Александр Петляков
Тени Серых

Глава

Глава 1. Серебряный Шрам

Серый ветер над бывшим Разломом теперь был тёплым. Он нёс запах травы, дыма костров и далёкого моря. Тонкий серебристый шрам — всё, что осталось от великой трещины — едва заметно пульсировал, словно живое сердце мира.Кайрен Вольфгар стоял на краю шрама, как делал почти каждый день последние десять лет. Его волосы полностью поседели, но фигура оставалась прямой и мощной. Пепельный Клык висел за спиной — теперь это был не просто меч, а символ. Глаза — спокойного стального цвета.Рядом стояла Лираэль. Её серебристо-золотые волосы были заплетены в длинную косу. На лице появились первые тонкие морщинки, но глаза оставались яркими — с чёрными искрами, которые вспыхивали, когда она смотрела видения.

— Он снова зовёт, — тихо сказала она. — Эш.

Кайрен кивнул.

— Знаю.

Мальчик вырос. И теперь хочет ответов, которых у нас нет.Из-за холма показался всадник. Высокий, стройный, с длинными пепельными волосами, заплетёнными в воинские косы. Эш. Ему было двадцать четыре. Он уже не был тем озлобленным мальчиком. Теперь это был Серый Лорд — лидер нового поколения, тех, кто родился после затягивания Разлома.Он спрыгнул с коня и подошёл. В его глазах горел тот самый серый огонь, но теперь в нём было больше вопросов, чем ярости.— Стражи, — сказал он вместо приветствия. — На востоке снова неспокойно. Молодёжь собирается в культы. Они называют себя «Цветными». Хотят разорвать шрам и вернуть миру «настоящие» цвета. Свет или Тьму. Без серого посредника.Лираэль вздохнула.— Мы знали, что это случится. Равновесие всегда кажется тюрьмой тем, кто его не выбирал.Громар вышел из-за обелиска. Орк сильно постарел — седая борода, шрамы, но голос был всё таким же громовым.— Я говорил вам пятнадцать лет назад — нельзя всех загонять в серую середину. Кто-то всегда захочет крайности.Кайрен посмотрел на Эша.— Что ты предлагаешь?Эш помолчал.— Я хочу пойти к ним. Поговорить. Если не получится — остановить. Но не как вы когда-то — силой. А по-другому.В этот момент земля слегка дрогнула. Из серебристого шрама поднялся тонкий столб дыма. Зарак материализовался — теперь он выглядел почти как живой старик.— Это не просто бунт молодёжи, — сказал он. — В руинах под шрамом проснулось нечто древнее. То, что боги спрятали даже от Разлома. «Пустота». Сила, которая хочет стереть все цвета вообще. И «Цветные» могут случайно её освободить.Кайрен и Лираэль переглянулись.— Значит, снова в путь, — сказал Кайрен.Эш кивнул.— На этот раз — вместе. Но по-новому.Громар усмехнулся.— Ну наконец-то. А то я уже начал скучать по хорошей драке.Они вчетвером (пятеро, если считать Зарака) посмотрели на восток, где уже собирались первые костры «Цветных».Новый Разлом назревал. Не в земле — в сердцах людей.

Глава 2. ЦветныеОни вышли на следующий день на рассвете — небольшой, но крепкий отряд. Кайрен, Лираэль, Эш, Громар и Зарак, который парил рядом бесплотной тенью. С ними шли ещё несколько Серых — молодых воинов, которые выросли под защитой шрама.Дорога на восток вела через земли, которые когда-то были нейтральной полосой. Теперь здесь выросли новые поселения. Некоторые деревни встречали их с почтением, другие — с настороженностью, а третьи — с открытой враждебностью.В одной из таких деревень, называвшейся Красный Ручей, их уже ждали.Когда отряд вошёл на центральную площадь, вокруг собралась толпа. Молодые люди — многие из них едва старше Эша — были одеты в яркие одежды: кто-то в красное, кто-то в синее, кто-то в ослепительно-белое. На шеях у них висели амулеты с осколками цветного стекла.Их предводительница — девушка лет двадцати с ярко-рыжими волосами и горящими глазами — вышла вперёд.— Стражи Серого шрама, — произнесла она с презрением. — Пришли уговаривать нас жить в вашей серой могиле?Эш шагнул вперёд. Его серый плащ резко контрастировал с яркими цветами толпы.— Я не Страж в том смысле, в каком вы думаете. Я — Эш. Один из вас. Рождённый после Равновесия. И я пришёл поговорить.Девушка (её звали Алия) рассмеялась.— Поговорить? Пока вы держите шрам закрытым, мы не можем быть собой! Я хочу чувствовать настоящий огонь! Настоящую страсть! А не эту серую тоску, которую вы называете миром!Кайрен молча наблюдал. Он видел в глазах молодых ту же ярость, которую когда-то видел в глазах Эша.Лираэль мягко заговорила:— Мы не запрещаем вам чувствовать. Мы просто не даём миру снова разорваться. Если шрам раскроется— То наконец-то будет настоящая жизнь! — крикнул кто-то из толпы.Эш поднял руку. Серое пламя мягко вспыхнуло вокруг него — не угрожающе, а демонстрируя.— Я могу показать вам, что такое настоящая сила без разрушения. Но если вы освободите Пустоту, которая спит под шрамом, не останется никого, кто сможет почувствовать хоть что-то.Алия прищурилась.— Пустота? Ещё одна сказка Стражей, чтобы держать нас в страхе.В этот момент земля слегка дрогнула. Издалека, со стороны старых руин, поднялся тонкий чёрный столб — не серый, а абсолютно чёрный, поглощающий свет.Зарак мгновенно материализовался.— Она просыпается. Пустота уже чует их.Громар схватился за топор.— Похоже, разговор окончен.Толпа «Цветных» начала окружать отряд. Некоторые достали оружие — кристаллы, которые могли поглощать серую магию.Эш посмотрел на Кайрена. Тот едва заметно кивнул.Мальчик (уже давно не мальчик) поднял руку. Серое пламя вырвалось вперёд, но не для атаки — для защиты. Оно создало барьер между двумя сторонами.— Я не хочу вас убивать, — громко сказал Эш. — Но если вы освободите Пустоту, я остановлю вас. Даже если для этого придётся стать тем, кого вы ненавидите.Алия смотрела на него долго. В её глазах мелькнуло сомнение.— Тогда докажи, — сказала она наконец. — Пойдём с нами к руинам. Посмотришь сам. Если Пустота — это зло, мы отступим. Если нет — вы отступите.Кайрен и Лираэль переглянулись.— Опасно, — тихо сказала Лираэль.— Но иначе они не поверят, — ответил Кайрен.Эш кивнул Алие.— Мы идём.Громар тяжело вздохнул.— Опять в самое пекло Люблю.Они двинулись дальше на восток — теперь уже вместе с группой «Цветных». Два мира, которые когда-то были врагами, шли рядом. Но напряжение висело в воздухе, как перед грозой.А в руинах впереди чёрный столб становился всё толще.Пустота ждала.