Дневник Андрея Вашневского

Пролог

«Я пишу не для того, чтобы выжить. Я пишу, чтобы доказать тишине, что я еще здесь. Когда оборвется эта строка — оборвется и всё. Но пока есть буквы, есть и я».

Одиночество сводит с ума. Говорят, можно привыкнуть ко всему. Ко всему, кроме тишины. Той тишины, что не снаружи, а внутри. Она заполняет тебя, как вода трюм тонущего корабля.

Уже полгода. Полгода моим единственным собеседником был ветер в разбитых окнах. Сегодня я нашёл этот блокнот в портфеле какого-то бедолаги. Чернила в ручке еще не высохли. Кажется, это знак. Последняя попытка не потерять себя. Не дать тишине себя съесть.

Если меня не станет, и кто-то найдет эти записи — пойми: это не просто отчет о выживании. Это крик в пустоту. Последнее доказательство, что Андрей Вашневский когда-то думал, чувствовал и был живым. Пока вёл этот чёртов дневник.

С чего бы начать?

Думаю, многим интересно, с чего всё началось. Как мир, полный радости и жизни, превратился в безлюдную пустыню, кишащую тварями — новыми царями пищевой цепочки. Они появились из-за наших же опрометчивых поступков.

Всё случилось в 2020 году. Каждый месяц творилась какая-то чертовщина: стихийные бедствия, смертельные вирусы, беспорядки по всему миру. Человечество искало вакцину от COVID-19, но всё было безрезультатно.

В конце года учёные наконец её создали. Новости трубили о прорыве. Препарат, если я правильно помню, назывался как-то вроде «Вакцина SARS-CoV-2». Говорили, что он не просто защищает от вируса, а в принципе повышает иммунитет, что-то перестраивая на генном уровне.

Человечество ликовало, празднуя очередную победу над природой. Вот только радость наша была недолгой. Эта самая вакцина всё и погубила, но мы тогда этого ещё не знали.

После всех испытаний её выпустили в массы. Людям вводили препарат, вирус отступал, здоровье восстанавливалось. Побочных эффектов не было. Из осторожности карантин сохраняли, поэтому многие не сразу узнали о чудовищных последствиях.

Спустя несколько месяцев ограничения сняли. Люди вышли на улицы, жизнь начала налаживаться. Но мы радовались недолго. Пошла новая волна.

Вирус не просто мутировал. Он изменял людей полностью. Сперва все обезумели, начали набрасываться друг на друга, разрывая на куски. Потом начинались внешние изменения — человек окончательно терял свой облик. Власти всех стран ввели военное положение, пытались остановить хаос. Повсюду были военные, внутренние войска, полиция. Всё было тщетно, ибо мы проиграли эту войну.

Так настал конец мирного времени, которое знало человечество. Родился новый мир, полный ужаса и страданий. Мир, где выживает сильнейший, и если ты не убьешь первым — убьют тебя.

Я работал охранником в банке, когда всё это началось. Своими глазами увидел, как эти существа впервые начали разрывать людей на улице, поедая каждый кусок плоти. При первой встрече с монстром меня охватил ледяной страх, и я оцепенел на месте, не в силах пошевелиться. Но когда одно из них посмотрело на меня, в голове что-то щёлкнуло. Я достал табельное оружие и выстрелил точно чудовищу в голову. Не знаю почему — возможно, сработали все те фильмы про зомби и игры, в которые я частенько рубился. И — бинго! Существо рухнуло на землю и не двинулось. Я обрадовался, подумал, что всё так просто. И почему военные не могли поступить так же?

Как же я ошибался. Оно поднялось снова. Из дыры в голове сочилась чёрная вязкая жидкость, а его глаза, полные жажды крови, уставились на меня. Тварь рванула в мою сторону, яростно желая разорвать моё тело на куски, вкусить ещё теплую человеческую плоть. Я словно очнулся от оцепенения, вломился в дверь, запер её и попытался убежать как можно дальше. Хотел забиться в угол, спрятаться. Я думал, что это сон. Чёртов, затянувшийся сон. Я не мог поверить в реальность как-будто просто переиграл в игры, и всё. Но ужасный рёв и удары в дверь давали понять — это не сон.

