Александр Черевков
Капкан

Глава-1 Непредвиденное

Часть -1 Предложение

1. Яхта "White fog".

Чёрный день у меня каждый лень уже вторую неделю. Постоянно одни только подработки, которых не хватает даже на хлеб на каждый день. Зарплата жены полностью уходит на коммунальные расходы.

По выходным дням, пятницу и в субботу, с утра до ночи сижу на речке Лахиш или на портовом пирсе с удочкой и со спиннингом, в надежде поймать хоть одну большую рыбу на продажу или десяток средних размеров на пиво.

В пятницу на закате дня, по часам скоро будет шабат, рыбаки и отдыхающие, которые соблюдают шабат, стали покидать места рыбалки и отдыха. У меня тоже кончился савланут (терпение), когда клюнет "золотая" рыбка.

- Вторую неделю вижу, что у тебя неудача с рыбалкой. - говорит мужчина лет сорока, которого часто вижу на лодке у берега моря. - Тут такое дело, у меня напарник приболел. Одному не справится. Нужен помощник на одну ночь.

- У меня нет никакого опыта работы в море. - сразу отверг предложение на свою замену его приболевшего напарника. - Тебе ни в чём не могу помочь.

- Мне не нужны специалист. - с удивлением, сказал он. - Мне нужен обычный крепкий мужчинам, который поможет разгрузить катер. За работу заплачу тысячу шекелей, а рыбы столько, сколько будет поймано в нашу сеть.

- Ну, опустим, что соглашаюсь. - хитро улыбаясь, задал ему новый вопрос. -

Если в вашей сети не окажется рыбы. Как вы будете рассчитываться со мной?

- Мы ещё раз закинем в море сеть. - серьёзно, ответил мужик. - Если и во второй раз в сети не будет рыбы. Тогда заплатим тебе ещё одну тысячу шекелей.

- Тогда по рукам! - согласился сам с его предложением. - Деньги сейчас, они будут согревать мне сердце и душу во время тяжёлой работы.

- Ну, ты, прямо, как еврей! - сказал он, протягивая две тысячи шекелей купюрами по двести шекелей. - Меня зовут Фима. Работаем сейчас на той яхте.

Не далеко от берега в море стояла большая шикарная белая яхта с надпись на борту "White fog". Возле яхты катер, который выглядел как грузовик автомобиль на суше. С небольшим кузовом по длине катера.

- Давид! Он, согласился. - довольным голосом сказал Фима в сотовый телефон. - Гони катер к берегу. Забери нас на яхту. Мы к работе в ночь готовы.

- Почему работа в ночь? - с подозрением спросил насчёт ночной работы. - Думаю, что днём будет лучше работать?

- Думать будешь дома, а здесь надо работать. - огрызнулся работодатель. - Посмотри сколько много стоят на рейде кораблей с контейнерами. Все они ждут очереди прохода в фарватере. К нам придёт многотоннажный сухогруз с небольшим грузом. Нам дорого стоит стоять в ожидании прохода в фарватере.

Наш диалог был всего несколько минут. К этому времени грузовой катер носом воткнулся в песок прибрежной полосы. Мы забрались через борт в кузов катера. Давид дал задний ход и морской грузовик оторвался от берега.

Катер резко развернулся в сторону яхты и через минуту мы были у швартовых канатов яхты. Давид закрепил катер к канатам. Фима быстро поднялся по канатной лестнице на борт яхты.

Давид подтолкнул меня к канатной лестнице, по которой никогда не поднимался. Поэтому никак не мог попасть ногами на поперечный канат. Постоянно срывался. Наконец-то поднялся на борт яхты.

Давид тут же отцепил катер от швартовых канатов. Быстро отчалил от яхты и вскоре скрылся в темноте пришедшей ночи. Фима снял яхту с якоря. Включил двигатель и вскоре выскочил из залива вблизи городского пляжа.

Яхта "White fog" плавно обошла пирс и волнорез яхт клуба "Marina". Устремилась в сторону Ашкелона. На полпути между городами Ашдод и Ашкелон, стали дрейфовать в стороне от берега.

