Диана Нади
Сама себе коуч

Глава 1

Зовут меня Нина Чулкова. Я та самая некрасивая подружка, которую удобно таскать за собой по тусовкам, чтобы выгодно сверкать на её фоне. Причём, я не только с внешностью не угадала, красивой подружки у меня тоже нет. Вернее, подруга есть — Анютка Жукова. Она вполне симпатичная, особенно если сравнить со мной, только по тусовкам ей ходить некогда. Аня, как она сама выражается, «тащит на себе семейство».

С обременением вышла такая история: Анькин папаша сбежал, когда дочке семь лет исполнилось. Ушёл, что называется, в туман. Матушка погоревала-погоревала да занялась новыми отношениями. Что уж там не так было с её избранниками, не могу сказать, да только за семь лет Тамара Михайловна сменила троих мужиков, и каждый из них оставил о себе напоминание в виде наследника. Крайний присоединился к «тёплой компании в тумане», узнав, что сожительница ждёт двойню.

Подлый удар окончательно подорвал моральный дух брошенки. Рожала она трудно, спасали её чуть ли не всем родильным отделением. Мальчишки получились крепкими, а вот роженица осталась инвалидом — нервная система подкачала. Полгода Тамара Михайловна кое-как передвигалась по квартире. Готовить не могла, но хоть ела самостоятельно и малышей грудью кормила, а потом жизненные силы её оставили: выбрала Анькина мама постоянным местом жительства деревянный ящик без окон и дверей.

От детского дома четырнадцатилетнюю Анюту и её четверых братьев спасла тётка — двоюродная сестра Тамары Михайловны. Тётке самой на тот момент было двадцать шесть, но она оформила опеку над всей оравой, переехала в четырёхкомнатную квартиру Жуковых и тянула эту лямку до совершеннолетия племянницы.

К тётке Аня и семейство испытывали исключительно благодарность. Она умудрилась не только принарядить ребятишек, привести в порядок квартиру, запущенную Тамарой Михайловной, но и научить Анюту обращению с документами. Сама тётка имела высшее образование и работала в крутой фирме, поэтому с отчётами, чеками и прочим, необходимым при общении с органами опеки, справлялась на раз.

Анино восемнадцатилетие справляли с помпой, а в качестве подарка она приобрела официальный статус опекуна малолетних братьев — младшим на тот момент исполнилось четыре с половиной. Тётка очень просила понять и простить, ведь ей нужно было строить собственную семью: она съехала от Жуковых к новоиспечённому мужу. Своих детей у них по неизвестным мне причинам не было, и тётка периодически навещала Жуковых с гостинцами и подарками, не оставляя племянников без внимания.

История с коучем началась с подачи моей красивой подружки. В тот поворотный день, когда моя судьба вознамерилась изобразить фуэте, я после занятий в универе забежала к Анютке на работу. Трудилась подруга в пивной «Янтарная слеза» в квартале от места моей учёбы. Смена у подруги вот-вот заканчивалась, и я рассчитывала вместе ехать домой — мы жили в одном доме, только в разных подъездах.

В заведении витал насыщенный дух перекисшего хлеба и сушёной рыбы. За столиком в углу шумела весёлая компания, около прилавка вились два конкурирующих Анькиных ухажёра. Услышав мои решительные шаги, парни оглянулись, улыбки сползли с их разрумянившихся лиц. Реакция на моё появление была ожидаемой, но от этого не становилась приятной. Скорее, раздражала, снова и снова стискивая горло жёстким разочарованием в жизни.

Подруга приветливо мне кивнула и строгим голосом попросила клиентов перейти за столики.

— Зря ты так, — пожурила я Аню. — Нормальные вроде парни.

— Ой, — махнула рукой подружка, — все одинаковые. Сыплют комплиментами, клянчат номер телефона, назначают свидание, а как узнают про моё семейство, тут же уходят в туман. Налить тебе лимонаду?

— Давай, — согласилась я. — Ты как вообще, скоро освободишься?

— Как только, так сразу, — засмеялась Аня. — Любаня предупредила, что задержится на пять сек.

Сменщица пользовалась Анютиной добротой и опаздывала чуть ли не каждый день, хотя прекрасно знала, что Аня должна успеть к приходу братьев из продлёнки. Правда, десятилетний Макс без проблем приводил восьмилетнего Петька из школы, но эти двое могли до прихода сестры сотворить с квартирой такое, что дело окончится либо потопом, либо пожаром. Анютка неоднократно просила не отпускать мальчишек без неё, но учителя тоже люди, им тоже хочется поскорее уйти домой.