Существо разнесло дверь в щепки и ворвалось внутрь. Оно принялось яростно убивать людей, которые бежали в кабинеты, пытаясь укрыться. Оно разрывало их, как собака рвёт плюшевые игрушки. Кровь и крики были повсюду. Я слышал, как кто-то молился, прося Всевышнего о спасении. Собрав волю в кулак, пока тварь не обратила взгляд на меня, я снял пистолет с предохранителя и выпустил две пули: одну в голову, вторую в сердце. Я надеялся, что пуля в сердце остановит её на месте. И — да! Она свалилась на пол, издавая предсмертный визг. Больше эта тварь не поднялась.

Я перевёл дух, собрался с мыслями и понял: моя жизнь и жизнь многих других изменилась навсегда….

13 июня 2027 года. «Астрахань».

Время 6:30

Я проснулся в шесть утра из-за лучей утреннего солнца, слепящего мне глаза и не давая спать дальше. Ветер гулял сквозняком сквозь разбитые окна многоэтажки, где я обосновался на восьмом этаже. Погода была прекрасна. Астрахань изменилась с тех времён, когда люди ходили на работу, а главной их проблемой было - куда сходить вечером или чем себя занять. Воздух стал чище, природа забрала своё: лозы растительности захватили здания, трава росла везде где могла. Отчасти мне нравился такой пейзаж, но цена за него - неимоверная.

Я ежедневно скитаюсь из здания в здание, в поисках еды и вещей для выживания. Навыки, полученные на военной службе в воздушно-десантных войсках, сокращенно «ВДВ» мне сильно пригодились. За 6 лет, что прошли с начала этого кошмара, мне приходилось делать ужасные вещи. Я пытал людей, выясняя, где они хранят свои припасы, убивал ради еды и вещей, грабил, работал по заказам группировок, доставляя определенных людей их «шишкам» и все ради одного, чтобы мать его - выжить. Да, я не горжусь этим. Но либо ты адаптируешься, либо умираешь. Выбор не велик.

Что до тварей, которые теперь полноценно правят большей частью планеты, я видел лишь два их вида. Первые – те самые, с которых все началось еще 6 лет назад. Их прозвали «темноликие». Из названия ясно - они чёрного оттенка, сливаются с ночной тьмой. Внешне от человека в них мало что осталось, они больше похожи на оборотней из книжек и фильмов, например: «Ван Хелсинг», только не покрыты шерстью. Голова не собачья, а менее вытянутая. Глаза - черные как сама тьма. Длинные зубы, выстроенные в несколько рядов, чертовски острые. «Темноликие» очень быстры и опасны, их когти режут металл, как масло. Одного укуса хватит, чтобы заразиться и стать одним из них. Свет - их слабость. Он не убивает, но сильно отпугивает, работает как огонь на волков.

Днём по улицам при свете дня блуждает второй вид. Они не так опасны, как темноликие, и в народе их прозвали «черепахами». Это бывшие люди, мутировавшие не полностью, их внешность ещё напоминает человеческую. Передвигаются медленно, постоянно стонут, поэтому их легко миновать. Но, чёрт побери, их очень и очень много.

Пока записывал небольшую предысторию нашего мира, я хорошо позавтракал консервированной тушёнкой, найденной в этой многоэтажке, ставшей на этот день моим пристанищем. Теперь нужно решить, куда двигаться дальше. Обыскивать Кремль и большие супермаркеты бессмысленно - банды, что тут орудуют и называют себя "Степные волки" и другие как их там "Дети Хаджи-Тархана», уже давно выгребли всё что можно. Они поделили город на две части и постоянно пытаются друг друга поубивать.

