# Жизнь как нейросеть

Владимир Благих

Молодой учёный пытается расшифровать Бога через нейросети, сенсоры и энцефалограмму — но везде получает шум. А потом старик говорит ему: попробуй не расшифровывать, а просто чувствовать. Что, если жизнь сама — нейросеть, которая выдаёт идеальные ответы, но мы их не читаем, потому что привыкли требовать доказательств? Четвёртая часть философской притчи о доверии, любви и о том, что иногда достаточно просто любить.

© Владимир Благих, 2026


ISBN 978-5-0070-1096-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Был поздний вечер. За окном уже давно стемнело, и только фонари отбрасывали на мокрый асфальт жёлтые, чуть дрожащие круги. В кабинете горела настольная лампа, и её свет выхватывал из темноты знакомые предметы: стопки журналов, потёртую икону на стене, чашки с недопитым кофе. Молодой исследователь сидел не на своём обычном стуле, а на подоконнике, поджав колени к подбородку. Он смотрел в окно и молчал. Старик не торопил его.


— Я тут экспериментировал, — наконец сказал молодой. — С нейросетью.

— О, — старик отложил книгу. — И как успехи?

— Я пытался загрузить в сеть все свои вопросы о Боге. Все тексты, все молитвы, все сомнения. И получить ответ.

— И получил?

— Нет. — Молодой повернулся, и в его глазах горел тот странный огонь, который бывает у человека, нашедшего новую загадку. — Сеть выдала какофонию. Смесь всех возможных ответов сразу, неразличимый шум. Как будто она захлебнулась информацией — не остановилась, а попыталась сказать всё одновременно.

— Почему «выдала шум», а не зависла? — спросил старик.

— Зависание — это когда сеть не может обработать запрос и останавливается. А здесь она обработала, но на выходе получилась бессмысленная смесь. Это как если бы ты спросил у человека, который говорит на всех языках мира одновременно, и он ответил бы тебе хором из тысячи голосов. Ты услышал бы не слова, а какофонию. Нейросеть не зависла — она захлебнулась в избытке собственных вычислений. Она выдала слишком много, а не слишком мало.


Старик медленно кивнул, взял свою чашку, сделал глоток — кофе давно остыл, но он не заметил.


— Я увеличил тактовую частоту, добавил памяти — результат тот же. А потом я понял.

— Что?

— Что если Бог действительно существует, Он транслирует информацию непрерывно. Но наши органы чувств — как старый модем. Они не успевают. Мы получаем пакеты данных, но не можем их распаковать.

— Почему тогда тишина, а не треск? — спросил старик. — Почему не помехи, не обрывки, не «то густо, то пусто»?

— Потому что несовпадение частот может давать разные эффекты, — молодой встал с подоконника и заходил по комнате. — Если ты чуть-чуть не настроен на волну, ты слышишь шипение, обрывки, иногда прорывается голос. А если ты вообще не на той частоте — ты слышишь только тишину. Не потому, что сигнала нет, а потому, что твой приёмник не туда смотрит. Наши органы чувств — они не просто медленные. Они вообще работают в другом диапазоне. Мы пытаемся поймать Бога на волне зрения, слуха, осязания — а Он, может быть, вещает на волне любви или смысла. Наш «приёмник» не рассчитан на этот диапазон. Поэтому — тишина.