# Библиотека ведьмы

Ыно Чон

Розмари – дочь провинциального барона. Ее род испокон веков владеет легендарной Библиотекой Бесконечности, хранилищем запретных знаний.

А еще у Розмари есть секрет: она помнит свою прошлую жизнь, когда она была обычной жительницей Кореи. И Розмари знает, что переродилась в романе, причем персонажем второго плана. Это полностью ее устраивает… если бы только главная героиня романа не пыталась завладеть Библиотекой, а для этого – убить Розмари и ее любимую сестру. И в противостоянии с таким опасным врагом Розмари не обойтись без Библиотеки и ее секретов…

© Ыно Чон, текст, 2026

© Наталья Скичко, перевод, 2026

© son, иллюстрация на обложке, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

* * *

## Пролог

Я – статистка.

Незначительный и неприметный персонаж второго плана. Персонаж, которого обычно классифицируют как «помощницу главной героини».

Верно, я оказалась в популярном нынче жанре «перерождение внутри романа». Точнее сказать, я родилась в нем. Поначалу я думала, что живу обычную, новую жизнь с самого рождения. Но по мере взросления вдруг осознала: я стала кем-то из книги. Я родилась как ее персонаж. Персонаж, которого едва упоминали на страницах, одна из множества фоновых статистов на периферии повествования.

Вы спросите, разочаровалась ли я? Честно говоря, да. Ведь каждый хочет быть главным героем в своей истории.

Но что я могу поделать?

Что в прошлой, что в нынешней жизни мне было уготовано лишь оттенять сияние других. Но я не жаловалась – я радовалась уже тому, что переродилась человеком.

Думаю, причина столь позитивного мышления заключалась в том, что я сохранила воспоминания своего предыдущего воплощения, где читала много книг подобного рода. Даже если в этой истории я статист, в своей жизни я оставалась главной героиней. И если я могла быть счастлива, я не собиралась сожалеть, грустить или завидовать, даже оставаясь в тени главной героини.

И так бы все и продолжалось. Я бы осталась в забвении, как ручеек, который в итоге сливается с рекой… если бы главная героиня не попыталась убить мою сестру.

Так что знай, Элиз: все это начала ты. Все это твоя вина. Все.

## Глава 1. Младшая сестра

Розмари была дочерью провинциального барона. Ее красивое имя никак не вязалось с тучным телосложением: казалось, толкни легонько, и она покатится как шарик. Круглое лицо с пухлыми щеками; глаза, которые можно было спутать с птичьими; нос, теряющийся в округлых чертах; едва приоткрытые губы, похожие на рыбьи… и все это в дополнение к телу, напоминавшему маршмэллоу. Стоило ей сделать несколько шагов, как у Розмари сбивалось дыхание, заставляя окружающих напрячься и прислушаться – жива ли она еще?

Она помнила свою прошлую жизнь. Этот секрет был известен ей одной. Как и еще один, куда более удивительный: этот мир – вымысел, всего лишь декорации из романа.

«Да нет, не так уж это и удивительно», – подумала Розмари, устало выдохнув, как увядающий воздушный шарик. Сохранив воспоминания прошлой жизни, она помнила, что в ее мире существовало бессчетное количество новелл в жанре «перерождение внутри романа». Она была лишь одной из множества тех, кто оказался в чужой истории.

К собственному разочарованию, свою прошлую жизнь Розмари прожила совершенно обычно и скончалась от старости, а затем переродилась в этом мире. В раннем детстве память о прошлой жизни не приходила, а вот когда Розмари немного подросла, воспоминания о прошлой жизни вдруг – бац! – и всплыли. Иногда она вспоминала, как и когда это случилось. Нелепость момента до сих пор вызывала у нее улыбку.

Кажется, это случилось, когда Розмари было около восьми? Возраст, когда дети капризничают и пакостят родителям. Но у Розмари не было такой роскоши: ее родители погибли в пожаре. Из родных у маленькой Розмари осталась только старшая сестра Шарлотта, недавно завершившая обучение в Императорской академии. Шарлотта была на десять лет старше, ее считали образцом мудрости и красоты не только в поместье, но и в академии.

Розмари очень любила свою сестру. Несмотря на холодный и сдержанный характер, с ней Шарлотта всегда была добра и приветлива. В присутствии младшей сестры она всегда улыбалась. Даже во время похорон родителей и процесса принятия титула баронессы Шарлотта всегда находила время для своей сестренки.

В то время Розмари была обычным ребенком, еще не помнившим свою прошлую жизнь. Она дни напролет плакала по родителям, а Шарлотта всегда была рядом, чтобы поддержать ее.

Всю работу, которую прежде выполнял их отец, Шарлотта как баронесса взяла на себя. Благодаря ее уму и проницательности в поместье, после смерти хозяев переживавшем трудные время, вновь воцарилось спокойствие. Розмари же оставалась все той же капризной девочкой, горюющей по маме и папе, пока старшая сестра усердно работала ради благополучия жителей их отдаленных от столицы земель.

Кажется, именно тогда у маленькой Розмари появилось пристрастие к сладкому. Стоило ей съесть что-нибудь сладенькое, как ее настроение ненадолго поднималось. Как будто она пыталась таким образом сбежать от грусти и уныния. Так сладости прочно вошли в ее жизнь. Обеспокоенная Шарлотта время от времени пыталась помочь сестре избавиться от пагубного пристрастия, но каждый раз терпела фиаско от горьких, как сама жизнь, слез Розмари.

Примерно в это время Розмари начала вспоминать прошлую жизнь. Забавно, но момент истины настиг ее, когда она поедала сладкий пончик, покрытый глазурью. Как всегда, сахар открывал перед ней врата в страну абсолютного счастья. Но стоило ей подступиться к вратам этой волшебной страны, как память о прожитых в другом мире годах нахлынула с неожиданной силой. Кажется, это произошло в тот миг, когда она проглатывала кусочек глазури.

– Ай! – взвизгнула Розмари и рухнула без чувств. Она почувствовала, как в ее голову подобно мощному потоку ворвалось знание, слишком огромное и необъятное для мозга маленькой девочки.

В тот момент, когда Розмари упала в обморок, сердце Шарлотты оборвалось. Узнав о том, что единственная сестра лишилась чувств, она ощутила, как перед ее глазами померк свет.

После этого Розмари впала в летаргический сон на целых два года, совсем как спящая красавица из сказки.

Когда Розмари открыла глаза, весна уже полностью вступила в свои права. Все это время Шарлотта с трудом поддерживала в сестре жизнь, по каплям вливая в нее жидкую кашу. Но спустя два года Розмари настолько ослабла и осунулась, что ее кожа буквально обтягивала кости.

Во сне Розмари заново прожила все воспоминания из предыдущего воплощения. Тогда она была самой обычной девушкой, а потом – женщиной и старушкой. Понадобилось целых два года, чтобы эти воспоминания выстроились в цельную картину, словно кусочки мозаики. Ее последний миг из прошлой жизни, хоть та и завершилась в тишине и одиночестве, не был беспросветно горьким.

«Не такая уж и плохая у меня была жизнь», – подумала Розмари, открывая глаза. Не идеальная, конечно, но и не плохая.

Стоило девочке прийти в себя, как в поместье тут же поднялась суматоха.

Шарлотта, переполненная радостью, примчалась повидать сестру, и та с улыбкой поприветствовала ее:

– Я хорошо поспала.

При виде спокойной и беззаботной Розмари Шарлотта не смогла сдержать слез; Шарлотта, которая не проронила ни слезинки после гибели родителей и на их похоронах. Больше всего на свете она боялась потерять сестру.

Работающие в поместье слуги закрыли глаза, впервые увидев Шарлотту плачущей, ведь они знали, как много ей пришлось перенести. Розмари тихонько поглаживала спину сестры маленькой ручкой, пока Шарлотта с плачем обнимала ее слабое болезненное тело.