Что это за банды, подумаешь ты? Так вот, когда всё началось и наступил полный хаос, самые предприимчивые стали сбиваться в группы, захватывать торговые центры, универмаги, строительные магазины – всё, где имелось что-то ценное. Выбор был прост: примкнуть к ним или скитаться в одиночестве и умереть. Некоторые военные тоже примыкали к бандам, убивая лидеров и захватывая власть. Со временем большинство группировок либо объединились, либо были стёрты с лица земли более сильными. В итоге осталось только две.

Главой «Степных волков» был бывший военный по имени Артём. Он из тех, кто убьёт человека, не колеблясь ни секунды. Его люди носят нашивки с аббревиатурой «СВ», над которой красуется голова волка. Им принадлежит три района: Советский, часть Ленинского и Кировский. У них много оружия, техники и прочих ресурсов.

Четыре моста, соединяющие части города, под контролем «Детей Хаджи-Тарханов» («ДХТ»). Им же принадлежит Трусовский и часть Ленинского района. Главный у них – Рамазан. Мужик неплохой, местные его уважают. Не только потому, что он тут родился, но и потому, что хочет восстановить Астрахань хоть как-то, в отличие от «СВ», которые ведут себя как простые мародёры. Но не думайте, что Рамазан мягкий. Хоть он и не военный, но стреляет и дерется лучше многих, да и голова на плечах есть. «ДХТ» носят синие повязки с нашитым старым гербом Астрахани. Вот с оружием и техникой у них не так все гладко, но в отличие от «СВ» они знают Астраханскую область как свои пять пальцев.

Я не примкнул ни к одной из банд, хотя частенько работал для них наёмником. Они меня не жаловали, но услугами пользовались. Жил я неплохо по меркам здешнего мира: было убежище, неплохая одежда и снаряжение. Но со временем награды за задания становились скуднее, а обращались со мной всё хуже. Со временем запасы кончались, новые было найти трудно, а часть снаряжения приходила в негодность после частых стычек с черепахами и людьми. Покоя в городе немного, но он есть и эти моменты бесценны.

Я решил, что пора покинуть мой любимый город и двинуть в Сибирь. По слухам некоторых, монстров там почти нет, и ещё сохранились остатки цивилизации.

Время 19:40

Обшарил ещё пару многоэтажек в Ленинском районе, расположенных недалеко от мясокомбината около одного из мостов, которые контролируют «ДХТ». Нашёл пачку гречки, консервированную кукурузу, пачку чая и неплохой охотничий нож. По пути встретил несколько черепах. Благодаря моей "Матильде" - так я назвал своё мачете, найденное в военторге среди трупов, - расправился с ними тихо и быстро. Со слухом, как и с другими чувствами, у них туговато. На удивление, уже который день не встречаю никого из группировок. И слава богу, от них одни проблемы.

Скоро стемнеет, и темноликие повылезают из своих нор на охоту. Нужно найти ночлег в многоэтажках с лифтом, где лестницы узкие, а слышимость отличная. В случае чего - в шахту и резко вниз по тросу. Не раз приходилось прибегать к этому решению. Астрахань - маленький и уютный город, жизнь здесь протекает медленно и не спеша. Потому я так к нему привязался и так тяжело его покидать...

14 июня 2027 года. «Астрахань».

Время 8:27

Сегодняшняя ночь прошла без происшествий, но вой темноликих не давал покоя всю ночь. Может, меня кто-то оберегает, и поэтому они не рыщут так высоко. Пожалуй, жаловаться не буду. Меня ждёт роскошный завтрак: горячая кружка черного чая и консервированная кукуруза, у которой, к сожалению, истек срок годности. Гречку оставлю на потом, её срок пока ещё в силе.

После завтрака нужно попытаться найти транспорт среди этой груды металлолома на улице. Банды за шесть лет уже всё, что можно, разобрали, да и обычные бродяги растащили объедки и давно свалили. Надеюсь, удача не отвернётся от меня и на этот раз.

