Owned. 28 лет принципов 1

Глава

— Доброе утро, моя девочка.

— Доброе утро.

— Приедешь?

— Соскучился?

— Очень. Жду тебя.

Короткие строчки на светящемся экране, которые в один миг перечёркивали реальность. Мы виделись вчера. Виделись позавчера. И три дня назад мы тоже были вместе. Здравый смысл шептал, что нужно взять паузу, сбавить этот сумасшедший темп, но мы скучали так, словно между встречами проходили вечные годы. Каждый вечер перед сном и каждое утро сразу после пробуждения все мысли были только друг о друге. Плотный рабочий график, важные планы, неотложные дела — всё это летело к чёрту. Становилось абсолютно неважным. Имело значение лишь одно: грядущее соприкосновение двух тел. Вздохи, крупная дрожь по коже, первые стоны в полумраке квартиры.

— Ты такая красивая, иди ко мне — его голос становился глухим, когда я оказывалась на пороге.

— Я твоя

— Моя?..

— Да.

Он замирал на секунду, впитывая это признание. Его тяжелая, сильная рука нежно прикасалась к моей щеке, большой палец медленно вёл по губам, изучая их контур, а затем он начинал страстно, голодно целовать меня. То обсасывая кончик языка, то резко покусывая губу до сладостной боли. Поцелуи спускались ниже — к шее, к чутким мочкам ушей. Казалось, ещё секунда, и он просто съест меня. Он кусал моё тело, не скрывая дикого, первобытного инстинкта, словно я была беззащитной добычей, окончательно попавшей в лапы хищника.Мои длинные волосы он привычно наматывал на кулак, заставляя запрокинуть голову. Секунда — и его стоячий член плотно, до упора входил в мою узкую и уже насквозь мокрую дырочку. В этот момент мир вокруг переставал существовать. Здесь и сейчас нас уже не мог остановить никто, и ничто на свете не могло помешать воссоединению этих пылких чувств. Два тела содрогались от каждого толчка, ловя общую, безумную волну.

— У меня ещё такого не было никогда, — хрипел он мне в плечо, пытаясь отдышаться, когда лавина немного стихала.

— Не преувеличивай, кот, — тихо улыбалась я, убирая прядь волос с его лба.

— Давай ты будешь моей женой?

— Ага, — я заливалась искренним смехом, пряча за ним внезапный укол в груди. — Я так до тридцати лет просто не доживу. Твоя законная жена меня либо отравит, либо застрелит.

— Ты будешь моей второй семьей, — абсолютно серьёзно продолжал он, глядя мне прямо в глаза. — Я как раз хотел пятого ребёнка.

С каждым днём наши разговоры становились всё глубже и серьёзнее, а моя душа в эти мгновения буквально разрывалась от невыносимой боли. Ведь я понимала: он просто шутит. С намёком, с куражом, но шутит. Жаль, что этому никогда не сбыться. Но в то же время мне искренне казалось, что мы созданы друг для друга на каком-то космическом уровне. Так его не чувствовала ни одна женщина. Я понимала его без слов: не успевал он подумать о чём-то, как я уже предугадывала его желание и делала ровно то, чего он хотел в эту секунду.И каждый раз эта ментальная связь его искренне удивляла и одновременно пугала:

— Ничего себе, откуда ты знаешь? Что ты умеешь...

— Я первый раз так делаю, — абсолютно честно отвечала я, прижимаясь к его груди. — То, что чувствую внутри, то и делаю.

— Ого, так ты чувствуешь?

Глядя друг другу прямо в глаза, мы часами говорили о том, как это здорово — что мы всё-таки встретились, и как невыносимо хорошо нам вдвоём. В эти часы весь его привычный мир замирал. Все важные звонки на его разрывающийся телефон оставались пропущенными, миллионные дела — не сделанными, а билеты на самолёт к семье — вовремя не купленными.Конечно, я не была дурой и трезво смотрела на вещи: ему приходилось летать к жене и детям. Как иначе? Там была его легальная, выстроенная годами жизнь. Но каждый раз он неизменно возвращался. И едва сев в самолёт на обратный путь или только приземлившись в аэропорту, он тут же отправлял мне короткое сообщение:

— Пиздец как по тебе соскучился.

— Я тоже, — отвечала я, и моё сердце делало привычный кульбит.

