# Все на меня смотрят

Лина Верекс

Аня любит петь перед зеркалом, надевать самую яркую юбку и представлять себя актрисой прямо у себя в комнате. Когда в школе открывают театральную студию, она записывается одной из первых.

Потом она пишет на доске слово «жираф» с одной ошибкой. Кто-то за спиной смеётся. С этого дня Аня начинает замечать то, чего раньше не замечала: чужие взгляды, паузы, смешки — и вечером, в темноте, они почему-то становятся длиннее и громче, чем были на самом деле.

Никто не объясняет Ане, что с ней происходит. Она сама, по кусочкам, замечает. Оказывается, не только она следит за собой так пристально.

Книга о девочке, которая учится не смелости, а вниманию — и постепенно находит способ отличать то, что происходит на самом деле, от того, что ей только кажется.

Для детей 6–8 лет и их родителей.

## О книге

Серия: «Мне кажется», книга 1 из 10

Возраст читателя: 6–8 лет

Жанр: современная реалистическая детская повесть

Основная тема: страх оценки окружающих, социальная тревога, эффект прожектора

Ключевая идея: смелость — это не отсутствие страха, а способность делать маленький шаг вперёд, когда страшно


Вопросы, которые разбирает книга на уровне сюжета:

откуда берётся уверенность «все на меня сейчас смотрят»

чем обычная ошибка отличается от того, во что она превращается вечером в памяти

почему ребёнок иногда отказывается от того, чего сам хотел, — из-за воображаемой реакции других

как замеченное чужое волнение помогает иначе увидеть собственное

почему одна настоящая неудача не отменяет накопленных маленьких решений


## Глава 1. Обычный день

Аня проснулась рано. Солнечный луч пробрался сквозь штору и нагрел пол у самой кровати. Стоять на нём босиком было приятно и тепло, прямо как летом. Аня спрыгнула на пол.

На кухне пахло жареным тестом — так вкусно, что сразу захотелось есть. Папа ловко переворачивал оладьи на сковородке.

— Доброе утро! — папа шлёпнул на Анину тарелку самый горячий оладушек.

Аня полила его сладким сиропом. Он был густой и медленно растекался по тарелке. В школу сегодня не надо, можно было никуда не спешить. Но оладушек был такой вкусный, что исчез за минуту.

В своей комнате она распахнула шкаф. Здорово, когда можно самой выбирать, в чём ходить. Аня достала жёлтую юбку. Если в ней подпрыгнуть, она пышно разлеталась в стороны. К юбке отлично подошла красная футболка со смешным зубастым динозавром.

Аня подошла к зеркалу. Взяла со стола массажную расчёску и крепко сжала её в кулаке. Теперь это был её микрофон. Аня набрала в грудь побольше воздуха и запела так громко, что сама немного удивилась.

Она сделала смелый шаг вперёд. Юбка пышно взлетела и громко зашуршала: шур-шур-шур! Аня кружилась по комнате, пока песня не закончилась. Переводя дыхание, она раскинула руки и низко, до самого пола, поклонилась. Сначала старому стулу. Потом — большому шкафу.

Расчёска вернулась на стол. Аня улеглась животом на тёплый пол, достала чистый лист и коробку фломастеров. Взяла красный. Нарисовала по краям толстые волнистые шторы. Жёлтым натыкала круглых ламп под самым потолком. На бумаге появилась сцена.

Вчера они с родителями были в театре. Аня вспомнила, как приятно пахло кофе в буфете и каким глубоким было её кресло. А потом прозвенел звонок. Большие лампы погасли, зал стал совсем чёрным. Все зрители в зале замолчали. И Аня тоже, она даже дышать перестала — до того стало таинственно.

Красный занавес пополз в стороны. Вспыхнул свет. На деревянном полу сцены стоял дом из картона, но выглядел он совсем как настоящий. Вышли актёры в странных нарядах. Они говорили так громко, что их, наверное, было слышно даже на улице. И они совсем не боялись. Аня смотрела на них не моргая. Вот бы тоже так стоять под светом ламп.

Она взяла зелёный фломастер — нужно было дорисовать дерево. Дверь скрипнула. В комнату заглянула мама, листая что-то в телефоне.

— Аня, тут новость интересная.

— Какая? — Аня не поднимала головы. Зелёный фломастер усердно скрипел по бумаге, выводя пышную крону.

— В школе организовывают театральные занятия.

Рука Ани замерла. Фломастер оставил на бумаге жирную зелёную точку. Она посмотрела на маму.