Время 20:37

Вторая половина дня прошла насыщенно. Нашёл в магазине немного еды, а ещё - неплохой армейский рюкзак. Спина была неимоверно рада, ведь мой старый рюкзачок уже совсем исхудал.

Столкнулся с людьми из "СВ". Группа небольшая, всего пару человек, но один был вооружен пистолетом. Они расставляли ловушки на дичь - кошек, собак и прочую живность, которую можно съесть без риска заразиться.

Я приближался к одной из ловушек и увидел, что в неё угодил маленький чёрный котёнок. Он напомнил мне моего Рея, который жил со мной в квартире еще до всего этого. Рей был бело-серым, с большими глазами, миленький такой. Когда я приходил с работы, он подбегал и начинал мурлыкать, давая понять, что проголодался. Я всегда питал слабость к животным, любил их больше чем людей. Хотя Рей порой выводил меня из себя своими выходками и обосанной обувью.

Я не смог пройти мимо и решил спасти эту кроху от печальной участи. Достал "Матильду" и, прячась за кусты и ограждениями, с кошачьей грацией стал подбирался к группе «СВ». Я ничего не чувствовал, когда лишал их жизни. «Матильда» скользила по горлу, словно нож по маслу. Этот взгляд перед смертью, бегущие глаза, не понимающие происходящего, тщетные попытки схватиться за горло в попытке продлить свою жизнь... Они даже не поняли, что случилось. Я перерезал горло одному за другим и направился к главному их группы. Он резко обернулся, пытаясь достать пистолет, но «Матильда» добралась до него первой, вонзившись между глаз, впитывая его теплую кровь.

И только когда последнее тело рухнуло на асфальт, внутри меня что-то щёлкнуло.

— Черт. Зачем я это сделал? Ради кота? — пронеслось в голове. — Я рисковал всем. Патроны, тишина, возможность быть обнаруженным. Чистейший идиотизм.

Я машинально освободил котёнка и дал ему немного еды, «позаимствованной» у членов группы - думаю, они не были бы против. Он съел кусочек вяленой рыбы и так жалобно стал смотреть на меня, ожидая продолжения. Пока я обыскивал тела убитых, забирая пистолет Макарова в неплохом состоянии, экипировку, запасы еды. В голове крутился холодный, отстранённый анализ: ладно, свершилось. Лишний рот, источник шума. Но... тишина сводит с ума хуже любого шума. Возможно, это плата за молчание. Один кусок вяленой рыбы в обмен на иллюзию, что я не совсем ещё чудовище. Сомнительная сделка.

Котёнок терпеливо ждал, никуда не уходя. Я не смог больше сопротивляться перед его чёрным глазёнышами и взял его с собой.

- Надеюсь тебе удобно Мейсон у меня в рюкзаке!

Назвал его в честь собаки моего друга, которую я тоже обожал безумно. Что же, теперь у меня достаточно припасов, чтобы покинуть город и двинуться к своей цели. Остаётся найти транспорт.

15 июня 2027 года. «Астрахань».

Время 8:56

Ночью было прохладно из-за проливного дождя. Мы с Мейсоном забились в чью-то квартиру, которая на удивление сохранилась. Мебель была цела, хоть и покрытая толстым слоем пыли. Хороший знак - значит, тут давно никто не бывал, и можно отдохнуть спокойно.

Сны не давали мне покоя. Я снова и снова вспоминал времена до кошмара. Те славные дни, когда мы собирались с друзьями, курили кальян, пили хорошее пиво и бурно обсуждали всё на свете. Лица друзей всплывали в памяти: Расим, Родион, Слава, Влад, Миша, Вова, Саша…. Как же вы мне нужны. Кто-то погиб в первые же дни ада, кто-то пропал. Надеюсь, хоть кто-то остался еще жив.

