Елизавета Зима
Проснувшаяся жизнь

Глава 1

Я заглянула в самую глубину — туда, где прячется прошлое и далёкое детство. Именно там я впервые по-настоящему ощутила своё «я». Мне было пять лет.

Я очнулась после бредовой ночи, в которой тонула то ли в кошмарных снах, то ли в тяжёлой дрёме. Я сильно болела. Высокая температура всю ночь топила моё тело, как в жаркой печи. Мне было очень плохо, больно и тяжело. Организм бурлил, шумел, боролся с недугом. Казалось, этой бесконечной ночи не будет конца.

Но наступило утро. Я открыла глаза. В комнате было светло, и буря наконец стихла. Оглядевшись, я ощутила звенящий покой. В комнате никого не было. Несмотря на то, что у меня была полная семья — мама, папа и младшая сестрёнка, — в это утро я осталась один на один со своим выздоровлением.

Влажная марлевая повязка на шее, которой мама бережно лечила моё больное горло, за ночь высохла и ослабла. Вместе с утренней прохладой в тело понемногу возвращались силы – будто кто-то осторожно вливал в меня теплую воду и каждая капля прогоняла ночную дрожь Ножки еще были слабые и они путались в тяжелом одеяле, словно продолжая удерживать меня в пастели. Я медленно вставала с постели, прислушиваясь к себе: не закружится ли голова, не вернется жар. Тишина в комнате стояла такая оглушительная, что я слышала. как в соседней комнате тикают часы.

Прямо передо мной стоял тяжёлый старинный шифоньер с большим зеркалом во всю дверь. Он был из очень светлого дерева, а зеркальная дверца его была от самого верха, до самого низа, что можно было увидеть себя в полный рост. Я подошла ближе и увидела себя впервые в жизни так осознанно и близко.

На меня смотрела милая девочка. Измотанная за ночь, она всё равно казалась красивой. Пухлые щёчки слегка осунулись, а маленькие губки замерли в удивлении. Светлые вьющиеся волосики мягко обрамляли лицо и будто светились изнутри утренним белым золотом. Огромные сине-голубые глаза смотрели из зеркала так проникновенно, что я не могла оторваться. Я удивилась и подумала: «Это я?»

Белая марлевая повязка на шее не портила картину — напротив, казалась каким-то особенным украшением, дополнявшим серую ткань моей ночной пижамки. В этом отражении я была похожа на маленького ангела в тесной земной оболочке: будто он только что спустился на землю после тяжёлого изнурительного полёта, но сохранил свой чистый небесный облик.

Я стояла перед зеркалом очень долго. Просто любовалась этой незнакомой и красивой девочкой, которая победила ночную бурю. Я впервые знакомилась с собой — и не могла оторваться от этой картины, замирая от восторга перед собственной жизнью, которая только-только начиналась.

Я еще долго стояла у зеркала, привыкая к этому новому «я». А потом, когда солнце уже поднялось выше и его лучи легли на пол, я тихо вышла из комнаты. В кухне пахло чаем, моим любимым с сахаром и пенкой – мама уже была там, готовила блинчики. И мне впервые за долгое время не хотелось прятаться и молчать. Я хотела сказать: « Я проснулась. Я тут».

Позже , много лет спустя, мне снился сон, будто я снова именно в этом возрасте, маленькая, с этими светлыми волосами, стою на вершине огромной башни-туры, очень похожей на шахматную ладью, и сквозь проёмы этой башни вижу землю и далеко простирающиеся цветущие луга,желтые поля и зеленые леса, и еще что-то дальше вдали, может быть голубые реки или большие синие озера. Но мне очень страшно подойти к краю этой башни, и я жмусь к ее каменной кирпичной стене. Но смотрю на всю эту земную красоту и понимаю , как высоко здесь. Но как красиво там.

Потом этот сон много раз приходил ко мне в воспоминаниях и я его пыталась сама расшифровывать.Башня-тура ,как фигура из шахмат, которая ходит прямо по своим ровным линиям - это я сама, которая может говорить и поступать прямо и ровно по тем линиям, которые разрешены. Высота и страх этой высоты - это переживания, которые сопутствуют тем шагам, которые необходимо сделать. Но та земная красота, которая там внизу манит и зовет в ее просторы, которые были видны сверху - это сама жизнь с ее прекрасными пейзажами, зовущими вдаль. И хоть ты боишься, и цепляешься за стену своего убежища, дома в котором живешь, но тебе всё же надо идти туда, в этот большой неизведанный мир. И открывать его для себя впервые, как я увидела себя когда-то впервые и удивилась сама себе, так хе я удивилась и этому миру.