Когда морское течение стало тащить яхту в море, тогда бросили якорь. Небольшие волны и течение принялись медленно перемещать яхту вокруг якорной цепи, как дворовую собаку на суше.

- Александр! Ты, наверно, проголодался с утра, когда ушёл из дома на рыбалку. - дружелюбно сказал Фима, капитан или даже хозяин яхты. - У меня имеется всё, что можно кушать и пить во время ожидания сухогруза.

В кают-компании был холодильник, напичканный разными упаковками продуктов и напитков. Возле холодильника выдвижной столик, на котором микроволновка фирмы "Samsung".

- Мне за рулём пить нельзя, здесь в море и на суши. - сказал капитан, когда разогрел мясные продукты в микроволновке. - Ты, можешь пить что угодно.

- Из всех напитков предпочитаю пиво. - ответил хозяину стола и достал из холодильника

бутылку голландского пива фирмы "Heineken". Когда был в командировке в Нидерландах, то там всё королевство обклеено рекламой этого пива в место

Беатрикс

королевы Нидерландов.

- По каком случаю ты был в Голландии? - с удивлением, спросил Фима.

- Вообще-то мне неинтересно вспоминать своё прошлое. - нехотя, ответил ему. - Когда-то у меня был крупный международный бизнес. По делам бизнеса был во многих зарубежных странах. Клановая война в Таджикистане вынудила меня перебраться в Израиль без денег. Здесь начинал всё с нуля.

Мне больше нечего было сказать этому мужику, он у меня тоже ничего не спрашивал. Мы ещё не закончили свой ужин, как с катера на яхту поднялся Давид. Он прошёл в кают-компани и присоединился к нашему ужину. Оба мужчины пили содовую воду. У меня больше не было желания пить пиво.

- Первый груз на катере. - сказал матрос Давид. - Можно поднять на яхту.

Мы втроём прошли на корму яхты. Там была транцевая плита и швартовные устройства, к которым закрылся боком катер широкой кармой. В кузове катера с десяток фирменных ящиков с красными китайскими иероглифами.

Капитан и матрос установили на корме электрическую лебёдку с крюками и ремнями. Давид спустился в кузов катера. Он крепил там ремнями ящики. Лебёдка поднимала груз и переводила на корму яхты.

Не знаю, что было в ящиках. Однако, они были очень тяжёлыми. Мы вдвоём с трудом передвигали этот груз подальше от борта кармы. Затем всё это повторяли до полной выгрузки всех ящиков с кузова катера.

После разгрузки матрос вернулся на катер и отчалил от яхты. Далеко от яхты в море стоял многотоннажный сухогруз. Катер поплыл к нему. Вернулся к нам через полчаса на выгрузку.

Так продолжалось три раза. Когда закончили последнюю выгрузку, то у меня не было никаких сил к продолжению какой-то работы. Не спрашивая разрешения у капитана яхты, взял в кают-компании самовольно пластиковый стул и с ним отправился отдыхать на площадке у борта на свежем воздухе.

- Скоро придёт машина. - сквозь сон услышал голос матроса. - Груз отправим на сушу. После, что будем делать с ним? Он много знает. Может проболтать.

- Честно, не знаю? - откровенно, признался капитан. Жалко мужика. Надо подумать. Может быть, возьмём с него честное слово и просто отпустим домой?

- Ну, ты совсем поехал! - со злостью, сказал Давид. - Ты, с него ещё честное пионерское возьми. Мы сейчас в Израиле живём, а не Совке.

Их спор прервал с берега автомобильный сигнал. Они разбудили меня, мы начали отгрузку ящиков на берег. Где-то к полуночи закончили свою работу

. Последним рейсом на берег на катере отправились Давид и Фима.

- Мы сейчас вернёмся. - сказал мне капитан. - Затем отправим тебя на пляж.

