Григорий Ивашкевич
Мысли

Мысли

1.

Эрудиция нужна, чтобы не мешать подсознательному хаосу. Хаос — это энергия, которую наполняет эрудиция. Личность — это этот хаос — естество, и всё подсознательно. Важно, очень важно наполняться правильными вещами. Чтобы не было ассоциативного сопротивления, и ограничений хаоса, когда надо быть естественным

2.

Образы в голове — то, что истинная структура. Явление истинной структуры. Когда человек напитан каловыми массами - ему трудно это оправдать. Вернее, - невозможно, перед знатоками. Бюрократия - своего рода переводчик между разными образами. Однако, какая же бессмыслица - какой в этом смысл? Когда в высоком искусстве, самом высоком - главное передать образ

3.

Оборванная бюрократией мысль ощущается, как оборванные провода с сочащимся электричеством.

4.

В попытках передать, мы утрачиваем попытку ощутить

5.

Если мысль не прикрыта шалью неведения - она не имеет смысла. Лишь закрывая глаза на очевидные моменты мысль имеет смысл. Это и есть чувство - искусство, - закрытие глаз на очевидные моменты

6.

Умея ловко и искусно распоряжаться словами - ты теряешь умение ловко и искусно это делать, ничего не говоря

7.

Даже не знаю, как лучше — написать, как чувствую и ничего не понять из написанного бюрократически, зато понять чувством, или же максимально понятно написать бюрократически, но ничего при этом не почувствовать...

8.

Откровенное чувство понятно только автору

9.

Читатель, читая автора, включает бюрократический переводчик. Особый слушатель включает чувственный слух

10.

Лицемерие закрывает чувство. Лицемерие - переводчик, - способ общения между лицемерами. Если бы каждый открывал чувство - где была бы дисциплина?! Бардак!

11.

Чувство - потенциальная энергия бюрократии. Бюрократия - потенциальная энергия чувства

12.

Только чувство имеет смысл. Но невозможно друг друга понять на одном лишь чувстве. "Только бюрократия имеет смысл" - Но невозможно друг друга понять на одной лишь бюрократии. Абсолютные значения у абсолютно каждого человека различаются. И равны. А зачем же тогда в принципе нужна бюрократия, если и с ней нет понимания? Если нет понимания и в дихотомии, и в её отсутствии. Жизнь - это лишь метание из одного вопроса в другой. Ответа мы никогда не получим. То, что когда-то получим - это утопия. Утопизм. Однако, любые абсолютные идеи - истина. Любое бесконечное достижение абсолюта - ложь. Любой априори имеющийся абсолют - истина. Однако, истина защищается только на агрессии. Как и писал Ницше - каждый философ лишь пытается продать свою ни на чём не обоснованную истину. Сам факт принятия за истину чего-либо - уже абсурд. Любое заявление - абсурд. Любое действие - абсурдно. Узнав правду, ты не захочешь жить. Однако, покопавшись ещё глубже - ты и умереть не сможешь. Парадоксальность заключается в том, что всезнающий жить не может. Однако, если человек всё знает - то почему же он ещё живёт. Как мы вообще можем думать о таких истинах? Как мы додумались о нематериальном, будучи материальными? Материальное не может мгновенно исчезнуть. Ибо, переводя на обычный язык - оно бы уже исчезло в любой момент. Любое утверждение абсурдно. Ведь мы живём не на статичном фундаменте, следовательно - его и фундаментом назвать нельзя. А любая статика - это иллюзия, вызванная слепотой. Любое утверждение абсурдно. Ибо у нас нет твёрдого фундамента, который никуда не движется. Земля движется вокруг Солнца. Солнце вокруг Галактики. Галактика - вокруг Вселенной. Вселенная - до незримого предела. В наивысшей истине всегда встаёт вопрос между скептицизмом и психическим заболеванием. И где же истина? Тут никто за себя не отвечает. Ибо лишь эйфория способна загнать в такие выси. А истина в выси или нет - тоже никто не скажет. Кто знает, может в попытках докопаться до истины, мы просто копаемся в шахте лжи? А умнее всех тот, кто вообще ничего не делает.

13.

Размякнув, хлеб никогда не поймёт, что он размяк. Ведь у него размякнут структуры понимания - в этом и кроется вся проблема истин.

14.

Когда ты сам за себя, ты даже не сможешь ответить - сумасшествие - это истина, или нет?

15.