— Хочешь, я поговорю с Любой? — в очередной раз предложила я. — Совесть надо иметь, в конце концов?

— Не кипятись, — мягко улыбнулась мне подруга, подавая мне высокий стакан с изумрудным пузырящимся напитком, — пей лимонад. И вот ещё, глянь, какую мне рекламку подогнали.

Я с удовольствием глотнула пахнущую тархуном жидкость и взяла красочный глянцевый лист небольшого формата с изображением импозантного мужчины среднего возраста в классическом костюме с бабочкой. Его белозубая улыбка притягивала взгляд настолько, что другие черты лица вообще не запоминались. Под фотографией была крупная надпись: «Опытный коуч Николай Монру приглашает на бесплатный урок. Если вы хотите изменить жизнь, не стоит откладывать. Сделайте первый шаг вместе с Николаем Монру!»

— Опять какой-нибудь развод, — поставила я безапелляционный диагноз.

Анюта успела отпустить очередного клиента и, когда он отошёл в сторону, подалась ко мне, навалившись грудью на прилавок:

— Давай сходим. А? Ужас как хочется хоть что-то изменить.

Я недоверчиво усмехнулась:

— Ты что же, думаешь, этот Монру прямо на бесплатном уроке тебе всё растолкует?

— Нет, конечно. Просто хочется поймать направление. Мы ведь не дуры, сами дальше домыслим. Нинок! Ну, пожалуйста! Бесплатно ведь.

— А то ты не знаешь, где подают бесплатный сыр?

— Значит, не пойдёшь со мной? — огорчилась подруга. — Одной мне страшно...

— А на кого ты семейство собираешься оставить? — наступила я на Анюткин больной мозоль.

— Так это же послезавтра, в субботу. Как раз тётка собиралась к нам заглянуть. Она бы и присмотрела за мальчишками.

Я снова придвинула к себе постер. Место проведения встречи: районный досуговый центр. Недалеко от нашего дома.

— В принципе, вечер у меня свободный. Можем сходить.

— Нинок! Ты лучшая! — воскликнула Аня.

В зале стало тихо. Мужские взгляды скрестились на нас. Я поймала секундный интерес, но уже через мгновение все разочарованно отвернулись.

Не поверили присутствующие моей подруге. Не может быть «лучшей» девица с такой своеобразной внешностью.

— А вот и я! Не ждали? — из подсобки выплыла похожая на баржу с грузом оптимизма Анюткина сменщица Любаня.

Она добродушно кивнула мне и отодвинула Аню от прилавка своим необъятным телом.

Я тоже кивнула ей и сказала подруге:

— На улице подожду.

Поспешно допила лимонад и направилась к выходу, провожаемая скептическими мужскими взглядами. «Да, — хотелось крикнуть каждому из них, — такая уж я уродина! Будто вы тут все красавцы писаные!»

Мне двадцать два! Анютка на полтора года младше меня, а у неё уже десяток свиданий за спиной. Даже одно предложение случилось. Правда, кавалер скоренько так передумал жениться, узнав о «семействе». А у меня даже такого опыта не было. Только насмешливые взгляды и брезгливо выпяченные губы в качестве оценки моей внешности.

Я выскочила на воздух, глотнула выхлопных газов, щедро выпущенных отъезжающим от остановки автобусом, и достала из кармана сумочки маленькое зеркало. Увы, оно ничего нового мне не показало. Страшненькая. И никак это не исправишь. Даже самый опытный коуч не поможет.

— Ушёл? — подбежала ко мне переодевшаяся в привычные джинсы и свитер Аня.

— Кто? — не поняла я.

— Семнадцатый ушёл?

— А, автобус... Да, только отъехал.

— Вот засада! — огорчилась подружка. — Придётся теперь платить.

Водители маршруток не принимали её льготную карту, а социальный автобус нашего маршрута ходил раз в час, ждать его не имело смысла.

— Любане спасибо скажи, — сердито буркнула я.

— Да, ладно, не злись! — засмеялась Анюта. — Чай, душу в залог не попросят, а полтинника не жалко.

В маршрутке нам достались места сзади. Всю недолгую дорогу, Анютка вдохновенно пересказывала восторги клиента, от которого она узнала о Николае Монру.

— Прикинь, Гоша увидел на прилавке рекламу и аж подпрыгнул. Оказалось, что этот коуч вытащил его из крутейшей депрессии. От Гоши тогда жена ушла. Да не просто в туман, а к его давнему другу.