Открыв глаза, я увидел, как Мейсон свернулся клубочком рядом и тихо мурлыкал. Я дал ему кусочек вяленой рыбы и приготовил себе завтрак. Позавтракав, снова принялся за главную цель – поиск транспорта.

Время 15:40

Прошло почти шесть часов. Шесть долгих часов. На пути попалась куча черепах, пришлось прятаться по закоулкам, обходить эту ораву. Поняв, что искать автомобиль было бессмысленно, а на велосипеде далеко не уедешь, я решил найти альтернативу. В районе вокзала был магазин "Я МОТО". Если повезёт, смогу найти байк.

О боже! Как же я давно мечтал о двухколёсном железном коне. Представляю, как сяду за руль, вытяну руки и почувствую такой кайф. При одной этой мысли мурашки по коже. Нужно скорее добраться до мотосалона и найти место для ночлега. Ночные прогулки меня не прельщают.

Время 21:30

К сожалению, в мотосалоне не было ничего. Абсолютно ничего. И на что я вообще надеялся? Потерял кучу времени и сил. Уже стемнело, мы с Мейсоном успели забраться в многоэтажку, которая находилась неподалеку. Внутри все разграблено, на лестничной площадке валялись мёртвые черепахи, убитые не так давно, день, а может два назад. Мы укрылись в одной из квартир. Она была вся разгромлена, но выбора не было. Подниматься выше и рисковать встретить кого-то из живых не стал. Люди порой хуже тварей.

Ночевать пришлось без огня, в холодных четырех стенах, под вой бродячих монстров снаружи, что рыщут в поисках еды. На будущее надо будет раздобыть спальный мешок, иначе зиму так не пережить. Я подпер дверь комодом, устроился на диване, прижал к себе Мейсона и, закрыв глаза, стал надеяться на то, что доживу до утра.

16 июня 2027 года. «Астрахань».

Время 9:14

Состояние - паршивое. Ночью кто-то скребся в дверь. После нескольких неудачных попыток попасть внутрь, это существо ушло. Из-за этого я не сомкнул больше глаз, и всю ночь пролежал с пистолетом наготове. Мейсон тоже просыпался время от времени от воя темноликих, но, когда всё стихало, снова сворачивался в клубок и засыпал. Этот маленький чёрный паршивец – единственное, что радует меня в этом чёртовом мире.

После завтрака нужно было обдумать план. Нельзя допускать ошибок и тратить время впустую.

Время 10:40

Наблюдая, как Мейсон исследует квартиру: обнюхивая каждый угол, точит коготки о шкаф, ну и конечно метит территорию, куда без этого. Думал о том - как же ему хорошо. Такой беззаботный, маленький. Его не тревожит, что стало с миром, ему всё равно. Как же я хочу быть на его месте.

Последние полтора часа я решал, к кому обратиться: к Артёму, у которого много транспорта, или к Рамазану, у которого его мало, зато он астраханец и земляк. Но что значит это понятие в наше время? Думаю, что по большому счету ничего. С тобой ведут дела, пока ты полезен. Моё имя знакомо и Артёму, и Рамазану, но Артём был больше заинтересован во мне из-за знания города и постов «ДХТ».

Я сделал выбор в пользу Артёма. Возможно, это будет неправильное решение, и я пожалею о нём. Цели Рамазана благороднее, но я, к сожалению, не верю, что у них получится восстановить город. А ради своей цели я пойду на всё.

Путь к базе недолгий, доберусь примерно за часа два. Но из-за черепах, патрулей «СВ» и бродяг придётся выбрать длинную дорогу: через торговый центр «Три Кота», железнодорожный переход на ул. Куликова, потом через мост Победы, и по улочкам к Кремлю. Именно там, в Кремле, главная база «Степных Волков». Там высокие и прочные башни. Находится Кремль на холме, с которого видно весь город, так что к ним просто так не проберешься.