Как только катер отошёл от яхты. У меня осталось времени на побег ни больше часа. Быстро пошёл в кают-компанию. Там была какая-то кожаная сумка. Набил эту сумку продуктами и две бутылки бельгийского пива.

Карма яхты была ближе к воде. Одел на себя до пояса спасательный круг. Сверху на него закрепил сумку с харчами и плюхнулся в воду. Моё приводнение было удачным. Осталось только быстрее скрыться от яхты.

В эту ночь после прилива море было спокойное, почти штиль. При такой погоде можно было быстро скрыться в полной темноте среди ночи. Можно было удрать только в сторону Ашкелона.

Почти полчаса грёб ногами и руками в южную сторону. Капитан и матрос долго не возвращались на катере до яхты. Наверно никак не могли разобраться с теми, кому доставили груз.

Когда отплыл от опасности настолько далеко, что меня не могли видеть с борта яхты в плотной ночной темноте, как, вдруг, со стороны ашдодского морского порта и со стороны яхт клуба "Marina" выскочило быстроходные патрульные катера.

По суши в сторону машины с грузом быстро ехали патрульные машины. Если будут светить прожекторами, то могут увидеть меня на воде. Надо мне быстро выбраться из воды и спрятаться быстрее где-то па берегу.

Пока полиция разбиралась с контрабандой в машине на берегу и высаживалась на яхту "White fog", мне удалось добраться до берега. Почти ползком двигался до кустов. Затаился надолго в густой зелени травы и кустов.

Между берегом, яхтой и многотоннажным сухогрузом заблокировали всё пространство катерами морской полиции. Освещали прожекторами всю морскую гладь в этой зоне поиска. Может быть, искали меня или кого-то ещё?

Пришлось лучше укрыться в кустах и затаиться там до тех пор, пока контрабандистов увезли в Ашдод, под конвоем катеров морской полиции яхту "White fog" отправили в морской ашдодский порт, на многотоннажный сухогруз с вертолёта высадили военный десант.

Когда всё вокруг меня утихло, то позволил себе немного перекусить и выпить бутылку голландского пива фирмы "Heineken". Затем спасательный круг с яхты спрятал в кустах и засыпал каким-то хламом, который валялся всюду.

У меня такая привычка не брать с собой сотовый телефон и часы, которые могут мешать мне во время рыбалки. Представляю, что сейчас происходит у меня дома. Целые сутки от мужа нет никаких известий. Жена панике.

- Когда ты уходишь из дома, то обязательно бери с собой сотовый телефон, часы и документы. - говорит Людмила, провожая меня из дома. - Мне надо знать где ты находишься, а ты должен знать время, когда пора идти домой.

- Мне достаточно иметь при себе Теудат зеут (удостоверение личности) по которому меня доставят домой живым или мёртвым. Могу сам вернуться. - серьёзно, отвечаю жене. - Всё остальное мешает мне во время рыбалки.

В этот раз в кустах при мне, в кармане на груди рядом с сердцем, ка партийный билет, в непромокаемой обёртке был Теудат зеут. За пазухой находились две тысячи шекелей, которые дал мне капитан яхты за работу.

Вытащил деньги из-за пазухи двадцать листов банкнот по двести шекелей. Все говорят, что современные деньги не промокают. Однако, моя пачка купюр

Немного раскисла. Придётся её дома сушить как мокрое бельё на верёвке или через марлю утюгом. Как в Анапе у внуков сушил мокрые доллары США и банкноты Евро, к которым придирались в Банке при обмене на рубли.

Пока рассвет не захватил меня в врасплох в зарослях кустов, поспешил за прикрытием кустарников добраться до Ашдода и переулками пройти к дому.

Людмила видимо ни спала всю ночь. Встретила меня с ужасно строгим взглядом. Кричать на меня ни стала, так как было раннее утро в субботу, мы не верующие, но, шабат соблюдаем. В это время кричать нельзя.

- Ты где шлялся целые сутки? - как гадюка, зло прошипела на меня жена.

- Ходил на пирс и волнорез яхт клуба "Marina". - стал оправдываться перед домашней злюкой. - Хотел там рыбу поймать. Сейчас там запрет на рыбалку.