— Дети у них были?

— Нет. Жена талдычила, что не готова и всё такое. А от друга этого сразу же и залетела. Вот какие страсти!

— Ну-у-у... бывает, — глубокомысленно заметила я, заочно сердясь на мужиков, которые уводят друг у друга жён и не замечают свободных девушек вроде меня.

— Ясно, что и не такое бывает, — махнула ладошкой Аня. — Я про коуча. Гоша говорит, что ни секунды не жалел, что на курс потратился. Реально теперь у него новая жизнь.

— Так то курс, там, наверняка, индивидуальный подход. Бесплатный урок — совсем другое.

Я даже близко не могла представить, что какой-то коуч может сделать с моей внешностью или с восприятием её лицами противоположного пола. Сколько угодно можно трепаться о прекрасной душе, добром сердце, покладистом характере... Если у тебя нос длинноват и вообще черты лица непропорциональные, никто в твою сторону даже не посмотрит.

— Гоша уверяет, что даже от одного занятия может быть толк. Нужно только внимательно выслушать и усвоить главные приёмы. Дальше и сама сообразишь, как меняться.

Заразила меня Анютка своим энтузиазмом. Я прониклась и ждала встречи с пропиаренным волшебником.

Пришла суббота, и, вместо того чтобы отправиться на дачу помогать родителям, я пошла в досуговый центр вместе с подругой. Оделась просто, макияж не наносила. Пусть Николай Монру с порога увидит глубину проблемы. Даже интересно, что в моём случае может предложить его хвалённая методика.

Небольшая аудитория набилась под завязку. Место в первом ряду мы смогли занять исключительно благодаря Анюткиному обаянию. Она подошла к сидевшему за столом молодому человеку в камуфляже и спросила, указывая на стул рядом с ним:

— Свободно?

Парень поднял хмурое лицо и кивнул.

— Садитесь.

— А мы вдвоём, — жалобно улыбнулась Аня, указывая на меня, — с подружкой.

Брошенный на меня взгляд не обещал ничего хорошего. Незнакомец снова посмотрел на Аню и вздохнул, поднимаясь.

— Мне, в общем, без разницы.

Он ушёл на галёрку, а мы с Анюткой уселись на лучшие места — как раз напротив кафедры.

Ждать не пришлось. Через пять минут после того, как мы с подругой устроились, в аудитории повисла внимательная тишина. Мужчина в модном костюме и идеально белой рубашке поднялся на кафедру и поздоровался с нами.

— Не буду тратить время на перечисление своих регалий и достижений, — начал он напористо. — Каждый, кто заинтересуется, может взять у меня визитку, зайти на мой личный сайт и вдумчиво ознакомиться со всеми выложенными там материалами. В отдельной вкладке вы найдёте список ближайших курсов и сможете записаться, заполнив несложные формы. А сейчас давайте знакомиться. Не обязательно называть реальные имена, достаточно выдуманных ников. — Лектор наконец улыбнулся: — Главное, чтобы вы сами не забыли, как представились аудитории.

Улыбка коуча меня разочаровала. Она была другой — не той, что на рекламном проспекте. Кожа реального Николая Монру — если это его настоящая фамилия, а не псевдоним — тоже выглядела иначе. Улучшенное нейросетью изображение скрыло пигментные пятна и рытвинки, отбелило зубы, подкрасило бледные глаза, добавило густоты бровям и ресницам. Впрочем, внешность коуча была располагающей, голос — приятным, но мне стало досадно за первое впечатление, оказавшееся обманом.

— Итак, — бодро вещал коуч, — возьмите приготовленные на столах листы и карандаши, запишите свои ники в правом верхнем углу, и начнём работать.

Что мне было писать? Нервно вывела: «Некрасивая подружка». И меня такая тоска взяла, что слёзы пришлось сдерживать. Да и нос захлюпал.

— Ты чего? — сочувственно шепнула, наклонившись к моему уху, Аня.

Я посмотрела на её лист, где было аккуратно выведено дворовое прозвище «Жучка», и покачала головой:

— Ничего. Соринка в глаз попала.

Подруга заботливо протянула мне одноразовый бумажный платочек — она всегда носила в кармане упаковку. Я послушно вытерла глаза и посмотрела на Николая Монру, который запустил на большом экране презентацию. На первом слайде рядом с изображением печального котика росла, увеличиваясь и расширяясь, надпись: «Что мешает мне быть счастливым?»