Не знаю, зачем я веду дневник. Словно рехнулся. Но почему-то становится легче, словно изливаю душу. А может, я и правда рехнулся.

Время 21:57

Денёк прошёл, скажем так, бурно. Проходя мимо ТЦ «Три Кота», я услышал внутри выстрелы. Мейсон заёрзал в рюкзаке, ему не нравился шум. Я предположил, что это стреляются между собой группировки или «СВ» гоняют мародёров. Времени у меня было достаточно, и я решил понаблюдать за исходом боя. Если повезет - поживиться добром, которое останется. В этом нет ничего плохого. Просто выживание.

Чем ближе я подходил к торговому центру, тем сильнее Мейсон шипел и барахтался. Я не придал этому значения, думал, что ему шум не нравится.

Внутри торговый центр был лабиринтом из павильонов. Повсюду - магазины с разбитыми витринами, старые вещи под толстым слоем пыли. Поживиться здесь уже нечем спустя столько времени, но бродяг сюда так и тянет, будто мёдом намазано. По слухам, в начале эпидемии здесь сделали медпункт для больных, и военные завозили кучу медикаментов. Я всегда обходил это место стороной, зная, сколько людей сюда лазило и не возвращалось.

Воздух внутри был пропитан трупным смрадом. Плохой знак. Очень плохой. Выстрелы звучали всё громче. Судя по всему, стреляли двое, и не друг в друга, а в кого-то. Я крался от павильона к павильону, запах и стрельба усиливались. Завернув за угол магазина, я увидел двух людей из «СВ». Они отстреливались от черепах, которых было ужасно много.

Я раздумывал, помочь им или оставить все как есть, как вдруг услышал шипение за спиной. Это Мейсон пытался вырваться из рюкзака и сбежать. В этот миг, пока я отвлекся на кота, с потолка на одного из «волков» спрыгнуло существо. Сначала я подумал, что это темноликий, но оно было меньших размеров и больше напоминало человека. Ростом под два метра, телосложение худощавое, но жилистое. Нижней челюсти не было. Существо повалило его на пол, обвивая конечностями и не давая пошевелиться. Второй «волк» стрелял в него, пытаясь хоть как то помочь. Тварь была невероятно быстрой, уворачивалась от пуль. Тут я заметил, что у неё не четыре, а шесть конечностей. Она перевернулась на спину, прикрывшись телом жертвы, и поползла в сторону черепах.

Позже я узнал, что их прозвали «пауками». Они обитают в просторных зданиях, вроде торгового центра, охотятся и днём, и ночью. Нападают только на людей, когда их не больше двух. Рядом с ними всегда много черепах - это своего рода живой щит и приманка. Пока люди отстреливают черепах, пауки находят идеальное место для атаки.

Я так удивился происходящему, что потерял бдительность. Ко мне подкралась черепаха, схватила и пыталась укусить. Её вонючая пасть клацнула у моего плеча, пытаясь укусить. Я изо всех сил ударил её затылком, развернулся и, выхватив «Матильду», отрубил ей голову одним движением.

Расправившись с ней, я увидел, что черепахи лезут со всех сторон. Если сейчас не уйти, конец будет не только тем парням, но и мне.

Я посмотрел на того парня и то, как он панически пытается их отстрелять. Зачем он это делает? Почему просто не убежит отсюда и не спасет свою шкуру? И тут в голову пришла тупая идея - спасти его. Он ведь из «СВ», и если я это сделаю, это поможет мне получить транспорт у Артёма.

Пока я осторожно подбирался к нему, чтобы он сдуру меня не убил, по потолку полз ещё один паук, который намеревался полакомиться второй жертвой. А может, и мной. Я достал пистолет и, скрепя сердцем, начал стрелять. Как же не хотелось тратить патроны, которые и так на вес золота. Парень обернулся в мою сторону и стоял как вкопанный. Я подбежал, взял его за шкирку и сказал:

- Жить хочешь? Тогда беги за мной!

