Наташа Петербуржская
Месье Топоркофф

Месье Топоркофф

Когда тебе двадцать три года и у тебя лёгкое придыхание от счастья, и походка, летящая по облакам, и перед тобой Париж с возможностями о которых ты даже мечтать не можешь, и не представляешь их, потому что из твоей страны никто никуда не летает…

Можете себе такое время представить?

Многие не могут, а те, кто помнил, увы не смогут ответить…

Не знаю куда лечу, но чувствую, мечтаю, переполнена предвкушением.

Есть такой редкостный для неба цвет, терракот. Вот этим цветом солнце опускалось между сиреневых прожилок утончённых облаков и будучи уже совсем низко над Парижем, меня встречало.

И господин высокий и худой, с особой статью русского белогвардейского офицера, только в годах, что его не портило, потому что и выправка, и честь при нём оставались. Мягко и уютно сидело тёмно – синее, длинное

ратиновое пальто, с большими накладными карманами, легко подвязанное широким поясом. И оттеняло эту тёмную синь блестяще-белая седина, демонстративно ухоженная, и безупречной голубизны ясные глаза, смотрели на меня вместе с испитым порочным лицом, но всё ещё значительным.

Меня предупредили, что встретит некой господин из предыдущего поколения известных писателей, таких как Д. Мережковский, З. Гиппиус, В. Иванов.

- Месье Топоркофф, - представился он, протянув мне тёплую большую ладонь, ровно вошёл в мою и сверху накрыл своей, мягко, нежно, по-отечески. И сразу то напряжение, которое могло бы быть от незнакомого господина, до меня не дотронулось.

Он посмотрел мне в самую середину глаз и сказал: