Алена Nekto
Сам себе спаситель

Глава 1

Кафе в форме космического огурца сегодня висело прямо над прибрежной зоной. Сюда же перебрались и другие, менее эффектные забегаловки. Я медленно, глубоко вздохнул, сдерживая желание сорваться на случайном встречном или официантке. Ненавижу эти перестановки. Временные убежища, мир из воздушных пузырей. После нескольких больших потрясений, за миг уничтоживших тысячи жилых построек, мир стал забывать, что такое фундамент и для чего он использовался тысячелетиями. Каждое здание теперь больше напоминало вздувшийся кишечник из телерекламы двухтысячных, закрепленный тросами к суше. Кто же найдет эту волшебную таблетку, которая спустит постройки на землю, даст нам снова закорениться в этой системе?

Браслет на запястье довольно пикнул, зафиксировав падение пульса. Видимо, электронный надзиратель решил, что я успокоился. Голодный желудок, тем временем, устремился к любимой закусочной. И почему технологии ничего не меняют? Мы все так же привязываемся к острому бургеру и шаткой табуретке. Время, которое уходит на поглощение жира и глюкозы, могло пойти на глобальные открытия. Но нет — мы, как пещерные люди, до сих пор несколько раз в день выслеживаем добычу и точим о нее клыки.

Возле входа, отвлекшись на голодные мысли, смачно шлепнул ногой по луже. Грязная вода, совсем как в детстве, затекла в ботинок и мерзко охладила пальцы. Оптимисты сказали бы: лужи посланы нам, чтобы человечество еще больше ценило сухие ноги. Хорошо, что я не оптимист. Обязательно напишу в исследовательский институт этим лодырям. Раз не способны разобраться с лужами, пусть хотя бы придумают непромокаемые носки.

Браслет заволновался на руке от нового сообщения. Не глядя, я догадался, что это Шеф. Уж слишком давно не было экспедиций по изучению пригодности пролетающих мимо планет для обитания гомо сапиенсов. Уселся за любимый столик, вместо вида на море в очередной раз уставился на проекцию безлюдной пустыни. Такие искусственные пейзажи были здесь вместо картин и заменяли окна, видимо, такое оформление было бюджетнее и тоже отвечало требованиям герметичности. Оглянулся и увидел за разными столиками других довольных жующих посетителей кафе. Наверное, труд сделал из примата человека, а фаст-фуд ненадолго возвращал нас обратно, в беззаботное обезьянье прошлое. Кивнул уставшей официантке, которую видел здесь каждый день. Она вообще спит? Девушка в мятом фартуке узнала меня и неспешно шаркая ногами побрела в сторону кухни, чтобы добыть мне их фирменный бургер на завтрак. Привычный ритуал завершен, дальше только приятная борьба со слюноотделением в ожидании заказа.

Отлепил локоть от грязного стола, пальцем ткнул браслет, чтобы убедиться в своей правоте. Сообщение действительно было от Шефа. Всего несколько слов, которые испортили мне это прекрасное утро, наполненное ароматами прогорклого масла.

«У тебя новый напарник, приезжай».

«Черт, Шеф, ну мы же договорились! После очередного промаха этого лентяя Ванта, я сказал, что работаю один. Я четыре! Четыре раза чуть не погиб из-за Ванта!» — я закричал в браслет, как только Шеф ответил на мой видеовызов.

«Первый раз этот обаятельный урод забыл о герметизации и наслаждался невесомостью с птичьим перьями в руках, пока его задницу не засосало в пятисантиметровый иллюминатор. Остальные разы он отсиживался в туалете с журналом „Тёлочки“ в период метеоритных ливней. В экспедициях с ним я не спал месяцами, лишь бы не закончить свою жизнь в обнимку с галактическим мусором. Уж лучше я один, Шеф, так надёжнее. Так мы спасём людей, Шеф, а не накормим внеземные цивилизации своей плотью».

Не дожидаясь ответа от Шефа, я резко повернулся назад, будто хотел найти поддержку среди других столиков. Древняя табуретка подо мной устало скрипнула и покосилась. Я громко рухнул на пол, который последний раз мыли примерно никогда. Неужели сюда ещё не завезли, мать её, гигиену. Нашивка «спаси себя сам» на позвоночнике слегка смягчила падение.

