О. В. Пронина

Обеспечение личной безопасности осужденных в исправительных учреждениях: вопросы теории и практики

Монография

Под научной редакцией
доктора юридических наук,
профессора А. П. Скибы

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.82

ББК 67.409.01

П81

Автор:

Пронина О. В.

Рецензенты:

Громов В. Г., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры уголовного, экологического права и криминологии Саратовского национального исследовательского государственного университета имени Н. Г. Чернышевского;

Смирнов Л. Б., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры уголовного права Российского государственного педагогического университета имени А. И. Герцена.

Под научной редакцией доктора юридических наук, профессора А. П. Скибы.

В монографии исследованы проблемы обеспечения личной безопасности осужденных. Автором проанализированы теоретические и прикладные аспекты обеспечения права на личную безопасность осужденных в исправительных учреждениях в контексте достижения целей уголовно-исполнительного законодательства. Выявлены угрозы личной безопасности осужденных к лишению свободы и факторы их возникновения, изучена правовая основа обеспечения права на личную безопасность. Определен ряд организационно-правовых мер по совершенствованию практики обеспечения личной безопасности осужденных в исправительных учреждениях.

Законодательство приведено по состоянию на 1 декабря 2025 г.

Предназначена для практических работников, слушателей высших академических курсов, факультетов повышения квалификации, преподавателей образовательных организаций ФСИН России, адъюнктов, курсантов, слушателей и студентов.

УДК 343.82

ББК 67.409.01

© Академия ФСИН России, 2026

© ООО «Проспект», 2026

ВВЕДЕНИЕ

Согласно Концепции развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации на период до 2030 г., утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 29 апреля 2021 г. № 1138-р, обеспечение безопасности уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее — УИС) является направлением ее развития, а обеспечение безопасности осужденных и лиц, содержащихся под стражей, — одним из способов совершенствования уголовно-исполнительной политики.

Акцент на этих вопросах обусловлен тем, что в условиях изоляции осуществление эффективной самозащиты осужденных практически не представляется возможным, особенно с учетом их преимущественного содержания в общежитиях исправительных учреждений (далее — ИУ), высокого уровня латентности многих преступлений и иных правонарушений осужденных, наличия многочисленных конфликтов в их среде, в том числе обусловленных распространенностью традиций криминальной субкультуры, и других обстоятельств.

Анализ статистических данных свидетельствует о том, что уровень преступности в учреждениях УИС в расчете на 1000 человек, несмотря на некоторые изменения, в целом остается стабильным, преобладают преступления против жизни и здоровья (убийства, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью и др.)¹.

Ситуация усугубляется наличием запрещенных предметов на территории ИУ, в том числе алкоголя, игральных карт, наркотических средств и колюще-режущих предметов, что способствует совершению осужденными правонарушений. Наряду с опасностью, исходящей в целом от основной части содержащихся лиц, имеют место случаи противоправных отношений сотрудников ИУ с осужденными. Не последнюю роль в вопросах обеспечения личной безопасности осужденных также играет своевременное выявление и устранение причин совершения ими суицидов.

Это требует совершенствования полномочий сотрудников ИУ в контексте института личной безопасности осужденных, закрепленного в ст. 13 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее — УИК РФ), что должно соответствующим образом отражаться на организации исполнения наказания в виде лишения свободы. В частности, требует дополнительной регламентации перечень мер по обеспечению личной безопасности осужденных, в том числе являющихся участниками уголовного судопроизводства, правовое положение защищаемых лиц, учет поведения осужденных в рассматриваемой области в контексте оценки их исправления и предупреждения правонарушающего поведения и пр. Разработке этих мер должна способствовать не только корректировка законодательства России, но и совершенствование некоторых направлений деятельности учреждений УИС. Необходимой представляется и разработка новых концептуальных подходов к обеспечению права на личную безопасность осужденных в ИУ в контексте достижения целей уголовно-исполнительного законодательства.

На вопросы обеспечения личной безопасности осужденных к лишению свободы и в целом безопасности УИС обращают самое пристальное внимание специалисты в области юриспруденции, психологии и других наук.

В дореволюционной России и в советское время указанные вопросы исследовали М. Н. Гернет, С. К. Гогель, И. И. Карпец, А. Ф. Кистяковский, А. Е. Наташев, С. В. Познышев, Н. А. Стручков, Н. С. Таганцев, И. Я. Фойницкий и иные ученые, работы которых носили основополагающий характер и имели большое значение для дальнейшего изучения данной проблематики.

