Илья Лакеев
Живой огонь

Глава 1. Дракар с севера

Часть 1. Дружина ярла Синеуса прибывает в Новгород

Холодный ветер гнал по Волхову мелкую злую волну. Над рекой нависло серое небо, будто само небо хмурилось, предчувствуя перемены. По течению, рассекая воду острым носом, шёл драккар — длинный, стремительный, словно хищная птица, опустившаяся на воду. На носу застыл резной дракон, его деревянная пасть, казалось, шипела на прибрежные леса. По бортам, в два ряда, торчали щиты — красные, чёрные, с выцветшими узорами, — а над ними темнели фигуры воинов. На корме, у рулевого весла, стоял Рюрик. Высокий, плечистый, в кольчуге поверх шерстяного плаща. Его светлые волосы, тронутые сединой, трепал ветер, а в глазах читалась привычная к дальним походам усталость — и вместе с тем твёрдость. Он не смотрел на берег, он слушал реку: Волхов говорил ему о силе течения, о скрытых мелях, о близости города.

— Держи ближе к правому берегу! — крикнул он кормчему, и тот кивнул, крепче вцепившись в рукоять.

За спиной Рюрика переговаривались дружинники. Кто-то тихо ругал холод, кто-то вспоминал родные фьорды, но все знали: это не очередной набег. Их позвали. Старейшины словен и кривичей, уставшие от междоусобиц, отправили гонцов за море: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». И вот теперь драккар подходил к Новгороду. Город показался из-за поворота — деревянные стены, частокол, крыши домов, поднимающиеся по склону. На берегу уже собирались люди. Женщины прижимали к себе детей, мужчины сжимали топоры и копья, не зная, радоваться или бояться. Здесь, на стыке лесов и рек, привыкли к чужакам, но не привыкли доверять им. Драккар замедлил ход, затем мягко ткнулся носом в гальку. Дружинники спрыгнули в воду, по пояс в холодной воде, и потянули корабль к берегу. Рюрик сошёл последним. Он не спешил. Остановился, оглядел собравшихся, будто хотел прочесть их мысли по лицам. К нему вышел старейшина — седой, сгорбленный, но с твёрдым взглядом. В руках он держал чашу с мёдом — знак мира.

— Ты — Рюрик, князь с севера? — спросил он, голос звучал глухо, но уверенно. — Я — Рюрик, — ответил варяг, не опуская взгляда. — И я пришёл не грабить, а править. Если вы держите слово, данное моим послам.

Старейшина протянул чашу. Рюрик принял её, сделал глоток и вернул. Это был знак: договор заключён. Дружинники тем временем вытаскивали на берег сундуки с добром, сменные вёсла, мечи и копья. Кто-то из новгородцев осмелел и подошёл ближе, разглядывая драккар: его резного дракона, узоры на бортах, странные северные руны. Один мальчик, не старше десяти лет, протянул руку, будто хотел коснуться дерева, но тут же отдёрнул — испугался.

Рюрик заметил это и чуть улыбнулся — редко, но искренне.

— Ваш город стоит на великой реке, — сказал он старейшине. — А великая река требует великого порядка. Я и мои люди будем стоять на страже. Но и вы должны держать слово: никакой вражды между родами, никакой крови без суда.

Старейшина кивнул. Он знал, что выбора почти не было: либо чужая сила, либо своя погибель от бесконечных распрей. Теперь оставалось только надеяться, что северный князь окажется справедливым. Солнце, прорвавшись сквозь тучи, на мгновение позолотило резного дракона на носу драккара. Будто само небо одобрило этот союз — севера и леса, моря и реки, варягов и славян. Так пришёл Рюрик в Новгород. И с этого дня началась новая история