И для верности дал пощечину. Мы бросились к выходу. Торговый центр превращался в муравейник. Черепахи были повсюду, к выходу пришлось прорываться с боем. Я резал головы черепах направо и налево, в этот день «Матильда» насытилась сполна. Как только мы выскочили наружу, пауки не пошли за нами, а оторваться от черепах не составило труда.

Мы остановились только через минут двадцать, убедившись, что нас не преследуют. Всё это время мы молчали.

Добежав до железнодорожного перехода на улице Куликова, мы сменили бег на шаг. Вокруг было тихо, черепахи копошились в магазине «Пятерочка» и нас не замечали. Я тогда заговорил с ним первым. Спросил, что они делали в том аду.

Его звали Валера. Сначала он просто поблагодарил, голос срывался на хрип. Потом он выдавил из себя рассказ про торговый центр, про базу. Он говорил быстро, сбивчиво, цепляясь за эти детали, как утопающий за соломинку. Я сейчас понял — ему нужно было говорить о чём угодно, только не о том, как его товарища утащило в темноту это... это «паук».

Он шёл рядом, и я запомнил это — он не озирался, как перепуганный заяц. Его глаза бегали, но не от страха, а сканировали местность, как у старого волка. Руки не тряслись. Вообще. А ведь он только что видел, как его напарника разорвали. Значит, он уже через это проходил. Не раз.

Сказал, что он из Одессы. Что там был такой же ад. Может, врал для протокола, а может, и нет. Какая разница. Всем нам «повезло» по-своему. В этом мире «повезло» — не значит «выжил». Это значит — «ещё один день тащить на себе груз чужих смертей». Его напарника. Моих родителей... моей девушки... Этот груз с каждым днём всё тяжелее.

А тогда, на том переходе, глядя на его усталое, но несломленное лицо, я почувствовал... не знаю, как назвать. Не дружбу. Слишком пафосно. Просто понимание, что я не один такой ебанутый, который продолжает бороться, сам не зная зачем. Что есть ещё кто-то, кто тоже не сдался. И эта мысль, чёрт возьми, дала мне больше сил, чем любой допинг.

Постепенно мы подошли к мосту Победы и заметили мародёров, прятавшихся в одноэтажке по ту сторону. Долгих тридцать минут мы прятались и высматривали их. Насчитали троих. На вооружении у них было самопальное оружие, стрелявшее на дальние дистанции, и холодное - топоры, ножи, биты с гвоздями.

Время около пяти вечера, солнце скоро сядет. Нужно было прорываться с боем, до следующего моста далеко, времени нет. Преимущество было в нашей огневой мощи, у них — в численности. Я тогда ещё не знал, что их чуть больше.

Мы с Валерой набросали план атаки и двинулись навстречу мародёрам. Валера был приманкой и изображал из себя простого бродягу, который шастает в округе и побирается всем пригодным для выживания. Я же медленно полз вдоль машин, максимально не привлекая к себе внимания, чтобы подобраться ближе.

Сначала все шло хорошо. Они клюнули на наживку, всё внимание было сосредоточено на Валере. Один уже прицелился из оружия и выжидал хорошего момента. Валера специально бродил так, чтобы в него было трудно попасть с первого же выстрела, постоянно нагибаясь к машинам и делая вид, что он что-то там ищет. Второй вышел из здания и стал медленно подкрадываться к Валере, третий сидел внутри и ждал. Я прополз больше половины моста и заметил, что часть машин стояла странно. К ним были привязаны разорванные на части, но все еще живые черепахи - живая изгородь, через которую не пройти незаметно.

Когда Валера подошёл ближе к концу моста, раздался выстрел, и он упал, рухнул мертвым телом на землю. Я удивился меткости стрелка, и понял, что это расстояние, на которое данное ружье стреляет. Мародёр, который крался к нему, выпрямился, достал топор и пошел к телу, широко улыбаясь, сверкая своими гнилыми зубами. Из дома вышел и второй, крича что-то про хороший день и неплохой улов.

