Наташа Петербуржская
Безысходность

Безысходность

Он рано начал писать стихи, рано потерял родителей, с детства тяжело болел и рано умер. А до этого, в полном одиночестве и безысходности, кое-как собрав всю волю в кулак, он шагнул в свою короткую взрослую жизнь. Этот последний его переход во взрослую жизнь, был одним из самых сложных.

Темнело. Опускалась ночь. Сужались дома. Каждый имел свой заострённый угол. Ощущалась взаимная связь, хотя каждый был продолжением незначительной улицы. Дома были выкрашены когда-то в разные цвета, но с годами, краска их одинакого облупилась, и они сравнялись цветом.

Это место таинственное, романтичное, здесь, на пятиконечных углах, обитает дух Петербурга. Говорят, что многим удаётся, оторвавшись от времени и заблудившись в разных эпохах, почувствовать ту особую энергетику и ни с чем несравнимый дух, который позже и привёл его в то кафе.

Пыльные, серые окна первых этажей глубоко вросли в землю и помятые, ржавые карнизы, завершающие их, нередко служили пристанищем нищим бродягам. Он опустился на корточки и спина его благодарно притулилась к острому треугольному выступу оконной рамы, заслоняя от пронизывающего октябрьского ветра, который, казалось, срывал на нём своё дурное настроение.

Ветер преследовал его, единственного в этом замкнутом пространстве, проникал в его изношенную суконную куртку, едва прикрывающую острые колени дрожащих ног. Разжать тонкие узловатые пальцы, скованные холодом, казалось, невозможно. Клетчатый