# Руки

Анастасия Одегова

Она проснулась от того, что руки уже работали. Пальцы перебирали воздух. Большой водил по подушечке указательного, как по чёткам. В левом кармане пальто лежали чётки из имён. Николай, Степан, Дарья, Вера… В правом — ключи и две монеты. Сегодня она встретила чужого ребёнка. И руки всё сделали сами. Рассказ о том, как тело помнит любовь, даже когда разум уже сдался, о любви, которую хранят руки. Семьдесят лет. Один ребёнок. Чётки из имён.

© Анастасия Одегова, 2026


ISBN 978-5-0070-1926-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Руки

Она проснулась от того, что руки уже работали.

Они лежали поверх одеяла. Пальцы перебирали воздух. Большой водил по подушечке указательного. Туда-сюда. Как по чёткам.

Она села. Спина болела.

Она посмотрела на руки.

Кожа тонкая. Как папиросная бумага. На тыльной стороне — коричневые пятна. Суставы распухшие. Левый указательный палец не сгибался до конца.

Она опустила руки на колени. Ладонями вниз. Никогда не смотрела на ладони.

Она встала. Пол был холодный.

Она подошла к раковине. Открыла кран. Подставила ладони.

Вода была холодная.

Она мыла руки. Долго. Тёрла мылом. Смывала. Снова мыла.

Потом выключила воду. Руки стали красные. Мокрые.

Она вытерла их о подол ночной рубашки.

Надела пальто. Старое. Тяжёлое. В левом кармане лежали чётки. В правом — ключи и две монеты.

Она вышла.

Дверь скрипнула.

В часовне холодно.

Она пришла, когда ещё темно. Фонари уже потушили. Свечи не горели. Никто не зажигал их три года.

Она села на скамью у стены. Так можно опереться спиной.

Сначала просто сидела. Смотрела в темноту.

Потом достала чётки.

Деревянные. Краска облезла. Шарики гладкие — как рыбья чешуя.

Она взяла их в руки. Пальцы сами нашли первый.

— Марфа, — шепнула она. Губами. Без звука.

— Елизавета.

— Андрей.

— Анна.

Пальцы не сбивались. Имён много.