- Ну, а что было дальше? - не унималась жена. - Без фантазий рассказывай!

- Без фантазий рассказываю. - как попугай, повторил за ней. - Дальше собрался идти домой без рыбы. На выходе от пирса подошёл ко мне мужик.

- Хочешь хорошо заработать? - спросил он у меня. - Сейчас грузчик нужен.

- Смотря, что разгружать и сколько будет стоить работа? - сразу стал торговаться. - Если груз симитриллера на сорок тон. Так эта работа не для меня.

- Ты, почти, угадал. - смеясь, сказал он. - Но, только всё значительно меньше. У меня продуктовая фура. Можно разгрузить электрокарой, которая у меня поломалась. Придётся разгружать руками. Оставлять до утра. Когда отремонтируют электрокару. Слишком дорого для меня простой продуктовой фуры.

- Расскажи вид моей работы. - сам начал торг работы. - Сколько будет стоить?

- Мне придётся работать в фуре. - стал объяснять он принцип работы и её стоимость. - Твоя работа снять груз с фуры на тротуар. После мы этот груз перевезём тачками на склад ресторана. За работу плачу две тысячи шекелей.

- Согласен! Но, только на тех условиях, что тысячу шекелей даёшь сейчас. - поставил ему свои условия. - Хочу, чтобы интерес был у меня в кармане. Вторую тысячу шекелей отдашь перед разгрузкой товара на склад ресторана.

Мы ударили по рукам. Он отдал мне первую тысячу шекелей и сам полез в фуру, которая была загружена на половину коробками по евростандарту весом до пятьдесят килограмм.

Работали с перерывами до самого утра. Имею ввиду не перерывы до самого утра, а работу до самого утра. Кроме денег он дал мне разные угощения и бутылку голландского пива фирмы "Heineken".

- Знаю, что половиной твоего объяснения фантазия. - размышляя в слух, сказала жена, принимая от меня две тысячи шекелей. - Объясни мне. Почему деньги мокрые и дурно пахнуть? Их даже в руках держать противно.

- Думаю, что ты знаешь деньги не пахнут. - сам вспомнил уроки истории во время лекций своей учёбы в университете. - Слова принадлежат римскому императору Веспасиану, жившему в первом веке нашей эры. Когда он собирал с народа деньги за мочу и давал деньги понюхать своему сыну.

- Так-то было в первом веке нашей эры! - не унималась Людмила. - Ты, что по налогам за мочу получал эти деньги, которые так дурно пахнут?

- Запах пота и мочи невозможно отличить. - стал объяснять настырной жене. - Деньги не пахнут. Работал в поте лица и тела. Деньги присутствовали на моём теле, пропахшем потом. Так, что это запах моего пота, а не денег.

- Вот, что философ, мне не нужны такие деньги с запахом пота и мочи. - бросая деньги на стол, сказала Людмила. - Можешь их постирать или просушить утюгом через мокрую марлю. Без запаха деньги потратим на нужды семьи.

- Хорошо, Людмила Эммануиловна! Выполню ваше требование. - с иронией, сказал жене. - Вот у меня к Вам одна просьба. Целые сутки ни спал на работе. Можно мне поспать пару часов? После буду деньги приводить в порядок.

- Сколько угодно можешь спать. - серьёзно, сказала она. - Всё равно тебе не надо идти на работу. Но, не забывай мне вернуть свои супружеские долги.

- Как высплюсь, так верну всё, что задолжал тебе. - ответил жене, с иронией.

Людмила улыбнулась и пошла заниматься своими домашними делами. У меня не было никаких сил после ночных приключений. Однако, никогда не ложился спать грязным.

Прежде чем идти под душ в ванную комнату, приготовил себе чистые семейные трусы и майку. Мылся так тщательно, словно только что вернулся с того света, где пачкают грешников и не соблюдают гигиену души и тела.

После такой чистки своего тела и души у меня больше не на что не было сил. Зашёл в спальню и словно подкошенный завалился в свою постель. На свой сон время не засекал. Спал очень долго.