Вспоминая прошлую жизнь, Розмари чувствовала острую жалость к Шарлотте. Эти два года она отравляла жизнь старшей сестре, которая вынуждена была заботиться о лежачей калеке, выполняя к тому же все обязанности главы рода. В голове промелькнула мысль: «Нужно найти для Шарлотты достойного мужа, чтобы она могла наконец стать счастливой».


Спустя некоторое время заботами Шарлотты истощенное тело Розмари снова набрало вес. Она стала такой пухлой, что, перевернувшись, могла бы покатиться как мячик.

«Сестра явно перестаралась», – подумала Розмари одним вечером, сидя на террасе особняка, и потянулась к аппетитному печенью перед собой с усмешкой, напоминающей смех старика. Она оставалась всего лишь двенадцатилетней девочкой, но в ее облике считывалось некое таинственное взрослое знание. Новенькая горничная Шафран с удивлением наблюдала за выражением лица Розмари, которой словно открылись все тайны этого мира.

– Розмари!

Неожиданный окрик заставил девочку проглотить печенье целиком и ответить с набитым ртом:

– Что такое, сестра?

Шарлотта, известная своей красотой, что была холоднее снежных ледников, едва заметно улыбнулась.

– Розмари, подавишься же. Не торопись, доешь спокойно, а потом говори. – Присев на стул рядом с Розмари, она аккуратно смахнула крошки с уголков ее губ и провела рукой по ее густым золотистым волосам сестры. – Чем сегодня занималась?

– Все как всегда, – ответила Розмари, немного задумавшись. – Ела вкусности, спала… и… эм… ела…

Она подумала, что, наверное, похожа на свинку. Возможно, все из-за гиперопеки старшей сестры. Шарлотта так переживала, что Розмари может пораниться, что неохотно выпускала ту на улицу. Если Розмари хотела почитать, Шарлотта запрещала ей: переживала, что книжные полки в библиотеке обрушатся прямо на нее.

Безусловно, это было абсурдное оправдание – семейная библиотека не могла так обветшать. Но Розмари решила не копаться в этом вопросе. В ее голове образовалось столько воспоминаний из прошлой жизни и незначительных знаний, что усваивать нечто новое об этом мире стало настоящим испытанием. Возможно, с возрастом ей станет легче, но для двенадцатилетней девочки это была непосильная ноша.

Если бы кто-то прознал, что в свои двенадцать она не может прочитать ни строчки из сказки, ее бы засмеяли. «Тупица», «дурочка» – подобные слова сразу приходили в голову, но Розмари все еще нужен был отдых. Учитывая знания из другого мира, ее возраст был куда старше двенадцати лет. Ей казалось, стоит только захотеть – и она тут же выучит буквы. Она просто хотела некоторое время пожить расслабленно, утрясая воспоминания в своей голове.

В тот момент, когда Розмари медленно и неуверенно потянулась к тарелке с печеньем, Шарлотта сама взяла одно и вручила его сестре. Стоило Розмари вкусить сладость, как она ощутила вкус счастья.

– Сестра, я хочу пончик, – попросила она вместо благодарности.

– Нельзя.

Шарлотта с превеликим удовольствием потчевала сестру различными десертами, но пончики были под строжайшим запретом. Шарлотта была уверена, что именно тот пончик стал причиной двухлетнего сна Розмари. И оказалась права: в нем нашли достаточное количество яда, чтобы отравить ребенка. По всей видимости, кто-то из поместья хотел убить Розмари.

К счастью, Розмари обладала врожденной способностью нейтрализовать яд – способность, передавшаяся в их роду из поколения в поколение. Шарлотта тоже унаследовала эту особенность и имела иммунитет к отравлениям. Однако детскому организму требовалось больше времени на борьбу с ядом, и, вероятно, именно поэтому процесс детоксикации совпал с моментом возвращения воспоминаний из прошлой жизни.

Так или иначе, с тех пор пончики стали для Розмари запретным угощением.

«Это уже слишком… Сейчас-то ничего страшного не случится».

– Чем больше запрещают, тем сильнее хочется…

– Розмари, если говорю нельзя, значит, нельзя. Поняла? – Голос Шарлотты был мягким, но непреклонным.

Смирившись, Розмари потянулась за печеньем, взяла одно и отправила его в рот. «Всё-таки сладенькое – лучшее, что есть в этом мире!» То, что она толстела, совсем ее не беспокоило. В конце концов, ей всего двенадцать, и она верила, что с возрастом все изменится.


Спустя два года, когда Розмари исполнилось четырнадцать, она столкнулась с действительно пугающей ситуацией. Однажды она чуть не задохнулась во сне.

Ее лицо и шея к тому дню почти слились в одно целое, и той ночью Розмари осознала, что единственный путь к воздуху – горло – начало сжиматься. Казалось, жир затопил не только ее тело, но и все пространство вокруг.

Узнав, что Розмари чуть не задохнулась, Шарлотта, побледнев, поспешно кинулась к ней. Всегда безупречно одетая, в этот раз она пришла растрепанная и в ночной рубашке. Лицо ее было фарфорово-бледным, в голубых глазах плескалась тревога.

С трудом взяв себя в руки, Шарлотта подошла к Розмари, сидевшей на кровати. Иронично, что той, кто чуть не умерла, была Розмари, но пережившей смертельную опасность казалась Шарлотта.

– Сестра, я в порядке… – Розмари сощурила маленькие глазки, утопающие в мягких щеках, и попыталась ободряюще улыбнуться, глядя на Шарлотту. Та осторожно взяла сестру за пухлую и белую, похожую на булку руку. Тонкие и изящные пальцы Шарлотты были холодными, как ледышки.

«Если так продолжится, старшая сестра покинет этот мир раньше меня», – подумала Розмари мрачно.

– Розмари… не оставляй меня одну, – произнесла Шарлотта дрожащим голосом. Для нее Розмари была смыслом жизни. Единственной причиной, по которой она унаследовала титул баронессы и продолжала защищать их род.

– Я не умру, Шарлотта… но я должна похудеть. Если так пойдет и дальше, однажды я просто задохнусь во сне.

– Но как же…

– Я похудею, и мы проживем долгую и счастливую жизнь.

Шарлотта всегда говорила, что ей нравится пухленькая Розмари. Но даже она понимала – ее младшая сестра больна. Слуги уже озадаченно косились на них обеих.

Розмари грустила от осознания, что больше не сможет жить в сладостном союзе с сахаром, но ради спасения собственной жизни она должна была с ним расстаться.

«Я, Розмари, объявляю сахару войну! Я выберусь из сахарного болота ради счастливого будущего рядом с сестрой! Разве я не обязана дожить хотя бы до ее свадьбы?»

На самом деле Розмари собиралась жить гораздо дольше, и ради этого будущего она начала худеть. Началась настоящая битва – долгая ли, короткая ли, но неизменно одинокая.

Розмари решила прибегнуть к знаниям о диетах из прошлой жизни. Во-первых, все белое – зло. Значит, от этого нужно держаться подальше. Сахар, соль, мука – прощайте. И если соль и муку Розмари могла вычеркнуть без особых сожалений, то вот отказаться от сахара… Для человека, который ежедневно поглощал килограммы сладкого, это было сродни пытке.


Конечно же, стоило ей отказаться от сахара, как руки задрожали, перед глазами поплыл туман, а в сознании воцарилось звенящее чувство пустоты. Пресный, безвкусный и лишенный соли суп, впрочем, тоже нельзя было назвать едой. Зачерпывая ложкой бесцветный бульон, состоящий из минимального набора питательных веществ, Розмари тихонько бормотала себе под нос:

– Это сладкий суп. Суп из сахара.

Бормочущая названия сладостей, от одного названия которых сводило скулы, Розмари выглядела словно одержимая. Со стороны можно было подумать, что она на диете уже несколько недель, хотя не прошло и полдня.

Итак, у нее сахарная зависимость. Факт, который в поместье знали все, но Розмари смогла признаться себе в этом только сейчас.

«Я не буду худеть слишком сильно. Сброшу ровно столько, чтобы можно было дышать свободно. И не умереть во сне, конечно».