На диссертационном и ином монографическом уровне отдельные вопросы обеспечения личной безопасности осужденных к лишению свободы и в целом безопасности УИС рассматривали В. М. Анисимков, А. Ф. Галузин, Н. С. Глазунов, М. А. Громов, В. В. Копейкин, Н. В. Мальцева, В. О. Миронов, С. И. Паканич, Е. К. Панасенко, В. И. Селиверстов, Р. З. Усеев, В. В. Фефелов, В. Н. Чорный и др.

Теоретические аспекты обеспечения личной безопасности осужденных в исправительных учреждениях и ее различных угроз, в том числе базирующиеся на теории межотраслевых мер безопасности, анализировались в работах Т. П. Бутенко, К. К. Горяинова, В. Г. Громова, И. Б. Казака, Ю. А. Кашубы, Л. Ю. Перемолотовой, А. Л. Санташова, А. П. Скибы, А. М. Смирнова, П. В. Тепляшина, Ю. В. Трунцевского, В. В. Фомина, В. Б. Шабанова, Н. В. Щедрина и иных ученых.

Исследование вопросов регулирования и практики обеспечения личной безопасности осужденных к лишению свободы представлено в трудах таких специалистов, как Н. П. Барабанов, В. Н. Белик, С. С. Епифанов, Б. Б. Казак, О. Г. Ковалев, Н. Н. Кутаков, С. А. Кутуков, Г. Ю. Лесников, Н. В. Маликова, Н. С. Малолеткина, А. П. Некрасов, Д. А. Никитин, Д. А. Панарин, А. И. Папкин, С. А. Хохрин, И. С. Цаплин, Б. К. Шнарбаев, А. В. Щербаков и др.

В то же время в работах указанных специалистов основное внимание уделялось лишь отдельным аспектам обеспечения права на личную безопасность осужденных в ИУ вне контекста о необходимости достижения целей уголовно-исполнительного законодательства. Недостаточно исследованными остаются вопросы взаимосвязи между правовым положением защищаемых осужденных и сотрудников УИС, определения полномочий администрации ИУ и алгоритма их действий по обеспечению защиты осужденных, в том числе являющихся участниками уголовного судопроизводства, и пр.

Выводы и предложения, содержащиеся в монографии, основаны на всестороннем анализе трудов специалистов в области теории уголовного, уголовно-исполнительного, оперативно-розыскного и иных отраслей права, криминологии, общей теории права, психологии, а также на данных социологических исследований, материалах средств массовой информации, служебных документах и информации ФСИН России, судебных органов, материалов, опубликованных в научной литературе и периодической печати, научно-практических конференций и иных научных мероприятий, нормативно-правовых актов, международных документов, а также официальных статистических данных о деятельности учреждений и органов УИС и методических материалов теоретико-прикладного характера.

При формировании авторского подхода к обеспечению права на личную безопасность осужденных в ИУ учитывались также мнения таких специалистов, как Е. А. Антонян, Н. С. Артемьев, С. И. Гирько, Ю. А. Головастова, А. Я. Гришко, Ф. В. Грушин, И. В. Дворянсков, М. Г. Дебольский, И. А. Ефремова, М. А. Кириллов, И. Я. Козаченко, А. А. Крымов, А. В. Кудрявцев, О. А. Скоморох, А. Ф. Сизый, Л. Б. Смирнов, С. В. Степашин, В. Ф. Цепелев, А. А. Чистяков, С. Х. Шамсунов, Н. Г. Шурухнов и др.

Эта работа — одна из первых монографий, в которой автор осуществил теоретико-прикладное исследование реализации права на личную безопасность осужденных в ИУ, а также сформулировал комплекс организационно-правовых мер исправительного и предупредительного воздействия в данной области.

Автор искренне надеется, что она принесет пользу не только в области теоретических разработок в указанной области, но реализация и дальнейшая разработка сделанных выводов, предложений и рекомендаций положительно повлияют на эффективность решения проблем, имеющих место в теории, законодательстве и правоприменительной практике, разработке научно обоснованных рекомендаций и предложений по совершенствованию обеспечения личной безопасности осужденных в ИУ. Результаты исследования в области обеспечения личной безопасности осужденных к лишению свободы в контексте достижения целей уголовно-исполнительного законодательства могут быть учтены при дальнейшем совершенствовании уголовно-исполнительного, оперативно-розыскного и иного законодательства, а также использованы в практической деятельности государственных органов, осуществляющих исправительное воздействие и предупреждение совершения осужденными преступлений и других правонарушений.

Глава 1. ПРЕДМЕТНЫЕ ОСНОВЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ЛИЧНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ОСУЖДЕННЫХ В ИСПРАВИТЕЛЬНЫХ УЧРЕЖДЕНИЯХ

1.1. Общетеоретический аспект обеспечения права на личную безопасность осужденных в исправительных учреждениях

Институту личной безопасности осужденных на протяжении различных периодов истории России уделялось внимание многими специалистами. Так, в XIX — начале XX в. многие ученые, обращаясь к проблеме безопасного содержания лиц в пенитенциарных учреждениях, полагали, что, как бы ни была сурова изоляция, она не должна подвергать опасности лиц, причинять вред их жизни и здоровью². И позднее данный вопрос изучали различные исследователи³.

Такое пристальное внимание к проблеме личной безопасности осужденных обуславливается тем, что от состояния полного физического, социального и духовного благополучия каждого осужденного зависит не только достижение целей уголовно-исполнительного законодательства, определенных в ст. 1 УИК РФ, но и в целом нормальное функционирование любого ИУ.

Сложное и многогранное понятие «обеспечение личной безопасности осужденных» допускает различные подходы к его толкованию. Затрагивая теоретические вопросы, связанные с рассматриваемой проблемой, обратимся к содержанию данного понятия.

Безопасность в толковых словарях русского языка имеет ряд значений:

1) «отсутствие опасности, сохранность, надежность»⁴,

2) «положение, при котором не угрожает опасность кому-либо или чему-либо»⁵.

«Как межотраслевой институт безопасность — сложное социально-политическое явление. Его изучением занимаются специалисты из различных отраслей знаний. Психологи раскрывают его как ощущение, восприятие и переживание потребности в защите жизненно важных интересов людей; юристы — как систему установленных законами правовых гарантий защищенности личности и общества, обеспечения их нормальной жизнедеятельности, прав и свобод; философы — как состояние, тенденции развития и условия жизнедеятельности социума, его структур, институтов и установлений, при которых обеспечивается сохранение их качественной определенности, оптимальное соотношение свободы и необходимости; политологи — как свойство определенной системы и результат деятельности ряда систем и органов государства, а также сам процесс деятельности, направленный на достижение поставленных задач по обеспечению защищенности личности, общества и государства»⁶.

Таким образом, понятие безопасности достаточно многогранно и многофункционально.

Между тем понятие безопасности в УИС не закреплено ни в одном законодательном акте и активно обсуждается в юридической литературе⁷.

Многие исследователи в этой области связывают понятие безопасности с понятием защищенности. Так, «под безопасностью осужденных предлагается понимать гарантированную международным правом, законодательством России и практическими мерами защищенность жизни, здоровья, иных жизненно важных и социально значимых интересов осужденных от возможного причинения вреда в процессе исполнения (отбывания) лишения свободы»⁸. Безопасность — «состояние защищенности сотрудников, осужденных, иных лиц, а также учреждения в целом от возможных угроз и опасных посягательств»⁹.

По мнению Е. К. Панасенко, «криминологическая безопасность осужденных — это объективное состояние защищенности жизненно важных прав и законных интересов личности от преступных посягательств и (или) угрозы таких посягательств, порождаемых специфическими криминогенными факторами пенитенциарных учреждений»¹⁰.

Более развернуто понятие пенитенциарной безопасности сформулировано А. Ф. Галузиным, который впервые представил категорию «пенитенциарная безопасность», под которой он понимает «защищенность личности, общества, государства в пенитенциарном (покаяния, исправления и ресоциализации) процессе исполнения и отбывания заключений под стражу и видов уголовных наказаний от вредоносных действий, факторов, состояний (опасностей) арестованных, осужденных, сотрудников, иных лиц пенитенциарной системы органов и учреждений государства как внутренняя (для системы) и внешняя (вне системы) безопасность личности, общества, государства и самостоятельный вид национальной безопасности»¹¹.

«Проблему безопасности отечественной пенитенциарной системы затрагивали А. Г. Перегудов, который предложил несколько другое мнение: безопасность в ИУ — это система отношений и юридических норм, регулирующих отношения по обеспечению спокойствия, неприкосновенности жизни и здоровья сотрудников, осужденных, иных граждан, причастных к деятельности данных учреждений, их нормального труда и отдыха, а также нормального функционирования ИУ в целом и его подразделений в частности»¹².