Оставь человека одного, о чём он будет думать? Неужели о догматизме? Общество - массивная структура. Она не произошла из воздуха. Сущность - кирпичик всего этого. Здесь нет смысла разбираться во входе и выходе. - Это природа, дихотомическая природа. Как каждый рождённый виноват в закрепощённости общества, так и общество виновато в закрепощённости каждого рождённого. Потенциал - единственное, за что можно зацепиться. Как писал Шопенгауэр - только в личном разговоре можно узнать истинную натуру человека. Обнажив его от кожуры общественных предубеждений. Другой вопрос: что настоящее: целый мандарин, или мандарин без кожуры. Едим мы без кожуры. А любуемся - с кожурой. Так и с обществом.

16.

Гениальность - это предубеждения? Каждый гений рос в предубеждении того, что он гениален? Неужели, гениальность - это предубеждения, вызванные опухолью в голове каждого гения. Опухоль предубеждений, что мы приняли за истину, по доминантности и зависти. Опухоль, что даёт предубеждения. - Мозг.

17.

Предубеждённый заставит тебя сомневаться в том, что ты прав, будучи отказавшимся от предубеждений

18.

Отказ от предубеждений - это предубеждение?

19.

Лишь близость даёт нам "смысл". Мы думаем, делаем, чувствуем то, что ближе к нам. С рождения предопределённой структурой тела. И мозга, что за него отвечает.

20.

Отказавшись от бесконечных предубеждений, что мы на самом деле оставим?

21.

Чем более развит мозг - тем больше в нём предубеждений

22.

Мозг, что чист от бредней - это тот, что отсутствует

23.

Для нигилизма много мозгов и энергии мозга не надо. Нигилизм "отупляет". Но отупление - это лишь определение, выведенное озабоченными. Теми, что предубеждены мозгом.

24.

Тебе никогда никто не скажет, что правда. Единственное, что тебе скажет человек - это то, к кому он ближе. Единственное, что он может сказать. Ведь без близости - он сказать ничего не может.

25.

Предубеждения строят мировоззрения. Вернее, - мир.

26.

"Ты должен быть естественным" - фраза, засевшая у меня в голове. Фраза, от которой есть, исходят все проблемы бытия.

27.

Единственное, что даёт смысл - это мания. Если бы не было маньяков, стремящихся к жизни - не было бы и самой жизни

28.

Смысл задаётся по критериям

29.

Мы делаем то, что нам ближе. Если нам ближе всё, если мы понимаем всё - человек разрывается. Ах! Лучше бы я ничего не понимал, чем понимал всё! Хотя, это, в сущем, — одно и то же. - Только подтверждаю свои слова!

30.

Антидогматиком быть невозможно

31.

Любую ерунду можно сказать. Чтобы поверили - главное говорить громко. Поставленно. Это будет вера фенотипическая, не искренняя, связанная с подчинением. Искренняя вера всегда обходит такие вещи, как социальное подчинение. На самом деле - тебе никто не поверит. Сделают вид, что поверят. Но не поверят. А искреннее поверить могут только тогда, когда после криков пошли к тебе. Но и тут человеческая натура и социальные отделы мозга берут верх. Часто. Ибо это уродливое, неестественное подчинение. Естественное происходит без резиста - этим оно очень просто отличается от неестественного. И искренне поверил тебе человек или нет - определяет время. Снятие репрессий - социального давления. Если искреннее поверил, - ты можешь даже шептать на ушко, - он всё равно пойдёт за тобой. Громкость нужна для того, чтобы найти искреннего. Ведь изначально - это просто охват. Затем постепенно отслаивается ненужное, пока не получается искреннее понимание. Воронкообразный процесс объединения искренних согласий. Массы никогда не могут быть согласны истинно. Ибо таких отделов, как "мнения" - у них в мозге нет. И остаётся только то, кто громче звучит - социальные отделы мозга.

32.

Более развитыми признают социальных животных именно потому, что большая часть населения - социальные животные. Это лишь давление со стороны им подобным. Видовая борьба индивидуалистов и антииндивидуалистов. Менее популярно мнение о том, что более развиты индивидуалисты именно потому, что индивидуалисты менее популярны. Индивидуалисты редки, гораздо менее распространены, из-за чего их мнения куда более уникальны. Момент сакрализации, - ну а как иначе? Не защищать себе подобных невозможно. Однако, не противоречит ли это индивидуализму?