Я продолжал ползти. Моя цель - убить стрелка. Через минуту раздался выстрел из пистолета. Это был Валера. Как говорили в старину: «Валера, настало твоё время». Он притворился мёртвым и выманил второго мародера из укрытия, подпустив его поближе и застрелил. Затем он открыл огонь по второму, который укрылся за машинами с черепахами. Этот чертов ублюдок, перерезал веревки, державшие черепах на привязи, после чего они поползли в сторону Валеры, привлекаемые шумом.

Для меня это был шанс. Стрелок ещё не перезарядил ружьё, а живая преграда была нейтрализована. Я встал и побежал к заграждению. Взобравшись на машину, я застрелил мародёра и направился в здание, чтобы разделаться со следующим. Валера отстреливался от черепах и стрелял по окнам, чтобы отвлечь от меня.

Всё шло идеально, почти так, как мы и задумали. Но едва я ворвался внутрь, понял, что он тут далеко не один. Ещё двое мародеров охраняли вход, вооруженные ножами. Одного я заметил и убил последним патроном точно в голову. Второй без раздумий набросился на меня и пытался заколоть ножом. Я схватил его за руки, не давая ударить. Нужно было срочно с ним разобраться, ведь стрелок уже знал обо мне, и следующая пуля явно предназначалась не Валере. Я ударил своим лбом по его лбу, тем самым выведя из равновесия на секунду, которой мне хватило, чтобы сделать подсечку, и, когда он упал, я вонзил «Матильду» ему в сердце.

Долго не колеблясь, я достал её и побежал по коридору к стрелку. Тот, как раз, в этот момент открывал дверь и начинал целиться в меня. Я побежал что есть силы в его сторону и швырнул «Матильду». Это казалось, в тот момент, отличной идеей, но сейчас я сижу и понимаю - какой я идиот. Я мог запросто погибнуть. Мачете долетело до стрелка, к сожалению, тупой стороной, но дело своё сделало - выстрел был произведен в стену справа от меня. Я прыгнул на него и начал душить. Он пытался сопротивляться, всячески хватаясь то за руку, то за горло, его глаза бегали из стороны в сторону, ища выход из положения, но его не было, и надежда, выйти победителем из битвы, угасала так же быстро, как и жизнь в его глазах.

К тому времени, как я разобрался со всеми мародерами, Валера разобрался с черепахами и подошёл ко мне. Я заметил кровь у него в боку — тот выстрел всё же достиг цели. Валера стойкий парень и не подавал виду что ему больно. Я обыскал здание в поисках припасов, нашёл немного еды и алкоголя. Старая водка «Пять озер» хорошо подошла для обработки раны. Перебинтовав Валеру, мы двинулись к Кремлю.

Мейсон вел себя хорошо, даже не пытался вылезти из рюкзака. Чёртов засранец, знал, что жаренным пахнет и не вылезал. Я был рад, что он не подавал звуков и не выдал меня раньше, чем это было нужно.

Солнце садилось, а нам еще осталось пройти буквально километр, как вдруг, Мейсон зашипел, и, в этот момент, мы услышали вой. Чёртов вой темноликих. Они просыпались и готовились повылезать из своих чертовых нор в поисках добычи. На всех порах мы бежали к кремлю. Когда последние лучи солнца уже скрывались за горизонтом, а вой темноликих был все четче, мы достигли стен Кремля.

Как же он изменился! Всё было увешано ультрафиолетовыми прожекторами, колючей проволокой и штырями по всему примеру. На башнях - снайперы и пулеметчики. Неприступная крепость, к которой лучше не приближаться без веской причины. Валера сказал кодовое слово, ворота открылись, и мы вошли внутрь. Он отвёл меня в свою палатку и сказал, что утром поговорит с Артёмом и договорится о встрече. Следующий день, думаю, будет не менее «весёлым», чем этот.