Василий Непомнящий
Осколки

Глава 1

Глава 1. Осколки

Максиму было тридцать восемь, и он уже давно считал себя взрослым человеком. У него была хорошая работа руководитель отдела в крупной логистической компании, кредит за квартиру почти погашен, два сына, которые росли слишком быстро, и жена Елена, с которой он прожил четырнадцать лет. Всё было правильно.

По вечерам они ужинали вместе. Старший, Артём, двенадцати лет, рассказывал про школу и баскетбол, младший, Ваня, девятилетний, вечно ковырялся в телефоне и смеялся над своими же мемами. Елена ставила тарелки на стол и иногда ловила взгляд Максима тёплый, спокойный, немного усталый. Он улыбался в ответ. Искренне.

Но последние две недели что-то начало трескаться.

Всё началось с одного сна. Обычного, казалось бы. А потом они пошли один за другим, почти каждую ночь.

В ту ночь он снова был там.

Лето две тысячи четвёртого. Им по шестнадцать. Они стояли у старой девятиэтажки на окраине, где жила Ольга. Воздух пахнул пылью, тополями и её дешёвыми духами с ноткой ванили. Она была в своей любимой белой футболке с надписью «No Fear», волосы собраны в небрежный хвост. Глаза — зелёные, злые, живые.

Ты опять ревнуешь как псих, Макс, — бросила она, закуривая. Пальцы дрожали. — Я просто с Димкой поговорила. Он одноклассник, блин!

Ты с ним два часа по телефону трепалась! — Максим чувствовал, как внутри всё закипает. Голос срывался на крик, хотя он пытался держать себя в руках. — Я слышал, как ты смеялась. Ты так со мной уже месяц не смеялась.

И что? — Ольга затянулась резко, нервно, выдохнула дым в сторону. — Теперь мне вообще ни с кем разговаривать нельзя? Ты слышишь себя?

Я слышу тебя!

Он шагнул ближе, сжав кулаки. — Ты с ним говоришь не так, как с одноклассником. Я не дурак, Оль.

Да? — Она повернулась к нему резко, глаза сверкнули. А ты охренеть какой умный! Сидишь под окнами, следишь, контролируешь каждый звонок!

Я не слежу! Я просто... он запнулся, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. Я боюсь тебя потерять.

Она закатила глаза, но он видел ей тоже больно. Они всегда так: один взрыв, и оба горят.

Тогда нахуй иди, если не веришь! крикнула Ольга и швырнула в него телефон. Старенький Nokia разлетелся о стену дома на куски. Пластик и батарейка отлетели в разные стороны.

Повисла секундная тишина. Они оба смотрели на осколки. Потом она всхлипнула один раз, коротко.

Максим схватил её за руку. Не сильно, но отчаянно.

Не уходи

Пусти, больно! Она попыталась выдернуться, но слабо. Слишком слабо.

Оль, прости. Прости, я го голос надломился. — Я не хотел. Просто я без тебя не могу. Понимаешь? Вообще не могу.

А я могу, да?! — Слёзы покатились по её щекам, размазывая дешёвую тушь. Ты думаешь, мне легко?! Ты меня душишь, Макс! Каждый день, каждую минуту! Я не могу даже вздохнуть!

Тогда почему не уходишь? выдохнул он, отпуская её руку. Почему всё ещё здесь?

Она молчала, глядя на него сквозь слёзы. Потом закрыла лицо ладонями.

Потому что потому что я тебя люблю, идиот. Вот поэтому.

Они орали друг на друга посреди двора. Соседи уже выглядывали. Потом она заплакала — по-настоящему, навзрыд. Он тоже. Через двадцать минут они уже целовались в подъезде, яростно, до крови на губах, и обещали, что в последний раз. В который уже «последний».

А потом сон резко перескочил.

Они уже лежали на его старой кровати в родительской квартире. Её голова на его груди. Тишина. Только дыхание. Ольга провела пальцем по шраму у него на брови тому самому, который остался после их самой жёсткой ссоры, когда она в ярости кинула в него стеклянную пепельницу.

Почему ты никогда не отпускаешь меня? тихо спросила она, продолжая гладить шрам.

Потому что я тебя люблю, ответил Максим. Голос во сне был хриплый, как тогда, в шестнадцать.

Это не любовь, Макс. Она подняла голову, посмотрела на него. Глаза были мокрые, бездонные. Это что-то другое. Что-то страшное.

Мне без разницы, как это называется, — прошептал он, зарываясь пальцами в её волосы. — Мне важно только то, что ты рядом.

Ольга грустно улыбнулась.

А я тебя ненавижу за это — Она замолчала, провела пальцем по его губам. — И всё равно не могу без тебя. Как так получилось, а?