Мелоди Лейн
Похищенная Богом Грома

Глава 1. Выбор Громовержца. Ваджрапани

Эоны сменяли друг друга, словно песчинки, пересыпаемые в часах вечности. Я видел рождение и гибель звезд, взлет и падение целых цивилизаций смертных. Их короткие, суетливые жизни были для меня не более чем узором на ковре времени - красивым, но мимолетным. Их молитвы, их страхи, их любовь - все это было лишь фоновым шумом, тихим гулом, сопровождавшим мое бессмертное существование в небесных чертогах. Я, Ваджрапани, Повелитель Грома и Хранитель Дхармы, давно разучился удивляться.

До этого дня.

Сейчас, стоя в центре своих покоев, где воздух соткан из озона и предгрозовой тишины, я смотрел на нее. На свое безумство. На свой каприз, обретший плоть и кровь.

Она стояла у огромного, во всю стену, проема, за которым клубились перламутровые облака, и казалась такой крошечной, такой неуместной в этом мире изначальной силы. Смертная. Девочка. Ее простая деревенская одежда - выцветшая зеленая гхагра и короткая чоли - выглядела жалко на фоне полированного обсидиана пола и золотых колонн, обвитых гирляндами из драгоценных камней. Но сама она Она была ярче любого самоцвета.

Я похитил ее час назад. Или, может, прошла уже вечность? Время здесь течет иначе. Для меня это был один удар сердца, один разряд молнии. Я увидел ее внизу, в мире людей, у реки. Она собирала цветы лотоса, и ее смех, чистый и звонкий, донесся до самых небес, пробившись сквозь песнопения апсар и гул божественных советов. В тот миг что-то во мне, древнее и забытое, встрепенулось. Это было не желание, не похоть, которые так легко утолить с любой из небесных дев. Это была... необходимость. Потребность обладать этим светом, этим смехом, этой хрупкой жизнью.

Молния моей страсти не могла больше ждать. Я спустился, окутанный вихрем, и забрал ее прежде, чем она успела вскрикнуть.

Теперь она стояла спиной ко мне, обхватив себя тонкими, загорелыми руками. Ее плечи дрожали. Пышная копна иссиня-черных волос, растрепавшихся во время похищения, ниспадала по спине, контрастируя с ее испуганно-бледной, хотя и смуглой от природы кожей. Она боялась. Конечно, она боялась. Священный ужас, который я видел в ее огромных карих глазах, когда мое лицо возникло перед ней, до сих пор стоял перед моим взором. Это был страх не перед разбойником, но перед явлением божества, перед силой, способной испепелить.

Я сделал шаг. Каменный пол не издал ни звука под моими босыми ступнями, но она почувствовала. Ее спина напряглась еще сильнее, превратившись в натянутую струну.