Леся Площик
Печать дракона

Пролог

.

В поместье графа Нармона с огромной радостью и трепетом встретили долгожданную наследницу. Супруги так долго мечтали о ребёнке, и наконец Бог наградил их этим маленьким чудом. Но кто же мог знать, что именно с их драгоценной дочерью случится то, чего не пожелаешь даже врагу? Элиана родилась необычным ребёнком — с магическим даром. Именно это заставило людей возненавидеть её и презирать с самого детства. По округе быстро поползли слухи. Люди шептались о древней легенде, о Печати Дракона и о других магах, о которых сохранились хоть какие-то сведения. Каждое появление девочки на балах или светских мероприятиях вместе с родителями заставляло окружающих вздрагивать и переглядываться. Людей слишком легко напугать. Даже слишком. И неважно, что ребёнок ещё ничего плохого не сделал. Для большинства было достаточно того, что она родилась такой. Уже одного этого они считали достаточной причиной обвинять её. Иного объяснения они принимать не хотели.

Маленькая Элиана бегала по саду и искренне пыталась подружиться с другими детьми, но неизменно сталкивалась лишь с холодным молчанием или откровенным презрением. Возможно, сами дети ещё не до конца понимали, что творят. Они просто слышали разговоры взрослых и повторяли их слова и поведение, стараясь казаться взрослее в глазах окружающих. Но граф и графиня Нармон смотрели на дочь совсем иначе. Для них она была не символом опасной магии, а их плотью и кровью, долгожданным чудом, наполнившим поместье теплом и счастьем. Они видели, как она тянет маленькие ручки к солнечным зайчикам, как заразителен её смех и как милы её детские капризы. Супруги решили не обращать внимания на шёпот, насмешки и злые слова. По мнению графа, люди, осуждавшие его дочь, были глупее насекомых, а потому не заслуживали ни внимания, ни нормального отношение, к себе от графа. Граф Нармон был верным подданным и давним другом короля Амора. Когда-то они плечом к плечу сражались на войне, и именно там зародилась их крепкая дружба. Большую часть времени граф проводил во дворце, занимаясь государственными делами, а затем с улыбкой возвращался домой — к любимой жене и дочери, и всегда приносил что-то сладенькое. Графиня же была женщиной с добрым сердцем и железной волей. На первый взгляд она казалась хрупкой и утончённой, но никто не смел оскорблять её дочь в её присутствии. Ни одна дворянка, графиня или аристократка не уходила без жёсткого ответа, если позволяла себе сказать хоть слово о маленькой Элиане. После одного особенно громкого скандала слухи о магии девочки перестали обсуждать вслух на балах и приёмах. По крайней мере, пока рядом находилась графиня. Элиана росла в любви и заботе, однако это тепло было окружено холодным стеклом одиночества. Отец часто отсутствовал из-за службы при дворе, а мать, как ни старалась, не могла заменить ей весь мир. С ранних лет девочка научилась замечать то, что другие скрывали. Она читала невысказанные эмоции по лицам, взглядам и интонациям людей. Стоило ей войти в зал, как гости невольно напрягались, мать незаметно заслоняла её собой от слишком пристальных взглядов, а отец, подписывая важные бумаги, обязательно бросал в её сторону короткий тревожный взгляд, словно желая убедиться, что с дочерью всё в порядке. Магия Элианы проявлялась с самого детства. И, словно назло, каждый раз именно тогда, когда рядом находились посторонние. Впервые её дар раскрылся, когда девочке было всего три года. Однажды один из гостей приехал в поместье вместе со своим пятилетним сыном. Мальчик был избалованным, высокомерным и весь день хвастался, считая себя лучше остальных детей. Гуляя по саду, он случайно поскользнулся и упал в небольшой пруд. Оказалось, что плавать он совершенно не умел. На его крики сбежались взрослые. И вдруг все увидели настоящее чудо: лёгкое мерцающее сияние, похожее на вечерний ветерок, мягко всколыхнуло воду, подняло мальчика на поверхность, позволило ему сделать вдох и осторожно вынесло на берег. Его родители тут же бросились к сыну, но почти сразу перевели взгляды на Элиану. Даже ребёнок смог бы понять, сколько презрения было в их глазах.Наконец женщина холодно произнесла:

— Сочувствую вам. Вы мечтали о прекрасной дочери, а родилась… она.