Потягивая пресный безвкусный суп, Розмари думала, что если кто-то здесь и похож на персонажа книги, то это не она, а Шарлотта. Ее старшая сестра – вот кто идеально подходит на роль героини романа в жанре фэнтези. Прекрасная мудрая девушка, которая могла существовать на картинах или в выдуманном мире. Холодная и сдержанная с другими людьми, она была бесконечно заботлива с родными. Отец Розмари производил впечатление скучного человека, но был весьма образован, а мать считалась одной из пяти самых красивых женщин в империи; Шарлотта унаследовала от родителей и ум, и красоту. А вот Розмари явно достались только гены отца, ибо внешне они были настолько разные, что с трудом можно было поверить в их родственную связь.

Обыкновенная Розмари и восхитительная Шарлотта.

Розмари посмотрела на опустевшую тарелку и тяжело вздохнула.

– Этот мир действительно жесток ко мне, – пробормотала она, отложив ложку в сторону. Обед только усилил чувство голода и пустоты в желудке, а сил не было ни на что. Она должна была заниматься спортом, чтобы похудеть, но лишний раз нагружать свое массивное тело Розмари не хотела. Вдруг она подвернет ногу и Шарлотта опять расплачется?

Розмари встала из-за стола и, покачиваясь, пошла к себе. Кровать с удовольствием приняла ее в свои объятия.

Шарлотта дорожит ею. Пожалуй, сестра дорожит ею даже больше, чем сама Розмари дорожит собой. Но что чувствует она, Розмари?.. Девушка задумалась.

Для Розмари Шарлотта – единственная кровная родня, ее семья. Она ценит ее, но не так отчаянно, как Шарлотта. Розмари уже хранила в себе воспоминания о другой семье, о том, как пересекла реку, лежащую за границей жизни. Да и… могут ли Розмари и Шарлотта всегда быть вместе? Точно нет. Шарлотта унаследовала титул баронессы, но, что важнее, однажды она встретит спутника жизни. Того, кого она будет любить, с кем действительно проведет всю свою жизнь. И это будет не Розмари.

«Было бы славно, встреть она хорошего человека», – подумала Розмари, зарывшись лицом в теплое одеяло. Ах, почти пустой желудок… Ничего не хочется делать. Розмари так и заснула бы, но если она продолжит лежать в этой позе, то задохнется, верно? Неуклюже перебирая ногами, она перевернулась.

– Как же я голодна…

Голодное урчание в ее животе больше походило на рев слона. Розмари с трудом пережила кризис, настигший ее спустя всего полдня, и перетерпела этот адский день. Удовольствие от жизни исчезло, но ей показалось, что ее подбородок стал чуть изящнее.

– Шафран, тебе не кажется, что я немного похудела? – обратилась Розмари к своей горничной.

«Да как ты могла похудеть спустя один день», – хотела ответить та, но лишь приветливо улыбнулась.

– Да, госпожа, вы выглядите стройнее, чем вчера! – молвила Шафран с неприкрытой лестью, пытаясь угодить госпоже, которая казалась помесью свиньи и человека.

– Не льсти и не пытайся угодить мне ложью.

Шафран вздрогнула. Неужели глупая девчонка раскусила обман за ее бесстрастным лицом?..

Наблюдая, как губы горничной кривятся в натянутой улыбке, Розмари цокнула языком.

– Хоть я и кажусь дурочкой, я знаю, что невозможно похудеть за один день. – Розмари вздохнула, посмотрев на Шафран с легким сочувствием. – Ты, наверное, страдаешь. Пришла сюда с мечтами о том, чтобы служить прекрасной аристократке, а теперь приходится прыгать вокруг такой… свиньи.

– Ах, госпожа… – сказала Шафран в растерянности. Конечно, она могла думать такое про себя, но сказать вслух – никогда.

– Потерпи немного, – добавила Розмари с притворной тоской, будто старушка, переживающая за все на свете. – Это может занять больше времени, чем я думала, но что уж там. Я ведь сестра хозяйки, так что тебе в любом случае придется служить мне.

Шафран лишилась дара речи. «Эта девушка… правда та четырнадцатилетняя дура, о которой все говорят?» – почти в панике подумала она.

В обществе вовсю расползались слухи, что у Шарлотты из баронского рода Бехемот, известной своей невероятной красотой, есть глупая младшая сестра. Говорили, что ей уже четырнадцать, а она не умеет ни читать, ни писать. Говорили, что она тупая и трусливая и что почти не выходит на улицу. Говорили, будто ее тело такое жирное, что больше подошло бы свинье, и что у нее пугающий аппетит.

На самом деле, несмотря на то что тело у нее было действительно крупное, глупой Розмари не выглядела. Шарлотта явно заботилась о Розмари, но время от времени бывало и наоборот. Шафран Розмари казалась ленивой, ненавидящей учебу, но при этом обладающей острым умом и широкими познаниями.

«Странная младшая госпожа из рода Бехемот».

Несмотря на все старания угодить ей, Розмари всегда чувствовала, какие слова искренние, а какие – пустые. Шафран порой не могла понять, кто из них двоих старше. Розмари порой казалась не по годам взрослой, словно эта жизнь для нее не первая.

«Не может быть», – подумала Шафран, осознавая, как нелепы эти мысли. Она сдержала нервный смех.

– Госпожа, вы скоро сбросите эти килограммы!

– Да-да, – ответила Розмари безразлично.

Ох уж эта девчонка! Сколько ей ни угождай, она все равно недовольна.

– Когда похудеете, станете такой же красавицей, как баронесса!

– Ой, благодарю, – ответила Розмари, как будто уничтожая врага своей добротой. – Шафран, ступай. Я хочу отдохнуть.

Розмари хотелось просто закрыть глаза, забыться и забыть о том, что сегодня во рту у нее не было ни крошки сладкого. Шафран казалась милой, но Розмари не могла не почувствовать ее притворство.

«Ты хорошо потрудилась сегодня, теперь отдыхай» – с такими мыслями Розмари отпустила горничную.

* * *

Прошло всего пять дней с того момента, как Розмари объявила войну сахару.

Всего пять дней.

Всего. Пять. Дней.

– Всего пять дней!! – Закричав как зверь, Розмари хлопнула по столу. Суп был пресный и безвкусный, скорее бульон для бездомных, чем нормальная еда: почти одна вода, причем на завтрак, обед и ужин. На нем она держалась уже пять дней.

Розмари была в ярости. Этот жир! Почему он не покидает ее? Он так сильно к ней привязан? Она уже не раз терпела неудачи с диетой в предыдущей жизни, но в этот раз была полна решимости. Это же ее вторая жизнь! Розмари кричала про себя: «Не надо меня недооценивать!» Но, даже переродись она снова, победить в войне с лишним весом было непросто.

– Ох, госпожа…

Шафран неловко пыталась утешить разгневанную Розмари, но та, кипя от гнева, не желала ее слушать. Ей хотелось не только столкнуть посуду со стола, но и сорвать скатерть. Ей хотелось все бросить и сдаться. Хотелось сладенького, вкусненького! Печенье, торт со сливками, мильфей, эклеры, пудинг, шоколад, карамель, конфеты! Хотя бы одну конфетку!

Наблюдая за своей госпожой, которая почти пускала слюни, мечтая о десерте, Шафран окончательно отбросила все свои идеалы о благородной леди. Пустота в животе Розмари звенела так, будто она голодала уже сто лет.

– Может, просто сдаться? – Розмари уткнулась лицом в стол. Пуф! Наклонившись всего на секунду, она чуть не задохнулась. Кажется, на краткий миг она заглянула в глаза смерти! Шафран, наблюдая за Розмари, чуть не умершей от удушья всего за несколько мгновений, подумала: «Чего только не увидишь…»

Откинувшись на спинку стула, Розмари привела в порядок свое раскрасневшееся лицо. Она никогда не отличалась терпением. Но в этот раз она должна была победить. Она обязательно должна стать той, у кого все получится!

Прошла неделя. Потом двенадцать дней. Двенадцать дней выдержки и терпения… Впечатляюще, Розмари! Уже можно и сдаться! Она почти слышала шепот дьявола, но уже не колебалась, как в начале диеты. К этому дню Розмари привыкла и смирилась.