Между тем вышеуказанные подходы не совсем полно отражают понятие безопасности в УИС, так как не учитывают, например, возможность возникновения угроз для психологического состояния осужденного.

В. В. Фомин «определяет безопасность осужденных как широкий спектр мер, выражающихся в устранении опасных для них условий в ИУ и в формировании предупредительно-защитных форм деятельности в сфере обеспечения их безопасности»¹³.

Соглашаясь с автором, тем не менее полагаем, что в данном случае необходимо четко прослеживать границы понятия условий, опасных для осужденного, ввиду чего необходим индивидуальный подход — выявление опасных условий в каждом конкретном случае, поскольку опасные в одной ситуации условия могут быть безопасны при других обстоятельствах.

В свою очередь, Н. В. Мальцева «под безопасностью потерпевших и свидетелей из числа осужденных в условиях лишения свободы предлагает считать такое состояние уголовно-исполнительных правоотношений, когда противоправное воздействие на жизнь, здоровье и имущество осужденных отсутствует или предупреждается либо пресекается путем применения в установленном порядке предусмотренных в законе мер»¹⁴.

Указанный подход интересен, в частности, тем, что «безопасность» не определяется через признак защищенности. Однако действия в отношении личности осужденного, не нарушающие нормы права, также могут повлечь за собой негативные последствия для его безопасности. Здесь речь идет, например, о распространении порочащих слухов, приводящих к негативному настрою в отношении конкретного осужденного со стороны основной массы содержащихся лиц.

Таким образом, единого подхода к понятию безопасности в УИС в юридической литературе не имеется.

Представляется, что, с одной стороны, безопасность может быть рассмотрена в физическом аспекте как защищенность от угроз или действий, при которых осужденные испытывают чувство опасения за свою жизнь, то есть от физических действий со стороны источника опасности (сотрудников ИУ, других осужденных или иных лиц).

С другой стороны, понимание безопасности возможно и через защищенность от психологических и моральных угроз, когда по тем или иным причинам лицо ощущает неприязнь и даже подвергается травле со стороны других осужденных. В данном случае речь может идти, например, о распространении ложных порочащих сведений о принадлежности осужденного к так называемым изолированным или отвергаемым группам (с низким социальным статусом и т. п.)¹⁵.

Так, ежегодно увеличивается количество осужденных, совершивших преступления против половой свободы и половой неприкосновенности личности, лиц, имеющих так называемый низкий социальный статус, в том числе ранее совершивших преступления в отношении несовершеннолетних¹⁶. В этом случае актуальна и необходимость оптимизации выработки мер, направленных на обеспечение личной безопасности осужденных, в том числе лиц, осужденных за совершение преступлений, предусмотренных ст. 131–135 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ), в особенности совершивших преступления в отношении несовершеннолетних граждан.

В учреждениях УИС это крайне важно, поскольку неформальный статус таких осужденных на протяжении всего периода отбывания наказания остается неизменным, а основная часть содержащихся лиц может демонстрировать напряженность по отношению к ним, проявлять личную неприязнь и враждебность, влекущую за собой конфликты, провокации противоправных деяний, физической расправы, унижения и т. п. И в этом случае реализация права на личную безопасность осужденных осуществляется через их психологическую защиту.

Рассмотрим понятие «личная безопасность». Два значения, согласно Словарю русского языка С. И. Ожегова, имеет слово «личный»:

«1) осуществляемый лично;

2) касающийся непосредственно какого-нибудь лица»¹⁷.

Слово «личный» может быть также определено «как осуществляемый собственной особой, персонально; касающийся непосредственно какого-нибудь лица; принадлежащий исключительно данному лицу, находящийся в чьем-нибудь исключительном обладании»¹⁸. «В философском энциклопедическом словаре значение производного прилагательного “личный” рассматривается сквозь призму существительного “личность”, под которым понимается человеческий индивид, субъект отношений и сознательной деятельности; устойчивая система социально значимых черт, характеризующих индивида как члена общества»¹⁹.

Существуют различные научные подходы к определению личной безопасности. Так, А. И. Папкин предлагает под личной безопасностью понимать «правомочие каждой личности самостоятельно обеспечивать безопасность своего существования»²⁰. По мнению П. В. Дихтиевского, личная безопасность, являясь разновидностью более общего понятия национальной безопасности, образует его составной элемент, представляет собой систему общественных отношений, урегулированных правовыми нормами, «как создаваемое и гарантируемое государством через нормы объективного права положение личности в обществе, при котором существует возможность ненарушенного пользования правами и свободами, а также достигается состояние защищенности жизненно важных интересов личности от возможного причинения вреда»²¹.