— Театральные?

— Ага. Будут ставить спектакль для учеников школы.

Фломастер выскользнул из пальцев и покатился по полу. Аня вскочила, и юбка снова громко зашуршала.

— Я хочу! — она подпрыгнула на месте. — Очень-очень хочу! Запиши меня!

— Хорошо, — улыбнулась мама. — Он с завтрашнего дня. Напишу вашей учительнице.

Дверь закрылась. Аня снова подошла к зеркалу. Посмотрела на себя. На жёлтую юбку. На красного динозавра. Совсем скоро она выйдет на сцену, прямо под свет ламп. От этой мысли внутри сделалось тепло и щекотно. Аня весело улыбнулась своему отражению.

## Глава 2. Первое занятие

После уроков школа стала совсем другой. Коридоры опустели. Эхо шагов раздавалось так громко, что его было слышно на весь коридор. Аня крепко сжимала лямку рюкзака. Театральные занятия проходили в большом кабинете. Аня там ещё не была. Она потянула на себя тяжёлую дверь.

Внутри странно пахло. Чем-то тёплым, прямо как летом на улице, и ещё немного — тем буфетом из театра. Столы и стулья здесь сдвинули к самым стенам. А посередине осталось много свободного места. Там уже собрались дети. Аня подошла поближе и встала с краю.

Учитель громко хлопнул в ладоши.

— Меня зовут Илья Сергеевич! — сказал он. — А теперь давайте знакомиться с вами. Но не обычно, а по-театральному. Мы будем кидать друг другу невидимый мяч. Тот, кто поймал, громко называет своё имя.

Аня удивлённо моргнула. Как это — невидимый?

Илья Сергеевич вытянул руки. Он сделал вид, что держит что-то большое и тяжёлое. А потом с силой бросил это высокому мальчику.

Мальчик смешно ойкнул, присел и крикнул:

— Рома!

Дети вокруг заулыбались и засмеялись.

Вдруг Рома размахнулся, и пустота полетела прямо к Ане. Она быстро вытянула руки. Это было так странно — делать вид, что держишь мяч, складывать ладони лодочкой и расставлять пальцы, когда там совсем ничего нет. Но это было ужасно интересно. Аня широко улыбнулась и громко сказала:

— Аня!

Она сделала вид, что с трудом поднимает свой груз над головой, и бросила его девочке с двумя косичками.

— Вика! — ловко поймала та одной рукой.

— А теперь мы превращаемся! — скомандовал Илья Сергеевич. — Идём по кругу, как огромные великаны!

Аня надула щёки. Она стала топать так сильно, что подошвы кроссовок громко стучали по полу. Бум! Бум! Рядом топал мальчик в синей кофте и грозно рычал. Аня тоже тихонько зарычала.

— А теперь мы — маленькие мышки! — крикнул учитель.

Аня быстро встала на цыпочки. Втянула голову в плечи и стала перебирать ногами очень быстро и тихо. Шур-шур-шур.

Здесь не нужно было сидеть ровно за партой. Никто не просил тишины. Можно было строить смешные рожицы, махать руками и громко сопеть. Аня топала, прыгала и шипела вместе со всеми. Ей было очень легко.

Илья Сергеевич посмотрел на часы на руке.

— На сегодня всё, — сказал он. — Вы отлично поработали.

Ане вдруг стало очень жалко уходить. Неужели занятие уже прошло? Так быстро?

Она вышла в пустой школьный коридор, широко улыбаясь. Внутри всё радостно гудело. Аня шла к раздевалке и думала только об одном: скорее бы наступило завтра.

## Глава 3. У доски

На уроке было тихо. Ирина Сергеевна спросила, кто пойдёт к доске. Аня одна из первых подняла руку. Ей так повезло, что учительница выбрала именно её! Аня радостно улыбнулась и вышла вперёд.

В руке она держала белый мелок. Он немного крошился и пачкал пальцы белой пылью. Ирина Сергеевна диктовала слова, а Аня старательно выводила их на тёмно-зелёной доске. Буквы получались ровные и красивые.


— Жираф, — сказала учительница.

Аня уверенно прижала мелок к доске. Написала букву «ж». Потом «ы». Мелок громко стукнул.

Где-то позади послышался смешок. Кто-то тихо хихикнул. После кто-то другой хмыкнул, и громко выдохнул.

Аня замерла. Рука опустилась. Она медленно повернулась к классу. Дети сидели за партами: некоторые смотрели на неё, улыбаясь, некоторые — на доску, а один мальчик шептал на ухо соседу.

