Ольга Зимина
Лосиха

Лосиха

Глава 1 | Охотник

В эти глухие места Иван прибыл на всё лето, а то и дольше – до первых сентябрьских заморозков. Для всех, с кем ему доводилось здесь встречаться, он был прост, как гривенник – молодой охотник с дурашливой легавой собакой. Рыжеватый, не очень-то высокий. Молчаливый. Единственная привлекательная черта — пытливые и внимательные глаза; серые, с карим ободком вокруг зрачка. Истинную причину прибытия в Тверскую губернию Иван никому не раскрывал.

Воспитанный суровым отцом и деспотичной матерью, он не торопился изливать душу перед посторонними. Близких друзей не заводил, довольствовался обществом верной псины. Поселившись в лесной сторожке, охотился редко, больше для виду; до поры до времени – не надеясь на понимание со стороны окружающих – старался скрыть свою страсть.

Увлечение его было весьма необычным: запись и литературная обработка народных сказов. Это занятие увлекло его еще с отрочества – сначала он сохранял на бумаге истории своей няни Марфы Ильинишны; после – втянулся, начал расспрашивать старух из соседних деревень. Получив по настоянию отца юридическое образование в Петербурге, дальше по этой стезе не пошёл. Служить он не собирался – да и нужды в этом не было: тётка со стороны матери оставила ему преизрядное состояние. Крестьянские поверья и легенды составляли интерес всей его жизни. Разведав, что в здешних местах крестьяне передают из уст в уста предания о ведьме Лосихе, он напросился в гости к дальней тверской родне и поселился в заброшенном охотничьем домике. Крестьяне делились устным творчеством неохотно – не привыкли доверять помещикам; да к тому же – искренне не понимали, на что молодому барину слушать да записывать детские сказки. Ждали подвоха.

– Ииииии, барин, тебе всё это не надобно....– отвечали местные сказительницы на просьбу поведать легенду о Лосихе, – вредно тебе такое слушать. А нам нельзя рассказывать, неровен час – рассердим Лосиху-то.

Согласилась только старая Савельвна, жившая в полуразвалившейся избёнке на краю деревни. – Ну заходи, гость дорогой, коль интересно, – сказала она, причмокивая черным, полностью беззубым ртом. Иван шагнул в избу, чуть нагнувшись, чтобы не удариться головой о низкую притолоку. Вслед за ним заскочила любопытная легавая Гретхен и сразу ринулась шугать рыжего кота, сладко дремавшего на выскобленной добела лавке. Кот взвился на печь и оскорбленно завопил басом. Собака растерялась, чихнула и села чесать нос задней лапой. Савельевна хмыкнула, глядя на всю эту суету; сверкнула глазами, улыбнулась уголком рта. Сразу стало ясно, что она не так уж и стара – лет сорока. Иван выгнал на улицу Гретхен и, следуя указующему кивку хозяйки, уселся к деревянному столу. Достал блокнот и карандаш.

– Что хочешь знать про Лосиху, барин? – спросила Савельевна, садясь на лавку и сразу придвигая к себе прялку: чего без дела лясы точить?

– Всё рассказывай, матушка, всё, что знаешь...

– Ну, стало быть, слушай...

Глава 2 | Барыня-травница

Барыня Анна Петровна, молодая жена лосихинского помещика Порфирия Ивановича, оказалась странненькой. Крестьяне не знали, как её встречать: надо бы в пояс кланяться, но барыня при этом так сильно конфузилась и краснела, что крестьяне оставались в недоумении – и со временем кланяться перестали.

Откуда Порфирий Иванович привёз невесту – никто в Лосихе не знал. Пробовали расспросить дворовых – да те лишь плечами пожимали: знамо дело, барин им не докладывает, где с барышнями знакомится. А спросить боязно: не понравится любопытство – вмиг отошлёт на полевые работы; либо, того хуже, погонит на конюшню за розгами. Неугодных крепостных Порфирий Иванович сёк самолично – и не без удовольствия.

Молодая барыня только и знала, что бродить по окрестным лесам с холщовой сумой и ножницами – собирала всякие растения, корешки да грибы.

– Видать, наша-то – ведьмица, – с уважением говорили в деревне, – да как бы новой Лосихой не стала.

Сказки про местную Ведьму-лосиху – из-за которой пошло название деревни – крестьяне нашёптывали детям сызмальства: дескать, будешь без спросу в лес бегать – утащит тебя баба со светящимися рогами, первым делом утопит в болоте, а затем заставит себе служить, пока не поймает нового младенца.

Анна Петровна сказкам про Ведьму-лосиху не верила. Соседским помещикам она охотно сообщала, с чего началось её увлечение ботаникой и лекарским делом: в детстве в руки ей случайно попался справочник обрусевшего немца-аптекаря Штайна, где подробнейшим образом были описаны и зарисованы все полезные растения Тверской губернии. Девочка загорелась жаждой знаний; что-то разузнала у своей старой няньки Марфы, что-то – постепенно переняла от деревенских старух. Собранными травами молодая барыня пыталась лечить своих крепостных – от поганой парши, от кашля, от колотья в боку... Да где там! Крестьяне смотрели исподлобья и только отбрехивались:

– Не носи ты нам, матушка, эти цветки поганые: только нехристи да звери дикие их в лесу берут. Ты лучше скажи средство от дурного глазу. От него все болезни-то! ...Долго-долго у барыни не было детей.Анна Петровна сильно страдала, чахла, да знай играла на своем фортепьяно. И пела грустно, словно райская птица Сирин.

Глава 3 | Авдотья

У Порфирия Ивановича в Лосихе была дочь Авдотья двух лет от роду – от крепостной Матрёны, жены кузнеца Емельяна. Все деревенские знали, кто настоящий отец: на щеке девочки с левой стороны от рождения красовалось лиловое пятно, словно младенец ладошку приложил. Отметина – точь-в-точь как у самого барина.

Матрёна дочь не любила: почти не кормила; била за всякую провинность. Услыхав об этом, барыня как-то раз пришла в дом кузнеца и попросила: