Михаил Берр
Три дня

Глава

Санька работал с нами лет десять, а может и больше — никто толком не помнил. Некоторые вообще говорили, что сначала появился Санька, а потом уже завод.

Мужик как мужик: не пил больше других, не скандалил, работу свою знал на совесть. Был человеком надёжным: если нужно подменить кого или выйти в выходной — никогда не отказывал.

Но была у него одна странность.

Стоило смене закончиться, как Санька исчезал. И никакая сила не могла его удержать.

— Куда летишь? — спрашивали мы.

— Домой.

— Да мы тоже не в санаторий, — ворчали мужики.

Санька только улыбался и шёл к проходной.

Поначалу мы звали его с собой: на рыбалку, на шашлыки или просто посидеть после работы. Он всегда отказывался коротким:

— Не могу.

— Почему?

— Дела. Домашние.

И всё. Будто других слов у него не было.

Со временем спрашивать перестали — знали заранее, что у него то детям помочь надо, то кран потёк, то ещё что-нибудь случилось. Иногда казалось, что он живёт на три фронта: одну смену отрабатывает на заводе, а две остальные начинаются сразу за проходной.

Я хорошо запомнил один случай.