Аманда Арчер
Проклятие для некроманта

Глава 1. Товар лицом

Последнее, что помнила Лина, — это чашка кофе на краю стола, строчка кода, которая никак не хотела компилиться, и внезапное чувство, что пол уходит из-под ног.

Буквально.

А потом была темнота, запах сырой земли и чей-то мерзкий смех.

— Эта точно живая? — голос звучал так, будто его обладатель всю жизнь жевал гравий.

— А какая разница? — ответил другой, более писклявый. — Мертвые тоже неплохо идут. Помнишь третий лота? Барон Кровавый забрал за тридцать золотых.

— Тот еще развалина был, — хмыкнул первый. — Но у него зубы сохранились.

Лина открыла глаза.

Она лежала в мешке. Грязном, пропахшем чем-то средним между конюшней и помойкой. Сквозь дырявую ткань пробивался тусклый свет факелов. Голова гудела, а запястья саднили от веревок.

«Так, — мысленно сказала себе Лина. — Паника — это баг, который нужно фиксить по мере поступления. Сначала данные. Где я? Почему воняет? И почему у меня во рту ощущение, что туда засунули дохлую мышь?»

Мешок дернули, и Лина кубарем выкатилась на деревянный помост. Яркий свет ударил в глаза. Она зажмурилась, потом проморгалась.

Вокруг был... аукцион.

Настоящий, с каменными трибунами, факелами на стенах и толпой мужиков в плащах. Некоторые сидели в креслах, некоторые стояли, переговариваясь. В воздухе пахло потом, дешевыми духами и еще чем-то — магией? Лина не знала, как пахнет магия, но предположила, что именно так.

— Лот номер семь! — заорал ведущий — толстый мужик в шапке из непонятного зверька. — Невеста из далекого мира! Возраст — примерно двадцать пять зим. Здорова, зубы на месте, способна к деторождению! Начальная цена — пять золотых!

Лина уставилась на свои руки. Веревки. Кандалы. На ней была какая-то рваная рубаха, которая явно не принадлежала ей. Она попыталась встать, но ноги не слушались.

— Да вы офигели? — вырвалось у нее.

В зале зашептались.

— О, говорит! — кто-то восхитился. — Дороже пойдет.

— Она еще и ругается, — заметил другой голос. — Пикантная.

Лина медленно повернула голову. Десятки лиц. Мужчины разных возрастов, одетые кто во что горазд: от простых кожаных курток до расшитых золотом мантий. И все они смотрели на нее как на...

Как на товар.

Она попыталась сформулировать мысль, но мозг, привыкший к алгоритмам и дедлайнам, выдавал ошибку 404: ситуация не найдена.

— Пять золотых от господина в третьем ряду! — объявил ведущий.

— Десять! — крикнул кто-то.

— Пятнадцать!

Лина открыла рот, чтобы выдать тираду, от которой у этих средневековых... Но в этот момент дверь в конце зала с грохотом открылась.

Тишина упала на зал, как свинцовое одеяло.

Человек, вошедший в аукционный зал, не был похож на остальных. Он был высок — очень высок, под два метра, с плечами, которые могли бы выдержать вес небесного свода. Длинные черные волосы падали на плечи, глаза горели алым, как два уголька в пепле. Он был одет в простой черный плащ, но каким-то образом этот плащ выглядел дороже всех расшитых мантий вместе взятых.

Люди в первом ряду попытались отодвинуться. Кто-то всхлипнул.

— Лорд Азазель, — ведущий вдруг заговорил голосом мыши, которую застали за кражей сыра. — Какая честь... Мы не ожидали...

— Молчать, — сказал некромант.

Голос у него был низкий, бархатный, с нотками такого холода, что у Лины мурашки побежали по спине. Или это от сквозняка?

Азазель прошел к первому ряду. Люди расступались перед ним, как море перед Моисеем. Он сел в кресло, которое мгновенно освободилось, и поднял глаза на сцену.

На Лину.

— Сто золотых, — сказал он.

В зале воцарилась мертвая тишина. Даже факелы, казалось, перестали трещать.

— Сто... — ведущий сглотнул. — Сто золотых от лорда Азазеля!

— Сто пятьдесят! — выкрикнул кто-то с галерки.

Все обернулись. Какой-то толстый купец, явно не понимающий, что творит, побагровел от азарта.

Азазель медленно повернул голову. Посмотрел на купца. Один взгляд — и купец вдруг побелел, как бумага, и тихо сполз под кресло.

— Двести, — спокойно сказал некромант.

Больше никто не делал ставок. Даже дышать перестали.

— Двести золотых! — голос ведущего сорвался на фальцет. — Продано! Лот номер семь уходит лорду Азазелю!

