Елена Белоусова
Кханум

Глава 1. Приговоренный жить.

«Если б вы знали, как жажду

прекрасного,

к свету стремлюсь от

безрадостных дней.

Но погибают, кого

касаюсь

тёмной, безбожной любовью

своей.»

<span lang="ru">Арктида – Приговоренный жить

Звездная дата: 2458.0524. 11:24 по земному времени.

«Мостик — медотсеку, готовьтесь принимать раненых. Придержите свои склянки, мы падаем в аномалию.» – Раздался голос капитана по громкой связи в мед крыле.

— Он нас убьет. – Раздраженно ответил в пустоту Леонард, закатывая глаза.

— Пора бы уже привыкнуть, доктор. – колко заметила женщина, сидящая за соседним столом в лаборатории, не поднимая взгляда от своего пада.

Он хмыкнул, бросая на нее усталый взгляд.

— Отлично будет, если хоть кто— то после этой миссии останется жив.

Она ухмыляется и нажимает на кнопку питания отключая экран, поднимается подходя к шкафу. Возвращает на место стекла с образцами, которые описывала до этого. Свет корабельных ламп гаснет и снова зажигается спустя несколько секунд, после чего «Полярник» содрогается под нагрузкой при переходе через аномалию и их швыряет на пол, как мешки картошки. Леонард падает на нее, прикрывая своим телом от летящих осколков переносного оборудования.

Загорается тревожная сирена, мерцая оранжевым цветом на световых панелях в коридоре, а основное освещение меняется на аварийное. Он поднимает голову, вытирая кровь с рассеченной брови и видит женские прищуренные глаза в полумраке.

— Все еще считаешь, что мне пора привыкнуть? – скрипит зубами начальник СМО.

— Нет, — она хватает его за воротник и резко тянет вниз, в последний момент укрываясь за углом стола, когда над их головами пролетает очередная искрящаяся деталь, — но вы уже девять лет служите на «Полярнике» с капитаном.

— Девять лет, а он все так же хочет нас всех угробить. – пробормотал в ответ он, все еще прижимая ее к полу.

— Девять лет, девять лет— передразнил он ее сквозь зубы, осторожно приподнимаясь оценивая повреждения в лаборатории, — За эти девять лет я столько раз чуть не потерял медицинскую лицензию из— за его «гениальных» маневров!

Он кивнул головой в сторону шкафа с лекарствами возле которого стояли еще не до конца разобранные запасы препаратов. Где теперь валялись перевернутые кейсы и осколки склянок с ценными реагентами.

— Вот! Посмотри, новая поставка триоксана – в мусор! Грачев мне потом лекцию прочитает о «нерациональном использовании ресурсов», будто это я решил устроить тут салют из медоборудования. И вообще, — он поднялся на ноги и протянул ей руку, чтобы помочь подняться, — месяца не прошло с завершения пятилетки, а нас уже сослали с глаз подальше.

Леонард отряхнул форму от пыли и тяжело вздохнул:

— Если этот капитан, не убил нас пока, — значит пора спасать тех, кому повезло меньше. Готовь перевязочные, скорее всего сейчас начнут таскать первых пострадавших с инженерной палубы, у них и в обычное— то время все не слава богу, а тут такой «плавный» вход в аномалию.

Он нахмурился и окинул молчавшего заместителя, взглядом оценивая на наличия повреждений.

— Елена, ты в порядке?

— Конечно, доктор Воронцов. – она приподняла бровь, и кивнула в сторону кейсов. – Я уберу и закрою лабораторию, чтобы никто из персонала случайно не пострадал. Идите первым.

СМО мрачно коснулся рукой воротника формы плотно прилегающего к шее и оценил масштаб разрушений.