Люди – удивительные существа! Даже в самых сложных обстоятельствах они могут адаптироваться.

* * *

– Но разве это не странно, леди?

– Что именно, сэр Лоу?

– Неужели вы притворяетесь, что не знаете, или правда понятия не имеете?

Через пару недель диеты Розмари стало куда легче передвигаться, и она наконец отправилась на прогулку. Как только она добралась до входа в сад, усталость одолела ее, и она буквально рухнула наземь. А ещё теперь у нее был личный рыцарь, который как раз подошел, чтобы с ней поболтать. Слово «рыцарь» только звучало красиво: на деле он был тем еще надоедливым придурком.

Розмари присела у входа в сад, чтобы сделать небольшой перерыв. Рядом с ней стоял ее рыцарь Лоу. Высокий, с широкими плечами, будто созданный для того, чтобы быть образцом мужественности. Он был так красив, что слухи о его внешности уже разнеслись по всему дому. Но для Розмари это не имело значения.

Лоу, с его темными, как ночное небо, волосами, которые мерцали на свету, взглянул на нее ясными голубыми глазами. Он как будто не обращал внимания на ее тело, во всяком случае, не выражал ни малейшего презрения. Это было единственное, что Розмари нравилось в нем: его способность не обращать внимания на ее внешность, в то время как другие мужчины не скрывали своих эмоций.

Лорд Лоу обладал внешностью столь ослепительно красивой, что глазам было больно смотреть на него, и фигурой столь мускулистой и безупречной, что зависть затмевала разум. Но, конечно, были у него и недостатки. Всего два: любопытство и болтливость. Про таких говорят, что у них язык без костей. В общем, он был болтуном без всякой меры, хитрым, нахальным и еще…

– Младшая госпожа, вы меня слушаете? – спросил Лоу. – Вы так внимательно рассматриваете мое лицо, будто в нем можно утонуть, – добавил он самодовольно. Он прекрасно знал цену своей внешности.

– А что? Вы красивы, потому и смотрю. – Розмари ответила первое, что пришло ей в голову.

– Ну да, такой восхищенный взгляд, – насмешливо протянул Лоу.

Розмари фыркнула.

– А вы чем недовольны?

Лоу тяжело вздохнул и заговорил о слухах, которые в последнее время гуляют по окрестностям. Мол, младшая сестра баронессы отличается скверным и весьма эксцентричным нравом.

– Вы же знаете, что слухи о вас крайне преувеличены?

– Знаю. Пусть болтают, мне-то что?

Глаза у нее были, уши тоже. Розмари слышала обо всем, что о ней говорят. Просто не хотела вмешиваться. Конечно, она могла бы все опровергнуть… Но стоило ли оно усилий?

– Как же так? Вы разве не собираетесь замуж?

– Это просто слухи. Сейчас самое важное – сбросить вес, а не разбираться с глупостями.

Дворяне ценят честь. Слухи распространялись о ней самые разные, некоторые из них – откровенно скверные. Другие задевали не только репутацию Розмари, но и бросали тень на всю семью. Говорили, что она обуза для Шарлотты, что она возмутительно запустила себя. А кто-то пустил слух, что Шарлотта обращается с ней как с животным.

– Это та прислуга. Ваша личная горничная. Говорят, это она распускает сплетни. Причем в самой мерзкой манере.

Лоу был зол. Он считал, что необходимо проучить эту мерзкую горничную, посмевшую запятнать честь своей госпожи. Во что бы то ни стало нужно опровергнуть все эти слухи. Это единственный способ восстановить доброе имя рода Бехемот. Но Розмари не хотела ничего предпринимать. Не потому, что Шафран была ей симпатична, – просто у нее не было на это сил. Постепенно ее аппетит угасал, с ним уходила и проблема с диетой, но на их место пришла апатия, высасывающая последние крохи энергии. Все казалось утомительным и бессмысленным.

– Мне лень. Давай просто отдохнем, – протянула Розмари.

Через некоторое время она попыталась подняться. Сдавленный стон вырвался у нее помимо воли. Лоу тут же метнулся к ней, всерьез переживая, что она может рухнуть обратно.

– Может, прогуляемся до библиотеки?

## Глава 2. Удивительная библиотека рода Бехемот

Двенадцатилетняя Розмари была абсолютно безграмотной, но четырнадцатилетняя Розмари таковой уже не являлась. Она была безграмотна исключительно из-за своей лени, но и продолжалось это лишь до её двенадцати. После она решила, что пора бы поскорее расправиться со всеми надоедливыми и раздражающими делами. Не прошло и двух недель, как она выучила язык этого мира. Вдобавок она с легкостью освоила еще и парочку иностранных, так, чтобы на слух понимать разговорную речь.

Шарлотта, преисполненная восхищением, нахваливала Розмари, называя ее гениальной. Но сама Розмари чувствовала себя неловко. Если учесть предыдущую жизнь, ее ментальный возраст давно преодолел отметку в восемьдесят лет.

Тем не менее единственное, что могло хоть немного утешить Розмари во время жесткой диеты, – это знание. Чтение могло быть достаточно утомительным и скучным, но ничто так не помогает коротать время, как книга.

Розмари вошла в особняк, ускорив шаг, пытаясь обогнать лорда Лоу, который, наоборот, пытался замедлиться, подстраиваясь под ее темп. Формально семья Бехемот считалась непримечательным баронским родом, живущим на окраине страны. Однако на самом деле их обязанности простирались далеко за пределы империи, а семья играла одну из важнейших ролей на всем континенте.

Речь, конечно же, о том самом «Бехемоте». Изначально Бехемотом называли величайшее из чудовищ в истории – существо, несшее миру разрушение и погибель. В мифах его описывали как олицетворение приближающегося конца света.

Весьма двусмысленное имя для дворянского рода… С одной стороны, оно звучит зловеще, но с другой – разве не становится очевидным признанием их силы? Семья, носящая имя самого могущественного и самого устрашающего создания, несла на своих плечах не только его темное наследие, но и ответственность за безопасность всего мира.

Их непосредственное предназначение – быть хранителями Библиотеки Бесконечности, собирателями и стражами запретных знаний. Именно поэтому их род обосновался в глухой провинции: чтобы защитить весь остальной мир, если запретные знания, хранящиеся в Библиотеке, вдруг попадут не в те руки.

Род Бехемот управлял библиотекой, что простиралась за пределы человеческого понимания, хранилищем самых опасных знаний в мире. Но в ней содержались не только запретные и губительные сведения. Здесь соседствовали проклятые гримуары и священные писания, записи о сотворении мира и труды, что не поддавались классификации. Разнообразные манускрипты, книги и свитки, каждый из которых хранил частицу мировой мудрости. «Небесный сосуд» – так еще называли это место. В пределах одной Библиотеке было сокрыто бесконечное вселенское знание.

Как глава рода, Шарлотта обладала правом открыть Библиотеку Бехемот. Но тем же правом обладала и Розмари. Право входа в хранилище считалось исключительной привилегией главы рода, однако, что удивительно, оно передалось и Розмари. Более того, именно у нее было это право еще до того, как Шарлотта унаследовала титул. Следуя этой логике, Розмари должна была стать следующей главой семьи. Но она была всего лишь младшей сестрой, и, пока жива была старшая, занять место наследницы рода для нее было невозможно. Впрочем, в любом случае титул баронессы казался Розмари слишком неудобной и тяжелой ношей, состоявшей исключительно из долга и обязанностей. А для хрупкой девушки (пока еще не совсем хрупкой, конечно, но скоро обязательно!) титул станет тяжелым доспехом, приковывающим ее к земле.

Потому Розмари никому не говорила, что тоже обладает этим правом. Поначалу, когда Шарлотта была в процессе унаследования титула, ситуация не особо располагала к раскрытию этого секрета, а после Розмари предпочла промолчать. К тому же, хоть Розмари и обладала правом войти в Библиотеку, она долгое время им не пользовалась. Честно говоря, причина была в том, что…

«Я забыла».