Проснулся тогда, когда моё устало лежать в постели, то есть, появились признаки старческой пролежни. Хотя таким себя не считал. Был прямо как Карлсон в расцвете сил и жили как он, почти на крыше своего наслаждения.

К моему удивлению, дома никого не было. Воспользовался таким случаем и словно голодный волк набросился на продукты. Ел всё подряд, что было в холодильнике и на кухне. Выпил кружку чёрного горячего кофе с молоком.

Когда мой желудок насытился до предела и меня, вдруг, обратно потянуло ко сну. Вышел на балкон, чтобы освежить себя воздухом с улицы. Совершенно случайно обратил своё внимание на гладильную доску.

Там лежали мои две тысячи шекелей купюрами по двести шекелей. Они уже высохли. Но, дурно пахли моим потом. В отличии от других денег, которые не пахнут, от моих денег исходил отвратительный запах.

У меня было два варианта превратить деньги пригодными к использованию. Первый вариант - постирать шекели в чистой воде и затем развешивать их на верёвке, сушить как стиранное бельё. Второй вариант - прогладить утюгом через мокрую марлю и таким образом удалить с денег запах пота.

После долгих раздумий выбрал Второй вариант. Разложил шекели на гладильную доску и по одному банкноту стал гладить тщательно через влажную марлю с обеих сторон.

На бестолковую работу ушло очень много времени. Когда банкноты приобрели блестящий вид и стали выглядеть как новые, словно только что вышли из станка в типографии печати денег. Пришлось остановить эту работу.

Такие слишком красивые деньги могли вызвать подозрение на кассе в магазине. Тогда пришлось

бы придумывать откуда у меня такие прекрасные деньги, а также источник получения этих денег.

- Вот, оцени мою работу. - сказал жене когда она пришла домой. - Теперь эти деньги дурно не воняют, а пахнут типографской краской, как мои картины, которые писал такой краской.

- Сейчас твои деньги пахнут подозрительно хорошо. - ехидно, сказала Людмила. - Придётся мне снять с нашего счёта в банке две тысячи шекелей. В случае прокола с твоими деньгами. Скажу, что эти деньги получила с банкомата. Пускай проверяют. На счету будет указано, что получила такие деньги.

Наши опасения не оправдались. Деньги как приходят, так уходят очень быстро. Прошло всего две недели как в портмоне у Людмилы ни стало денег, заработанных мной на контрабанде, так и тех денег, которые сняли с банкомата. Обратно стали обедневшей семьёй.

Сарафанное радио в народе работает быстрее чем пресса, радио, интернет и телевидение. Прошло всего два дня после моих приключений, а в городе прошёл слух, что перехватили в море крупную контрабанду.

Всё так сильно преувеличили, что у меня лично появилось сомнение об моём участии в этой контрабанде. Даже Людмила с подозрением смотрела на меня, словно знала о моих похождениях в этой контрабанде.

- Может быть, ты расскажешь правду, что было у тебя той ночью? - с подозрением, спросила жена. - Ты же знаешь, что все твои тайны остались во мне.

- Всё то, что ты слышала от меня, это правда. - серьёзно, ответил Людмиле. - Ничего другого в ту ночь не видел и не слышал. На продуктовой фуре контрабанду не возят. Можешь, узнать в Интернете, там всё знают, чего даже нет.

Больше она не задавала мне никаких вопросов. Почти две недели был дома у своего персонального компьютера. Занимался как бы поиском новых сюжетов к своим рассказам. Откровенно, тянул дома безопасное время.

В действительности боялся выйти из квартиры на улицу. Вдруг, контрабандисты раскололись, что с ними был ещё третий, фамилию которого они не знают, зато на лицо помнят меня хорошо.

Две недели не брился и не стригся. Оброс волосами так сильно, что мама родная меня не узнает. Даже жена утром со сна шарахается от меня. Наверно думает, что ночью с чужим мужиком согрешила, то есть, изменила мне.

