Татьяна Горохова
Феодосия

Глава

В рубрику Путешествие литератора

Автор Татьяна Горохова

Дарованная Богом

Феодосия. Крым. 30 лет спустя.

Посадка прошла нормально. Муж и сын проводили до поезда «Москва- Симферополь». 12 апреля, Пасха Христова, но на вокзале и в вагоне поезда «Таврия» праздник не чувствуется. Только разные запахи разных людей, еда в пакетиках, в коробочках, в сумочках, кофе, бутерброды, напитки, дорожные хлопоты, постель заправить, в туалете руки помыть, чай в серебряных подстаканниках из титана налить. Всё четко, размеренно. Поехали…поля, огороды, маленькие домики, станции проезжаем. Остановки долгие: в Воронеже полчаса, в Лисках полчаса, на станции Митрофановка похожей на подмосковную Купавну, берёза стучится в вагон, десять минут, а в Пустоши целый час стояли. Разговорились с охранником станции, обязанность его – досматривать и не пропускать на перрон подозрительных людей. Рядом проходит электричка. Много уже проносили бомб и разных взрывчатых вещей. Опасно. Он не скрывает горькой правды:

– Долго ещё не забудется, лет сто может, дети и внуки наши будут страдать, на себе ощущать месть…

Хочется верить в лучшее. Ведь Пасха – радость, мир, любовь. Всем хочется жить и творить. Будем надеяться. Христос Воскресе!

– Извините, я начальник поезда Марина Александровна. У вас сегодня уборочку делали? Все хорошо, все спокойно?

Подошла именно к нашему плацкартному вагону молодая женщина в форме. Уборщик мыл полы, аккуратно заметая мусор.

Впервые я увидела Феодосию и Коктебель в 1997 году, почти 30 лет назад. В то время две молодые девушки – я и моя подруга Олеся, лёгкие на подъем, решили провести один летний месяц в Крыму. Заранее ни о чём ни с кем не договаривались. Просто сели в поезд и поехали. В Коктебеле в первый же день недалеко от набережной познакомились с бабушкой, она сдала нам полдомика, два разных входа, у моря. Другую половину снимала семья – муж, жена и два белобрысых маленьких мальчика. Мы подружились с ними, петербуржцами, на всю жизнь.

Лазали на ещё не закрытый Карадаг, уговорили егеря, купались при луне в море, рвали розы тайно у Дома Волошина, тусовались с каскадёрами, тогда в Коктебеле снимали какой-то фильм… В общем, развлекались. Молодость, не отягощенная суровыми мыслями о жизни и политике. Чистая радость.

За окном поезда цветет миндаль и ранняя вишня, милые белые чистые уютные домики, все теплее, суше, ветерок южный.

Мои попутчики Алим и Танюшка едут в Симферополь.

– Всё спокойно в четвертом, пятом, шестнадцатом, посторонних предметов не обнаружено. Проводники работают на совесть.

Потрясающий закат над степью, мы не видим закатов за нашими московскими высотками и удивляемся этому чуду. Поля бескрайние, уже местами зелёные... электрические мельницы крутятся, вырабатывают энергию.

Вспомнилось, как в юности вот так же ехала в поезде и познакомилась с «Книгой облаков». Там внутри были фотографии разных конфигураций облаков, по ним можно было узнать настоящее, прошлое и будущее. И мы с упоением гадали. Теперь в шесть часов вечера, когда садится солнце и освещает стены домов, щемит сердце – вспоминается прошедшая жизнь. Мне всегда приятно смотреть на освещённую стену: кажется, ей тепло и становится тепло и мне.

«Пока один человек не может до конца понять страдания другого опасность войны остаётся ...»

(Эрих Мария Ремарк)