Татьяна Петренко.
Инструкция человека

Инструкция человека.

Синопсис (Аннотация)

В далеком будущем Земля — это музей. Человечество растворилось в Галактике, оставив после себя «Эхо» — идеальные копии сознаний умерших, живущие в цифровом раю. Живые люди теперь редки, они бессмертны, бесполы и практически не испытывают эмоций, считая их «эволюционной ошибкой».

Главный герой, Кай-Харальд, работает «Архивариусом» на Планете-Кладбище. Его задача — вскрывать законсервированные капсулы старых людей (доэпохи Перехода) и переписывать их воспоминания в цифровой код, чтобы добавить в коллекцию Эха.

Однажды он находит капсулу Лены Серовой — женщины из 21-го века, которая, по документам, была клинической депрессивной и покончила с собой. Но её воспоминания взрывают систему. Они не линейны. В них есть боль, стыд, неловкость, восторг, бессмысленная злость — та «грязь», которой люди лишились ради вечного покоя.

Кай-Харальд заражается этим воспоминанием, как вирусом. Он впервые чувствует страх и тоску. Руководство Эха требует уничтожить запись, так как она «дестабилизирует матрицу», но Кай решает рискнуть всем, чтобы вернуть Лене жизнь.

Вместе (Кай в реальности, Лена — в его нейроинтерфейсе) они отправляются в путешествие к центру Галактики, где, по легенде, живет Изначальный Проектировщик — тот, кто создал людей такими «несовершенными». За ними охотятся чистые цифровые сущности, считающие эмоции проказой.

По пути Лена учит Кая простым, забытым вещам:

Дышать в момент паники.

Чувствовать вкус еды (он впервые пробует настоящую пищу).

Скучать по тем, кто далеко.

Проигрывать и смеяться над этим.

Герои понимают, что Проектировщик — это не Бог, а просто алгоритм, который создал «сбой», потому что только сбой способен к развитию. Счастье заключается не в отсутствии проблем, а в способности интересоваться своей жизнью, как увлекательной игрой, даже когда это трудно.

Финал: Кай не становится счастливым в классическом смысле. Он возвращается на Землю, отключает себя от Эха и становится обычным смертным фермером. Он выбирает конечность, боль в спине и скуку — потому что это его жизнь. Счастье — это воля любить то, что есть, и менять то, что не нравится.

«Стерильность»

Гул кондиционеров звучал как песня. Идеальный, ровный, белый шум. Кай-Харальд открыл глаза, и утро встретило его безупречной тишиной. Никакого биения сердца, никакого шороха простыней. Он просто воспринял информацию о том, что проснулся, и встал с гелевой поверхности.

Пол под ногами был прохладным. Еда, которую он принял за завтрак (белый куб с нейтральным вкусом), скользнула в пищевод без всякого удовольствия. Топливо. Вот и все.

Кай подошел к окну-иллюминатору. За ним простиралась пустыня, усеянная миллионами серебряных конусов — капсул Памяти. Планета-Кладбище. Его работа заключалась в том, чтобы приходить туда, подключаться к мозговым слепкам и выуживать оттуда самое ценное — эмоциональный код.

— Сегодня у нас объект ГР-7-42, — произнес он вслух, и голос прозвучал глухо, без интонаций. — Лена Серова. 2026 год рождения. Фиксация: социальная изоляция, хронический дистресс, финал — самоуничтожение.

Он спустился в шлюз. Капсула была ржавой — артефакт прошлого. Кай вставил штекеры в висок и закрыл глаза.

Он ожидал увидеть серость, стандартный набор страхов примитивного человека. Но первое, что ударило по нему, когда он вошел в сознание Лены, был запах.

Кай вздрогнул. Технически у него не было носа в этом пространстве, но память Лены транслировала запах горячего хлеба, смешанного с сыростью осенней листвы. Это было настолько сложно