Игорь Блинов
Смотр строя и песни

«Когда поют солдаты – спокойно люди спят»

Из песни.

Отдельно взятый смотр строя и песни в одном из подразделений

Вооруженных сил СССР.

Песня! Трудно переоценить значение для людей стихов, положенных на музыку. На свете столько песенных жанров, столько исполнителей, столько песен, что говорить об этом в одном рассказе, даже не стоило бы и браться. Но я хочу обсудить тему солдатской песни, зачастую исполняемой «певцами-любителями», под аккомпанемент ударов солдатских сапог по платцу, в лучшем случае.

Солдатская песня – это, конечно, хоровое пение, иногда с солистом, так называемым походным запевалой. Но всегда это хор. И звучит песня громко, мощно.

Для чего солдатам песня!?Не всякая она может быть исполнена солдатами, не только из-за неподходящего текста, она еще должна соответствовать ритму марша какого-либо воинского подразделения, строевого или походного. Солдаты не поют стоя на месте, если это, конечно, не образцовый армейский хор. Но, давайте условимся, что идет не о показательных выступлениях, а об обычных солдатских буднях, где им приходится служить, то есть выполнять тяжелую, однообразную мужскую работу, изо дня в день. Вдали от дома, от родных, от любимой девушки, когда и петь то не сильно хочется, а надо. Солдату то и песня нужна, как мне кажется, чтобы поднимать время от времени настроение, взбадривать дух и показывать гражданским людям, что все в порядке. Если, мол, люди по долгу службы, обреченные на всяческие тяготы и лишения поют, значит мирным гражданам не о чем и беспокоиться.

Помню, как мы по окончании учебного пункта, проходили экзамены. Сначала бросали гранаты по танку, потом занимались пограничным поиском, то есть ловили учебного нарушителя государственной границы, а в довершение экзамена нам предстоял переход на двадцать пять километров. Это означало, что нам предстояло пройти двадцать пять километров зимой, по полной боевой выкладке, то есть нести на себе автомат, противогаз, вещмешок и к тому же одеты мы были очень тепло. Здесь и валенки, и спецпошив, а именно теплый комбинезон, куртка, которые выполняя свою главную функцию сохранения тепла, весили довольно много. И идти нам предстояло не по шоссе, посасывая сушку, а по снежной целине и без лыж. Скорость форсированного марша 9 километров в час! Шагом марш и потопали! Кто хочет полнее представить, что это такое – может проделать что-нибудь подобное, а кто не осмеливается, то пусть поверит на слово, что это не так просто.

В книге о великом русском полководце Суворове А.В., упоминалось, что его чудо-богатыри, в сутки проделывали до 50 верст. Веста это что-то чуть больше километра. Так вот им это в заслугу ставили. Зимой тогда войны, как правило не велись, правда их ружья весили побольше, чем наши АК-74, но все-таки.

В общем сказать, непростое это было испытание. Сзади нас ехал гусеничный транспортер, на тот случай, если кто-то не выдержит марша., чтобы подобрать, выбившегося из сил. К чести, сказать, что таковых не было совсем. К тому же, у Суворова было правило- «голова хвоста не ждет!», а нам не давали растягиваться. Голова то не ждала, да вот хвосту отставать не разрешалось. Впереди, как правило шли «дылды», у которых шаг был полтора аршина, а позади были солдаты ростом поменьше, иногда значительно. И им, чтобы поспевать за впереди идущими, зачастую приходилось переходить на бег. А кто виноват – надо было морковку кушать! Короче говоря, когда вдалеке показались казармы, идти стало веселее. Для всех нас, сильно измотанных в этом переходе, было полной неожиданностью, когда прозвучала команда нашего «старлея»: «Песню запевай!» Мы, было опешили и подумали, что он шутит, но он выкрикнул: «Не слышу!» и понимая наше недоумение, пояснил: «Подразделение должно прийти к месту назначения боеспособным, а что лучше может доказать боеспособность подразделения, как ни залихватская солдатская песня!»

Вот те «на». Тут язык на плече, как у собаки. Ни одной сухой нитки на нас нет от пота, промокли внутри и снаружи. Лично у меня, тогда чернила в комсомольском билете растеклись, а тут песню запевай! Но командир настаивал. Запели. Сначала вяло, отдельные голоса, потом бодрее и уже все вместе. К расположению части мы уже подходили бодрые и веселые. Песня творит чудеса.

Но не о переходе речь. После учебки нас, нескольких новоиспеченных радистов, отправили проходить службу в одной и погранкомендатур на узле связи.

В состав погранкомендатур входило три подразделения. Поэтому у нас существовала некоторая кастовость, негласное соревнование между подразделениями, несущими различные виды службы. Есть там и боевые подразделения, несущие непосредственно охрану границы с оружием в руках. Есть и тыловые, так называемый «обоз». Они, хоть и машут зачастую не штыком, а лопатой, но стрелять и бегать обязаны не хуже остальных. Связисты, были своего рода, интеллигенцией. Отбор туда шел из тех призывников, кто учился в техникуме или институте, поэтому отношение к нам со стороны других военнослужащих срочной службы было несколько предвзятое. Скажем честно, недолюбливали они нас и поэтому не упускали ни одного шанса насолить и после порадоваться нашим трудностям. Хотя, если у кого заканчивались папиросы, то все к нам шли и не гнушались курить «интеллигентские».