У меня тоже появились сомнения, что сплю с незнакомой женщиной или моя любимая женщина спит с чужим мужиком. Смотрю на своё отражение в зеркале. Занимаюсь поиском рогов, которых нет у меня на голове.

Оба понимаем, что жизнь продолжается с любимым человеком и нет никаких сомнений в супружеской верности друг к другу.

Русский и еврейка с детства атеисты. Однако, при виде друг друга крестимся. Веруем в то, что в семье всё будет хорошо.

После долгих колебаний мой страх перед разоблачением прошёл. Решил выйти в люди. Точнее, к рыбакам возле реки Лахиш. Когда ухолил в море с контрабандистами, то там в камышах спрятал свои рыболовные снасти. Надеюсь, что их не украли.

- Привет, Сёма! Как дела? - обратился к знакомому рыбаку. - Рыба клюёт?

- Фу, ты, Александр! Ты меня напугал. - вздрогнув от неожиданности, сказал старый еврей. - Здесь прошёл слух, что ты, та во, к предкам отправился.

- Не дождётесь! Мне туда, ещё рано. - уверенно сказал рыбаку. - У меня были неотложные дела. Вот поэтому было не до рыбалки. Ну, а у тебя как с рыбой?

- Да так себе. - нехотя ответил Семён. - С утра поймал одного мушта и всё.

Мы больше ни стали обсуждать тему рыбалки. Он уставился в свой застывший на воде поплавок. Мои рыболовные снасти были на своём месте в зарослях камышей и самой воды речки Лахиш.

В этот день до самого вечера ничего крупного не поймал. Попадались мелкие глупые рыбёшки, которых тут же отпускал подрастать. К концу дня у речки ни стало ни рыбы, ни рыбаков. Мне тоже пора засветло идти домой.

2. Конкуренты.

Мне надоело заниматься поиском постоянной работы, а временная работа, кроме заработка с контрабанды, больше ничего не даёт. Решил оправиться в отделение "Лишкат авода акадимаим" (бюро по трудоустройству специалистов с высшим образованием).

В Израиле таких безработных очень много. Пришлось занимать очередь.

Раньше очередь занимали по записи у администратора. Затем эту запись упростили. Компьютер проводит запись приёма у пкиды (служащей) на поиск работы клиенту.

Достаточно указательным пальцем коснуться пульта приёма, как тут же компьютер выдаёт справку, в которой указаны фамилия клиента и кабинет служащий, которая занимается поиском работы клиенту.

Прежде чем приходить к служащей за поиском работы. Надо обязательно встать на учёт с дипломом в отделение "Лишкат авода акадимаим" (бюро по трудоустройству специалистов с высшим образованием).

С моей стороны такая запись была проведена много лет тому назад. Поэтому был волне уверен, что очередь к служащей получу без

проблем. Однако, фаланги моих указательных пальцев травмированы до репатриации.

Когда подошла моя очередь коснуться пульта приёма подушечкой среднего пальца вначале правой руки, затем левой руки. Компьютер никак не реагировал на моё прикосновение. За мной собралась большая очередь.

- В чём проблема? - спросила меня на иврите, эфиопка сержант полиции. - Почему создаёте очередь в получении справки в Лишкат авода акадимаим?

У меня с ивритом очень плохо. С очереди перевили иврит на русский. Попросили, чтобы показал, как и какими пальцами касаюсь пульта приёма. Без всяких мыслей выполнил требования полицейской, показал средние пальцы.

В тоже мгновение все присутствующие взорвались криком возмущения. Полицейская стала орать на меня и угрожать пистолетом. На общий крик в приёмную вбежали двое полицейских и заковали меня в наручники.

Стали разбираться со мной за мой похабный жест в сторону полицейской.

Один мужчина, офицер полиции, был русскоязычным, он стал со мной говорить на русском языке. Толком никак не мог понять меня.

