Наташа Петербуржская
Послевкусие

Послевкусие

Мне плакать хочется о том, чего не будет,

Но что, казалось бы, свободно быть могло…

Мне плакать хочется о невозможном чуде…

Желанье страстное мне всё нутро сожгло...

— Это Вы о чём?

— Вспоминаю стихи поэта Серебряного века Игоря Северянина…, и мысленно меняю последнюю строчку...

Наверняка, он думал не только о поэзии, скорей всего имел ввиду всю эстетику времени, блестящий стиль, соединяющий всё между собой — всю гамму чувств и свободы.

- Представьте себе зеркала в чёрных рамах, шкуры, волшебные оттенки цветов, например, от алебастрово-белого в соседстве с фисташковым и чернильным, или в никеле сверкающие столики, с прозрачным, толстым стеклом. А вытянутые, с длинной талией вазы, с неповторимыми линиями тягучести и излома свисающих тюльпанов до самого полу...

А дамы… мечта поэта, в простых фетровых шляпках, без полей, цветов и вуалеток, как полевой колокольчик, с небольшими, опущенными вниз полями. Изыскано и просто. И эти длинные, узкие в бёдрах юбки, которые не позволяют даже сесть в экипаж, выглядят весьма загадочно…

- А мне казалось, что мечта поэта – это дама с вуалеткой… Элегантная вуалетка, под которой скрывается тайна и это привлекает…

Мне плакать хотелось от одной только мысли, что у меня с ним ничего не будет…

Первый раз я увидела его в нашем доме, у нас часто собирались поэты и музыканты, мне было четырнадцать. Гости засиделись до рассвета, перед уходом он пошёл в ванную, оставив свою белую рубашку на кресле, я, будто случайно, провела кончиками пальцев по ней, словно по его телу, потом приблизила к лицу и вздохнула его оставшееся тепло... Вот тогда-то и проснулось во мне то женское начало, когда просыпаются феромоны. ключики желания...