И снова начинался мой личный ритуал. Я летела в салон красоты, чтобы привести себя в полный порядок. А после — прямиком в магазин за очередным комплектом дорогого кружевного белья. Ему оно так нравилось Белое, абсолютно прозрачное, чтобы сквозь тонкую сетку обязательно были отчетливо видны соски. Тонкие трусики с пикантным доступом, чёрные шелковые чулки и пояс. Его этот вид возбуждал до безумия, а меня саму дико заводило то, как сильно его меняет одна лишь просьба надеть это для него. При всём этом мне не нужно было как-то тщательно «готовиться» ментально к встречам с ним или строить из себя фифу. Рядом с ним я оставалась такой, какая есть на самом деле — и внешне, и внутренне. Открытая, настоящая, честная Лишь мои истинные, глубокие чувства оставались плотно скрыты от него под замком. Идя на очередную встречу, я никогда не ждала от него роскошных букетов цветов, дорогих подарков, золотых украшений или банальных коробок вкусных конфет. Мне не нужны были его деньги. Мне нужен был он сам. Какой он есть — сложный, брутальный, занятой. Мне хотелось просто лежать с ним в обнимку, тихо болтать обо всякой ерунде и вместе засыпать.Он так часто засыпал прямо на моей груди. Закрывал глаза — и не проходило даже минуты, как он мгновенно погружался в глубокий, спокойный сон.

— Я со своей женой так не засыпаю, как с тобой, — тихо признался он однажды ночью, завернувшись в одеяло. — Это пугает. И то, что ты спишь со мной в той же постели, в которой я сплю со своей женой это тоже, блядь, пугает.

— Я могу уйти, если тебе некомфортно, — тихо ответила я, приподнимаясь на локте.— Нет. Останься на ночь. Пожалуйста.

Зачем? Зачем он говорил все эти двусмысленные, бьющие наотмашь слова? Был ли это очередной тонкий, просчитанный ход опытного мужчины, чтобы окончательно влюбить в себя женщину и сделать её ещё покорнее, ещё лучше в постели? В эти моменты моё сердце рвалось на мелкие части. Я не могла выдавить из себя ни единого слова, да я и понятия не имела, что тут нужно говорить. Голос где-то глубоко внутри меня истошно кричал: «Он влюблен в тебя! Слышишь? Будь смелее, признайся ему, ответь взаимностью!» Но холодный, трезвый разум моментально осаждал этот крик, безжалостно чеканя: «Не глупи. Мужчины из-за этого не бросают семьи. Он не может тебя любить».

Глава 2. Слой первый: Девочка из тишины

Наверное, я забежала слишком далеко вперёд, и у вас накопилось множество вопросов. Как я могла оставаться у него на ночь, имея мужа и собственную семью? Как вообще это возможно? Как я умудрялась выходить из дома в полупрозрачном кружеве и чулках, неужели у мужа не возникало вопросов? Пожалуй, пришло время отмотать плёнку назад и рассказать всё с самого начала. Чтобы вам не пришлось додумывать мои «детские травмы», как сейчас модно говорить среди психологов. Так вам будет проще меня понять. Или — окончательно не понять и осудить.

Я готова рискнуть и полностью обнажить свою душу, даже если после этого откровения всё пойдёт прахом. Мы все в этой жизни отчаянно ищем принятия, и я надеюсь, что моя исповедь поможет кому-то осознать: даже в самом глухом, беспросветном тупике можно отыскать свою истину. Если только осмелишься заглянуть внутрь себя.

Мой мир не был идеальным, но до встречи с ним он оставался стабильным. Пока не наступил тот роковой июньский вечер, после которого я начала ускоренными темпами учиться жить двоякой, расколотой надвое жизнью. В одной я была заботливой женой, молодой мамой, надеждой и опорой для близких. В другой — меня заживо сжигало пламя такой страсти, о существовании которой я раньше даже не догадывалась. В этой книге я делюсь своей правдой — искренне, без стеснения и глянцевой цензуры. Это история о любви, диком притяжении и тех страшных, непоправимых решениях, которые мы принимаем, когда сердце уводит нас с протоптанных дорог. Я хочу без прикрас рассказать, каково это — растворяться в отношениях, о которых никто и никогда не должен узнать. Мой путь был чертовски непростым, но каждый шаг имел значение. Добро пожаловать в мой мир. Мир страсти и тайны.