- Сними с меня наручники, тогда объясню причину моих жестов. - сказал офицеру полиции, который тут же освободил мои руки. - У меня оторваны на работе фаланги указательных пальцев. Пытался средними пальцами получить справку. Но у меня ничего не получилось. За мной собралась огромная очередь. Сержант полиции спросила какими пальцами нажимаю на пульт.

Мне даже ни дали время показать средние пальцы, которыми касался пульта выдачи справки. Весь зал взорвался дружным смехом. Смеялась до слёз и эфиопка, сержант полиции. По-дружески хлопая меня по плечу.

Решили проблему очень просто. Зафиксировали большой палец правой руки, которым буду касаться пульта выдачи справки на очередь служащей. Тут же прошёл в кабину№1, в которой была моя тёзка Александра.

- По твоим дипломам и по трудовой книжке компьютер предлагает несколько десятков рабочих мест. - сказала она, показывая на монитор своего компьютера. - Везде требуется иврит. Ты когда решишь свою проблему с ивритом?

- У меня дислексия, то есть, не усвоение другого языка. - ответил с горечью.

- В таком случае оформляю тебе автолу (пособие по безработице). - уныло, сказала пкида. - Будем вместе искать тебе работу без знания языка иврит.

Пособие по безработице, это прожиточный минимум на шесть с половиной месяцев. Если найду работу "по-чёрному", пока буду на автоле, то у меня будет заработок больше средней зарплаты в Израиле.

- Теперь хватай метлу и убирай улицы нашего города. - ехидно, сказала жена.

- В отличии от моих замов евреев по международному бизнесу, которые по репатриации в Израиль плохо кончили. - напомнил Людмиле. - Будучи президентом МАК "Sandro". По репатриации в Израиль пошёл работать на стройку.

В этот же день, как оформил себе автолу, устроился на никаён (уборка улиц), без оформления, то есть, работа "по-чёрному" с шести часов утра до часу дня. В стороне от своего дома и от центральных городских улиц.

В пятницу и в субботу у меня выходные дни, которые всегда на рыбалке в Средиземном море или на речке Лахиш. Толку от рыбалки мало, зато у меня здоровья много.

Почти круглый по выходным дням и по еврейским праздникам рыбалка, с раннего утра и до ночи, точнее, до позднего вечера. Если когда-то во время хорошей рыбалки задержусь допоздна, то дома скандал с женой.

- Ну, как можно уйти с рыбалки когда хорошо клюёт? - оправдываюсь дома.

- Зачем мне твоя рыбалка если никто твою рыбу ни ест. - ворчит Людмила.

- Посмотри на балкон. - говорю жене. - Бельевые верёвки рыбой завешаны. Сушёную. рыбу любят все, кроме тебя. Во время рыбалки вороны, цапли, кошки и даже мангусты дерутся за каждую пойманную мной рыбу.

Такой скандал был до первой получки на никаёне. Когда вместе с автолой получил денег больше, чем средний заработок в Израиле, она перестала на меня ворчать за время, проведённое мной на рыбалке.

К тому же, иногда, после основной работы на уборке улиц, подрабатывал грузчиком в магазинах и на рынках. Ни брезговал никакой работой на улице. Лишь на уборку туалетов у меня табу с самого детства. Позор для меня.

Вот так

незаметно проходили мои дни во время работы и отдыха. Иногда во время рыбалки употреблял бутылочку пива под сушёную рыбу. Водку, вино и шампанское пью по праздникам, которых с годами становится меньше.

Советские праздники давно забыл, а народные праздники отмечать не с кем. Старое поколение людей вымерло, а у нового поколения праздник тогда, когда под кайфом.

Работа "по-чёрному", рыбалка на море и на речке Лахиш, а также подработка грузчиком стали повседневными.

После сезона дождей прибавилось работы на улицах. Проливные дожди вымыли из тайников всю грязь на тротуары и улицы города.

Мусора было так много, что один дворник был не в силах убрать за день всю улицу. Пришлось каблану (подрядчику) выставлять на каждую сторону улицы по одному дворнику, которые убирали улицу в противоположную сторону и в течении рабочего дня между собой не встречались.