед прыжком. — Кира, — голос Ториса дрогнул. — Он собирается сделать шаг. Прямо сейчас. И мы стоим на линии опоры. Кира метнулась к маховику. Пальцы нащупали защёлку под табличкой, потянули Механизм щёлкнул, маховик дрогнул — и вдруг пошёл ровно, без рывков, как будто выдохнул. И тогда Кира поняла: чтобы спасти город, нужно не остановить его волю, а направить её. Урбис шагнул. Но на этот раз — плавно.