Роман Буряков
Выдержка вечности

Глава 1. Человек, который забирает воспоминания

Утро началось с дождя. Не с того легкого, романтичного, что шепчет по крышам, будто пытается что-то вспомнить, а с густого, тяжелого, который падал на землю с глухим стуком, словно выбивая из нее последние остатки тепла. Фотограф сидел у окна своей мастерской, наблюдая, как капли оставляют на стекле извилистые дорожки, похожие на чьи-то забытые мысли.

Мастерская располагалась в старом доме на тихой улице, куда редко заходили случайные прохожие. Вывески не было — только матовая табличка с едва заметной надписью: "Фото на память". Ирония заключалась в том, что память здесь не сохраняли. Ее стирали.

Первым клиентом сегодня был мужчина в промокшем пальто. Он вошел, не стряхнув воду с плеч, и сразу опустился в кресло напротив фотографа. Его глаза были пустыми, будто в них уже ничего не осталось.

— Вы точно можете помочь? — спросил он глухо.

Фотограф молча кивнул, доставая камеру. Старинную, с потертым корпусом и трещиной на объективе.

— Что хотите забыть?

— Жену, — мужчина сжал кулаки. — Вернее, то, как она уходила.

Фотограф ничего не ответил. Он знал: люди приходят не для объяснений, а за избавлением. Поднял камеру, навел резкость. Щелчок затвора прозвучал мягко, почти неслышно.

Мужчина вздрогнул, словно от удара. Потом медленно провел рукой по лицу, будто стирая невидимые следы.

— Странно… — прошептал он. — Я помню, что она была. Но не помню, как выглядела.

— Так и должно быть, — фотограф убрал камеру.

Когда мужчина ушел, в мастерской снова воцарилась тишина. Фотограф подошел к полке, где стояли десятки таких же старых фотоаппаратов. Каждый из них хранил чьи-то украденные воспоминания.

"Память — это не картинка, — думал он. — Это фрагмент жизни, который живет в глазах. И если его вырвать, человек становится свободным. Или пустым…

Он потянулся к бачку, собираясь проявить пленку, но вдруг остановился. В отражении объектива мелькнуло что-то знакомое. Чье-то лицо. Не клиента.

Свое.

Фотограф нахмурился. Такого раньше не случалось. Он поднес камеру ближе, но отражение исчезло.

— Странно… — пробормотал он.

За окном дождь усилился. Где-то вдали прозвучал гром, и на мгновение весь мир будто замер.

А потом в дверь постучали.

Глава 2. Женщина с мокрыми глазами

Стук в дверь прозвучал неожиданно — резкий, настойчивый.

Фотограф отложил камеру, и медленно направился к выходу.

Когда он открыл дверь, на пороге стояла женщина. Высокая, в длинном пальто цвета мокрого асфальта, с волосами, темными, как ночь после ливня. Но больше всего его поразили ее глаза. Серые, почти прозрачные, они смотрели сквозь него, будто он был стеклом, а не человеком.

— Вы тот, кто стирает воспоминания? — спросила она. Голос у нее был низкий, с хрипотцой, словно она долго шла против ветра.

Фотограф кивнул, отступая в сторону, чтобы впустить ее.

— Входите.

Она переступила порог, и в воздухе запахло дождем, мокрой шерстью и чем-то еще — горьким, как полынь. Фотограф проводил ее к креслу, но она не села, а остановилась посреди комнаты, медленно оглядываясь.

— Здесь пахнет старыми фотографиями, — сказала она наконец.

— Да. И слезами.

— Слезы не пахнут.

— Вы ошибаетесь. Они пахнут солью и железом. Как кровь.

Женщина вздрогнула, но не ответила. Вместо этого она сняла перчатки, обнажив длинные пальцы с безупречным маникюром. На безымянном пальце левой руки бледнел след от кольца.