Велес
"Ретроградный Меркурий"

Осколки.

Всё начинается с мелочей, с тех самых не значительных деталей, на которые ты не обращаешь внимание. Одинокая капля дождя стекающая по стеклу, сапах сена в поле, звуки транспорта и городского шума, пение птиц, звёздное небо, улыбки случайных людей… Всё это может быть, твоим богатством ощущения момента. А может ускользать мимо, рассыпаясь как песок сквозь пальцы. Но кто мы — среди этих деталей? Те кто наслаждается моментом и всей своей сутью? Или всего лишь… Детали на листке тетради, клочки которой разбросал ветер жизни и перемен, среди бескрайних просторов полёта Души…

С чего бы начать… Всем нам приходится начинать с чего-то. Иногда, очень редко, это что-то важное. Чаще всего это мелочи. Детали, в которых, по всем известной поговорке, прячется сам дьявол. Но Ещё говорят: не буди лихо, пока оно тихо. Много всего говорят. И вот тут у меня есть золотое правило. Когда мудрость из веков, то, скорее всего, в ней есть не только истина, но и её тень. Обыватель, как правило, может видеть только тень, ведь для того чтобы разглядеть истину, надо обладать мудростью. А это только бремя — великих.

Что зачастую остаются в тени.

1 мая 2021 г.

Осколки стекла, похрустывая буквально везде, на каждом миллиметре близлежащего пространства, так и норовили врезаться в кожу, даже при самом малейшем движении. Их можно сравнить с воспоминаниями, или даже с трезвостью, ровно так же, как и с опьянением. Однако прямо сейчас мне было, несколько, не до сравнений, фантазий или аллегорий. Внутри была пустота. Она — необходимость. Для того чтобы… Выжить.

Вновь выстрел, на этот раз одиночный. Бетонное перекрытие всё ещё спасало меня от прямых попаданий, хотя ему уже сильно поплохело. Как шутят — устало. Я тоже устал. Но выбор всегда порождает ответственность и последствия. Сейчас же мой выбор был ждать. Когда противник начнёт ошибаться от усталости или самоуверенности. Что именно станет явной причиной занесения его имени в некролог, для меня роли не играло. А вот каждая минута отдыха оставляла тусклый отблеск надежды. Надежды на жизнь, вернее… На шанс. Прожить ещё хотя бы минуту. А одна минута — это очень много. За это время можно столько дел наворотить Мало не покажется.

— Ты там ещё не сдох?! Сука! — всё-таки не выдержал один из группы и огласил своим раскатистым, хриплым воплем коридор подземки.

А я всё ещё ждал. Когда моя чуйка мне хоть что-то скажет, ждал внутренний позыв к действию, но сейчас была лишь пустота. Что сначала лёгкой поступью аккуратно забирается внутрь, но в какой-то момент… Она становится не просто частью тебя. Она становится тобой. После пустоты наступает апатия, в молчании. Что прерывается лишь жалкими потугами агрессии, куда угодно. Но только не внутрь. Там уже нет ничего.

Стекло от разбитых ламп в этом узком завале, коридора, теперь для меня было единственным напоминанием о том, что я жив.

Нет, это не депрессия, как мог бы заключить какой-нибудь умник с — умным лицом психолога, или ещё лучше, психиатра. Это контроль. Полный контроль тела. Парадокс заключается в том, что при полном контроле ты не чувствуешь его. Совсем. Потому что любой, даже намёк на другие ощущения — это смерть. В боевой обстановке. Само собой. В любых других ситуациях применением подобной техники самосознания заниматься противопоказанно. Потому что, вновь. Это — смерть. Только смерть не буквальная, а фигуральная. Хотя для меня разницы между смертью моего «Я» и смертью ощущений нет от слова совсем.

Чего не могу сказать о других: они любят заниматься подобного рода само-истязаниями, проверяя на прочность «себя» и занимаясь оценкой, где внутри находится граница дозволенного. Моё кредо, если так можно выразиться — это полная свобода от всех ограничений. Правда, вновь обыватель здесь найдёт причину исказить (а не способ понять) всё, извратить и отклониться в сторону от самого главного, что есть в жизни у каждого из нас. Собственного пути. Не чужие и придуманные отмазки. А единственный способ. Остаться Человеком. С большой буквы, Ч.

И вновь… А нет, теперь уже несколько выстрелов, затем сразу же очередь. Бетон всё ещё держится. Самое неприятное в этой ситуации — это даже не стрельба и даже не то, что против меня одного целая армия. Самое противное тут то, что сейчас всё решала случайность. Траектории рикошетов. Стрельба в помещении из автоматического оружия — это лотерея. В которой выиграть или проиграть нельзя. Результат всегда одинаковый. Смерть. В лучшем случае быстрая и безболезненная, а в худшем — паралич, например. Или ещё что… Видимо, им надоело ждать, они начали уставать от нахождения в довольно шаткой позиции.

Ах да Совсем забыл, дорогой читатель, ты же вне контекста… Что ж в таком случае, стоит чуть больше описать происходящее.

Коридор, внутри которого лежало всё то, что от меня осталось, был повреждён целой серией довольно сильных взрывов. И перестрелка, в которую мне не повезло угодить, теперь развивалась по типично хаотичному сценарию. Правда, не как в кино или сериалах. А жёстко и без компромиссов.

Трещина, разделявшая помещение на две половины, — это моё, чуть ли не единственное оружие. Более того, я предполагал, что всё закончится примерно таким образом, и заложенный заряд направленного действия был именно таким, чтобы образовалась именно такого рода трещина, примерно в этом месте. Всё дело в том, что инженерные коммуникации были созданы значительно позднее, этого подземного комплекса. Даже могу сказать — подземного города. И их строительство было выполнено, мягко говоря, тяп-ляп. План же этой несомненно гениальной инженерной конструкции был на редкость точен. Его составлял мой бывший друг. Не побоюсь этого слова, гений. Хотя это довольное слабое определение его личности, и даже оскорбительное, в каком-то смысле. Однако…

Как и большинство гениев, больной на всю голову отморозок. Почему отморозок? Да всё просто: он изначально составлял инженерную конструкцию таким образом, чтобы её можно было разрушить, этими самыми, несколькими взрывами. Но мало того что всё было продумано до мелочей, так что комар носа не подточит, так ещё и так, чтобы любой другой инженер ни в коем случае не разглядел злого умысла или даже его возможности.

Итак, вернёмся к нашим баранам. Трещины самих стен — это полбеды. Трубы, по которым обеспечивалась подача воды, тоже были уничтожены, и самое смешное, что при постановке технического задания не учитывалось техническое обслуживание по целому ряду причин. Углубляться в эти нюансы могу, но зачем? Итог всё равно именно тот, что дарил мне тот самый слабый отблеск надежды. Выжить. Ведь позиция противника будет затоплена. С минуты на минуту…