Понятие вреда может быть выражено в форме как негативного физического воздействия на объект (любые физические действия), так и морального, психологического воздействия (травля, унижение). А. В. Стремоухов предлагает рассматривать личную безопасность «как совокупность таких ее составляющих, как:

1) индивидуальная свобода человека;

2) физическая (телесная) неприкосновенность;

3) нравственная неприкосновенность;

4) психическая неприкосновенность»²².

В целом аналогичную точку зрения отстаивает и А. В. Панченко, предлагая понимать под личной безопасностью такое состояние личности, при котором отсутствует внешняя угроза ее жизни, здоровью, физической свободе, чести и достоинству²³.

Анализируя вышерассмотренные теоретические аспекты, учитывая, что защищенность — это состояние осужденного, которое обеспечивает нейтрализацию, отражение или минимизацию воздействия на него негативных и враждебных факторов и сохранение его нормальной жизнедеятельности, выражаем точку зрения о том, что личная безопасность осужденных представляет собой состояние защищенности осужденных от любого вида угроз, способных причинить ему как физические, так и нравственные страдания. При этом считаем, что рассматривать личную безопасность осужденных нужно именно в этих двух аспектах: нейтрализация, отражение или минимизация физической угрозы и нейтрализация, отражение или минимизация угрозы, не носящей физический характер, способной принести осужденному нравственные страдания²⁴.

Полагаем, что нравственные страдания — это чувства переживания после определенных событий, произошедших в прошлом, которые могут спровоцировать негативные последствия, влияющие на психическое и физическое здоровье осужденного. Не могут причинить нравственные страдания, например, действия и требования сотрудников, предусмотренные законодательством. Примером тому может стать проведение полного личного обыска. Ведомственными актами предусмотрен порядок проведения полного личного обыска осужденного, четко определены разрешенные действия сотрудника ИУ, проводящего полный обыск.

Механизм обеспечения личной безопасности осужденных обусловлен задачами, возложенными на него, и, как правило, учитывает особенности функционирования каждого ИУ (колонии-поселения, исправительной колонии общего режима, тюрьмы и пр.), специфику каждой конкретной ситуации, в том числе ее возможное развитие и наступление соответствующих последствий. В этом случае нельзя не согласиться с мнением М. А. Громова и В. И. Селиверстова, которые особенности обеспечения безопасности осужденных обуславливают спецификой конкретного учреждения²⁵.

Для раскрытия содержания механизма обеспечения личной безопасности осужденных остановимся на его составляющих.

Субъективное право осужденных на личную безопасность закреплено в ст. 13 УИК РФ²⁶ и представляет собой право осужденного, отбывающего соответствующее наказание, независящее от его пола, возраста, национальности, отношения к религии, поведения, положения в преступной среде, совершенного им преступления и иных факторов. В целом аналогичный подход прослеживается и в главе IV Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (приказ Министерства юстиции РФ от 4 июля 2022 г. № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы»).

Вместе с тем ст. 13 УИК РФ, определяя основы права осужденных на личную безопасность, лишь в общих чертах регулирует данный правовой институт, фактически проигнорировав многие вопросы: отсутствует четкий подход к основаниям признания угрозы личной безопасности; не указаны все виды наказания, изолирующие от общества, при отбывании которых у осужденных возникает данное право; не оговаривается то, какие еще могут быть поводы для принятия мер безопасности, кроме заявления осужденного; не указаны основания и пределы «собственной инициативы» у начальника ИУ при обеспечении личной безопасности осужденного; отсутствует алгоритм действий по изменению вида применяемой меры безопасности; не определены особенности механизма принятия решения о личной безопасности осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства, и т. д.²⁷

Представляется целесообразной разработка регламента ФСИН России по исполнению государственной функции по обеспечению безопасности потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства. В этом случае защищаемыми лицами будут являться лица, содержащиеся в следственных изоляторах или находящиеся в местах лишения свободы, в отношении которых судом (судьей), начальником органа дознания или следователем вынесено постановление (определение) о применении мер безопасности, оказываемых ФСИН России и территориальными органами ФСИН России, где содержатся или отбывают наказание защищаемые лица.