На самом деле Розмари бывала в Библиотеке лишь в раннем возрасте. И всего один раз. Cвои детские годы она помнила смутно. Только то, что как-то вошла в Библиотеку и как-то оттуда вышла.

Так или иначе, Розмари могла свободно посещать ее. Но знала ли об этом Шарлотта? Знала ли она, что привилегия, доступная только главе рода, также передалась и Розмари? Сама Розмари так и не рассказала об этом сестре, однако…

– Лорд Лоу, вы хотите сопровождать меня или будете ждать здесь? – спросила Розмари у спутника, когда они подошли к Библиотеке.

– Подожду, – не раздумывая ответил он.

Лоу никогда не заходил в библиотеку. Розмари, конечно, знала об этом, но все равно спрашивала из вежливости.

Как только Розмари скрылась за дверью, лорд Лоу выпрямился и мгновенно перешел в режим настороженной бдительности. Он молчал, плотно сжав губы, и его бесшумная настороженность выглядела одновременно непривычной и пугающей. Обычно болтливый, – когда он исполнял свой долг, то было страшно издать даже писк в его присутствии.

Его взгляд зацепился за знакомую фигуру в конце коридора. Это была Шафран.

– Здравствуйте, лорд Лоу! Неужели младшая госпожа внутри?

– Да, она внутри.

– Я принесла чай на случай, если она захочет пить. Могу я войти?

– Нет.

Шафран уже протянула чайный сервиз, но рыцарь отказался без малейших колебаний. Его холодная деловая стойкость ясно давала понять, что в вопросе доступа в библиотеку он не пойдет на компромисс. Шафран заметно смутилась от такой непреклонности.

– Уходите. Никому, кроме госпожи и главы семьи, не разрешено заходить в библиотеку.

Шафран в испуге отступила.

Библиотека в особняке была самым обычным местом, куда, казалось бы, может зайти любой. В ней хранились книги о семье Бехемот, история континента и общие справочники. Но на самом деле библиотека являлась чем-то большим – проходом в Библиотеку Бесконечности. Лорд Лоу вновь вспомнил конфиденциальную информацию, переданную ему Шарлоттой.

«Твоя основная задача – охрана Розмари. Ты должен обеспечить ее безопасность и гарантировать, что никто не посмеет мешать ей во время пребывания в Библиотеке».

Лоу не осмелился ничего спросить у Шарлотты, отдавшей приказ резким, бесконечно холодным тоном. Он был верным сторожевым псом дома Бехемот, их защитником. И хотя ему было чрезвычайно любопытно, как привилегия, доступная только главе рода, перешла к Розмари, он прекрасно знал, что не имеет права задавать такие вопросы.

* * *

Переступив порог библиотеки, Розмари на мгновение ощутила, будто проваливается в пустоту. Почва под ногами исчезла, и она камнем полетела вниз, подчиняясь безжалостной силе притяжения. Опыт, от которого охватил животный ужас, но со временем ко всему можно привыкнуть. Человек – существо адаптивное!

Бесконечное падение длилось недолго, и в следующий миг что-то мягкое и упругое подхватило Розмари, словно заключая в теплые объятия. Кресло, сотканное из облаков. Воздушное, невесомое, напоминающее сладкую вату. Интересно, если откусить кусочек, оно тоже растает во рту, оставляя нежную сладость?

[Розмари, ты каждый раз будешь думать о том, чтобы откусить от кресла кусочек?]

Розмари вытерла слюну, которую невольно пустила. Перед ее глазами появился светлячок, проводник в Библиотеке: Бель. Имя, которое напоминало ей о звоночке. Светлячок Бель был духом с удивительной способностью читать мысли, хотя и выглядел как обычное насекомое.

[Мой внешний вид не играет никакой роли. Даже если я выгляжу так в твоих глазах, для твоей сестры я могу выглядеть совсем по-другому.]

– И насколько далеко ты собираешься залезть ко мне в душу, Бель?

[Это моя обязанность как проводника Библиотеки. Раз уж ты зашла в хранилище, тебе стоит просто смириться с этим.]

– Да уж, никакого личного пространства.

[Не переживай, меня все устраивает.]

– Зато меня – нет, – пробормотала Розмари, поуютней устраиваясь в облачном кресле. Это ощущение мягкости было, наверное, лучшим в мире. Такое качество ткани в реальности точно не воссоздать.

– Я почитаю книгу.

[Ты говоришь о той, что не дочитала в прошлый раз?]

– Да, открой сто пятую страницу из «Истории Элиз».

[Хорошо.]

Нужная книга тут же упала на мягкое колено Розмари. Книга воспарила в воздух и раскрылась, словно бабочка, расправившая крылья. Тихий шелест переворачиваемых страниц приятно ласкал слух.

Когда книга открылась на указанной странице, Розмари протянула обе руки. И, будто в ответ на ее жест, книга опустилась ей на ладони.

[Тебе понадобится подставка?]

– Да.

Бель изогнулся в воздухе, нарисовав плавную дугу. По линии его движения оставался мерцающий след, словно осыпавшаяся волшебная пыльца. Как только сияние исчезло, перед Розмари появилась подставка для книг, плавно опустившаяся прямо перед ней. Девушка аккуратно положила на нее «Историю Элиз».

[Интересная книга, Розмари?]

– Для меня интерес – не главное, но думаю, что она довольно увлекательна.

Книга была самой обычной историей любви. С императорами, дворянами, простолюдинами, а также мечами и магией. В прошлой жизни Розмари подобный жанр назывался «романтическое фэнтези».

В книге царило средневековье с его таинственной магией, огромной империей, где правил император и жили различные расы. Главной героиней была прекрасная и умная девушка, а потому она была любима всеми.

Очаровательная Элиз, красивая Элиз, мудрая Элиз.

Розмари не сказала бы, что книга неинтересная. Однако она не ощущала волнения или восторга от прочитанного. Причина, по которой она продолжала читать, была проста: это не обычная романтическая история, а очень даже особенная.

Это была история главной героини этого мира – Элиз.

Розмари узнала об этой книге благодаря своему любопытству. Несколько дней назад, голодная и измученная бездельем, она забрела в Библиотеку. Там Розмари и встретила проводника Беля, который сообщил ей, что, если она назовет верные ключевые слова, хранилище само подберет подходящую книгу.

В тот момент от голода и слабости Розмари не могла подобрать слова с должной тщательностью. Она просто хотела хотя бы ненадолго забыть о голоде и, не раздумывая, произнесла то, что первое пришло на ум:

– Книга, которая поможет мне отвлечься.

Таков и был ее запрос. Книга, которая отвлечет ее, книга, которая поможет забыть про чувство голода. Потому-то ей и попалась именно эта история.

Правда, пока с каждой перевернутой страницей у Розмари росло чувство разочарования, и ее сосредоточенность ослабевала. Для нее это была самая обыкновенная история любви. История любви мужчины и женщины. Все просто: слишком красивая, слишком умная и слишком милая девушка, которую все любили и которая использовала свою популярность, чтобы получить все, чего она желала, а в конце – еще и сердце возлюбленного.

Тем не менее Розмари терпеливо продолжала читать, как если бы перед ней была книга по саморазвитию. «Делайте вот так, и вы сможете добиться успеха! Делюсь с вами лайфхаками!» Но пока происходящее не особо впечатляло Розмари. Она думала, что главный секрет успеха Элиз – в ее внешности.

«Мне что, эту книгу посоветовали только из-за того, что я на диете? Чтобы я вдохновлялась, наблюдая за главной героиней?»

Розмари постепенно теряла концентрацию, читая книгу дальше скорее механически. Слишком идеальная главная героиня не вызывала интереса. Читая мысли Розмари, Бель тихонько хихикал.

В конце концов Розмари закрыла пухлый том, потеряв желание продолжать. Если хранилище порекомендовало ей эту книгу, чтобы она вдохновилась и усердно держала диету, это было неверное решение.

[Ты забавная. Думаю, что хранилище не это имело в виду, когда предложило данную книгу.]

