Дмитрий Вартанов
Люблю, Россиюшка, тебя

Былина о русичах

Сотня воинов в старых кольчугах,

Под копытный топот глухой,

На конях под тугой подпругой

Продвигалась сквозь лес молодой.

Лица в шрамах, угрюмые взгляды,

Молчаливые, как всегда,

Жизнь готовые без возврата

В лютой сече за друга отдать.

Шишаки подпирают брови,

Меч булатный стучит о седло.

И клинки не протёрты от крови

Чужаков и незваных врагов.

Это русичи вышли походом

На дозор у своих границ.

Под небесным Божественным сводом,

Под сиянье вечерних зарниц.

Им неведомо было, однако,

Что нежданно с монгольской степи

Надвигается с юга армада –

Бесконечная тьма саранчи.

Это стало началом ига –

Хан Батый, Чингисханов внук,

Начал кровью писать свою «книгу»

Под копытный кипчакский стук.

Эту встречу описывал позже

Летописец хана-Бату.

Ну и в русских сказаниях тоже

Описание битвы найдут…

Вот слова летописца Батыя,

С них же капает русская кровь.

Бились старые и молодые

За Отчизну, за веру, любовь:

История летописца

«Степь минуя, дошли до полесья

Десять тысяч монгольских сынов.

И скажу здесь, читатель, что был я

К той картине совсем не готов…

Десять тысяч – немалая сила!

Гул копыт, да под грохот мечей!

Эхом гулким земля отразила

Мощь сынов кипчакских степей.

Всё сминая, не ведая страха,

Сея смерть, разложенье и вонь,

Засыпая живое всё прахом,

Превращая и землю в огонь…

Разливалось монгольское море

От империи Цзинь до Карпат.

Нам на радость, а миру на горе.

Только ждал нас в Руси Коловрат…

Здесь впервые мы встретили русских –

На конях бородатых мужей.

Сквозь разрез глаз степняцко узких –

Сотня выплыла, как в мираже…

И зависло на паузе время,

И мгновенья застыли, как лёд.

Пока кто-то не выдернул стремя

И пришпорил коня чуть вперёд.

Как река островок обтекая,

Наши воины вмиг окружив,

Так охотники волчью стаю

Оцепляют, ножи обнажив.

Бородатая ж сотня без звука,

Молчаливо сомкнула щиты.

Игнорируя стрелы и луки,

Оголила бесшумно мечи.

И застыла, ежовой кольчугой,

Иль как грозный немой дикобраз,

Растопырил иголки по кругу,

За забралом упрятал свой глаз.

Низкорослые кони кипчаков

Закружили же свой хоровод.

С улюлюканьем, визгом и смаком –

Враг от страха дрожит! Враг умрёт!

Так ломали врагов в одночасье,

Умертвляли, сгоняли в полон.

Города так горели – не гасли.

Так народы вставали в поклон…

Крики, визги сейчас разбивались

Об молчанье суровых бойцов.

Копья, стрелы щитами ломались,

Не пробив ни на йоту кольцо.

И не видно ни боли, ни страха

И ни стона, ни вскрика… лишь стук…

Будто сердце в груди росомахи

В смертной схватке рождает свой звук.

Эти воины бились, как волки,

Защищая семью и волчат.

Бой был смертным, кровавым и долгим.

А закат догорал, как свеча.

Сотня мёртвых бойцов с бородами

Восемь сотен забрали с собой.

Так монголы впервые узнали,

Молчаливый от русичей бой.

Разбрелись кони русских по полю.

И кипчаки ушли, не решась,

Оседлать, заарканить в неволю

Лошадей тех, в чёрную масть…

Только ветер и звёзды остались,

Чтобы спеть свой последний мотив.

Песнь о тех, что так молча сражались,

Не свернув с боевого пути»…

Летописцем я был у Батыя,

И я видел немало боёв.

Но те воины – странно немые,

Умирая, рождались вновь…

14 апреля 2026 год

Варяг

Да, я русский, живу я в России.

Волга-матушка – жизни река

Протекает степенно, красиво,

Прикасаясь к своим берегам.

Я когда-то рождённый на море

И взращённый в далёких горах,

В лихолетье, на сломе историй

Был заброшен сюда, как варяг.

С загорелостью южной и дерзкой,