Наташа Петербуржская
Капеллина

Капеллина

Вы вошли в мою жизнь кинжалом,

Среди мраморных статуй одна

И глаза ваши чёрные, ядом,

Окропили всю душу до дна.

Она стояла узкая в плечах и такая же узкая в бёдрах, в дорогом обтянутым тонким чёрным сукном костюме, маленькая белая стойка, похожая на монашескую, обрамляла высокую шею, а дальше, чёрная шляпа капеллина с огромными полями, мягкого фетра, с круглой тульей, я никогда не видел, чтобы так прекрасно вписывалась шляпа в образ этой вытянутой изящной женщины…

Долгий взгляд её останавливался то на Венере Милосской, то переходил на Капитолийскую. Я неслышными шагами подошёл к ней, она услышала и обратилась, как к старому знакомому.

А для меня она тоже была уже знакомой, я сразу влюбился, едва встретив её агатовых глаз парчу и наблюдал за ней, сопровождая тайно, но не отступая и даже уже написал

этот приговор себе…

- Вам какая больше нравится…

- Мне из чёрного мрамора, в ней загадка и формы, утончённые...

- А я вижу Вы знаток...

- Для ослепительной красоты не нужно быть знатоком …

- По моему нраву, если уж ты скинула одежды, но излишняя застенчивость не уместна, поэтому Милосская.

- Вы правы, Капитолийская неуместно прикрывает руками причинные места, ну это задумка автора, раздеть и одновременно тушеваться

- Убедить меня в чем-то трудно, я никому и ничему не верю…

- И стало быть, легко с эти жить…