– О чём ты? Мне кажется, хранилище просто хотело разжечь мой боевой дух во время диеты!

[Хранилище точно определило твой запрос. Тебе была дана именно та книга, в которой ты нуждалась.]

– Бель, я не хочу гадать. Скажи прямо.

[Продолжай читать, и ты найдешь ответ на свой вопрос.]

Розмари ненавидела слишком много думать. Не любила ходить вокруг да около. Ей хватило подобного в прошлой жизни, но и здесь все то же самое. Видимо, мир людей везде одинаков.

Розмари пробормотала что-то себе под нос и снова открыла «Историю Элиз». Чем больше она читала, тем больше ей становилось не по себе. Главная героиня казалась слишком идеальной, слишком далекой от реальности. Ворча про себя, Розмари все же не закрыла книгу во второй раз. И когда она перевернула страницу, ее взгляд зацепился за знакомое имя.

> В империи Геносия существует секрет, о котором не знает обычный народ, и скрыт он в особняке баронов Бехемот. Хотя этот особняк находится в отдаленном уголке империи, а семейство Бехемот кажется обычными провинциальными дворянами, на самом деле они – хранители и стражи Библиотеки Бесконечности, в которой хранится запретное знание.

> Элиз была дочерью одного из четырех великих домов, хранивших имперскую династию, и знала о секрете дома Бехемот. Ее тянуло к Библиотеке Бесконечности, сокрытой в баронском особняке. Какие великие знания могли там находиться? Она хотела туда заглянуть. Хотела войти!

> Прекрасная Элиз всегда считала себя исключительной и удивительной. Ею восхищалось окружение, на континенте ее считали самой мудрой. Она стремилась оставить свой след в истории. Чтобы достичь этого, Элиз должна была получить доступ к Библиотеке Бесконечности.

> «Разве можно было доверить охрану этой Библиотеки какому-то мелкому баронскому роду? Нелепо. Только я, великая герцогиня, достойна такой ответственности».

> Элиз вскоре узнала, что на предстоящем новогоднем балу появится барон из дома Бехемот. Но, к ее удивлению, нынешний глава дома оказался женщиной – такой же, как и она сама. Женщина, унаследовавшая титул, – случай редкий, но не исключительный. В конце концов, Геносия всегда славилась своей щедростью в вопросах престолонаследия.

> Элиз решила посетить новогодний бал и поговорить с баронессой дома Бехемот. Никто не осмелился бы ей перечить или встать у нее на пути – она всегда пользовалась уважением и была предметом зависти среди сверстниц.

«В романе напрямую упоминается род Бехемот. И к тому же Библиотека Бесконечности…»

– Должно быть, Библиотека действительно известна, раз уж она здесь упоминается.

[Это невозможно. Библиотека Бесконечности – нечто эфемерное, существующее втайне. Почти никто о ней не знает, а те, кто слышал, давно считают ее не более чем мифом, пережитком старины.]

– Ты ведь не покидаешь Библиотеку. А вдруг во внешнем мире все не так, как ты себе представляешь?

[Пока существует знание, нет разницы – внутри библиотеки или снаружи, оно само приходит ко мне. К тому же я всегда общался с главами рода, так что не стоит думать, будто внешний мир для меня загадка.]

Знание – как слухи, как слова. Говорят же, что слова и без ног могут пройти тысячу миль. А в слухах может быть ложь или преувеличение, но всегда найдется хотя бы крупица правды. Информация становится ценным знанием, а потому для Беля внешний мир не был незнаком.

– Ты всегда говоришь так сложно.

[Хе-хе… Я ведь довольно просто объяснил, а тебе все равно сложно?]

– Черт возьми… Просто светлячок, а ведет себя как советник самого императора, – проворчала Розмари.

«Как автор может знать о Библиотеке Бесконечности, если это тайна, известная лишь немногим?»

Сколь ни было бы сильным ее нежелание продолжать читать, Розмари не могла закрыть книгу. Следующая страница перенесла ее в сцену новогоднего бала.

> Настал день новогоднего бала. Элиз поняла, что это ее шанс. Нужно подружиться с баронессой Бехемот и получить доступ к Библиотеке. Убедить поделиться этим знанием. Никто не смог бы ей отказать. Элиз была той, с кем невозможно не считаться.

«Ты что, маки[1] собираешь? Или, как Даджи[2], думаешь, что сможешь соблазнить любого?»

Розмари задумалась о мыслях автора. Почему она выбрала в качестве главной героини именно Элиз? Может быть, она тот идеал, которым автор сама хочет быть? Ведь иногда писатели создают персонажей, отражающих их собственные желания и стремления. Если автор стремится быть такой, как Элиз, он действительно амбициозен…

> Элиз была центром внимания на новогоднем балу. Младшая дочь великого герцога, любимица императора, она была настолько прекрасна, что ее считали настоящей гордостью империи. Она наслаждалась вниманием – взглядами мужчин и женщин, которые стремились услышать хоть одно слово из ее уст.

> «Да, настоящая главная героиня этого мира – я, Элиз».

> Элиз была на грани того, чтобы утонуть в экстазе от осознания своей силы и власти. И чтобы стать еще более совершенной, ей требовалось получить доступ к Библиотеке Бесконечности. Говорят, в ней еще хранятся запретные знания? Значит, найдутся и такие, что помогут ей править. Возможно, она даже сможет занять императорский трон.

«Опасная девушка».

Розмари думала, что Элиз просто жадная, но оказалось, что она была воплощением алчности. Без конца стремясь к большему, Элиз хотела, чтобы весь мир вращался вокруг нее.

На этом моменте Розмари поняла: это не любовная история. В начале все очень походило на любовный роман: там была романтика, мужчины, с которыми Элиз флиртовала. Но все оказалось совершенно другим. Это была книга о гордыне Элиз.

Розмари вздрогнула, прочитав следующий отрывок.

> Наслаждаясь вниманием окружающих, Элиз заметила ту, кого она так ждала: баронессу Бехемот.

> Шарлотта была красива, хоть и не так ослепительна, как Элиз. Баронесса только что поприветствовала императора и теперь отдыхала неподалеку. Элиз подошла к ней, уверенно сделав несколько шагов вперед.

> – Здравствуйте, баронесса Бехемот. Я – Элиз Йохан Скалли из дома герцога Скалли.

> – Здравствуйте, миледи, – ответила Шарлотта с легким поклоном, а затем указала на девушку рядом с собой. – Это моя младшая сестра, Розмари.

Шарлотта и Розмари – имена достаточно распространенные. Но Шарлотта и Розмари из рода Бехемот?..

– Боже мой, как жутко, – прошептала Розмари, с усилием распахнув свои маленькие глазки, почти утонувшие в складках лица. В ушах зазвенел смех Беля. Розмари собиралась уже перевернуть страницу, когда раздался голос светлячка:

[Розмари, время для чтения вышло. Если пробудешь тут дольше, тебе станет плохо.]

Как только Бель произнес это, Розмари перенеслась из мягкого облачного кресла на холодный пол библиотеки. Как это произошло?..

Пока она пыталась понять, послышался стук в дверь.

– Леди?

Если Розмари не ошиблась, это был лорд Лоу. Она несколько раз моргнула в недоумении. Когда лорд снова постучал, она попробовала встать, но голова закружилась так, что ей пришлось снова опуститься на пол.

[Библиотека Бесконечности забирает магическую силу у того, кто в ней находится.]

В голове у Розмари зазвенело, и она попыталась рассмеяться. Магия? Об этом стоило бы предупредить заранее.

Девушка с трудом поднялась на ноги и пошатываясь подошла к двери библиотеки. Едва удержавшись на ногах, она открыла дверь и увидела перед собой лорда Лоу. Перед глазами все плыло, но Розмари смогла разглядеть его красивое лицо.

Ослабевшая, она рухнула наземь. К счастью, Лоу успел ее подхватить. В тот момент, когда Розмари теряла сознание, она успела подумать о нем.

– Наверное, тяжело… держать меня… извини… – прошептала она, прежде чем окончательно погрузиться во тьму.