Оставшись сидеть там, где прилип, я посмотрел на смиренное лицо шефа на мерцающем экране браслета. Стало понятно, что никакие мои доводы не поменяют его решения.

«Как хоть зовут этого несчастного? Ну, этого, моего напарника», — лениво протянул я.

«Ли Тайлин. И он уже ждёт тебя для знакомства», — отчеканил мой собеседник, поглядывая куда-то в сторону.

«Скоро буду, Шеф», — пока говорил эту фразу, отключил видеосвязь и уже делал запрос имени нового напарника в сети.

Это последнее, чего я ожидал!

Одним движением я соскочил на ноги. Висящее над землёй кафе пошатнулось. Люди за столиками начали придерживать свои стаканы и наконец отвлеклись от еды. Я бросил несколько монет на столик, чтобы расплатиться за чертов бургер, который видимо сегодня за меня съест официантка, и ринулся к выходу.

Ногу снова отрезвляюще обдало холодный грязной водой. Лужа на месте. Хоть какая-то стабильность.

Не помню, как добрался до переместителя.

На экране браслета тем временем продолжала крутиться запущенная мной трансляция из поисковика. В кадре модный паренёк с ангельской внешностью уверено вещал:

«Ценители мои, для вас хорошая новость. я, ваш Ли Тайлин, лечу в свою первую экспедицию уже завтра…»

Глава 2

Переместитель справился с расстоянием до космоцентра за три секунды, но впервые я подгонял эту машину, мысленно добавляя ей ускорения. Сейчас ввалюсь в кабинет к шефу, закрою дверь, достану его любимый синтетический коньяк и не уйду, пока мои доводы не будут услышаны. Если у шефа поехала крыша, то я единственный, кто может её придержать. Вообразив себя древним атлантом, пытающимся хоть ненадолго удержать черепицу на крыше нашего надувного космического центра, я усмехнулся. Эти воздушные замки совсем лишили нас архитектуры и исторической памяти.

Я вышагнул с платформы в мягкий переходной рукав космоцентра. Пройдя через вращающиеся створки, я почувствовал, как сжались виски — давление в помещениях всегда менялось под действием нагнетаемого воздуха. Только так удавалось держать здания надутыми до предела. В космоцентре это было особенно важно. В каждой комнате стояло дорогостоящее хрупкое оборудование, необходимое для оценки многочисленных параметров образцов, добытых с разных планет. Если здание начнет терять форму, обмякшие стены в одно мгновение уничтожат миллиарды потраченных валютных единиц, которых и так всегда не хватало на полноценную работу отделов. Монументальное сооружение висело в воздухе и покачивалось на титановых растяжках, напоминая гигантскую, покрытую копотью почку. Настоящий памятник архитектурного маразма нашей эпохи.

Вместо привычной картины разрухи и хаоса я увидел моего шефа, сидящего в своей лаборатории при полном параде и наброшенном на плечи халате. Черт, халат был чистым и выглаженным. Это не к добру. Я устремился к старику, но моя правая нога предательски запнулась за что-то мягкое — плюшевое кресло, которого тут отродясь не бывало. В кресле пафосно восседал Ли Тайлин в белом свитере, покрытом тысячами блестящих чешуек, его законсервированная улыбка оставалась на месте даже после моего пинка. Неужели это недоразумение путешествует со своей мебелью?

Ещё через мгновение я порадовался, что устоял на ногах, потому как комнату наполняла съёмочная техника. Какая-то по старинке стояла статично, но больше всего раздражали жужжащие миниустройства, делающие контент прямо с воздуха. Словно попав в рой комаров, я осознал, что разговор по душам с шефом откладывается. Не мог же я в прямом эфире спаивать этого блогера-Белоснежку синтетическим спиртом.

— Шеф, прибыл по вашему указанию, готов спасать человечество, — недовольно отчеканил я шепотом, пожимая мокрую от волнения руку исследователя.

— Рарри, ну наконец-то! Мы тебя заждались, — громко и неестественно проговаривал шеф. — Знакомься. Это твой новый напарник — Ли. Вместе у вас всё точно получится!