— Ты как всегда права. Не задерживайся, нам понадобятся все свободные сейчас руки. – Он еще раз посмотрел в глаза женщины, она опасно прищурилось, но промолчала, это может означать для него только одно, Елена запомнила его слова и обязательно припомнит их при удобном случае. Воронцов выдохнул и развернулся к выходу и добавил, но скорее уже для себя. – Черт возьми, может это и к лучшему – если корабль развалится, у меня наконец появится законный повод выписать Соколову справку о невменяемости

Мужчина бодро стартовал от двери отдавая указания на ходу потянувшимся раненым и суетящемуся персоналу, организовывая сортировку раненых, чтобы эффективно оказывать первую помощь. Беря на себя самых тяжелых.

Елена быстро убрала крупные осколки обратно в пострадавший кейс оставляя мелкие и разлитую жидкость роботизированным системам корабля. Перетащив уцелевшие кейсы, размещая их так чтобы вертящийся корабль, и периодически пропадающая гравитация не смогла им навредить, удостоверившись в надежности конструкции, она выдохнула и убрала свой слетевший со стола падд в ящик стола, от греха подальше.

Напоследок окинув помещение заместитель СМО заблокировала дверь в лабораторию стремительно направляясь в отсек присоединится к коллегам. Уверенно лавируя среди пострадавших и помогающих им добраться до лазарета, женщина с красным крестом на форме, затормозила перед автоматическими дверьми в отсек, выдохнув делает шаг внутрь, оказавшись в царстве стерилита и гиппоспреев. Выхватив перчатки из ближайшего аппарата, она на ходу включается в обстановку вокруг. Отдав команды нескольким медсестрам Елена, вытаскивает из кармана трикодер, анализируя рану сидящего перед ней паренька в форме инженерной службы с наливающейся гематомой на руке.

— Рядовой ? – она быстро взглянула в глаза парню, ей нужно с ним говорить, чтобы оценить реакцию и возможное сотрясение.

— Игорь Савицкий, лейтенант.

Она кивнула, заправляя обезболивающим и седативным гиппошприц. У парня внушительный закрытый перелом явно с осколками, о чем сообщил карманный сканер и поврежденные сосуды. Кровь собирается под кожей, создавая ненужное сейчас давление.

— Рядовой Игорь Савицкий, расскажите, что произошло? – любой способ хорош чтобы заставить его просто говорить. Она вводит ему коктейль из обезболивающих и гиппоспреем вводит местную анестезию, парень ей нужен пока в сознании. — Пересядьте сюда. – врач ногой придвигает стул к кушетке.

— Я на инженерной палубе был, когда корабль тряхнуло, один из стеллажей с оборудованием оказался не закреплен и начал падать.

Женщина кивнула, слушая в пол уха, она вытянула его руку положив на кушетку, так чтобы он облокотился грудью на край, чтобы снизить нагрузку на руку. Доктор придвинула светильник и согнув колено уперлась во второй стул с противоположной стороны становясь удобнее. Набор хирургических инструментов перекочевал из стерилизатора на приставной столик на колесиках, прагматично заблокированных. Рукав черной водолазки был осторожно срезан, полностью открывая все ранение. К этому времени она распухла, пальцы онемели что было видно по слабым попыткам парнишки ими пошевелить, но колкий взгляд, брошенный Еленой, сработал как надо и рядовой прекратил попытки что— то почувствовать.

— Если боитесь крови, советую отвернуться. Расскажите почему стеллаж был не закреплен.

Савицкий стоически мотнул головой и не отвернулся, на что доктор хмыкнула и рассекла кожу выпуская кровь, которая давила на мышцы, обнажая кость. Все было не так уж и плохо, но повозиться было с чем. Разрыв мягких тканей, несколько застрявших осколков и смещение. Видали и хуже.

Парень побелел и все— таки отвел взгляд.

— Я я пытался удержать его, думал успею пока он окончательно не упал.

Она подняла бровь.

— Геройство на службе похвально. Нажмите, пожалуйста, на левую кнопку сбоку на трикоддере. — она убрала руки с инструментами чтобы не задеть пока он будет шевелиться, нажимая на приборчик здоровой рукой. — да, вот эту. Теперь зажмите ту которая над ней.