После этих слов родители Элианы ничего не ответили. Они лишь молча увели дочь домой. Графиня осторожно вытирала слёзы с её щёк, читала ей сказки и долго сидела рядом, пока девочка наконец не уснула. Единственным настоящим убежищем Элианы стал старый сад за поместьем. Под стеклянным куполом оранжереи росли редкие цветы, за которыми ухаживал добродушный старик-садовник. Здесь девочка проводила долгие часы, разговаривая со своими куклами так, словно они были её лучшими подругами. Она представляла, что сидит не одна, а в компании весёлых девочек, смеётся вместе с ними и рассказывает удивительные истории.

Воображение Элианы с самого детства было безграничным, словно мир сказок, которые она так любила читать. Возможно, именно поэтому, несмотря на всю жестокость окружающих, она всё ещё оставалась добрым, искренним и светлым человеком.

Глава первая.

Обычный день Элианы. Она решила провести время со своим другом детства — да, по сути, единственным другом. Пусть они и жили довольно далеко друг от друга, но всегда находили возможность встретиться, как и в детстве. Элиана знала, что, скорее всего, Лайф уже ждёт её у ворот замка. Она слишком давно не навещала его — были небольшие проблемы, которые мешали выбраться раньше.

Пока Лайф рассматривал окрестности, пытаясь найти хоть что-то интересное в обычных деревьях и цветах, высаженных вдоль дороги, до него донёсся стук копыт. Шум становился всё отчётливее, а значит, карета уже была совсем близко.

Он повернулся в надежде увидеть её — и не ошибся. Это действительно была карета семьи Нармон. Лайф едва не подпрыгнул от радости и тут же выпрямился, стараясь выглядеть спокойно и чуть холоднО, хотя с нетерпением ждал этой встречи.

Не прошло и минуты, как карета остановилась возле ворот. Дверца открылась, и из неё вышла Элиана. На ней было элегантное светло-голубое платье с тонкой вышивкой на рукавах и поясе. Увидев Лайфа, она улыбнулась и тут же подбежала к нему, крепко обняв, словно одним объятием хотела восполнить все недели своего отсутствия и попросить прощения за то, что почти не появлялась.

Лайф лишь улыбнулся, обнял её в ответ, положив подбородок ей на макушку и произнёс.

— Ну ты чего, феечка? — мягко спросил он, осторожно поглаживая её по спине.

Он прекрасно знал: каждый раз, когда Элиана приезжала к нему, он становился её личным рыцарем. Тем, кто выслушает, поддержит и, если понадобится, разберётся со всеми, кто посмел обидеть его феечку.

Конечно, Элиана всегда говорила, что ему вовсе не обязательно так переживать из-за её мелких жалоб. Но Лайф был уверен: где-то глубоко в душе ей нравилась его забота. А для него это никогда не было тяжёлой обязанностью, а для неё радостью.

— Всё хорошо. Просто… в Восточном королевстве в последнее время становится всё больше и больше различных существ, — тихо ответила Элиана, тяжело вздохнув. Через несколько секунд она всё же немного отстранилась, давая ему личное пространство.

— А ты-то здесь при чём? Не ты ведь сорвала печать дракона и не ты устроила весь этот хаос. Так зачем переживать? — произнёс Лайф, внимательно посмотрев на неё и скрестив руки на груди. Затем лишь закатил глаза. — В мире есть маги и другие. Пусть они этим и занимаются.

— Возможно, ты прав. Но во мне тоже есть магия…и именно поэтому мне страшнее. К тому же меня начали мучить кошмары.

— Ты просто слишком устала. И перестань читать книги перед сном. Тогда всё пройдёт, — ответил он, ласково погладив её по голове, словно пытался успокоить испуганного котёнка.

— Надеюсь. Всё это очень тревожит. А если… они доберутся и сюда? Сейчас их немного, но их может стать больше.

— Не переживай. Для этого и существуют рыцари. Они защищают королевство.

— Наверное… Но тревога всё равно не проходит. Прости. — Она виновато отвела взгляд в сторону.

Лайф прекрасно понимал её страх. Он знал, какими бывают люди. Стоит случиться беде — и они готовы обвинить даже ребёнка, лишь бы самим ничего не делать и не брать ответственность.

— Феечка, давай сначала выпьем чаю. А потом спокойно поговорим.

Он взял её за руку и повёл внутрь огромного замка. Даже не стал спрашивать, согласна ли она. Он слишком хорошо её знал.

Тем более Элиана была ужасной сладкоежкой. Казалось, она могла есть сладкое бесконечно. Иногда Лайфу даже приходилось отбирать у неё очередное пирожное, особенно когда ей было грустно. В такие моменты он старался стать для неё всем, кем только мог, лишь бы она не чувствовала себя одинокой. Он много читал. Книги, газеты, слухи… Историй о магие, и знаете это не лучшие истории.

Например, Илларион Хемингун — талантливый маг, который во время своих исследований настолько увлёкся использованием магии, что едва не лишился разума. Сейчас он находился в тюрьме королевства Арланд — одной из самых надёжных в тюрм. Именно поэтому Лайф боялся. Боялся, что однажды его не окажется рядом и с Элианой что-нибудь случится. И тогда он никогда не простит себе того, что не смог её защитить.

Он проводил её в свои покои и приказал слугам принести чай и сладости для гостьи. Слуги поклонились и поспешили исполнить приказ наследного принца. В комнате повисла тишина. Она была неуютной. Лайфу хотелось, чтобы чай принесли как можно скорее, потому что сидеть напротив друг друга молча было совсем не в их стиле. Наконец он не выдержал, и нарушил эту тишину сам.

— Надеюсь, ты не собираешься молчать весь вечер, феечка? — спокойно произнёс он, хотя в голосе всё же проскользнула лёгкая насмешка.

— Нет. Просто думаю, как всё тебе рассказать.

К счастью, ждать долго не пришлось. Слуги быстро вернулись, поставив на стол две чашки, фарфоровый чайник и тарелку со сладостями: печенье, конфеты и любимые лакомства Элианы.

— Ну конечно. Думаешь… Не припомню, чтобы это мешало тебе два часа подряд рассказывать мне о том, как у тебя на подоконнике рос какая-то сорняк. — Лайф сделал глоток чая, стараясь скрыть улыбку, которая играла на его губах.

— Это была не «какой-то сорняк», — обиженно фыркнула Элиана. — Ты просто ничего не понимаешь.

— Хорошо, признаю. Цветок действительно был красивый. Но это не отменяет того факта, что сейчас ты сидишь и молчишь, утонув в собственных мыслях. Феечка, ты начинаешь заставлять меня думать, что я не самый лучший собеседник.

— Прости. Ты самый лучший собеседник. Я очень ждала возможности приехать к тебе. Просто меня мучают странные сны… А в поместье все только и делают, что обсуждают меня так, будто я виновата во всех бедах. Не могу перестать об этом думать.

— Ты слишком зацикливаешься на этом. Вспомни, кто ты. Дочь графа… и моя невеста. — Он спокойно сделал глоток чая и поставил чашку на стол.

— Спасибо, что напомнил, что я твоя невеста и дочь графа, — с лёгким сарказмом ответила Элиана, взяв печенье.

— Только без сарказма, феечка. Это всё-таки весьма высокий статус. — Он ненадолго замолчал, а затем продолжил уже гораздо тише. — Если тебя что-то тревожит — расскажи мне. Всё. Кошмары, слухи, слова придворных, рыцарей… Не бойся. Моё мнение о тебе никогда не изменится. Для меня ты всегда останешься той самой маленькой феей, которая однажды свалилась мне прямо в руки с дерева.

Каждое его слово глубоко запало Элиане в душу. Она словно старалась запомнить их навсегда. Лайф редко позволял себе говорить настолько искренне. С детства отец учил его, что будущий король должен держать эмоции под контролем и никогда не показывать слабость. Но рядом с Элианой это правило переставало работать. Именно поэтому он всегда с грустью провожал её обратно в поместье и с самой тёплой улыбкой встречал, когда она вновь приезжала. Наверное, именно за это она его и любила.

Глава вторая.

10 лет спустя

Принц Лайф Маргонат впервые увидел Элиану, когда ему было десять лет, а ей — девять. Это был очередной официальный визит — скучный и утомительный, где дети должны были стоять смирно, пока взрослые обсуждали налоги, политику и прочие скучные дела, совершенно детям не интересные.

Лайф всей душой ненавидел подобные церемонии. Поэтому он давно научился незаметно исчезать, уходя в сад к своему любимому дереву — старой иве. Именно там он любил отдыхать в тишине, читать книги или просто наслаждаться покоем. Стоило взрослым увлечься очередным обсуждением государственных дел, как Лайф бесшумно ускользнул из зала. Он делал это так часто, что даже стража уже перестала замечать его исчезновения.

Подойдя к своей любимой иве, он невольно улыбнулся. Огромное дерево с длинными плакучими ветвями всегда казалось ему самым спокойным местом во всём замке. Свисающие листья напоминали зелёный занавес, скрывавший его от всего мира. Здесь он чувствовал себя по-настоящему свободным. Иногда ему даже казалось, что он смог бы прожить под этим деревом всю жизнь. Конечно, это были лишь детские мечты. Но кто мог знать, что именно здесь одна из них неожиданно исполнится?