Аня искала глазами свою подругу Соню. Соня улыбалась ей.

Почему?

Она что, тоже смеётся?

Аня снова повернулась к доске. Белые буквы сложились в слово «жыраф».

В животе будто что-то упало. А шея сзади вдруг стала совсем холодной.

— Аня, какое у нас правило? — по-доброму спросила Ирина Сергеевна. Голос у неё был спокойный, она совсем не ругалась. — Жи-ши пиши с буквой «и».

Аня быстро стёрла ошибку ладонью. Белая пыль испачкала рукав синей рубашки. Руки вдруг стали неловкими. Она торопливо написала правильную букву и положила мелок на полку.

Она шла к своему месту и смотрела только на свои ботинки.

До самого конца урока Аня сидела за партой, опустив голову. Она смотрела в тетрадь. В глазах стояли слёзы. От этого буквы на бумаге прыгали и немного расплывались. Аня боялась поднять глаза. Вдруг кто-то опять смотрит и смеётся?

Прозвенел звонок. Громкий и резкий. Дети радостно вскочили со своих мест. К Аниной парте подошла Соня. В руках у неё была бумажная лягушка.

— Смотри, как умеет! — Соня нажала пальцем на спинку лягушки.

Бумажная игрушка высоко подпрыгнула и смешно перевернулась в воздухе. Аня засмеялась.

Они уселись прямо на пол в коридоре. Соня показывала, как складывать зелёную бумагу, а Аня внимательно повторяла. Шея больше не мёрзла. Случай у доски почти забылся.

## Глава 4. Вечер

За окном стало темно. Аня лежала в кровати и смотрела в потолок. Она натянула одеяло до самого подбородка. В комнате было тихо, только на кухне глухо гудел холодильник.

Аня закрыла глаза. И сразу вспомнила школу.

Тёмно-зелёная доска. Белый мелок. Слово «жыраф». И тот смешок позади.

Днём этот смешок был совсем тихим. А сейчас, в темноте, он почему-то звучал громко. Как будто смеялся не один человек, а весь класс.

Аня крепко зажмурилась. Она вспомнила, как обернулась тогда к классу. В памяти всплывали отдельные лица и взгляды. Вот мальчик с первой парты. Вот девочка у окна. И все они смотрели прямо на неё. Не отрываясь. Смотрели только на её ошибку и на синий рукав, испачканный белой пылью.

Пауза у доски казалась такой длинной. Намного длиннее, чем на самом уроке. Сама ошибка тоже вдруг стала огромной и очень серьёзной.

А Соня? Соня тогда улыбалась. Или смеялась?

Аня перевернулась на другой бок, одеяло тихо зашуршало. Точно смеялась. Наверное, она завтра всем расскажет, какая Аня глупая.

Щёкам стало жарко, хотя в комнате было прохладно. А шея сзади снова неприятно замёрзла. Аня спрятала лицо в подушку.

Завтра опять нужно идти в школу. Что, если они всё помнят? Что, если они будут шептаться и показывать на неё пальцем?

Аня открыла глаза. В углу слабо блестел высокий шкаф. Там висели её жёлтая юбка и красная футболка со смешным динозавром. Но радости от них больше совсем не было.

Она сжалась в маленький комочек под тёплым одеялом. Аня долго ворочалась и засыпала очень тревожно.

## Глава 5. Утро после

Аня стояла перед школьной дверью. Тянуть за ручку совсем не хотелось. В животе неприятно тянуло. Вдруг они всё помнят? Вдруг сейчас кто-то покажет на неё пальцем и громко засмеётся?

Она крепко сжала лямки рюкзака. Сделала глубокий вдох и шагнула в шумный коридор.

В раздевалке пахло мокрыми куртками. Аня опустила голову и быстро пошла к своему классу. Шаг, ещё шаг. Она ждала смеха. Ждала, что все обернутся.

Аня осторожно подняла глаза.

Дима рассказывал что-то громкое мальчикам у окна. Лена искала сменную обувь в мешке. Соня спорила с Ромой из-за синего ластика.

Никто не смотрел на Аню. Никто не вспоминал вчерашнюю доску и белую пыль на синем рукаве.

Аня шумно выдохнула. Тяжесть внутри сразу пропала. Дышать стало легко и свободно.

Она повесила рюкзак на крючок своей парты. Сегодня повезло. Никто ничего не сказал. Но в груди всё равно остался маленький холодный комочек. А что, если они вспомнят об этом на следующем уроке?