Акватория двух подъездов
Ярослав Кичало

© Ярослав Кичало, 2026

ISBN 978-5-0070-2628-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Юмористическая повесть Акватория двух подъездов

Глава 1. О том, как лейтенант ещё не офицер

Летом 1987 года в город С. прибыл лейтенант Славин — новоиспеченный и горячий, как булочка из флотской пекарни. Он был одет в военно-морскую форму чёрного цвета.

В штабе флота его встретил капитан первого ранга Поперло. Капитан сидел на столе и сосредоточенно пытался засунуть карандаш в ухо, чтобы проверить, не выйдет ли он с другой стороны.

— Здравия желаю! Лейтенант Славин для прохождения воинской службы прибыл! — гаркнул Славин. Поперло перестал мучить ухо и посмотрел на Славина так, будто тот был говорящим кактусом.

— Тише, юноша. Вы спугнёте мысль. Она у меня одна, казенная. Вы ошиблись дверью, юноша, — печально произнес Поперло. — Здесь штаб флота, а не цирк шапито. Лейтенантов на флоте в природе не существует. Это научный факт, доказанный на последнем съезде гидрографов.

— Как же так, товарищ капитан первого ранга? Вот мои документы, вот кортик, вот я сам — стою, дышу, потею! — возмутился Славин.

— Документы — это бумага, она терпит. Кортик — это холодное оружие, оно блестит. А вы — это временное недоразумение. Идите на корабль и в общежитие, Славин, и попробуйте просуществовать там два года. Если через два года вы не испаритесь, мы признаем факт вашего рождения.

— Я готов служить! — бодро отозвался Славин.

— Мы здесь не служим, здесь мы занимаемся героическим ожиданием пенсии. И помните: если вас съедят чайки, в журнале запишем «самовольное оставление части в вертикальном направлении».

Славин вышел в коридор. В коридоре стояла тишина, прерываемая лишь стуком печатной машинки, которая, казалось, сама собой выстукивала приговор здравому смыслу.

В штабе флота ему дали направление в офицерское общежитие и должность на военном корабле.

На корабле Славину снова повторили:

— Вы, Славин, не офицер. Вы — лейтенант.

— Как же так? — уже без удивления спросил Славин. — У меня и офицерские звёздочки есть.

— Звёздочки есть, а двух лет выслуги нет, — ответили ему.

На корабле Славин страдал от терминологии. Командир корабля, человек с лицом из мореного дуба, кричал по селекторной связи:

— Офицеры и лейтенанты! Прошу прибыть в офицерскую кают-компанию для поедания макарон по-флотски! Славин не выдержал:

— Товарищ командир, разрешите обратиться! Почему «офицеры и лейтенанты»? Разве лейтенант — это не подвид офицера, как карась — подвид рыбы? Командир долго смотрел на Славина, словно тот предложил покрасить крейсер в розовый цвет.

— Видите ли, Славин, — начал он издалека, — карась может стать щукой только в сказках. Офицер — это состояние души, подтвержденное годами выслуги и морщинами на затылке. А лейтенант — это недоразумение в чистом виде. Вы — как недопеченный пирожок: сверху вроде корочка, а внутри — сырое тесто. Ешьте макароны молча и не пытайтесь сломать систему моей логики, она и так держится на честном слове и солидоле.

— И запомните, лейтенант: на моем корабле даже у крыс в трюме должен быть вид лихой и придурковатый! Чтобы враг по одному выражению морд понимал — нам терять нечего, у нас снабжения три месяца не было, мы их живьем съедим!

Однажды в каюту к Славину зашёл командир корабля.

Командир:

— Лейтенант, почему у вас в каюте уют как в камере-одиночке? Где эстетика? Где боевой листок?

Славин:

— Виноват, товарищ капитан первого ранга! Эстетику вчера смыло штормом вместе с левым бортом. А боевой листок у меня в голове — там всего одна запись: Дожить до обеда и не сесть на офицерскую гаупвахту.

Однажды Славин замечает матроса, который пытается тайком пронести на борт какой-то сверток.

Славин:

— Стоять, боец! Что в свёртке? Опять дефицитную колбасу на корабль тащишь? Матрос (бледнея):