И. С. Цаплин высказывает точку зрения о том, что УИК РФ «гарантирует право на личную безопасность осужденного независимо от того, от кого исходит угроза его безопасности — от других осужденных»²⁸ или персонала ИУ (но, по нашему мнению, во втором случае только от возможно незаконных действий сотрудников УИС. — Прим. авт.). Соглашаясь с этим утверждением, дополним его тем, что уголовно-исполнительное законодательство гарантирует право на личную безопасность осужденного и от угроз, исходящих от любых лиц.

Представляется, что осужденные реализуют право на личную безопасность в случаях как угроз физической расправой, так и морального давления.

С правом осужденных на личную безопасность теоретически соотносятся определенные обязанности администрации ИУ (в ст. 13 УИК РФ они прямо не закрепляются. — Прим. авт.), а именно:

— «обязанность любого должностного лица, к которому обратился осужденный с заявлением, с просьбой об обеспечении личной безопасности, незамедлительно принять меры по обеспечению его личной безопасности;

— обязанность начальника учреждения принять решение о переводе осужденного в безопасное место или иные меры, устраняющие угрозу его личной безопасности, по заявлению осужденного либо по собственной инициативе, а также на основании мотивированного постановления (определения) суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя — в отношении осужденного, являющегося участником уголовного судопроизводства».

При указанных условиях обеспечение личной безопасности осужденных — это комплекс различных мероприятий, цель которых предупредить проявление возможных угроз личной безопасности осужденных любого рода, возникающих как на территории ИУ, так и за его пределами (особенно в колониях-поселениях), а также непосредственно устранить угрозы личной безопасности осужденных, способные нанести вред их физическому и психологическому состоянию и принести им нравственные страдания.

В этом случае перечень участников правоотношений (здесь нами не затрагиваются различные теоретические вопросы, в том числе о разграничении субъектов и участников уголовно-исполнительных правоотношений²⁹. — Прим. авт.) в области обеспечения личной безопасности осужденных достаточно разнообразен: администрация ИУ, осужденные, судьи, следователи и т. д.

Таким образом, изучение ряда теоретических аспектов обеспечения личной безопасности осужденных в исправительных учреждениях позволяет утверждать, что личная безопасность осужденного может быть рассмотрена как в физическом аспекте как защищенность от угроз или действий, при которых осужденные испытывают чувство опасения за свою жизнь (то есть от физических действий со стороны источника опасности — сотрудников ИУ, других осужденных или иных лиц), так и в психологическом и моральном (когда лицо ощущает неприязнь и даже подвергается травле со стороны других осужденных). Защищенность — это состояние осужденного, которое обеспечивает нейтрализацию, отражение или минимизацию воздействия на него негативных и враждебных факторов и сохранение его нормальной жизнедеятельности. В этом случае обеспечение личной безопасности осужденных представляет собой комплекс различных мероприятий, цель которых предупредить проявление возможных угроз личной безопасности осужденных любого рода, возникающих как на территории ИУ, так и за его пределами, а также непосредственно устранить угрозы личной безопасности осужденных, способные нанести вред физическому и психологическому состоянию осужденного и принести ему нравственные страдания.

1.2. Угрозы личной безопасности осужденных

При рассмотрении многоаспектных вопросов обеспечения нормального функционирования конкретного объекта (например, исправительного учреждения) или реализации правовых институтов (в частности, на личную безопасность осужденных) небезосновательным представляется учет теории межотраслевых мер безопасности³⁰, в рамках которой исследуются практически любые организационные, правовые и иные угрозы, в том числе при исполнении уголовных наказаний.

Рассмотрим кратко понятие «угроза», которое является ключевым в изучении вопроса обеспечения личной безопасности осужденных в ИУ.

Так, А. А. Стрельцов определяет угрозу как деструктивный фактор, представляющий опасность для существования, функционирования и развития защищаемого объекта³¹. Однако данное определение не совсем понятно, ведь если обратиться к толкованию термина «фактор», то угроза становится причиной, представляющей опасность.

А. В. Щербаков рассматривает угрозу «как реально сформировавшееся желание нанести физический, материальный или иного характера вред отдельному лицу, группе лиц или общественным интересам, четко выраженное по отношению к ним любым понятным способом и реализующееся непосредственно в отношении объекта, либо в виде психического насилия над той или иной личностью»³². В то же время С. И. Паканич считает, что «деструктивное влияние заключается в разрушительных поступках или действиях лиц, угрожающих личной безопасности осужденных, направленных на нарушение стабильного морального и физического состояния их личности»³³.

Однако не всегда угроза связана с желанием, поступками или действиями конкретного лица (группы лиц), так как может исходить и от неодушевленного