Над их рабочим местом зажегся сенсорный экран, на котором появился снимок перелома.

— Спасибо. Постарайтесь в следующий раз быть аккуратнее.

— Мне что, не спасать товарищей?

— Отчего же? Спасать, только стараться делать это менее травматично не только для окружающих, но и для себя.

Он вздрогнул от ее движений со стерилитом, хотя уже давно ничего не чувствовал только видел. Елена наклонилась еще ближе к ране, вылавливая мелкие осколки сломанной кости. Когда по кораблю прошла очередная вибрация, один из осколков выскользнул из захвата. Доктор глубоко вздохнула, подбирая его снова.

— Почему вы решили пойти служить именно на «Полярник»? — пусть рядовой займет чем— то свой мозг, потому что его дергания не помогающие сейчас и вздохи отвлекают.

— Как вы поняли, что я сам выбрал службу на «Полярнике»?

Несколько мелких осколков бережно встали на место.

— На этот корабль получают назначение только лучшие студенты академии, а они имеют право выбрать корабль, на котором хотят нести службу.

— ЯЯ думал как вы это?

— Не нервничайте, я просто читала вашу карту при формировании состава экипажа на этот вылет. — продолжая ковыряться в его руке, доктор чувствовала, как рядовой сверлит ее макушку взглядом. — А вы думали, что один такой исключительный? Не смотрите на меня так, я заместитель начальника медицинской службы корабля, практически все личные дела проходят и через мои руки. Так что, что заставило вас прийти к нам на «Полярник»?

Парень отвечает тихо, рассказывая о собственных переживаниях, о том, как решил поступить в космическую академию, как восхищался бравым капитаном отечественного флагмана Александром Соколовым во время обучения, вздрагивая только на каких— то эмоциональных моментах или, когда потряхивание корабля становились ощутимее.

А в это время Елена действует в своем ритме. Собирая кость доктор уже не смотрит на экран с трехмерной моделью, она уже и без него видит и предвидит все что ей нужно. Следствие большого опыта и таланта.

Лишь однажды ошибается, когда корабль тряхнуло сильнее всего, почти так же как вначале, что могло значить о выходе из аномалии. Наклоняясь вперед удерживает на месте импровизированный операционный стол и инструменты от падения. Она продолжает работу, когда тряска прекращается, кинув взгляд в сторону операционных где сейчас работает Леонард, что она понимает со слов суетящихся в помещении медсестер, Елена продолжает работу возвращая крупный осколок на законное место. Через минуту наступает дело техники. Регенератор костной ткани, клеточный, нейронный. Каждое движение стало внутренним пониманием, тем что можно делать в любом положении. Она вся в этом. Как привычно шутит в кругу коллег «по локоть в других».

Наложив пластиковый фиксатор на поврежденную руку рядового, в которой стремительно формируется костная мозоль, Елена подняла глаза, понимая, что пострадавших не так много, как прогнозировалось на первый взгляд. Основную массу видимо составляли сопровождающие, но сейчас спустя какое— то время вокруг казалось спокойнее.

— Дальше вами займутся медсестры, нужно понаблюдать за показателями, но могу сказать одно. — она выразительно посмотрела на парня, снимая маску. – до свадьбы заживет.

— Спасибо, доктор. – отозвался Савицкий.

Елена кивает и собирает использованные инструменты закидывая их в стерилизатор находящийся на одной из переборок. Перчатки и маска отправляются в соседствующий утилизатор. Узнав у старшей медсестры на смене подробности, проводит быстрый осмотр и анализ проделанной всеми работы, уже предвкушая гору отчетов и мед карт, которые свалятся на нее в ближайшее время, но сейчас нужно узнать, что происходит. Оставив указания персоналу, она бежит на мостик. Буквально бежит. От нее шарахаются люди в коридорах уступая дорогу.

Доктор тормозит возле иллюминатора, думая, что ей привиделось. Но это не так. За стеклом зависла копия их корабля. Такой же «Полярник», в окружении еще четырех флагманов Российской Космической Империи