Когда она пришла в себя, было уже поздно и черная мгла вечернего сумрака охватила мир. Живот громко заурчал. Розмари прошептала: «Опять я голодная…» И снова обессиленно закрыла глаза.

На следующий день Розмари почувствовала себя значительно лучше. Было ли то мучительное вчерашнее состояние всего лишь сном, или она и вправду ощущала себя на грани смерти? Ей сложно было вспомнить все в точности, да она и не старалась – сама все увидит, когда вновь вернется в Библиотеку.

Она продолжала читать там книги. Это не было ни сном, ни галлюцинацией. Библиотека всегда открывалась перед Розмари, и это вошло для нее в привычку. Потеряв одно из главных удовольствий жизни, десерты, она обрела знания. «История Элиз» оказалась более увлекательной, чем ей думалось изначально. Она тысячу раз проклинала Библиотеку с ее фокусами, но упорно продолжала приходить и в один прекрасный день дочитала книгу до конца.

История Элиз оказалась реальной, более того – реальной историей жизни Розмари. И ее пугало будущее дома Бехемот.

Розмари поняла: согласно книге, их древнему роду суждено стать жертвой амбиций и алчности Элиз. И Шарлотте, и самой Розмари тоже. В конечном счете они растворились в канве остального повествования.

Судьба баронессы Шарлотты Бехемот, будущей владелицы Библиотеки Бесконечности, уместилась в одну-единственную строку.

> По просьбе Элиз Розмари вытеснила свою сестру Шарлотту и заняла место главы рода.

Каким образом это произошло – не уточнялось. Для Элиз это не имело никакого значения. Единственное, что было важно для нее, – то, что безропотная преемница Шарлотты, новая глава рода Бехемот, отдала Элиз то, что та так жаждала: хранилище запретных знаний. Все это было изложено в одной строке, но Розмари догадывалась, каким образом она могла «вытеснить» сестру.

> Страдая от хронической болезни и понимая, что ей осталось недолго, Розмари передала полномочия хранителя Библиотеки своей любимой подруге Элиз. Библиотека Бесконечности наконец оказалась в ее руках. Теперь она была абсолютно совершенна.

А затем Розмари точно так же исчезла из книги. Вскоре после того, как исчезла Шарлотта. И больше ни одна из них не упоминались. Они действительно были не чем иным, как незначительными статистками. Просто фон, подчеркивающий величие и сияние Элиз.


Девушка была так возмущена, что не смогла сдержать ярости и принялась отчитывать Беля:

– Ты же говорил, что только те, кто принадлежит к роду Бехемот, могут открыть Библиотеку!

[Если это предсказание будущего, вероятно, Элиз использовала некий особенный способ. Чтобы открыть Библиотеку Бесконечности, в твоих жилах должна течь кровь семьи Бехемот, ты же знаешь.]

Значит, это право нельзя передать просто так… Розмари серьезно задумалась. Ей стало жутко от мысли, что для получения доступа к Библиотеке Элиз могла использовать какую-то гнусную хитрость, не описанную в книге.

Даже когда они с сестрой исчезли из повествования, Розмари не могла остановиться и продолжала следить за историей Элиз. Она то и дело заглядывала в Библиотеку, чтобы продолжить чтение, и уже перешла ко второй части. Она перечитывала отдельные страницы снова и снова, переживая, что могла упустить важные детали.

[Ну как тебе, Розмари? Получилось отвлечься?]

– До смерти тяжело. Никто не предупреждал, что на кону будущее нашего рода! Такое бремя на плечах, будто от одной меня зависит судьба мира! Может, мне намекнуть об этом сестре?

Розмари просто хотела отвлечься, а ей подсунули книгу о кризисе, нависшем над семьей – это было для нее слишком. В конце концов, хозяйкой Библиотеки сейчас была Шарлотта, и Розмари подумала, не перевалить ли всю эту историю на ее плечи? Но Бель произнес серьезным тоном:

[Библиотека не рекомендует одну и ту же книгу разным людям. Она подбирает каждому то, что ему нужно, исходя из запроса.]

– Можно же просто передать Шарлотте ключевые слова, и все.

[Даже так не выйдет – книга не повторится.]

Розмари недовольно надула губы. Может, просто сдаться и рассказать сестре, что у нее есть право заходить в Библиотеку, а затем выложить все про Элиз? А дальше пусть сама разбирается?

[Так тоже нельзя, Розмари.]

Чертов светлячок, уж больно много запрещает для простого насекомого! Розмари всего-то хотела переложить непосильную ношу на законную наследницу рода, но Бель пресек такую возможность. И с чего это вдруг нельзя?! Розмари грозно взглянула на светлячка, но это не поколебало его решимости.

[Потому что ребенок с таким даром, как у тебя, лучше всего подходит для того, чтобы исказить судьбу. Ты ведь помнишь свою прошлую жизнь. Не эту, не в этом мире, а совсем другую – в другой реальности, в другом измерении. Тот, кто жил вне этого мира, способен изменить его легче, чем кто-либо другой.]

Розмари глубоко вздохнула. Она не выбирала жизнь в другом мире.

[Если тебе тяжело, можешь сдаться. Я не настаиваю.]

– Но если верить книге, мы с сестрой скоро умрем.

[Разве ты не хочешь просто отдохнуть?]

– Это да, но…

[Тогда позволь этой жизни быть короткой.]

Неожиданный ответ заставил Розмари наклонить голову. Бель служил Библиотеке еще со времен первого главы рода Бехемот. И теперь хозяин хранилища знаний может смениться. Более того, Библиотека окажется в руках той, кто, несомненно, будет использовать ее только ради собственной выгоды.

– Ты хочешь сказать, что тебя устроит, если Библиотека Бесконечности достанется Элиз?

[Я не хочу этого. Безопасность Библиотеки Бесконечности для меня всегда на первом месте. Но я не хочу вынуждать тебя делать то, чего ты сама не желаешь.]

– Бель, а ты знаешь, как меня убедить. Ну что ж, раз я для этого подхожу, стоит попробовать. Это моя вторая жизнь, так что, даже если она будет короткой, ничего страшного. Но вот Шарлотта… Пусть хотя бы она будет счастлива.

В конце концов, Шарлотта – ее единственная семья. Единственный человек в этом мире, способный ее любить. Розмари очень не хотела, чтобы сестра встретила несчастный конец.

– Чтобы Шарлотта могла быть счастлива, – тихо повторила она, – я попытаюсь.

Сестры слишком сильно дорожили друг другом, чтобы события развивались так, как написано в книге. Даже если кто-то и навредит Шарлотте, этим человеком ни в коем случае не должна стать Розмари.

Зная всю правду, Розмари начала ненавидеть Элиз. Ненавидеть за саму суть происходящего, ненавидеть, потому что она помнила свою прошлую жизнь. Если бы только она ничего не вспомнила, если бы осталась обычной, ничего не знающей девушкой, все могло бы быть иначе. В книге Элиз была самой прекрасной, самой очаровательной, самой любимой. Если бы Розмари не знала правды, она бы завидовала ей, считала бы кем-то недосягаемым, кем-то, кого невозможно затмить. Если бы Элиз обратила на нее свое внимание, та Розмари, наверное, была бы счастлива.

– До новогоднего бала осталось совсем ничего.

Розмари вздохнула с явным сожалением. К тому времени ей, наверное, стоило бы уже избавиться от лишнего веса… но возможно ли это? На мгновение ей захотелось попросить у Библиотеки книгу с самыми быстрыми способами похудения. Но она тут же покачала головой. Сейчас не до того. В ближайшее время ей предстоит сосредоточиться на истории Элиз. Она должна перечитывать ее снова и снова, чтобы запомнить каждую строку, чтобы ни одна деталь не ускользнула из памяти.

Говорят же, что тот, кто готовится к битве, всегда побеждает. Розмари привыкла к скорочтению и порой пропускала, казалось бы, не особо важные моменты. Но с этой книгой нельзя было так поступать. Все, что происходило здесь, касалось ее и Шарлотты: они обе были просто фоном, статистками в этой истории.