Лина сидела на помосте, пытаясь переварить информацию. Ее только что купили. Как пылесос на «Авито». За двести монет.

Азазель поднялся, неторопливо подошел к сцене. Он был так близко, что Лина могла разглядеть тонкие морщинки у глаз и странный шрам на подбородке. От него пахло озоном и чем-то древним, как сама смерть.

Он наклонился к ней, и Лина вдруг поняла, что не может пошевелиться. Не от страха — от странного паралича, который сковал ее тело.

— Ты выглядишь как женщина, которая умеет чинить артефакты, — прошептал он.

Лина моргнула.

— Я умею чинить принтеры, — сказала она. — Это почти одно и то же.

Азазель улыбнулся.

Это была не та улыбка, которую Лина ожидала от главного злодея королевства. В ней не было злорадства, жестокости или безумия. Она была... усталой. И одинокой.

— Посмотрим, — сказал он.

И щелкнул пальцами.

Мир исчез в облаке черного дыма.

Глава 2. Техподдержка в аду

Замок Азазеля был именно таким, как Лина себе представляла. То есть — жутким.

Высокие каменные стены, покрытые паутиной. Коридоры, в которых эхо разносило каждый шаг, превращая его в канонаду. Свечи в канделябрах, которые горели странным зеленым пламенем. И тишина — такая густая, что можно было резать ножом.

Но были и детали, которые не вписывались в образ «логово главного злодея».

Например, у входа висел коврик с надписью «Добро пожаловать... если ты бессмертный». А на стене в коридоре — портрет, на котором был изображен... Азазель с единорогом. Настоящий, вышитый бисером портрет, где некромант в полном обличии сидел верхом на розовом единороге с крыльями.

— Что это? — спросила Лина, когда они проходили мимо.

Азазель, который вел ее за руку (вернее, тащил, не спрашивая согласия), слегка запнулся.

— Это... подарок, — сказал он после паузы.

— От кого?

— Неважно.

Лина прищурилась. Она работала в IT достаточно долго, чтобы распознавать уклончивые ответы. Обычно так отвечали заказчики, которые случайно удалили базу данных.

Они прошли через огромный зал с камином размером с ее бывшую студию. В камине горел огонь, но не зеленый, а нормальный, оранжевый. Рядом стояло кресло-качалка, а на полу валялся плед с оленями.

— Уютно, — не удержалась Лина.

— Заткнись, — сказал Азазель без злобы.

Он привел ее в комнату. Не темницу, как ожидала Лина, а вполне себе гостевую спальню. Кровать с балдахином, шкаф, стол, на столе — кувшин с водой и тарелка с фруктами.

— Отдыхай, — сказал некромант. — Завтра поговорим.

— Ты купил меня на аукционе, — медленно сказала Лина. — Как рабыню. И теперь говоришь «отдыхай»?

Азазель поморщился.

— Я купил тебя, потому что не было другого способа. Аукцион «Невест» — это единственное место, где появляются люди из других миров. И если бы я не купил тебя, ты досталась бы тому толстому купцу. Или барону Кровавому. У барона, кстати, нет зубов.

— У меня есть зубы, — сказала Лина. — И я не собираюсь благодарить тебя за то, что ты меня не изнасиловал.

Азазель посмотрел на нее с таким выражением, будто она предложила ему съесть таракана.

— Я некромант, — сказал он. — Меня интересуют мертвые. А ты... очень громкая для мертвой.

Он развернулся и вышел, хлопнув дверью.

Лина постояла несколько секунд, переваривая разговор, а потом решила действовать.

План побега был простой, как Hello World:

1.Найти окно.

2.Вылезти из окна.

3.Сбежать.

4.Выжить.

Окно нашлось быстро — большое, стрельчатое, с видом на внутренний двор. Лина подтащила стул, забралась на подоконник и уже открыла створку, когда услышала за спиной спокойный голос:

— Я бы не рекомендовал.

Лина обернулась.

Азазель стоял в дверях, скрестив руки на груди. Он выглядел так, будто только что вернулся с прогулки, а не поймал свою «рабыню» при попытке к бегству.

— Почему? — спросила Лина, не слезая с подоконника.

— Потому что замок стоит на скале. А под скалой — разрывная магическая пустота. Если ты выпрыгнешь, то будешь падать три дня. И только потом умрешь.

Лина посмотрела в окно. Внизу действительно была не земля, а какая-то черная бездна, в которой кружились искры.

— А если я просто пойду через дверь? — спросила она.

— Там охрана. Скелеты.

— Скелеты?

— У них есть мечи.

Лина слезла с подоконника. Медленно, с чувством собственного достоинства.

— Хорошо, — сказала она. — Давай поговорим.