Наклонившись ко мне через свой стол с такой же натянутой улыбкой, он наконец превратился в того самого ученого, какого я всегда знал. Его шепот действовал на меня гипнотически:

— Рарри, пожалуйста, будь терпимее. Ты и сам, наверное, заметил, что твои экспедиции прекратились. Космоцентр едва сводит концы с концами. Мне пришлось уволить четверых скрибменов только на этой неделе… Участие этого парня привлечет внимание инвесторов. Да и сам Ли уже выложил мне приличную сумму за возможность войти в один шаттл с тобой. Рарри, я верю в тебя. Не хотелось бы потерять дело, в которое я вложил почти пятьдесят лет своей исследовательской жизни.

Он по-отечески хлопнул меня по плечу. Разговор не мог продолжаться: летающие аппараты устремились к нам, чтобы не пропустить очередной эксклюзив. Мысленно я раскидал камеры этого недоблогера по кабинету. А одну, с плюшевым розовым микрофоном, даже почти засунул в рот Тайлину. На деле же мой браслет довольно пикнул, а я, обмякший и побежденный, протянул руку своему новому напарнику. Но даже глядя Ли в глаза и ощущая в своей руке его зефирную ладонь, я не смог пересилить себя и обратился к единственному человеку, которого здесь уважал:

— Куда отправишь меня в этот раз, шеф?

Ответ ученого второй раз за день заставил меня усомниться, что все вокруг не дурной сон. Когда камеры отвлеклись от его скромной персоны, Шеф выдохнул:

— Знаю, ты это не одобришь, Рарри, но нужно выбраться за петлю Лукса…

— Шеф, надеюсь, так ты планируешь подчистить цифровое пространство от… — я многозначительно наклонил голову в сторону Ли. — Иначе я подумаю, что ты просто не знаешь, как избавиться от меня. Пожалуйста, просто отрави местным бургером. Не нужно будет тратить кучу цифровой валюты, а эффект тот же — мой бесполезный труп.

— Рарри, оттуда не возвращаются экспедиции, но только потому, что отправляются в них полные идиоты. С твоим опытом и знаниями мы достигнем прорыва. А если именно там ты найдешь новый дом для человечества, нам дадут средства, чтобы построить безопасный тоннель для сверхзвукового переместителя.

— Я понял. Пойду отпущу свой дом в небо, ведь он мне больше не понадобится. Этот гнилой пузырь давно просился.

— Рарри, я понимаю всю серьезность экспедиции, поэтому руководство выделяет тебе ещё одного помощника.

— Ещё одного? - решил съязвить я. - Мне кажется, Ли будет вполне достаточно, чтобы помочь мне вести собственный видеоканал с танцующими голограммами…

Шеф не успел оценить мою шутку. Как по расписанию, в кабинет начал ломиться новый герой экспедиции. Устройство на входе не узнало сотрудника и на третий настойчивый толчок двери просто отключилось. Кажется, древние щеколды и авторучки на дверях справлялись куда лучше, чем интеллектуальные помощники, которых сбагривают в местных супермаркетах пять штук по цене трех.

Я ещё раз вспомнил про финансирование и про то, что шеф может рассчитывать только на меня. Я должен быть ему благодарен. Он действительно ценит меня — с ним мы прошли долгий путь от парня, путающего рукоятки, до самого известного путешественника в космос. Он искренне переживает за меня, раз выбил финансирование на ещё одного напарника в группу. В этот момент мне самому стало тошно от своей покорности и слабости. Но патриотический флёр сменился истерическим, когда новый напарник всё-таки вошел.

Вошла.

На каблуках, в ярком мини.

Девушка поправила топик, чтобы прикрыть пупок, но не получилось — ткань предательски отпружинила обратно. Глаза перекрывали пряди волос, выбившиеся из старательно собранной прически.

На минуту я потерял возможность говорить. Но не от эффектного появления девушки, а от того как низко пали все стандарты Шефа. Раньше в космос летали профессионалы, жёсткий отбор - один герой на 7 миллионов человек. Это были крепкие парни, гениальнейшие инженеры с многолетней подготовкой, прошедшие сотни тестов на профпригодность и психологическую совместимость с командой. Сегодня к звёздам можно отправить любого желающего. Пусть, только без меня.

— Шеф, кажется, тут и без меня собралась отличная команда, — выдал я после увиденного. — Уверен, эти ребята справятся, а напоследок выдадут миру годный контент из черной дыры.

Я сорвал нагрудную нашивку с надписью «Пилот, который знает свое дело», положил на стол шефа и гордо покинул помещение под чавкающий звук моего натерпевшегося ботинка.