Статистки в «Истории Элиз»… Точные обстоятельства их жизней в книге не описывали, поэтому Розмари приходилось читать строки, относящиеся к другим фоновым персонажам, и делать собственные выводы, чтобы понять, что с ними происходило.

[Должно быть, ты сильно переживаешь.]

– Не говори так, будто тебя это не касается. Это касается всех нас. Если я справлюсь, то и ты, и Библиотека будете в безопасности.

Розмари произнесла эти слова резко и холодно. Бель, заливаясь смехом, ответил:

[Да, если ты справишься, я буду безмерно рад.]

Розмари на мгновение почувствовала головокружение. Значит, скоро ей нужно покинуть Библиотеку.

– Я подумала, восхваляет ли автор Элиз или наоборот?

[Что навело тебя на эту мысль?]

– Поначалу Элиз как будто описывается мягкой и нежной, но с каждой страницей становится все более резкой.

[У тебя хорошее чутье, Розмари.]

Полжизни Розмари прожила, полагаясь на интуицию. Иногда ей говорили, что у нее хорошее чутье, и она воспринимала это как комплимент, слегка пожимая плечами.

Головокружение усиливалось. Розмари закрыла книгу – теперь действительно пора уходить.

[Увидимся, Розмари.]

– До встречи, Бель.

После того, как они попрощались, Розмари, как всегда, оказалась на холодном полу библиотеки. Холодный пол… Может, в ближайшее время постелить тут ковер? Сейчас все еще зима. Казалось бы, лишний вес должен помогать сохранять тепло, но Розмари все равно тряслась от холода.

Девушка с трудом поднялась на ноги. Каждый раз, когда она выходила из библиотеки, она чувствовала себя изможденной, как после интенсивной тренировки. Она так устала, что не хотела ничего делать. Когда она, обессилевшая, открыла дверь, перед ней привычно стоял лорд Лоу. Стоя на фоне вечернего заката, он был безумно красив.

– Леди, с вами все хорошо?

– Не особо. Хочу поскорее уйти отсюда и отдохнуть.

– Позвольте вам помочь?

– Нет, не нужно.

Отказ был холодным, как нож. Она не хотела, чтоб лорд Лоу нес ее тяжелое тело. Даже если он уже это делал. Лоу на отказ лишь пожал плечами и не стал настаивать.

Розмари вернулась в свою комнату. Через некоторое время туда заглянула Шафран, ныне известная как «породительница слухов». Заметив усталость Розмари, она мягко заговорила:

– Боже мой, госпожа, не слишком ли вы усердствуете в чтении? Так ведь можно и заболеть от усталости.

Слова Шафран, полные заботы, не достигли ушей Розмари. Она безучастно махнула рукой:

– Я голодна. Принеси ужин.

– Вы снова не будете ужинать с баронессой?

– Я на диете. С сестрой буду есть только по выходным.

С тех пор, как Розмари начала следить за фигурой, их привычные трапезы и чаепития с Шарлоттой стали редкими. Шарлотта, как баронесса, и так была занята, и, возможно, раздельные приемы пищи были для нее даже удобнее. На самом деле Шарлотту все это огорчало, но Розмари все равно не могла поступить иначе. Она должна была похудеть, чтобы выжить.

Пока Шафран ходила за едой, Розмари щипала себя за щеку, растягивая ее. Кожа тянулась, как сладкий рисовый пирожок. Каждый раз, когда она ходила в Библиотеку Бесконечности, ее магия истощалась. Было бы славно, если бы лишние килограммы уходили так же просто. Мечты-мечты.

Похоже, сегодня она потратила очень много маны, потому что головокружение никак не прекращалось. Голод стал совсем невыносимым, что только усугубляло ее состояние. Нужно поскорее перекусить и прилечь. Скорее всего, после этого она быстро заснет, но ничего другого ей и не хотелось.

«Как же хочется, чтобы диета скорее закончилась. Хочу печенья. Хочу съесть целую башню из печенья!»

## Глава 3. Поездка в столицу

Пронизывающий до костей холод наконец отступал. Ледяная твердь земли теперь была лишь слегка прохладна, но солнце уже щедро разливало вокруг свое тепло. Весна стучала в двери.

После скромного новогоднего празднества в доме Бехемот воцарилось спокойствие. Розмари устроилась в кресле у окна, словно цветок, впитывающий солнечный свет. Когда она с удовольствием потянулась, служанка Джеми, наблюдая за ней, мягко улыбнулась.

Розмари начала худеть в самом начале зимы. К счастью, благодаря строгой диете и собственному упорству она теперь выглядела почти как самая обычная девушка: ее щеки стали заметно менее округлыми, а фигура – более гармоничной.

Среди прислуги, особенно женщин, Розмари прослыла настоящей героиней. Вес, который она набрала за два года, она смогла сбросить всего за три месяца!

Это и было причиной замечательного настроения Розмари.

– Наконец-то диета закончена! – уверенно воскликнула Розмари, с наслаждением потягиваясь. Джеми, стоявшая рядом, тихонько засмеялась.

Среди служанок, прислуживающих Розмари, Джеми была самой старшей. Со дня рождения Розмари она находилась рядом, помогая ей. Если так, то где же Шафран, которая отвечала за трапезы Розмари и старалась угодить ей, льстя и подлаживаясь под ее настроение?

– Леди!

Шафран открыла дверь и вошла в комнату. В руках у нее был чайный набор. Розмари с сияющим лицом посмотрела на нее.

– Ну наконец-то, Шафран! Я уж думала, что не дождусь тебя.

Розмари жестом пригласила служанку подойти ближе. Шафран легкой, почти летящей походкой приблизилась к ней. Она осторожно поставила чайный набор перед Розмари – привычный сладкий персиковый чай и небольшой десерт, которого обычно не подавали. Два хрустящих миндальных печенья. Сладкое лакомство, о котором Розмари так мечтала, – сладкое искушение, билет в страну абсолютного счастья! Розмари сглотнула, чувствуя, как текут слюнки.

Собравшись с мыслями и успокоив дрожь в руках, она сделала глоток персикового чая и тонкими пальцами потянулась к печенью. Розмари чувствовала себя невероятно взволнованной. Как же долго она ждала этого момента! Ее голубые глаза сияли от счастья. С почтительным благоговением, словно принимая драгоценный дар, она осторожно откусила кусочек печенья.

Мягкое! Ореховое, сладкое! Сливочное масло – лучшее! Сахар – лучший! Мука – лучшая! Миндаль – благороднейший орех!

Переполненная восторгом, Розмари вся затрепетала. Джеми и Шафран, сами того не замечая, расплылись в теплых улыбках.

– Вам нравится, госпожа?

– Конечно! Прошло уже целых три месяца, как я отказалась от всех десертов. Как же долго я ждала этого дня.

Джеми с теплотой смотрела на Розмари. Шафран, улыбаясь, произнесла:

– Главное, чтобы она снова не набрала вес.

– Что? – переспросила Джеми.

Понизив голос до шепота, Шафран пробормотала:

– Если мисс опять увлечется сладостями и пустится во все тяжкие, как необузданный жеребенок, она может снова поправиться.

Джеми нахмурила брови. Говорили, что все дурные слухи о молодой госпожи в поместье и его окрестностях исходили именно от Шафран. Джеми с самого начала чувствовала к ней неприязнь. Шафран была милой и довольно симпатичной девушкой, но при этом хитрой и изворотливой, всегда знающей, как добиться своего.

# Примечания

1

Маки – в данном контексте слово отсылает к цветку мака, который часто ассоциируется с соблазном и сном. В культуре и мифологии маки использовались как символы чувственности и изысканного соблазна, но также могут напоминать об усыпляющем действии, которое влечет за собой опасность.

2

Даджи – мифологический персонаж из китайской истории, известная своей красотой и жестокостью. Она была женщиной, чья способность соблазнять и манипулировать мужчинами привела к падению династии Шан. Даджи стала символом женщины, использующей свою привлекательность для достижения своих целей, независимо от последствий для окружающих.